Эпилог
Весна в этом году выдалась дружная.
Совсем как восемнадцать лет назад, когда двойняшки решили появиться на свет.
Лиза придирчиво оглядела стол — всё ли в порядке, и только хотела поправить немного криво лёгшую салфетку, как заголосил телефон.
Судя по мелодии — мама.
— Мамочка, как хорошо, что ты позвонила! Вы сейчас где? Где? О, хорошо! Пожалуйста, заверните в ТЦ, посмотри там Смешарики. Я не купила Совунью и Бараша. Да, сразу не было, в другое место не поехала, а потом просто закрутилась и забыла. Знаю, что выросли, тем забавнее будет встреча с детством. Не помнишь, как Кирюши и есть, ни спать без своих смешариков не хотели? Вот, пусть вспомнят детство — в дополнение к основным подаркам мы с папой решили приготовить им по полному набору. Да, я забыла, что у нас некомплект. Сделаешь? Спасибо, родная!
И только положила трубку — новый звонок. На этот раз Таня, младшая дочь.
— Танюша, тебя сегодня Кирилл заберёт или… А, уже папа забрал. Отлично, дай-ка ему трубочку. Ромашка, у меня всё готово. Осталось только виновников торжества дождаться, да всех родных собрать. Мама уже едет, Кира звонила в обед, они с Кириллом будут к пяти, — бросила взгляд на часы и добавила, — то есть время уже поджимает. Да, мне тоже жалко, что дяди не смогли вырваться, но ты сам понимаешь, служба есть служба! Ничего, летом слетаем к ним все вместе, навестим. Ты не знаешь, где сегодня полдня пропадают Кирюши? Сюрприз? Ох, что-то мне уже страшно. Точно, хороший? Точно-точно? Не как в пятнадцать — спасать в Африку белых носорогов? И не как в десять, когда они решили навестить тот вулкан, из-за которого полностью прекратились авиаперелёты над Европой… как его… Эйяфьят…, забыла. Они у нас начиная с зачатия, сплошной сюрприз для родителей. Чаще приятный, но иногда от подарков волосы встают дыбом.
Роман рассмеялся.
— Да, да: маленькие детки спать не дают. С большими сам не уснёшь. Ладно, Лиза, не волнуйся — близнецы у нас что надо! Просто любознательные и активные. Мы с Танюшей через час будем.
Отложив сотовый в сторону, мать семейства поспешила на кухню — проверить, всё ли готово.
— Да что вы, Елизавета Максимовна, так волнуетесь? — встретила хозяйку повар. — Когда это у нас что-то не удавалось? Всё отлично, не переживайте! Выросли наши деточки — надо же, восемнадцать! Оглянуться не успели. Где они отмечать-то собираются? Ну, со сверстниками?
— В Липках. Решили своими силами справиться — сами приготовят себе бутерброды, салаты, шашлыки. Сегодня по-семейному посидим, а послезавтра соберётся молодёжь. Взрослые уже, отец сказал, не мешать. Но там же Виктория с Сергеем живут. Они ненавязчиво присмотрят, чтоб дети пожар не устроили. Или потоп.
— Это хорошо, это правильно! — одобрительно покивала женщина. — Вы идите к себе, мы тут сами управимся. Вам тоже приготовиться надо — шутка ли — совершеннолетие у первенцев!
Лиза приняла душ, потом долго сидела в одном халате, наводя красоту. Ромка, конечно, убеждает, что она прекрасно выглядит, что годы на ней совсем не сказались, но она-то знает, что он просто её любит. Но сорок один есть сорок один — с дочерьми не сравниться. А хочется быть очень-очень красивой — для него, для Ромашки.
Лиза замерла, вспоминая прожитые годы.
Свадьбу, которая не была похожа на свадьбы.
Просто двое заглянули в ЗАГС, а потом поужинали у себя дома, отметив событие бокалом свежевыжатого сока.
Как муж переживал и дёргался с приближением родов.
Счастье, что дети решили родиться в момент отсутствия отца, иначе она не знала бы, что ей делать — рожать или супруга поддерживать. Если он так волновался до родов, что бы с ним было в процессе? Нет, нет, Кирюши — как все в доме звали двойняшек — поступили очень верно!
Их первую совместную ночь.
Кому рассказать — не поверят: сначала завели детей, потом расписались — ну, это не редко случается. Но дальше интереснее — Лавровы стали фактическими мужем и женой только когда близнецам исполнилось два с половиной месяца.
Благо, июнь месяц, большой выбор цветов всех видов и размеров. Вот Ромашка и расстарался, усыпав лепестками не только спальню, но и холл, коридор, лестницу. Это не считая огромного количества цветочных корзин — дом потом несколько дней проветривали, когда сами «молодожёны» вместе с детьми сбежали в отель.
Оказывается, даже приятный аромат может раздражать, если его слишком много.
Лизина память снова вернулась к усыпанному цветами ложу.
Как же они волновались. Оба. И сколько нежности и любви подарил ей этот невероятный мужчина — её муж!
Женщина мечтательно улыбнулась, вздохнула и уловила приглушённый шум.
Ох, засиделась она, а там, похоже, уже родня собирается. Надо поторопиться!
И поспешила в гардеробную. Там надела заранее выбранное платье, поправила волосы. Затем вдела в уши серьги и решила, что ещё обручальное кольцо, и вполне достаточно. Обвешиваться украшениями на манер новогодней ёлки она не любила.
— Мама, там бабушка приехала, — громко сообщила Татьянка. — С коробками.
— Хорошо, я сейчас спущусь, — отозвалась Елизавета. — У тебя как тренировка прошла?
— Как обычно — продуктивно. Всё, я в душ, — и младшая убежала в свою комнату.
— Лизочка, куда чудовищ? — а это на второй этаж поднялась мама.
— В гостиную, — крикнула Лиза, нанося последние штрихи. — Две минуты, и я выйду. Отдай коробки горничной, а сама освежись у себя в комнате.
— Чего мне освежаться — я не перетрудилась, — проворчала мама. — Везли, как королеву.
Она так и не привыкла к достатку. И когда десять лет назад овдовела, Лиза забрала её вместе с братьями жить к себе. Мальчишки освоились быстро, но мама до сих пор продолжала экономить. Уговорить её на обновку или приобрести что-нибудь не особенно нужное, но такое желанное, было чрезвычайно трудно.
— Лиза, — Роман, как обычно, налетел, облапил, притиснул к крепкой груди, вкусно чмокнул куда-то в угол глаза — она попыталась увернуться, переживая за макияж. — Я соскучился!
И сердце радостно ответило — да, да! Я тоже! Хоть и виделись же утром, да и днём не раз созванивались.
Вообще-то они планировали весь день провести вместе, но, как и восемнадцать лет назад, в день рождения двойняшек у Романа на работе произошёл аврал. Пришлось мчаться в офис холдинга и руководить. Как говорила в детстве маленькая Кира — «папа поехал рукой водить».
— М-м! Вкусно пахнешь, — муж потёрся носом о её волосы. — Так хочется испортить и причёску, и макияж, но я же взрослый мужчина! Поэтому сколько надо, столько и потерплю. Часа два точно выдержу.
И бережно прикоснулся к губам.
За окном бибикнуло — въехал очередной автомобиль. Судя по радостным возгласам Татьяны, которая галопом пронеслась по коридору к лестнице — прибыли «новорождённые».
Елизавета повернулась к мужу и утонула в его глазах.
— Ты переодеваться собираешься? — прошептала, не в силах оторвать взгляда.
— Непременно, — так же, шёпотом, ответил Роман. — Вот только ещё раз поцелую самую красивую на свете женщину. Мою горькую любовь!
— Горькую? — Лиза улыбнулась.
— Да, ты — моя жизнь, моя душа, мой воздух. Моё лекарство. Сладость приедается, набивает оскомину, а горечь оттеняет эмоции и не позволяет чувствам потерять вкус.
— Ромашка, ты такой романтик!
— Мам, пап! Ну вы где? Опять наглядеться друг на друга не можете? — басок сына.
— Идём, Кирюша, — в унисон отозвались родители и, взявшись за руки, вместе шагнули через порог.