Глава 71

Два месяца пролетели как один миг. Казалось, только вчера они вернулись с ярмарки, только вчера Глеб впервые показал самодельную бумагу, а сегодня уже ранняя осень раскрасила Заречье в золото и багрянец. Воздух стал прозрачным, звонким, по утрам над рекой стелился туман, а лес манил грибными ароматами и ягодными полянами.

Сезон сбора лесных даров открыли всем миром. Лука, посовещавшись с Зоей и Анфисой, организовал настоящую бригаду – человек пятнадцать женщин и детей были теперь заняты сбором лесных даров. С утра они уходили в лес с корзинами, и берестяными кузовами. Впереди, как заправский командир, шагала Дарья – она лучше всех знала грибные места и ягодники. За ней, тянулись Светлана с Майей, Анфиса с Ваней и Яриком, Нюра, ещё несколько молодых женщин и девчат.

Лес в этом году выдался на удивление щедрым на дары. Черничные поляны радовали глаз, ягода сама просилась в руки. Брусничники алели, ягоды были крупными, спелыми, и собирались с такой скоростью, что большая корзинка собиралась максимум за час.

Сбор грибов приносил настоящее удовольствие. Ты идёшь по сосновому бору, под ногами пружинит хрустящий мох, и ты вдыхаешь воздух, наполненный такой смесью ароматов, что кружится голова. Вокруг стоит тишина, только изредка слышен треск сухих веток и изредка слышатся трели неизвестной птицы.

Что вызвало удивление Зои, так это то, что белые грибы были абсолютно чистыми. Ей не встретился ни один червивый грибочек. Она даже спросила Анфису, можно ли их есть, на что Анфиса, отсмеявшись, ответила, что конечно можно, а червиветь они начнут позднее, когда начнутся обильные дожди.

Грибы - белые, подосиновики, подберёзовики, рыжики, волнушки и даже грузди, – собирали всё и в большом количестве, что бы хватило на всех. Зоя побеспокоилась о соли, но её успокоили, сказав, что Лука соль закупил, и хватит её на всё, ещё и останется.

Орехи в орешнике висели тяжёлыми гроздьями, и дети, залезая в кусты, визжали от восторга, находя самые крупные их них.

– Ой, батюшки, – всплёскивала руками Анфиса, возвращаясь с полными корзинами. – Да тут добра на всю зиму хватит! И на продажу останется!

– Главное сейчас это успеть переработать всё, что бы ничего не пропало, – отвечала Зоя, и сама удивлялась такому изобилию.

А во дворах кипела другая работа. Старшие женщины – Марьяна, Акулина, бабушка Фёкла, ещё несколько пожилых женщин принимали лесные дары и колдовали над ними. Им помогали молодые девушки, заодно перенимая знания и умения от старшего поколения. Ягоды перебирали, сушили, вялили в печах, просто упаривали в печи, и оно получалось густым, как повидло.

Грибы чистили, солили в кадушках, сушили, нанизав на нитку. Связки белых и подосиновиков сохли под крышами, наполняя воздух грибными ароматами. Особое внимание уделяли груздям. Тут у каждой хозяйки был свой рецепт. Кто то солил с чесноком, кто-то добавлял смородиновый лист, а кому то по вкусу приходились просто солёные грибы, без всяких добавок.

Орехи просушивали, ссыпали в мешки, прятали в сухие чуланы.

Собирали и дикие яблоки – мелкие, кислые, но очень ароматные. Их резали дольками, сушили на солнце, потом убирали на хранение в полотняные мешки. Лесные груши, твёрдые, как деревяшки, мочили в кадках с мёдом, после чего они становились мягкими и сладкими. Черёмухи насушили очень много, а собирали её мальчишки, что доставляло им огромное удовольствие. Когда ещё им позволят лазить по деревьям?

Тем временем стройка не останавливалась ни на день. Хлев, заложенный ещё в середине лета, вырос на глазах. Игнат с бригадой работали на совесть, и за два месяца огромное здание было готово. Крытый двор с отдельными стойлами для коров, загон для коз, конюшня, тёплый угол для поросят – всё было продумано до мелочей. Глеб продумал даже подсобные помещения для хранения инвентаря.

В день, когда животных переводили в новый хлев, собралась чуть ли не вся деревня.

Клавдия выдохнула, оглядывая хозяйство. – Теперь и зима не страшна.

Игнат с бригадой, не теряя времени, переключились на мыловарню и молочный домик. Мыловарню решили ставить рядом с баней, чтобы удобно было носить воду. Светлана крутилась рядом, радуясь, что у мыловарни теперь будет настоящий размах. Своя мыловарня, да под крышей!

Молочный домик – отдельное небольшое строение с погребом, где можно будет хранить молоко, сметану, творог. Клавдия уже строила планы, как организует сыроварню.

– Сыры будем делать, – говорила она, – мягкие, твёрдые, с травами. На ярмарке такой товар завсегда в цене.

А Зоя всё это время почти не выходила из гончарни. Княжеский сервиз занимал все её мысли. Она работала с утра до ночи, забывая про еду и сон. Глина была подготовлена идеально, гончарный круг крутился ровно, руки сами творили чудо.

И чудо свершилось. Сервиз получился именно таким, как она задумала – тонкий, изящный, покрытый жемчужной глазурью. Зоя сделала несколько запасных блюдец, чашек и кубков, на случай если что-то разобьётся.

Тарелки – суповые и для жаркого. Блюда – овальные и круглые, для рыбы, для мяса, для пирогов. Изящные, с удобной ручкой чашки и тонкие блюдца. Кубки для вина Зоя сделала высокие, на тонкой ножке, устойчивые и красивые. Горшочки для жаркого и салатницы разных размеров. Но всё же супница стала её самой большой гордостью – с крышкой, с ручками в виде листьев, пузатая и важная.

Нюра работала рядом и, надо сказать, превзошла саму себя. Именно ей Зоя доверила роспись. На каждом предмете тонкой кистью Нюра вывела растительный орнамент в виде букетов из пшеничных колосков. Рисунок ложился ровно, с удивительной лёгкостью, и казалось, что это не краска, а сама природа расцвела на посуде. Зоя только ахала, глядя на её работу.

– Нюрочка, ты у меня талант. Как бы тебя у нас не украли!

Нюра смущалась, краснела, но при этом выло видно, что девушка нашла своё призвание.

Архип работал рядом, помогая с сервизом, и параллельно он делал обычную посуду, на каждый день. Но главным делом в эти два месяца стали бочки. Дубовые, большие и маленькие, они выходили из его рук такими ладными, что любо-дорого смотреть.

Вскоре в Заречье прискакал гонец от Огнеславы, узнать, готов ли товар. Получив ответ он, отобедав и напившись свежего кваса, ускакал, сказав, что бы завтра ожидали гостей.

На следующее утро Заречье замерло в ожидании. Весть о том, что сама Огнеслава, княжеская управляющая едет к ним, быстро разошлась по деревне. Женщины судачили, сбившись в кучки у колодца, мужики поглядывали на дорогу, а детвора то и дело бегала к повороту на главную дорогу, разведать.

Когда до деда Макара дошла новость, что в Заречье пожалует сама Огнеслава – с ним чуть удар не случился от радости. Он сначала не поверил, переспросил раза три, а когда убедился, что точно не шутят, заметался по дому.

– Марьянушка, родненькая! Где моя праздничная рубаха? Которая с вышивкой! И портки новые! И шапку давай!

Марьяна только руками всплеснула:

– Макар, ты чего взбеленился? Аль жениться надумал?

– А хоть бы и жениться! – выпалил как на духу дед, но тут же осекся, засмущавшись. – Ты это... глупостей не говори.

Выйдя на крыльцо, он то и дело поглядывал на дорогу, привставая на цыпочки, хотя какой с его маленьким ростом толк – всё равно ничего не видать.

Анфиса посмеивалась, наблюдая за ним. – Дедушка Макар, ты же уже давно дедушка, присел бы, а то упадёшь ещё от волнения.

– Не упаду. Я крепкий. Я ещё ого-го!

У Зои был целый день, чтобы подготовиться к встрече. И она не собиралась ударить в грязь лицом.

Ещё вчера Глеб принёс из лесу зайца - жирного, упитанного и сразу разделал его, порубив на большие куски. Зоя, поблагодарив его быстрым поцелуем, залила мясо холодной водой и оставила на ночь вымачиваться. А утром сразу отправилась на огород, нарвать морковки покрупнее и лук. Чесночком с Зоей поделилась бабушка Марьяна. Она была единственным человеком, кто выращивал чеснок в Заречье, и то, только потому, что ей кто-то подарил пару зубчиков, урожай с которых она высаживала снова и снова. А Глеб вместе с зайцем принёс коренья и травы, которые, с его слов, улучшают вкус дичи в разы. Зоя узнала только чабрец, всё остальное осталось для неё загадкой.

Нарезав морковь, лук и разобрав чеснок на дольки, Зоя сложила их на дно глиняного горшка. Сверху выложила предварительно обжаренные куски зайчатины, посолила и добавила купленный на ярмарке перец горошком и лесные коренья.

Смешав сметану с водой залила зайца так, что бы жидкость полностью его покрыла. А потом, закрыв горшок крышкой, отправила в томиться в печь, забыв про него на три часа.

Плов Зоя приготовила по особому рецепту – с бараниной, и готовила его на костре, в настоящем керамическом казане. Баранину Зоя выпросила купить у Луки, и тот, скрепя сердцем, согласился, отправив за ним Демьяна, – он до мора как раз занимался разведением овец, и знал толк в хорошем мясе.

Глеб развёл на улице костёр из берёзовых поленьев и соорудил подставку для казана. Установив казан на место, в него щедро положили топлёного масла, а следом отправили мясо. Оно сразу зашкворчало, наполнив воздух аппетитным ароматом, который быстро разнёсся по всей деревне. Когда мясо покрылось золотистой корочкой, в казан пустили лук, морковь, все заготовленные коренья и специи. И, как только овощи пустили сок, Зоя высыпала в него хорошо промытый рис, залила водой, посередине воткнула головку чеснока и закрыла крышкой.

– Шашлык! Глеб, я так хочу шашлык, ты не представляешь, – Зоя мечтательно закрыла глаза, представляя себе картину, как в деревне отмечают праздник, как на мангалах жарится шашлык, песни, пляски….

– Будет тебе шашлык! И мясо теперь у нас будет всегда. Вот еще ледник смастерим, совсем хорошо будет, но это уже потом, как время будет. Он подошёл к Зое и чмокнул её в нос, – люблю тебя!

На сладкое Зоя решила рискнуть и испечь шарлотку. Яблок в этом году уродилось много – лесных, ароматных. Тесто Зоя готовила на меду, так как сахар отсутствовал в принципе. Она нарезала яблоки тонкими дольками, красиво выложила их на тесто и сверху щедро посыпала корицей. Мука сильно отличалась от той, к которой Зоя привыкла, но выбора не было.

И не ошиблась. Пирог вышел настолько красивым и ароматным, что даже Глеб, обычно равнодушный к сладкому, заглянул на кухню.

– Ты что тут колдуешь? – спросил он, принюхиваясь.

Зоя загадочно улыбнулась. – Гостью нашу нужно встретить так, что бы запомнила, полюбила, и ещё раз приехала!

Приготовление своего самого любимого лакомства Зоя начала готовить, когда печь освободилась. Сначала она обжарила орешки на сухой сковороде. Когда аромат усилился, смешала их с солью и мёдом и выложила на широкий противень. Она их очень старательно переворачивала, стараясь, что бы каждый орешек со всех сторон покрылся этой липкой смесью. Аккуратно разравняв орехи на противне она отправила их в печь, буквально на пятнадцать-двадцать минут. Каждые пять минут она их доставала и переворачивала, и, как только появился карамельный блеск, – готово!

Достав лакомство из печи, Зоя оставила его остужаться, и только когда они полностью остыли, мёд превратился в тонкую, хрустящую карамельную глазурь. Ммм, пальчики оближешь!

На стол, покрытый чистой вышитой скатертью, она выложила самую лучшую посуду, а по центру стола поставила собранный Яриком осенний букет.

К приезду Огнеславы всё было готово.