Глава 22

Я практически заснула, хорошо укутавшись и согревшись в шкуре, когда мы вдруг остановились.

Побоявшись выглянуть, я решила притвориться спящей и сбежать при первой же возможности, если таковая представится.

Я слышала, как одна орчанка спрыгнула с саней и куда-то пошла, скрипя снегом под ногами. Затем был глухой стук по дереву, словно стучали в дверь.

Дверь отворилась и мне почему-то показался знакомым её тихий скрип, что очень странно, ведь дома и двери этой не должно быть — они же разрушены.

Я затаила дыхание, тщательно прислушиваясь к ощущениям, и когда услышала знакомый голос орка, чуть не подпрыгнула от радости.

— Чего ночами катаетесь? Что там у вас? Уголь? Мне он не нужен, своих запасов полно.

Как бы я ни старалась держать себя в спокойном состоянии, но сердечко так и билось о рёбра. Хорошо, что именно к Загмару меня орчанки привезли, уж он-то меня не обидит.

— Нет. Мы по другому делу, — заявила орчанка, управлявшая собаками.

Радость тут же сменилась сомнением: ведь орк хотел меня для поимки короля использовать! Что, если опять выдаст меня Дикториану?

Нет, не выдаст, я постараюсь его уговорить. Он добрый, не то, что эти орчанки.

В подтверждении моих слов, меня вдруг грубо схватила одна из них, сидевшая рядом, в буквальном смысле вытряхнула меня из шкуры, и швырнула в сугроб.

— Твоё? — пренебрежительным тоном спросила она орка, кивнув на меня.

Снова оказаться в холодном снегу мне было очень неприятно. А самое главное - унизительно, что со мной так поступили женщины, пусть и орчанки, но всё равно женщины. Никакой жалости и солидарности. Что я им сделала?

Чтобы опять не замёрзнуть, я начала выкарабкиваться.

Загмар скривил лицо, но не из-за меня - он злился на орчанок. Смотрел она на них так, словно они совершили очень мерзкий поступок.

— Где вы её нашли? — пробасил орк.

— Неважно. — тоном победительницы ответила орчанка. — Так твоё или нет?

К этому моменту я уже вылезла из сугроба и отряхивала снег с шубы и платья.

Посмотрев на меня, Загмар более спокойно произнёс:

— Иди в дом.

Я тут же хотела отправиться, но меня задержала всё та же орчанка, схватив за шкварник, как котёнка; хорошо хоть вверх не подняла, а то бы это было ещё унизительней.

— Не так быстро, мы ещё не всё выяснили, — проговорила она.

Лицо Загмара сделалось ещё суровей. Мне даже показалось, что у него клыки стали больше. Зрелище жуткое.

— Что тебе нужно?! — прорычал он.

— Всего лишь знать правду.

— О чём ты?

— Ты действительно жил с этой человеческой падалью?

— Выбирай выражения! — взревел Загмар.

— О-о-о-о! Так это правда! — притянув меня ближе к себе, орчанка заглянула мне в лицо и, сильнее обнажив клыки, брезгливо сморщила нос. — Не ожидала от тебя, Загмар, что ты до такого опустишься, — продолжила она, продолжая меня разглядывать.

— Держи свои домыслы при себе, Заррина, ты ничего не знаешь!

— Так объясни! — толкнула она меня к нему так сильно, что я практически врезалась в орка.

Хорошо, что он успел меня подхватить за плечи, чем уберёг от удара. Взглядом он велел мне скрыться в доме, что я и сделала очень быстро, прикрыв за собой дверь.

Оказавшись внутри тёплого помещения, я легко вздохнула, хотя сердце продолжало биться, словно после изнурительной пробежки.

Переведя немного дух, я оглядела просторную комнату: всё почти точно так же, как и в старом доме, только стены и запахи немного другие.

Посмотрела в угол, где в старом доме лежали мои знакомые лохматые монстры. Здесь они тоже лежали на том же месте. Один из них меня уже увидел и радостно ковылял ко мне, второй, судя по всему, спал.

Я радостно протянула руки к огромному пёсику и тут же обняла, как только он до меня добрался. Даже не думала, что буду скучать по этим страшным мордам.

Загмар на улице продолжал ругаться с орчанкой.

— Я не обязан перед тобой отчитываться! Всё, что делаю, только для пользы моей расы.

— Для пользы? Ты серьёзно?! Как человеческая падаль может принести пользу оркам?!

— Я сказал тебе - полегче в выражениях, иначе я за себя не ручаюсь! — прогремел голос Загмара, и даже пёс, которого я гладила, насторожился и начал принюхиваться к дверям, словно хотел выйти на подмогу хозяину.

— Посмотри на себя, в кого ты превратился. Ты защищаешь человечку. — последнее слово орчанка произнесла с таким презрением, словно говорила о самом мерзком на свете существе.

Да что ж они так сильно людей ненавидят? Ну да, понимаю, многовековая вражда и всё такое, но не настолько же! Я-то лично им ничего не сделала, да и вообще, я из другого мира, у нас ни орков, ни драконов нет, но здесь я почему-то должна отдуваться за весь человеческий род.

— Не стану ничего объяснять, — более спокойно вымолвил Загмар, — Придёт время, ты обо всём узнаешь и сама придёшь ко мне просить прощения.

— Ха-ха! — издевательски засмеялась орчанка. — Хотелось бы на это надеяться, но очень сомневаюсь. Ты оскорбил меня уже дважды. Мало того, что отказал мне, так теперь ещё и с человечкой схлестнулся!

Ах вот, в чём дело! Тут дела сердечные, оказывается. Теперь я её понимаю. Из ревности надумала непонятно что. Вот же дурында!

М-да, угораздило же меня именно на неё нарваться. Хотя, с моей-то “везучестью” в последнее время неудивительно.

Ощутив, как снег, попавший в мои валенки, растаял, чем стал вызывать дискомфорт, я отправилась к камину. В это время на улице продолжалась ругань между сородичами, которую слышно было не только мне, но и, похоже, жителям стоящих поодаль домов тоже.

— Всё, мне надоел этот пустой разговор. Отправляйся домой, Заррина, и перестань разъезжать по ночам. За себя не боишься, так хоть сестру пожалей.

— Ой, только вот не надо делать вид, что ты беспокоишься!

— Я сказал всё! Уезжай!

К тому моменту как Загмар, хлопнув дверью, зашёл в дом, я уже грелась у камина, поставив мокрые валенки рядом сушиться. Рядом со мной лежал всё тот же пёс и грел меня дополнительно.

— Ну, теперь ты рассказывай, как оказалась на дороге, — переключился орк на меня. — Я подняла на него лицо. Видимо, у меня настолько был измученный вид, что он тут же сменил тон, более мягко спросив: — Сильно замёрзла? У меня похлёбка горячая, будешь?

Я кивнула и слабо улыбнулась. Наконец-то я в компании настоящего друга, с которым можно ничего не опасаться. Он точно не обидит и всегда защитит.

Орк пригласил меня за стол. Налил в здоровую глубокую тарелку суп. Я была настолько голодной, что намеревалась съесть всё, но, естественно, в меня не влезло.

Остатки Загмар отдал собакам, ещё и добавив им. К тому моменту второй пёс проснулся и, увидев меня, так же обрадовался. Встать на лапы он не мог, но зато смотрел на меня горящими глазами и радостно вилял хвостом.

Я подошла к нему сама, погладила и позволила полизать мою руку.

— Они скучали по тебе, — прокомментировал орк, глядя на нашу идиллию.

— Я тоже скучала, — призналась я и вовсе не из любезности. Я ведь и правда за них переживала. — Когда он сможет вставать? — спросила про покалеченного пса.

— Неизвестно. У него ещё кости не срослись. — ответил Загмар и я только тогда заметила, что к задним лапам пса привязаны деревянные дощечки. Так как шерсть у собаки очень длинная, мне не сразу бросилось это в глаза. — Встать всё время порывается, вот и приходится его успокоительными травами поить, чтобы больше спал. Если кости криво срастутся, то вообще ходить не сможет, — с грустью добавил орк, а я опять проглотила противный ком, застрявший в горле. Чувство вины снова меня накрыло. Я прижалась лбом к голове несчастного пса и заплакала. — Эй, ты чего? — всполошился орк. — Прекрати это, не расстраивай мне собак. Они только оклемались.

— Разве они чувствуют моё состояние? — удивилась я, утирая слёзы.

— Ещё как чувствуют, они привязаны к хозяевам эмоционально. Если хозяевам плохо, то и им тоже.

— Но ведь их хозяин ты, а не я.

— Тебя уже тоже считают хозяйкой.

— Почему? Я ведь недолго у тебя пожила.

— Время не играет роль. Я ж сказал, они чувствуют эмоциональное состояние хозяина. — сказал Загмар и почему-то поспешил уйти, скрывшись в другой комнате за шторкой.

И до меня постепенно начало доходить, что он имел в виду. Тут же вспомнились слова матери Дикториана:”Неужели ты до сих пор не поняла? Тоже мне, женщина, что очевидного не видишь”.

То есть, собаки чувствуют привязанность ко мне хозяина, поэтому тоже привязались и считают меня хозяйкой. Означает ли это, что Загмар… Значит, получается, Заррина не зря ревнует? Ой, вот я влипла.

Я ещё раз погладила собак и отправилась мыть посуду, как всегда это делала, пока жила в старом доме орка.

— Оставь, я сам сделаю, — остановил меня появившийся из подсобки Загмар. — Иди лучше отдыхать, я постелил тебе чистую постель. Кровать, конечно, похуже прежней, но хорошую я ещё не успел приобрести. После того как мой дом разрушил дракон, пришлось довольствоваться тем, что дали мне другие орки.

Орк говорил со мной, стараясь при этом не смотреть на меня, будто он чего-то стыдился. Неужели того, что не может предоставить мне комфортные условия?

— Спасибо, Загмар, меня любая кровать устроит, я не прихотливая, — поспешила я его успокоить, но всё равно чувствовала, что этого не достаточно.

Он, по-прежнему не глядя на меня, произнёс:

— Это хорошо. Но тебе всё равно надо как следует отдохнуть, завтра предстоит тяжёлый день. Если что-то будет нужно, говори, я здесь буду.

— Что значит тяжёлый день? Ты всё-таки намереваешься использовать меня для поимки короля? — задала я прямой вопрос.

Только после этого орк посмотрел на меня.

— Твоя помощь необходима, иначе его не изловить.

— Помощь?!А если я не хочу вам помогать!

— В чём дело? Ты влюбилась в Джералофа? В этого тирана! — в его словах прозвучала горечь, словно его лично задевает то, что я могу любить кого-то.

Я хорошо это почувствовала и снова растерялась, не зная, как себя вести. Опять невольно начала ощущать вину за то, чего делать уж точно не собиралась. Мне даже в самых бредовых фантазиях такого никогда виделось, чтобы в меня влюбился орк.

— Дело не в этом, — начала я объяснять, немного придя в себя. — Я уже говорила, не хочу, чтобы с моей помощью свергли правителя и посадили на его место тирана гораздо хуже.

— Тебе-то что?! Ты же домой отправишься. И свои приключения будешь вспоминать как страшный сон. — в его словах снова прозвучала горечь.

Да, так и есть. Он не хочет, чтобы я уходила — в этом причина его недовольства.

Где были мои глаза? Почему раньше этого не поняла? Почему не смекнула, что у орка не просто так ко мне доброе отношение. Всех людей ненавидит, а ко мне вдруг проникся.

И что мне теперь делать? Как выкручиваться из этой ситуации?