Глава 15

Этой ночью мне было не уснуть. Я исходила всю комнату, расчесала руку и искусала губы. Даже крылья два раза раскрывала и смотрела в зеркало, ловя малейшие изменения.

Так чудно́ было видеть, как наследник засмотрелся на мои крылья. Я привыкла, что они – повод для издевательства, а не для гордости. Когда все успело так измениться? Когда я выпустила силу? Дала волю магии, как не делала никогда раньше?

Похоже, принц прав про мой род. Или же моя сила была особой, редкой и не обязательно связанной с бывшей династией. В любом случае меня собирались использовать на самых верхах общества в самых унизительных целях – как племенную кобылу.

И это мало походило на унижение, через которое я проходила раньше. Перспектива быть игрушкой до конца дней вызывала во мне тихую ярость.

Тут снова было не отсидеться в сторонке. Родителей без меня никто не спасет, да и саму себя надо из брачных петель доставать. И ведь одну из них я накинула на шею сама – с оборотнем.

– Тея, Тея, – прошептала я, глядя в глаза отражению Тейла.

Поддельная личность держалась на всем, кроме крыльев. Может ли быть причиной тому магия, а не отсутствие кристаллов на подкрадулях? Или Крестный Фей не брал их в расчет?

Мне так не хватало информации!

По лицу пробежала волна, и на секунду я увидела в зеркале свое собственное отражение. Небеса, а если такое произойдет на паре? Что мне делать?

Все вокруг меня будто говорило о том, что скорлупа личины вот-вот треснет. Что магию во мне не сдержать.

Нет, больше нельзя сидеть и ждать, пока все решится само. Не решится. Никто не поможет, кроме меня. И раз я сейчас не сплю, а защитный купол выпускает меня без проблем, то не вижу преград хоть немного прояснить ситуацию.

***

Крестный Фей ответил на стук сразу же, будто только меня и ждал.

– Тея! – Мастер Пунц схватил меня за руку и затянул в лавку, высунулся на улицу и посмотрел по сторонам, будто проверял слежку. – Куда ты вляпалась?

Он поднял мою левую руку и проверил браслет второй жизни.

– Фух, хоть страховка есть!

Крестный Фей снял очки и покачал головой:

– Рассказывай.

Я посмотрела на широкое запястье, которое у меня было под видом Тейла, и удивилась:

– Вы знаете, что это я?

– Я что, по-твоему, два и два сложить не умею? Почему так долго ко мне не шла?

– Я…

– Испугалась? Немудрено. Но сейчас все стало еще хуже! Теперь не подручный наследника, а сам младший принц ко мне заявился с твоими туфлями. Ты же знаешь, что я не имею права врать правящей династии?

– Вы рассказали правду?

– Как мог увиливал, – насупился Крестный Фей, наконец отпустив мою руку, и критично на меня посмотрел: – Но кажется, он все и без меня понял. И теперь вижу почему. Что с моим творением? Где кристаллы?

– Пропали, когда я ненадолго потеряла обувь. – Я отвела взгляд и мельком посмотрела на вторую пару подкрадуль на прилавке. Испытала ужас. – Уже готовы?

– Я вливаю в них силу. Еще две недели.

– Но у меня их нет. – Я посмотрела на себя. – Личина сбоит, меня могут раскрыть в любой момент. Как думаете, можно еще починить?

Мастер Пунц даже не взглянул на обувь и отрицательно помотал головой.

– Просто оставь все это. Брось. У меня есть один артефакт, который обманет всех. Правда, придется скормить ему твой браслет жизни, но для всех ты будешь мертва.

– Не могу. Мои родители пропали. Я должна их спасти.

– Тогда и спасешь. Смысла шантажировать ими больше не будет, их отпустят.

Крестный Фей не знает, что принц считает мою семью членами прошлой династии. Живыми точно не отпустят.

– Их убьют, – тихо сказала я.

Мастер Пунц несколько секунд внимательно смотрел на меня, будто хотел понять ход моих мыслей, а потом кивнул.

Но меня еще волновало важное:

– Кто из принцев к вам приходил с моими туфлями?

Я хотела четко услышать это еще раз.

– Младший принц, Эдан Рих.

Я приложила руку ко лбу, и тут же Крестный Фей схватил меня за запястье:

– Подожди-ка. Ну-ка, ну-ка.

Мастер Пунц потащил мою руку под лампу на прилавке и внимательно осмотрел камни. Воскликнул:

– Это подделка!

Что?

Я вырвала руку у хозяина лавки и стала рассматривать бусины с особым вниманием:

– Нет, он же!

– Я что, не узнаю свое создание?! В каждом часть моей силы, а в этом ничего нет. Это пустышка.

У меня пальцы затряслись от воспоминания о том, кто последний раз трогал мой браслет. У нас в комнате общежития. Браслет был у него в руках в наш самый первый день. Он тогда еще спросил про девчачьи камни.

– Эдан, – прошептала я.

Как бы ни хотелось не верить фактам, они были неумолимы. Эдан – злой принц.

А наследник ходит в беленьком? Весь такой хороший?

Не верю!

Как вспомню наше знакомство и первое впечатление – перья чешутся.

И всем от меня что-то надо. А ведь раньше будущее виделось так просто – учеба, выпускной, работа мечты. Как я умудрилась вляпаться в королевские козни? Да еще и родителей втянуть.

А ведь все началось с туфелек, в которых я мечтала потанцевать с самым видным парнем Воздушной академии. И что? Потанцевала, вот только и ему нужна была моя сила. Каким-то образом он понял, что я не так проста, как все думают.

Не зря родители твердили мне не высовываться. А теперь они и я в бездне обстоятельств.

Пока летела обратно в академию, готова была обрушить на себя десяток молний.

И когда я уже начну влюбляться в нормальных магов? Однокурсник – сплошное разочарование. Эдан – предательство года.

Он у меня даже браслет второй жизни отобрал!

Зачем? Чтобы погубить? Чтобы шантажировать?

Я опустилась на территории академии, пробралась в общагу и остановилась у комнаты, которую раньше делила с Эданом. Не стуча, нажала на ручку и хмыкнула. Конечно, она закрыта!

В голове еще не сформировался план, зато в теле был жгучий посыл к действию. Посмотреть в глаза псевдодругу, послушать, что скажет и что потребует за жизнь родителей.

Щелчок двери заставил на шаг отступить. Показалась заспанная голова Эдана.

– Тейл?

Сонный такой. Невинный. С виду душка.

– Можно? – спросила хрипло.

И тут же дверь распахнулась на всю.

– Что-то случилось? – Воздушник выглядел таким домашним мишкой в пижаме в клетку.

Но теперь я не дам обмануть себя этими трюками.

– Знаешь, где мои родители?

– Ты говорил, что у них свое дело… – не совсем в тему ответил воздушник с невинным видом.

Так это он или не он? Не пойму. Не различаю лжецов.

– Где мой настоящий браслет? – Я протянула левую руку с подделкой вперед.

– Так вот он, – нахмурился Эдан.

Он так хорошо играл, что я немного смутилась и засомневалась. Но слова мастера Пунца вернули трезвость рассудку.

– Тогда где мои туфли, которые ты носил на опознание Крестному Фею? – спросила я.

И вот тут Эдан быстро и абсолютно прямо посмотрел мне в глаза. А потом присел около кровати, достал оттуда мою выпускную мечту и потряс в воздухе.

– Я думал, мы еще поиграем, – ухмыльнулся он.

– Мне не до игр.

– Разве? Ты же остаешься в этих ужасных меховых ботинках, чтобы выдавать себя за парня. Не призналась мне, что девушка. Значит, хочешь поиграть.

Так, только бы не растерять нужные слова и выдержать. Мне нельзя давать слабину. Ева всегда твердила про уверенность и убежденность. А она никогда плохого не советовала!

Я задрала подбородок вверх:

– Я уже говорила, что это для того, чтобы защитить тебя и остаться в академии.

– Но ты же не призналась мне тогда, когда рассказала историю про принца и твое участие в моей подставе.

– Не стала усложнять. Это ничего не меняет.

– Как это? Меняет все. – Эдан подошел вплотную ко мне и всунул туфли в руки: – Надевай. Хочу посмотреть на тебя настоящую.

Меняет все? Значит ли это, что он собирался убить меня, но передумал?

Я сжала обувь на шпильках и твердо сказала:

– Сначала скажи, где мои родители.

– А ты выйдешь за меня?

Еще один!

По моему гневному взгляду Эдан прочитал ответ и сказал:

– Тогда не знаю.

– А если соглашусь – сразу вспомнишь? – Я вцепилась взглядом в воздушника, с напряжением видя, как из добродушного парня вылезает гнилая суть.

Зрелище было прегнусным. Эдан улыбался широко, но абсолютно бездушно.

И как я раньше не замечала эту пустоту в глазах? Почему считала, что поступки определяют характер мага? Ведь вот он – идеально ведущий себя воздушник. Я не могла и подумать, что все это тщательно продуманный сценарий поведения.

И тут шторка откинулась в сторону, открывая сидевшего на подоконнике Ирмана.

– Простите, что прерываю, но эта барышня уже замужем. – Оборотень спрыгнул на пол.

А ведь отличная идея – прикрыться статусом занятой дамы. И кто знает, что там всего лишь договор о помолвке? Только я и ректор, ну и муженек недоделанный. Откуда только разнюхал?

Еще и ведет себя так, будто обо всем знает.

Как долго он за мной следит? Как много видел и слышал?

Тем временем Эдан смотрел на меня так, словно я была снегом на зеленой траве. Спросил:

– О чем сейчас блохастый?

Ирман как раз закрыл меня собой, и пришлось высовываться из-за плеча мага.

– О нашей свадьбе.

Я подыграла, да так, что оборотень едва сдержался, чтобы не посмотреть назад. Выдал бы нас с головой!

Явно не рассчитывал, что я так легко соглашусь. Я же испытывала странное ощущение, будто мне терять нечего. Словно я имею семь жизней, а не потеряла браслет второй. Я готова была рисковать всем, лишь бы спасти родителей.

То ли на меня такое впечатление произвела резкая метаморфоза добряка Эдана, то ли исчезновение родителей, но я совсем не ощущала страха.

Мои пальцы замерли около плеча оборотня, и я поймала взгляд Эдана. И положила руку на плечо женишка:

– Ирман почувствовал во мне пару. С тех пор мы вместе.

– Бред. Ты же не серьезно. Мы столько времени рядом провели. Я бы знал, – возразил Эдан.

– Ты сидел в темнице, – напомнил Ирман, нащупал рукой мою кисть и сжал. – А теперь, принц, простите нашу грубость, мы пойдем.

Оборотень повел меня к выходу, но я затормозила и напомнила:

– Мои родители!

– Если бы твои мама с папой были у него, он бы не разыгрывал здесь сцену, – сказал Ирман.

Можно ли верить его мнению? Все-таки оборотень – гад со стажем. Как вспомню, как третировал младшекурсников, так вздрогну.

И почему вокруг меня одни плохиши?

– Эдан, где мои родители?

Блондин задумчиво посмотрел на наши сплетенные руки:

– Сначала разведись, потом отвечу.

– У истинных нет разводов, – хмыкнул Ирман.

И поймал мой обеспокоенный взгляд, подмигнул. Он серьезно или шутит? Да нет, врет, конечно.

Оборотень торопливо повел меня за собой мимо летающих по коридорам горшков с цветами. Он показывал путь и умело уворачивался от ловушек Безногого Бро. Так мы добрались до моей новой комнаты.

Ирман закрыл за нами дверь, стоило войти.

– Расслабься. На нервах не примешь хорошего решения. Ты и так импульсивно раскрыла все карты. – Оборотень посадил меня на кровать и налил стакан воды из графина.

Я уже не верила никому. И да, я была слишком порывиста. Воздух – моя стихия. Не сдержалась, не подумала. И ничего не получила.

В расстроенных чувствах схватилась за голову, не зная, что делать.

Ирман присел передо мной на корточки, заглянул в лицо.

– Я такая глупая. – Я посмотрела в ответ в зеленые глаза. – Ничего сделать не могу. Ни выпуститься из академии, ни выполнить задание, ни отличить хорошее от плохого.

– А я, по-твоему, какой? Хороший или плохой?

Я серьезно посмотрела на Ирмана.

– Не знаю.

Я действительно не знала ответа. Я запуталась.

– Ты просто не видела интриганов. Твоя растерянность нормальна. Не накручивай себя. Любой на твоем месте поступил бы так же.

– Разве? Знаешь, как мне в школе доставалось? Я считала себя знающей все о низостях.

– Те низости, о которых ты говоришь, это самая низкая ступенька издевательств. Детский сад плохого поведения. А есть еще школа, университет и потом издевательства дипломированных специалистов. Профи. И ты никогда не имела дела с высшей лигой плохих ребят. Они не унижают словами, им это не надо. Они тебя используют так, что только в гробу понимаешь это.

Ирман сказал это тоном мага, который лежал в этом гробу. Будто он испытал на своей шкуре, что такое иметь дело с профи плохих дел.

Я совсем не знала историю Ирмана. Почему ректор стал его приемным отцом? Что случилось с его семьей? Но лезть самой под шкуру оборотня я не стала. Всегда придерживалась мнения, что если хотят – рассказывают.

А вот Ирман почему-то выглядел немного разочарованным.

– Ничего не скажешь?

– Спасибо, – поблагодарила я за спасение от Эдана, а оборотень недовольно поджал губы.

Что не так? Неужели…

– Я тебе совсем не интересен? – Ирман будто съел что-то горькое – едва удерживал лицо, чтобы не скривиться. – Что думаешь обо мне?

Так он недоволен, что я не проявляю любопытства в его сторону? Это действительно ввело меня в ступор. Все интересовались крыльями, силой, а тут – моими мыслями.

– Я думаю, что нам с тобой… – начала я.

– Да? – Ирман подался вперед.

– …надо работать сообща.

Оборотень в сердцах стукнул себя кулаком по бедру, а я еле удержалась, чтобы не вздрогнуть. В отличие от холодного наследника воздушников красноволосый парень был порывистый, как ветер. В отличие от псевдодобродушного Эдана – полон сил и энергии. Ирман общался с помощью не только языка, но и тела. Было непривычно и чудно. Я даже засмотрелась на его руки и ноги в этот момент. Казалось, он готов был действовать, сорваться с места.

У воздушников такого никогда не бывало. Вся сила проявлялась в крыльях, а не в теле.

Оборотень поймал мой взгляд и расслабил плечи, наклонился немного, словно стремясь стать меньше.

Не буду ему говорить, что у такого громилы, как он, это плохо получилось. Однако меня тронул этот его жест, словно он хотел, чтобы я его не пугалась.

– Конечно, моя дорогая женушка. Будем работать сообща. – Хитрый блеск зеленых глаз не мог меня обмануть.

– Невестушка, – поправила я.

Не буду говорить, что временная.

Ирман вдруг поднес руку к моему лицу и заправил прядь за ухо:

– У оборотней не бывает временной истинной.

Щеку, до которой он дотронулся пальцем, обожгло огнем. Я отступила, глядя куда угодно, но только не на парня.

Промолчу, что это у них нет выбора. У воздушников он есть. В любой момент распахну крылья и улечу – не догонит. Тем более если разговоры верны и у меня невероятная сила, то Ирман меня ни за что не удержит.

Надо только научиться ей пользоваться.

Я подняла взгляд на оборотня и подумала, что не только силой мне надо научиться пользоваться, но и магами. Иначе родителей не спасти. Ирман прав насчет того, что я не привыкла играть в высшей лиге плохишей. Меня ощиплют в один миг, оставив ни с чем.

Я посмотрела на парня:

– Поможешь мне спасти родителей?

Ирман посмотрел на меня так говоряще, что мне казалось, я слышу его мысли. В них он говорил: «Тогда ты обещаешь не оставлять меня?»

Однако вместо этих слов Ирман кивнул.

– И не поставишь свои условия? – спросила я, не веря ни глазам, ни ушам.

– Защищать свою половинку для оборотня – это как вдыхать воздух. А ты будешь в безопасности, только когда убедишься, что твои мама с папой в порядке.

Он говорил так, будто это законы вселенной. Будто мы с ним вместе давным-давно. От этого стало невероятно неловко и немного стыдно за себя.

Я собиралась его использовать и бросить. И можно было успокоить себя тем, что Ирман иногда вел себя как тот еще гад, особенно со своими младшими, но я не хотела оправдывать свои темные стороны его поведением.

– Ирман, – обратилась я к парню, и он вздрогнул от звука своего имени и посмотрел на меня так, будто я ему комплимент сказала.

– Да? – почти промурлыкал он, увидел мои выпученные глаза и стушевался. Спросил серьезно: – Да?

Я колебалась. Сказать или нет? С одной стороны, дичь же, глупость редкостная. С другой – на душе и без того тяжелее некуда от поступка Эдана, а на сердце – от пропажи родителей. Чувствую, что если возьму на себя тяжесть еще и этого поступка – совсем сгорблюсь.

Скажу.

– Прости, но я тебя использую. И брошу.

Ирман неожиданно лучезарно улыбнулся:

– Еще ни одна истинная от своего оборотня не ушла.

И подмигнул.

– Спокойной ночи. – Ирман притянул меня к себе и, пока я трепыхалась, поцеловал в лоб.

И ушел абсолютно бесшумно. Даже дверь так же тихо затворил.

– Я… Я предупредила, – обратилась я к пустоте, надеясь, что чуткий слух оборотня поймает мои слова.

Я вытерла холодный пот со лба и заметила тонкое запястье. Я снова изменилась? Зацепила взглядом свое отражение и замерла. Мягкий овал лица, пушистые ресницы. Да это же я!

Значит, в лоб Ирман целовал меня настоящую. Не мою защитную оболочку, не Тейла.

Ух, аж крылья зачесались от неловкости!

А еще я заметила странную зависимость: подкрадули рядом с Ирманом будто теряли свою силу. Может, они, как волшебные создания, испытывают страх перед тем, кто забрал у них глаза-кристаллы? Дурацкая мысль, но забавная.

Стоило мне лечь и положить голову на подушку, как в воздух взметнулось успокоительное облако и усыпило до самого утра. Когда я открыла глаза, рядом лежала записка: «Не благодари. Ева»

И ни одного ангелоподобного тарана рядом.

Не знаю, где носит девушку, но у нее явно куча дел. А мне ее так не хватает! Обсудить, посоветоваться, поговорить. Ведь я как новорожденный котенок – тычусь в разные стороны в ситуации с пропажей родителей, и все не туда. Аж за себя стыдно.

Все вокруг такие прыткие, умные, энергичные. А я ощущаю себя улиткой, которая не успевает. А если вдруг и выстреливает, то в виде заряда рогатки в чужих руках.

И зачем я вчера к Эдану побежала? Да, заставила его признаться. Но толку?

Меня не оставляет чувство, что я глупо слила свой шанс в сточные воды. И как теперь все исправить?

Ощущаю себя ничтожеством, которое думает, думает, а потом как сделает что-то, так хоть падай – лучше не высовывалась бы.

Самооценка болталась на уровне пяток.

И откуда у всех опыт разруливать сложные ситуации? Где берут навыки, как действовать, когда жизнь бьет наотмашь? Откуда они все знают, как быть, когда на карту поставлено самое дорогое?

Может, есть специальные курсы, которые готовят к драматическим поворотам судьбы? Или зелье-мозгоправка? Откуда все такие знающие?

Мне до ломоты в крыльях надоела роль жертвы. Но как становятся на другую сторону? Как превращаются в защитников или охотников? Или такое превращение невозможно?

Стыдно, конечно, что мне сакральные знания с неба не падают прямо в голову. И вижу я только один вариант: обратиться к знающим людям с просьбой поделиться опытом.

И для меня лучший вариант сейчас – Ирман. К нему я и подсела в столовой в перерыве между парами. И тут же пожалела об этом – личина начала на глазах таять.

– У тебя… – начал Ирман.

– Больше ни слова! – Я подняла руку вверх, схватила поднос и пересела за столик на другом конце зала.

И тут же рядом со мной сел Эдан. Он прогулял первую пару и выглядел заспанным. Подозреваю, что моя внешность еще не совсем пришла в норму, точнее, совершенно наоборот – из моей настоящей не до конца поменялась на личину Тейла, вот воздушник и начал усиленно протирать глаза, вглядываясь в мое лицо.

– Привет! – Эдан начал общение как ни в чем не бывало.

Словно и не было вчерашнего разговора, а он по-прежнему рубаха-парень, который спас меня на экзаменах.

Мои родители в опасности, а жизнь течет своим чередом. И я вынуждена плыть по течению, хотя хочется орать во всю глотку: «Да вы что все, дурные? Не видите, у меня жизнь перевернулась?!»

И ты, принц-притворщик, что улыбаешься, будто мы лучшие друзья?

Боковым зрением заметила, как Ирман поднялся со стула, и посмотрела на него умоляющим взглядом. Если он подойдет, моя пацанская личина может слезть с меня, как змеиная шкурка.

Вот уж чего точно не надо в переполненной столовой!

Оборотень остановился на полпути и дернул головой вбок. Я продолжала смотреть ему в глаза, пытаясь объяснить взглядом свою причину.

Наконец Ирман сел обратно за свой стол, но не выпускал нас из виду.

Я повернулась к воздушнику. Он надел маску добродушия и сказал:

– Вчера мне было так плохо. Я был очень груб с тобой. Прости, еще не восстановился после заключения. Особенно тяжело было перенести тяготы, когда не понимаешь, в чем виновен. Вот и психанул.

А он угрожал моими родителями тоже из-за ущемленной души? Ну уж нет, милый друг, я уже увидела твою гнильцу.

Но прячет ли он их или врет?

– Ты правда замужем? – спросил Эдан, уплетая завтрак.

– Да.

Интенсивно жуя, блондин съел мою ложь. Дожевал и повернул голову к Ирману. И в этот момент я почувствовала запах угрозы.

Неужели Эдан был готов расправиться с оборотнем?

И вкус его эмоций был совсем другой, чем когда он угрожал мне. Я ощущала, что наткнулась на важную деталь, но не могла понять какую. Интуиция подтолкнула к следующему вопросу:

– Эдан, мои родители точно у тебя?

Щека воздушника дернулась.

– Сомневаешься? Вот разведешься – и сама убедишься, – сказал блондин.

И я ощутила совсем другой запах – лжи. Он соврал в двух фактах, а потому запах был особенно сильным.

Если мои догадки верны, то аромат угрозы был абсолютно реальным, потому что Эдан верил в то, что у оборотней нет разводов. И хочет Ирмана убрать.

Надо подтвердить мою теорию. Но каким же вопросом? Не ошибиться бы и составить его правильно.

– Эдан… А если не разведусь, что ты сделаешь с моими родителями?

Воздушник поднял брови и заговорил как с маленькой:

– Ну что ты, ты же не глупышка, чтобы наслать на маму с папой смерть.

Ложь! Ветерок принес мне отчетливый запах лжи.

В то время как Эдан добавил:

– И сама ты жить хочешь.

А вот сейчас просто разит угрозой жизни. Моей!

Я посмотрела через стол на улыбающегося Эдана и испытала жуткое желание убежать. Эта разница внешней приветливости и внутренней черноты заставляла капли пота бежать по позвоночнику.

Зато теперь у меня есть догадка, что моих родителей у воздушника нет. Тогда где они? Наследник мне соврал? Поможет ли ветерок выяснить и это?