40 глава

– Воспользовавшись положением, теперь я готова отказаться от этого, – сказала я, чтобы это услышал только Кристиано.

– Твое положение делает меня менее обеспокоенным, осознавая, что теперь даже температура воздуха играет по твоим прихотям, – ответив мне, все еще оглядывая пространство вокруг.

– Я хочу вернуться в Канаду, Кристиано, – это походило на капризы маленького ребенка, я бы не поступала так, если бы не понимала, что они будут исполнены.

– И мы вернемся. Не переживай об этом, – касаясь моей спины, незаметно поглаживая талию большим пальцем.

Элена и Розабелла вышли из здания, поддерживая друг друга, Лино следовал тенью позади, явно утомленный событиями дня. Примерно такое же выражение лица у него было на собственной свадьбе. Интересно, у него вообще были другие эмоции, кроме злости?

– Витэлия, как это могло произойти? – девушка бросилась ко мне, и я приняла ее в свои объятия. – Прости нас, прости, но я все еще не верю в это.

Никто не хотел в это верить. Всего один миг, мои кузены превратились в предателей, под гнетом осуждающих языков и колких взглядов.

– Мы семьей до конца, ты моя, дорогая Рози, все хорошо, – взяв ее лицо в свои руки, заглядывая в большие зеленые глаза, наполненные разрушительной печалью. – Милая, прости, но я не смогу сделать большее.

Розабелла была папиной дочкой, но Франческа яволялась матерью, какой бы бессердечной не казалась, в последние минуты она думала о благополучии своих детей, меня это тронуло.

– На…надеюсь ты не…не станешь нас ненавидеть, как маму и…папу, – у девушки началась истерика, из-за чего она стала заикаться, закрыв глаза, слезы продолжали течь по ее щекам.

Мои слова утешения сейчас словно лишнее содрогание воздуха, которое не причиняло радости, но усиливало состояние груза вины. Крепко прижав к себе, поглаживая, давала волю слезам.

– Ей надо отдохнуть. – Элена обеспокоено схватила младшую сестру за плечи.

Алонзо подошел вовремя с бутылкой воды, протягивая мне, я с благодарностью приняла ее, приставляя горлышко к губам Рози. Сделав пару глотков, все еще дрожа в моих руках.

– Пойдем, милая.

Элена подтолкнула сестру к машине, почувствовав, как тело Розабеллы становится лишь тяжелее в моих руках, которое я не в силах удержать, падая вместе с ней. Выронив бутылку из рук, пытаясь удержать, но Алонзо успел перехватить Розабеллу быстрее, чем это сделал Кристиано.

Теодоро тут же сорвался с места, увидев, как обездвиженное тело сестры несут к машине.

– Что случилось? – отталкивая Элену от машины, спросил он.

– Полегче, приятель! – зарычал на него Лино, я готова была удивиться.

В голове возник вопрос, насколько сильно страдала моя старшая кузина в Филадельфии? Быть может это муки удовольствия?

Добравшись до дома, мою усталость сняло маленькое белокурое счастье. Упав на колени перед Эйми, крепко обнимала ребенка, вдыхая ее сладкий аромат.

– Ма-ма, – она потрогала лицо, ее внимание привлекли мои красные губы.

Открыв рот, она усердно растирала пальцем красный цвет, потом посмотрела на свой указательный пальчик.

– Мама купит тебе такую, когда ты немножко подрастешь, хорошо? – пощекотав малышку, принимала ее радостный смех, скукожившись от щекотки. – А сейчас, мама зацелует свою красивую девочку.

Целуя ее пухлые щечки, оставляла красные следы. Ясмина смеялась вместе с нами, наблюдая, сидя в кресле.

– Эйми, покажи маме, какой твой любимый цвет? – попросила Ясмина, указывая на разноцветные шарики.

Девочка встала и подняла синий шар, показывая мне.

– О, я знаю, кто поддержит тебя в этом выборе. – Ясмина поняла, о чем я говорила, и мы одновременно улыбнулись.

– Как все прошло? – спросила обеспокоено женщина, подбирая слова.

– Прошло, думаю, на этом закончится череда неприятных новостей для нас, – поднимаясь, выдохнула я.

– Витэлия, прозвучит неубедительно, и тебе потребуется время, чтобы принять боль, что тебе причинили, но…– она встала с кресла, подойдя ко мне, взяв за руки. – Мы с Алдо рядом, ты можешь положиться на нас, ты часть нашей семьи, мы никогда не сделаем тебе больно.

– Знаю, Ясмина. – склонив голову, разглядывала наши переплетенные руки.– Мне действительно понадобится время, чтобы принять. Спасибо.

– Ах, милая, – она привлекла меня к себе, поцеловав, крепко обнимая.

Ямина всегда пахла цветами, слишком яркий аромат, который еще надолго задерживался в пространстве.

Переодевшись, возвращаясь в комнату к дочери, увидела Элену, сидящую на диване, они беседовали с Ясминой. Ее элегантная поза с ровной спиной и прямым подбородком каждый раз заставляла восхищаться. Девушка обернулась, взглянув на меня своими карими глазами.

– Мы можем поговорить? – встав, спросила она.

Предлагая ей выйти на балкон, мое тело сразу же обожгло теплым воздухом, раньше я не замечала, какое в Италии кровожадное солнце.

– Как Розабелла? – спросила я, чувствуя, как кузина борется, не решаясь начать первой.

– Все в порядке, она сейчас спит. Просто сильно переволновалась, – она все еще смотрела на море, покусывая нижнюю губу.

– А ты?

Ее взгляд уставился на меня, но было сложно угадать эмоцию, была ли то вина или сожаление, а может очередная игра?

– В порядке, – прервав мой пронзительный взгляд, ресницы девушки затрепетали. – Витэлия, я не стану просить прощение за родителей. Никто из нас не виноват. Но поблагодарю за то, что позволила им жить.

Только сейчас я заметила на ее предплечье еле заметные синяки и не смогла оставить без внимания.

– Он обижает тебя?

Элена проследила за моим взглядом и покачала отрицательно головой.

– Все не так, у меня слишком тонкая кожа, – соврала, развернувшись ко мне. – Теодоро скорее откажется, но Розабелла может поехать со мной.

– Они все еще принадлежат Ндрангете, не думаю, что твой муж будет рад пополнению в семье.

У меня не было права решать за Теодоро и Розабеллу, если они захотят уехать, и Фамилья примет, гарантируя безопасность, я поддержу их выбор. Воцарилось молчание, мы погрузились в воспоминания, связанные с этим домом.

– Всю свою жизнь я жила в плену, продолжая делать то, что хотели другие, – Элена ухмыльнулась, положив руки на поручни. – Так иронично, одни мечтают о родителях, другие, имея возможности, хотят сбежать.

– Элена, прекращай склонять голову. Ты достаточно сильная, чтобы справиться со всем и всегда можешь попросить поддержки. Не игнорируй руки, которые к тебе тянутся.

Эйми появилась в дверях, неуклюже переступая порог. На ней было голубое платье с розовыми цветами, вышитыми на юбке.

– Мама, На! – в ее руке был телефон, который я оставила на столе.

– Спасибо.

Поблагодарив дочку, погладила ее по голове. Он задрала голову, изучая Элену, а потом смутилась под пристальным взглядом кузины и обняла меня за ногу.

– Эйми, это твоя тетя Элена. Она немного серьезная, но добрая, а еще очень красивая, правда? – присев к девочке, знакомила ее с новым человеком.

Эйми снова посмотрела на Элену, жуя свои пальцы, улыбаясь. Элена поджала губы от неловкости моих слов и протянула руку к девочке.

– Она очаровательна, Витэлия.

Ничего не ответив, мы пробыли еще пять минут, прежде чем попрощаться. Элена и Лино уехали из Италии на позднем вечернем рейсе, Теодоро сразу же пресёк все варианты работы с Фамильей. Розабелла пообещала, что прилетит навестить сестру на зимних каникулах, чтобы не откладывать учебу. Оставалось последнее, вопрос о моем статусе в делах Ндрангеты, если я имею все права, то возможно могу отдать эту роль Кристиано. Алонзо привез меня на виллу к Франческо Барбаро, который принимал в своем доме Алдо, боссов Америки и Мексики, наслаждаясь дружеской встречей.

– Витэлия, добро пожаловать, – поприветствовал меня Франческо, предлагая выпить.

– Не хочу отнимать ваше время, – присев возле Алдо, сложила руки на коленях. – Я бы хотела отказаться от должности и вернуться в Канаду.

Мужчины переглянулись, продолжив наслаждаться выпивкой.

– Думаю, тебе стоит все хорошенько обдумать, прежде чем делать такое заявление, – покрутив бокал в своей руке, ответил Франческо.

У нас было достаточно ндрин, которые могли возобновить работу Ндрангеты в Германии и поддержать Италию, проблем никогда не возникало, боссы жаждали, когда наступит такая возможность, чтобы стать следующим достойным. В Ндрангете никогда не ставили деньги выше качества товара и слова, у нас всегда этого было достаточно, чтобы обеспечить ни одно поколение, здесь дело чести и верности, своим солдатам и предкам.

– Теодоро и Розабелла останутся со мной, не думаю, что нашим локале понравится такой расклад. Окажите мне услугу, Франческо, я не обижу и верну долг, однажды, – уголки губ дрогнули, ему понравились мои слова.

– Думаю, вы правы, Витэлия. Если вы не уверены, что справитесь, лучше не взбираться на эту гору, – босс Мексики все еще видел во мне глупую девчонку.

– Но я уже на вершине горы, синьор. Просто мне нужно ненадолго спуститься, чтобы провести остальных.

Он фыркнул на мои слова, закатив глаза.

– Мне нравится, что ты продолжаешь сражаться за семью и делаешь это грамотно, не оскорбляя других. Думаю, Санта одобрит твое решение, верно друзья?

Франческо Барбаро обратился к коллегам, и все одобрительно поддержали его.

– Мы останемся в Италии на некоторое время, чтобы уладить дела, – сообщил Алдо, похлопав меня по руке. – Кристиано и Витэлия смогут вернуться домой.

Франческо единственный, кто хорошо знал Италию, в его подчинении было сразу две страны, чаще всего он находился на родине, пока Австралия была под присмотром его семьи.

Предупредив Алонзо о своем решении, попросила его помочь Алдо до тех пор, пока он находится в Италии. В остальном, выбор оставался за ним, кому он будет служить и чьи приказы выполнять.

Делая последний вдох Калабрийского воздуха, прощаясь с Италией, чувствовала неутолимое желание вернуться домой и как можно дольше не возвращаться.

Спустя три месяца.

– Твоя попка уже шоколадного цвета? – спрашивала Лиа, когда я ухмылялась на ее вопрос, разглядывая по-прежнему бледную кожу.

Кристиано сделал мне подарок на день рождения, купив билеты в Мексику, точнее на остров Косумель, где я прожила до тринадцати лет. Ошеломленная его подарком, я не могла выразить достаточно эмоций. Совсем позабыв, что мы уже затрагивали тему путешествий однажды, он так долго вынашивал этот план в своей голове, потихоньку приближая его к реальности.

Я была так счастлива увидеть старый домик, который по-прежнему стоял у моря, на пляже которого я сидела и скучала по русской земле, по маме и папе. А потом выглядывало солнце, и мы играли в мяч с Патрицией, ходили в город, ели местную еду. Для нее она была непривычной и острой, она держала себя в руках, не подавая виду, но красные уши выдавали ее.

Летом приезжали Элена, Теодоро и Розабелла, дядя арендовал яхту, катая нас по Карибскому морю вдоль острова, а повар готовил вкусные чуррос, которые мы макали в молочный шоколад и пачкали не только руки, но и друг друга. Кристиано подарил мне счастливые воспоминания о прошлом.

– Немного, я стараюсь не подпалить свою попку, солнце все еще агрессивно настроено против меня, – наблюдая, как Кристиано и Эйми пинали мяч друг другу на пляже.

Сейчас на острове не сезон, поэтому вечером могут быть кратковременные осадки, сегодня море было спокойным. Мы улетели за две недели до Рождества и должны были вернуться, чтобы отпраздновать вместе с Ясминой и Алдо, которые возвращались из Италии.

– Готова вернуться к работе? – спросила я девушку, которая установила себе сроки отдыха до следующего года.

Когда наша семья покинула Италию, Лиа осталась со своей, чтобы насладиться морем, как долгое время мечтала ее мама, а потом сразу же полетела в Монреаль. Со смертью Патриции словно все замерло, никаких нападений со стороны Каморры, никаких преследований, абсолютный штиль.

– Признаться, я умираю, как хочу на работу. У меня до сих пор нет машины, хочу что-то более интересное, – призналась подруга. – Кстати, я звонила Розабелле, мне показалось, или у нее появился парень?

– Теодоро будет в восторге от этой новости, – представляя недовольное лицо своего кузена.

Розабелло и Теодоро старались справиться с произошедшим, Рози ушла с головой в учебу, и ей действительно приносило это удовольствие, а Тео сдружился с Декстером и в свободное время помогал обучать младшее поколение будущих солдат Ндрангеты.

В сентябре они с Вито и Антонио ездили в Ванкувер, чтобы принять новый крупный товар, мы с Кристиано верили, что никто не умрет в этой поездке. Чудо произошло, но у Теодоро был внушительный фингал под правым глазом, а у Антонио сломан нос.

– Так я права? – переспрашивала Лиа, которая обожала университетские романы.

– Они только познакомились, вроде он с другого курса. Если это отвлекает ее в хорошем смысле, то я буду рада, – красный мяч ударился о мои ноги.

– Мама, дай! – крикнула Эйми, выставляя руки перед собой, зажмурив глаза, как научил ее Кристиано, чтобы она не поранилась.

С каждым днем Эйми все больше узнавала и повторяла за окружающими, Кристиано разговаривал с ней на французском, и она старательно подражала ему. На днях мы ездили в национальный природный парк с естественным аквариумом, чтобы посмотреть на тропических рыб и познакомить ее с морскими жителями. Меня тревожила аллергия малышки на морепродукты и рыбу, мне бы не хотелось, чтобы она прогрессировала, врач сказала, что на данном этапе это могло привести лишь к диатезу.

Пнула мяч в ее сторону, который унесло ветром к ногам Кристиано. Кажется, я сглазила хорошую погоду, надвигался дождь.

– Хочу вернуться в то время, когда мы с Антонио еще не были знакомы. Я бы выбрала твоего мужа, – захихикав мне в трубку, ответила Лиа. – Где были мои мозги?

– Боюсь расстроить, но я все равно бы увела его у тебя, совершенно без цели на это, – я стала более открыта в наших диалогах.

Лиа стала мне хорошим другом, раньше казалось, что кроме семьи будет тяжело завести подруг, но Лиа была рядом в серые дни моей жизни, безвозмездно. Мне хотелось стать таким же хорошим другом, на которого она могла положиться в будущем.

– Черт, да ты сучка!

Мы одновременно засмеялись. На меня посыпались первые капли дождя, мяч снова улетел, и Кристиано указал Эйми в мою сторону, а я жестом позвала дочь к себе. Девочка побежала, улыбаясь, упав в мои объятия.

– Тетя Лиа очень сильно скучает по тебе, – сказала я малышке, включая громкую связь.

– Лиа! Привет! – закричав в экран телефона Эйми.

– Моя сладкая булочка, я привезу тебе много подарков!

Мой взгляд остановился на силуэте мужа, который бежал к нам, его черные волосы разлетались в разные стороны, делая из него сексуально спасателя. Ох, как бы я сейчас хотела попасть в беду, ради таких зрелищ, готова выставлять для себя ловушки каждодневно.  Прикусив щеку, не заметила, как дождь усилился, подскочила, хватая Эйми под подмышки, пряча нас под крышей.

– У нас снова дождь, мы пойдем принимать горячую ванну, – прощаясь с Лиа, убрала телефон.

– Лиа безупречна, она крадет мою жену даже на расстоянии, – откидывая густые волосы назад, выдыхая.

Мое сердце начинало колоть от желания наброситься на Кристиано и впиться в его губы.

– Ты тоже был занят, проигрывая моей дочери, – сжав его подбородок между большим и указательным пальцами, потрепав.

– Нашей, – открывая нам дверь в дом, пропуская вперед.

Искупав Эйми и переодев в пижаму, Кристиано ждал нас в гостиной, выбирая вечерний мультик, устроившись на диване. Дверь на террасу к морю была приоткрыта, дождь вовсю разошелся, создавая шум, колыша шторы, слышались раскаты грома, и сверкала молния.

– Сначала расчешем твои волосы, – взяв детскую расческу с мягким ворсом, опустилась на колени перед Эйми.

Кристиано включил мультик, и заиграла вступительная музыка. Эйми тут же обернулась, улыбнувшись, указывая на картинки в планшете. Я подвигала плечами в такт музыке, и ребенок подхватил мою идею, подпрыгивая. Закончив с волосами, откладывая расческу, встала на ноги, пританцовывая к дивану, Кристиано наслаждался моими глупыми танцами, подперев голову, играя бровями. Мой короткий сарафан дразнил его целый день.

Эйми засмеялась, подпрыгивая, танцуя руками, делая фонарики. Яркий свет за прозрачными дверьми осветил комнату, и дверь с силой приоткрылась, впуская прохладный воздух. Закрывая ее, в этот момент раздался громкий раскат грома, от которого я вздрогнула. Эйми испуганно подскочила на месте, широко раскрыв глаза, подбежав к Кристиано, забираясь в его объятия, крепко обхватив за бицепс.

– Тише, тебе не стоит бояться! Так погода разговаривает с нами, предупреждая о дожде, – объяснил он, поглаживая ее по спине.

Она подняла голову, взглянув в окно настороженно, а затем указала на окно.

– Дождь, там! Папа!

Я застыла, услышав, как она впервые назвала его папой, прижимая ладонь к губам. Кристиано сам оторопел, но гораздо быстрее меня пришёл в себя, прочистив горло.

– Да, дождик на улице, милая, – поправляя ее светлые волосы. – Давай смотреть мультики.

Спустя час активного просмотра, Эйми заснула на его руках, уложив ребенка в кровать, мы вернулись в гостиную.

– Это такое необычное ощущение, верно? – спросила я, доставая чашки, мы, как истинные итальянцы, не могли отказаться от чашечки кофе на ночь.

– Мое время изменятся в лучшую сторону с тобой, – встав позади, прижимая к столу, целуя в шею.

Дом, в котором мы жили, был небольшой, кухня была крошечной и соединялась с гостиной.

Прикрывая глаза, путаясь в процессе приготовления, отложила ложку, разворачиваясь к нему лицом.

– Мы будем пить кофе или молчать о любви? – спросила я, захватывая его губы своими.

– Или, mon ame.

Я улыбнулась в его губы, как всегда потрясенная откровенными словами и настойчивыми уверенными движениями. Его указательный палец подцепил мою тонкую бретельку на правом плече, и та упала. Проделав то же движение с другой, откидывая мои каштановые волосы, открыл вид на соблазнительное декольте и шею. Покрывая поцелуями участки моей голой кожи, оставляя влажные следы, стремился вверх к моим губам.

Плотно прижимая своим телом к кухонному столу, чувствовала, как нарастало его возбуждение. Язык ласкал мой рот, а пальцы уверенно стремились к центру, отодвигая кружевное белье, проводя вдоль по складкам, которые готовы для его ласк.

– Как мне переплюнуть твой подарок, когда это кажется абсолютно невозможным? – задыхалась я, когда он играл с моей бусинкой, его пальцы покрывались моей смазкой.

У Кристиано день рождения в конце декабря, а я до сих пор не могла придумать, что подарить? Это мучало меня уже несколько недель, возможно, он бы предпочел узнать новость о расставании Джины и Майкла или рост акций компании, но эти новости так же нестабильны, как Антонио и его идеи.

– Ты мой самый приятный подарок, – рычал он, игнорируя мои вопросы.

Усадив меня на стол, пробираясь под ткань сарафана, снимая трусики, его дикий взгляд возвращался к моим глазам, и я сглатывала от волнения, предвкушая ласки и восхитительные оргазмы.

– Что? – спросила я, тревожась, сведя брови. – Придумал, что-то интереснее?

– Я хочу ребенка, Витэлия. Подари мне еще одного ребенка.

Низкий бархатный голос пробуждал мурашки, а горячее дыхание обжигало мои губы, прежде чем я привлекла его за шею, впиваясь в сладкие губы.

За тот короткий путь нашего брака мы достигли невозможного и пережили невероятное, вместе. Оглядываясь назад во времени, я бы сочла все за безумие и больное воображение, но все безумное, чаще оказывалось реальностью. Кристиано подарил мне покой и стабильность, открывая мне все двери к счастливому будущему, запрещая смотреть в разрушительное прошлое.

Потеряв родных сердцу людей, прожив горькую правду, долго оплакивая утрату, ко мне пришло осознание, что все восполняется. Я лишилась многого, но и многое приобрела. Просто не замечала, посадив себя в клетку отчаянья и скорби. В конечном итоге достигла счастья.

Равновесие.