Глава 21

– Осталось километров десять, не больше.

Я просто кивнула на эту фразу.

Уже два дня мы ехали куда-то в Дагестан. Сменялась природа, сменялись населенные пункты. Рахмат выбирал то широкие большие трассы, то вел машину по каким-то полям.

И особо со мной не разговаривал.

Как и я с ним. Мне нечего уже было обсуждать с ним после той ночи. Я вспоминала, что он мне сказал после нашего первого и единственного пока секса и каждый раз краснела.

– Я забрал твою честь, – Рахмат коснулся внутренней стороны моих бедер пальцами, дотрагиваясь до едва заметной багровой полоски на коже. – Теперь ты принадлежишь только мне, девочка.

Его кольцо висело на моей цепочке, на шее.

Зачем он мне его отдал? Кто знает. Возможно, некий знак этой самой принадлежности. Как у них там, в бандитских кругах принято, я же не знаю.

Я думала о другом.

Все случилось в мою овуляцию. Подсчитать это моих бестолковых мозгов хватило. И я грызла губы, гадая о том, случится беременность или нет. Забеременеть с первого раза более чем возможно. А уж учитывая, сколько семени он в меня влил…

Ох, Мина…

Умеешь ты вляпываться.

Я обняла ладонью лоб, скрючилась на сиденье. Ребенок. Я была бы ему рада. Если бы в моей жизни было все по-прежнему. Был дом, была хоть какая-то стабильность. А сейчас?

Что я могу ему обеспечить?

А еще покоя не давала мысль о том, что Рахмат может привязать меня к себе этим ребенком. «Ты принадлежишь мне!» Я что, вещь какая-то?

Меня все злило.

Я не дура с розовым романтичным единорогом в подмышке. Ни о какой любви не может идти речи. Это только я сопли распустила по извечной женской традиции. А он…

Рахмат не такой.

Он живет и действует только расчетом. Вот только я не хочу, чтобы мой ребенок, если он будет, тоже был встроен в эту продуманную заранее схему. Поэтому – я буду скрывать. Столько, сколько смогу.

На всякий случай.

– Устала? – Рахмат вдруг дотянулся до меня. Взял мою руку и сжал пальчики, погладил их аккуратно.

– Нет, – я поджала губы.

Вытянула руку из его, освобождаясь.

– Смотри, – он как будто не обращал внимания на мои капризы.

– Ты куда меня привез?! – у меня воздух встал в горле комом.

С высоты холма, на который мы заехали, открылся неожиданный вид.

Огромное зеленое плато с чернеющей горой впереди. А у ее подножья – старая сторожевая башня. Из тех, что строили наши предки. Сложенная из огромных камней и с узкими окошками-бойницами.

– Тут мы с тобой поживем. Недолго, несколько дней. Тут для тебя будет безопасно, – Рахмат направлял машину именно к башне.

– Как здесь жить? – охнула я.

– Увидишь.

Я увидела.

Поняла, что если у человека есть деньги, то можно какой угодно сарайчик или хижину превратить в комфортабельное жилье. Серьезно, если бы кто-то из экскурсоводов привел в эту башню группу туристов, они бы точно удивились наличию в ней биотуалета и горячей воде из крана.

– Как ты это все тут устроил? – я растерянно крутилась посреди единственной большой комнаты. – Все сторожевые башни же входят в наследие культуры республики?

Он ухмыльнулся углом рта, бросая наши сумки прямо на толстый ковер.

Так, понятно.

Простите, Ваше Величество, что усомнилась в вашем могуществе.

Захотелось даже присесть, сделав реверанс. Но я зацепилась взглядом за кровать. За единственную кровать в этом месте. Большую, широкую, накрытую пушистой шкурой.

Ах, да!

Королю положено спать вместе со своей женщиной. Покорной и безотказной. В душе боролись два чувства. Первое было благодарностью за то, что Рахмат больше меня в дороге не трогал. Никак не намекнул на то, что ему нужна еще близость. Берег после лишения невинности, заботился?

Я не знала.

А вот вторым чувством была злость. Протест против всех его действий и слов.

– Нравится? – Рахмат встал посреди комнаты, уперев кулаки в бедра и осматривая наше неожиданное жилище.

– А если нет, то что? – я сложила руки на груди.

– Придется учиться смирению активнее. Кофе мне сделай, я сейчас вернусь.

Я совершенно не по-учительски разинула рот ему вслед.

Нормально?

Захотелось зарычать. Это мне вот так теперь будут приказы только отдавать? Н-ну я тебе сейчас приготовлю кофе, Король Королевич! Ты вовек не забудешь!

Да ты меня и так не забудешь!

Я вся такая незабываемая, ага!

Тяжелая деревянная дверь за Рахматом гулко захлопнулась, а я выдохнула. Спокойно, Мина Алиевна! Месть это блюдо, которое подают холодным. Так что дышим и творим.

Точнее, вытворяем.

Кухонькой здесь служило небольшое отгороженное помещение.

Я вошла туда и у меня просто опустились руки. Обалдеть. Не знаю как Рахмат это сделал, но он создал в этой старой башне современную квартирку-капсулу. Я специально задрала голову. Ну, точно. Даже потолок тут был современным, из какого-то непонятного белого пластика.

Как будто внутренности космического корабля, честное слово. Сколько ж денег сюда вбухано. И зачем, вот вопрос. Прятаться здесь?

И как только тут все не разграбили, интересно?

Думая обо всем этом, я порылась в шкафчиках, достала банку с молотым кофе. Нашла турку, налила воды. Все было аккуратно расставлено, все было доступно и удобно.

Душу кольнула неприятная иголка.

Тут что, женщина была какая-то? В жизни не поверю, что Рахмат сам смог здесь организовать такой порядок. Мужики над такими вещами не задумываются даже никогда.

Над горелкой небольшой плитки привычно вспыхнули синеватые лепестки газового пламени. А я – задумалась еще больше.

От кого он меня прячет?

Что значит, что Королю нельзя Королеву?

И почему у меня такое ощущение, что те люди в Питере королевой посчитали именно меня? Я чувствовала от них угрозу. И Рахмат теперь постоянно твердит про безопасность.

Почему, черт побери, я?!

Какая из меня королева? Можно меня просто отпустить? Я настолько быстро свалю отсюда, что сквозняк образуется.

– Мина! – Рахмат подскочил из-за спины, хватая турку с выкипающим через край кофе.

– Ой! – я отшатнулась от горячих брызг.

– Обожглась?

На моих руках, которые он схватил, алели красные пятнышки ожогов. А на дне черных непроницаемых зрачков полыхало беспокойство.

– Немного, – я потянула запястья на себя, отнимая. – Ерунда. Я задумалась просто.

– Мина, – выдохнул он.

– Какая, блядь, идиллия, брат!

Я испуганно отшатнулась.

В проеме кухоньки стоял тот самый мужчина. Водитель Рахмата, который отказался нас везти. Стоял, улыбался насмешливо, глядя на нас двоих исподлобья. И покачивал в ладони серебристый пистолет с длинным дулом.

Я невольно задрала подбородок повыше.

Видимо, нас пришли убивать здесь. В Питере же не вышло.