Глава 34

Вскоре мы выехали на широкую, наезженную дорогу. То и дело попадались одинокие всадники, шли пешие путники, катились отдельные телеги и целые обозы. К нам постепенно присоединялись телеги, гружённые мешками с зерном, клетками с курами, бочками с дёгтем. Обоз разрастался, превращаясь в самый настоящий караван. Гриша чувствовал себя здесь как рыба в воде – кивал знакомым возчикам, перекидывался шутками. – Приветствую тебя, уважаемый Фрол! Опять ты свои деревяшки везёшь? Да ими же только печь топить! – Приветствую тебя, Григорий, с шутливым поклоном произнёс Фрол. А ты, как я погляжу, весь товар продать решил, скопом? Первый раз у тебя такой большой обоз вижу, да ещё и бабоньками приукрашенный! Мужики весело смеялись переговариваясь. Телега мерно покачивалась на ухабах. Зоя сидела, поджав ноги, и смотрела на проплывающие мимо поля, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Светлана же, напротив, была в своей стихии. Она то перекрикивалась с возницами из соседних телег, то принималась напевать под нос бойкую, озорную песенку. - Что, Зоенька, задумалась? Переживаешь? Погоди, мы такую ярмарку устроим, что до самой зимы вспоминать будут. А там мы снова приедем, и ещё лучше товар привезем! - Эй, не засыпай там! - крикнула она Архипу через телегу, который, прислонившись к тюку с мылом, дремал. - Дрыхнешь как сурок! Архип лишь хмыкнул, не открывая глаз, но уголки его губ дрогнули. Зоя невольно улыбнулась. Светланина энергия была заразительна. Город, расположившийся на обрывистом речном берегу, производил впечатление неприступной крепости, хотя ограждающий его частокол и утратил былой вид – потемнел от времени и не впечатлял высотой. За деревянными укреплениями отчётливо просматривались силуэты рубленых изб. – Красиво... – невольно выдохнул Архип. Сколько живу, в первый раз тут. Охрана, лениво осмотрев обоз, оставила нас на ночь за оградой, не впустив внутрь. Мы встали под стенами, у самой реки, присоединившись к другим телегам и превратившись в целый походный город. Запахло дымом костров, жареной рыбой, травами. Гриша со своими людьми, обиходив лошадей, быстро нашли знакомых, и нас пригласили на ужин к общему костру. Вскоре мы сидели у огня, поедая уху из общего котла. Кто-то достал гусли, кто-то запел протяжную, грустную песню о далекой стороне. Зоя со Светланой сидели рядом, завернувшись в платки, и слушали. Умывшись, мы стали готовиться ко сну. Гриша выставил охрану, а сам с помощниками устроились спать под телегами. Архип лёг рядом на охапке сена, завернувшись в тулуп. - Ну, а нам самые хоромы! - Светлана с комичным важным видом указала на их телегу. В ней, поверх тюков с товаром, было расстелено несколько овчин мехом вверх и накидано сена для мягкости. - Ох, как в колыбели, - фыркнула Светлана, укладываясь и натягивая на себя одеяло. Зоя засмеялась в темноте. За бортами телеги слышался треск костра, фырканье лошадей, низкий гул мужских голосов. - Света... - тихо, почти шепотом, начала Зоя после долгого молчания. - А ты не боишься? Вдруг... не купят? Светлана вздохнула, и Зоя почувствовала, как она приподнялась, опираясь на локоть. - Страшно, милая. Но зря... - она помолчала. Спи. Утро вечера мудренее, а там видно будет. И гони прочь дурные мысли. Мы смогли товар смастерить, значит, сможем и продать. Еще очереди соберём! И скоро ее дыхание стало ровным и глубоким. Зоя лежала, смотря на чернеющее небо. Страх отступил, растворившись в усталости. Перед рассветом нас разбудил общий гул. У ворот уже образовалась очередь. Все хотели заехать первыми и занять лучшие места на торгу. Мы наспех перекусили и побежали к ручью, умыться и переодеться. Городские ворота с глухим звуком распахнулись. Крутобережье оказался чистым и красивым городом. Аккуратные бревенчатые домики были украшены резными наличниками, мостовые отделаны камнем, улицы были ровные, и всё окружено зелеными палисадниками. Торжище раскинулось прямо у спуска к реке. Ряды прилавков образовывали целые улицы, над которыми висел сплошной гул. Запахи ударили в нос, сшибая с ног - копченая рыба, горячий воск, пряные травы, душистый хлеб, конская сбруя... Гам нарастал. Крики, смех, брань, петушиные вопли, визг поросят, стук топора по дереву, где плотник прямо на месте чинил телегу, - всё это слилось в оглушающую, какофонию. Голова шла кругом. И Зоя вдруг остановилась, схватившись за край телеги. Лицо её побледнело. Дышать стало трудно. Руки затряслись. - Света... - прошептала она. - Света, я... не могу... Светлана тотчас бросилась к ней, обняла за плечи. - Тише, тише, Зоюшка. Вот, присядь. Дыши. Не бойся. Архип обернулся, нахмурился - чего приключилось? – Мне страшно – прошептала Зоя. - Зоя, не отходи от меня, сказала Светлана, придерживая её за локоть, понимая, что она вот-вот уплывёт в этом море впечатлений. - Не зевай по сторонам, смотри под ноги. Они шли медленно, пробирались вдоль рядов, пытаясь найти свободное место. Торговцы из других обозов уже устроились, и сейчас распаковывали товар. Гриша, указав нам направление, исчез по своим купеческим делам. – Здесь! – громко, стараясь перекричать шум, сказал Архип, указывая на свободный прилавок между продавцом кожи и седобородым дядькой, продающим лукошки и туески. Но только мы начали разворачиваться, подошел рыжий, веснушчатый мужик с окладистой бородой – видимо, староста, следящий за порядком. – Эй, новички! С этого места пошлина будет два медяка в день. Или товаром на ту же цену. Зоя полезла в кошель, но Светлана остановила её, резко шагнув вперед. – Товаром рассчитаемся, – сказала она громко, и полезла в телегу. – Мыло особое, на травах. Такого вы нигде не найдёте. Она протянула ему брусок. Тот, скептически покрутив его в руках, понюхал. Брови поползли вверх. Он ковырнул мыло ногтем, попробовал на ощупь. – Мыло как мыло... – пробурчал он. – Ладно, договорились. За этот брусок – два дня места. Но смотри, порядок не нарушайте, мусор за собой убирайте. Светлана получила из его рук два кругляша, подтверждающих, что торговля оплачена. Пока Светлана вела переговоры, Архип и Зоя, не теряя ни минуты, начали разгрузку. Они расстелили на земле за прилавком грубый холст и стали аккуратно выгружать на него товар. Закончив, Архип увел лошадь с телегой, а Зоя со Светланой стали красиво выкладывать товар на прилавок. Вторая телега осталась под охраной обозников. И вот всё готово. – Всё, хозяюшка. Ты своё дело сделала – горшки слепила, мыло варить научила. А мы теперь всё это продадим. Смотри и учись. И, сделав глубокий вдох, Светлана расправила плечи, подняла голову и звонким голосом выкрикнула: – Эй, люди добрые! Подходите, покупайте! Товар зареченский! Мыло ароматное, горшки диковинные! Подходите, разбирайте! Первый призыв прозвучал немного неестественно, но он был сделан. Ярмарка началась.