Эпилог. Часть 2

Король и его дочь давно зарились на Тридесятое царство. Народу много, можно натравить на соседей и чужими руками жар загребать. Когда устроили подмену, разошлись вовсю. Лже-царь то одну войну объявлял, то другую.

Слушая рассказ, я прижала руку к губам. Егор, заметив, вздохнул. Сколько сильных мужиков положили! А сколько вдов и сирот осталось в наших деревнях.

- Я сам в тех неправедных боях участвовал. Обозы по наущению царя грабил и рыцарей таскал, чтобы ослабить чужое войско.

– Значит, не зря княгиня себя и своих людей не пожалела? – я пытливо смотрела в лицо Егора. Хотела знать, что он думает. Ведь тоже из-за самозванца братьев потерял. – Она добилась справедливости, хотя не увидела, как сын взошел на трон.

– Правда не всегда прямыми путями открывается, Веся. Жаль, мне с братьями о ней не рассказали. Были бы сейчас все трое живы.

Я протянула руку и накрыла ладонь мужа. Он, переживая, хлебный мякиш мял. Егор поднял на меня глаза и улыбнулся, хотя в глазах таилась печаль.

– Что теперь с царицей будет?

– Ее отец послов прислал на следующий же день. Мол, отдайте дочь, она не виновата.

– А Ярослав?

– Не отдаст. Пусть сидит в темнице. Ей долго еще не дадут умереть. Молодильными яблочками будут потчевать, чтобы раньше времени за мужем не отправилась.

Я вскинула в удивлении брови.

– Так надо, Веся. Пока она в заложниках, ее отец не посмеет на нас войной пойти. Нам сейчас не до боев. Вытянули иноземцы все соки из земли. Народ бедно живет. У Ярослава сейчас забот невпроворот.

Мы немного помолчали. Жизнь менялась и хотелось, чтобы в лучшую сторону.

– А ты книгу Змеелова нашел? – волнуясь, спросила я.

– Да. Мне ее Ярослав сам принес, - Егор потянулся ко мне и взял за руки. У меня все внутри обмерло. Неужели сейчас узнаю, откуда я родом?

- Правы были деревенские. Нездешние мы, Веся. Ни ты, ни я. Да, я солгал тебе, когда сказал, что мне двести лет. Не мог открыть не свою тайну. До меня в Черной горе другие Горынычи сидели. Спроси стариков, и они вспомнят, что у Змея не всегда было три головы. Иногда пять, а иногда все двенадцать.

– Но откуда взялись те, старые Горынычи, если Змеелов совсем не старый? Ярослав так сказал.

– Змеелов был бессмертным, поэтому не менялся. Я не знаю, каким чудом княгине удалось убить его. Видимо, узнала какой-то секрет. Царица выдала, что он – старая нечисть. То при одном дворе служил, то при другом. Исчезал и снова появлялся. Был полезным во многих делах: создавал амулеты и поставлял чудовищ.

– Откуда я, Егор? – я спросила шепотом, страшась услышать ответ.

– В книге у твоего имени записано всего одно слово. Земля. А я из Селеблы. Но где это, без Змеелова не узнать. Царица призналась, что он умел ходить сквозь стены.

Я пригорюнилась. Так надеялась, что однажды встречу родителей. Видать, не судьба.

– Совсем забыл, я же для тебя подарок привез, – муж, видя, что я печалюсь, кинулся за своей сумкой. Вернувшись из спаленки, принялся выкладывать позвякивающие мешочки.

– Что это?

– Заработанное за годы службы. Все до медяка отдали. Но не деньги я хочу тебе показать.

Он вытащил новую слуховую трубку. Я ей так обрадовалась, аж вскрикнула. Схватила и прижала к груди.

– Еще не все.

На стол лег ларец, на шелковой подкладке которого покоились серьги, ожерелье и кольцо. Солнце, пробиваясь через открытое окно, играло всполохами на самоцветных камнях.

– Это тебе, любимая.

Я смутилась. Было приятно, я даже пустила слезу, но куда всю эту красоту носить?

– Такое только княгиням надевать, – прошептала я, боясь даже взять подарок в руки. Слуховой трубке я обрадовалась больше, и Егор это заметил.

– А ты и есть княгиня, – муж обошел стол и обнял меня. - Новый царь нам титул пожаловал. Переезжаем мы с тобой, Васелинушка.