Глава 26
Ник
Сознание возвращается ко мне очень медленно, короткими вспышками. Во время которых пытаюсь понять, что произошло и где нахожусь. Но снова и снова беспамятство затягивает обратно. Так легче. Почти нет боли. Обжигающей, оглушительной. Что черт возьми произошло? Почему не получается прийти в себя? В беспамятстве есть еще одно преимущество - там Вика. Ее нежный голос. Ее мягкие руки. Они облегчают боль. Но в то же время подсознание подсказывает, что надо встать. Надо бежать…
Наконец мне удается, все-таки, продержать глаза открытыми достаточно долго, чтобы оглядеться. Где же, черт возьми, нахожусь? Совершенно незнакомое место. Вокруг столько аппаратов, медицинских, но это явно не больница. Замираю неподвижно, инстинктивно напрягшись, пытаясь обнаружить опасность, понять, что со мной произошло. Вспомнить.
Последнее воспоминание - меня вызвал к себе Фараон. Но я не доехал…
Точно, меня перехватили люди безумной бабенки, которую я бросил тогда на показе, у матери Вики. Потому что увидел Вику… танцующую с Антоном, и крышу просто снесло. И теперь бабенка решила отомстить?
Похоже, я нахожусь в ее доме. Во всяком случае, последнее воспоминание - ее искаженное от гнева лицо. Ее речь о том, что я посмел унизить самолюбивое папочкино сокровище и теперь должен принять участие в бое без правил. Но не простом. Насмерть. С любым оружием. Абсолютное месиво…
Так вот почему так больно. Противник мне достался не слишком крупный, и я почти не волновался - зато чертов китаец был юрким и скользким. Извернулся и в живот меня пырнул.
Все мои догадки верны - в комнату входит Алина.
- Очухался?
- Еще не наигралась? - отвечаю ей в тон.
- Хамишь? Я тебе, между прочим, жизнь спасла!
- Зачем ты все это сделала? Так охота потрахаться?
- Блин дать бы тебе по морде, хамло! Нужен ты мне больно! Это не моя идея была. Ни на бой тебя отправить, ни спасти. Похоже, ты многим интересен…
- А выглядело все как чисто твоя инициатива. На попятный идешь? Зассала? Фараон людей своих прислал?
- Да пошел ты! Никто никого не прислал. Никто тебя не ищет, ясно?
Это больно, слышать такое. Значит «папочка» Фараон, не дождавшись меня на встречу, не стал ничего выяснять? Просто вычеркнул из памяти сей инцидент? Обидно. Знал бы я раньше, что все так просто… Я б к нему и не являлся. Взял бы Вику да в другой город подался. Надеюсь, хоть она меня ждет. Хмурюсь от этой мысли. Волнуется ли она? Я бы на ее месте с ума сошел. Что если и она сходит?
- Где мой телефон? - спрашиваю Алину. - Позвонить надо.
- Я не слежу за твоими вещами. Мне не до того было. Ты чуть не сдох, неужели не понимаешь? И то что сейчас такой бодрый - только благодаря морфину. И моему врачу, ясно? Но скоро действие лекарства закончится, и я тебе не завидую. Врач сказал тебе месяц в постели надо… как минимум.
- Дай свой телефон.
- Нет! Обойдешься!
- Да что тебе надо от меня? Так впадлу дать позвонить?
- Сейчас моя задача тебя вылечить, - чуть ли не выплевывает мне в лицо эти слова Алина. - Мне за это неожиданно хорошо заплатили. Столько, что я теперь сама могу себе хозяйкой быть.
- Слушай, я не буду заявлять на тебя, ну ты и сама это понимаешь. Мне нужно связаться…
- Дурак! - прерывает меня Алина. - Это не моя идея была, послать тебя на смерть! Это… отец приказал. И я тебя не могу выпустить. Если он узнает… что спасла тебя. Нам обоим конец.
- И что теперь? Слушай, мне надо тогда своему боссу позвонить.
- Ты ничего не знаешь… у них война. Сейчас высовываться опасно. Об этом месте никто не знает…
- Мне надо сообщить моей девушке.
- Пиши ее адрес. Я ей сообщу.
***
Так я оказался пленником сумасшедшей девицы, которая только и знай мне небылицы всякие плела. Про войну банд и тому подобное. О том, что ненавидит своего отца и до смерти его боится. И о том, что я ей нравлюсь… по-настоящему. Что отец систематически «чистит» ряды ее поклонников. Чтобы не привязывалась ни к кому.
Я был вынужден все это слушать. Накачанный лекарствами, прикованный за одну руку к постели наручниками - после того как упрямо пытался встать, я был вынужден терпеть все это. Голова постоянно кружилась, я проваливался в беспамятство. Алина уговаривала меня бежать с ней. И бесполезно было ей объяснять, что у меня есть девушка. Вика. Я с ужасом думал, как буду объясняться с ней. Мне придется заново завоевывать ее… Но я готов. Только бы на ноги встать.
***
Не знаю сколько дней прошло, а слабость все не проходит - подозреваю, что меня пичкают успокоительным. Постоянные капельницы, и хрен знает еще что там мне вливают. По понедельникам Алина всегда уходит. Я выучил ее расписание. Видимо в этот день она точно знает где будет ее отец и не боясь столкнуться с ним, мотается по своим делам. Она и правда готовит побег. И меня с собой хочет тащить. Продолжает уговаривать. И не хочет слышать, что другую люблю. Безумица. Впрочем, с ее папочкой неудивительно, что она с прибабахом.
В доме царит полумрак. Неделю назад мне удалось вытащить из кармана Алины ключ от наручников, когда она меняла мне повязку. Специально попросил ее посмотреть. Она ничего не заметила. И вот я свободен. Не до конца, но хоть что-то. Понимаю, что у меня мало времени. Выхожу, в гостиной работает телевизор, правда с выключенным звуком. Присаживаюсь на минуту на диван - голова закружилась. Но быстро прошло, опираюсь на ручку дивана и встаю. Вроде терпимо. Сначала показалось, что сейчас стошнит, но постоял чуть-чуть и пришел в себя. Двигаюсь медленно: идти нормальным, уверенным шагом не могу, ноги едва передвигаются. Трудно смириться, что тебя, некогда здорового бугая превратили в такое несчастное существо. Почти старик. Не узнаю себя в этом еле живом, почти трупе, смотря в зеркало в коридоре на темные круги под глазами. Мне повезло - больше в доме никого не оказалось. Я никогда не видел никого кроме доктора и Алины, но она уверяла меня, что есть еще домработница и охранник. Видимо, врала.
На столике в коридоре нахожу ключи с брелоком вольво. Неужели мне настолько повезло?
Сначала я решил двинуть прямиком к Вике. Но глянув на себя, в зеркало заднего вида, подумал, что не стоит так ее пугать. Да, я пиздец как истосковался, и страшно боюсь, что она меня не простит… Но мне надо хоть одежду нормальную раздобыть. И достать обезболивающих, иначе я просто не доеду… До моей квартиры от дома Алины, оказывается всего минут двадцать. А до Вики если без пробок… короче, прикинув в уме, двигаю в дому. И это мне стоит… многого. Потому что, проведя всего то полчаса дома, за которые тупо валюсь на кровать - я еще слишком слаб и машину вел либо как подросток, впервые севший за руль, либо как нарик. Все время вилял. Да что там - пару раз тупо отключался. Чудо, что меня не остановили гаишники. Только в этом и повезло.
В остальном жопа полная. Потому что, открыв глаза понимаю - я уже не один в квартире. Надо мной склоняется Фараон…
- Привет парень. Вот так сюрприз… Это правда ты? Живой…
- А ты что, на похороны мои приехал? - понимаю, что так нельзя с главарем банды разговаривать, но мне слишком херово от боли, потому что ничего сильнодействующего в аптечке не нашлось.
- Возле твоего дома дежурил мой человечек. На всякий случай. Я хотел знать, правда ты сдох, или к врагу моему переметнулся. Времена сейчас неспокойные пацан. Но судя по твоему виду… ты с того света приполз. Ну что ж. Хотел тебя порешить, думал предал ты меня. Но вижу, нет. Сам страдаешь. Ничего, держись. Подлечим. У меня сейчас целый лазарет подпольный организован…
- Нет, спасибо. Я в порядке. Раз смог доехать сюда. Мне по личным делам надо.
Фараон сука начинает хохотать, а я снова морщусь от боли.
- Парень, ты давно себя в зеркало видел? К бабе собрался? Да ты еле живой, на ногах вон не стоишь.
- Меня похитил…
Рассказываю Фараону все что знаю про Алину и ее отца.
- Вот урод, сука, войну со мной развязал! - матерится Фараон. - И ты был одним из поводов. Твоя смерть. Я даже засомневался, правда ли, ведь он неровно к тебе дышал. А потом он на товар меня кинул. И еще двоих моих людей по частям мне в посылках прислал… Мы сейчас на военном положении, парень. Через пару дней валим за границу. Так и быть, с собой тебя возьму. Подлечим.
- Я не поеду никуда. Если честно, с меня хватит. Навоевался. Ты же видишь, что со мной сделали?
- Что за бред? Ты не можешь остаться, ты же не кретин! Он снова до тебя доберется. Думаешь сбежал и все? Можно жить в этом городе как ни в чем не бывало?
- Я не поеду.
- Ты из-за бабы своей, что ли? Ну и дурак. Баб еще миллион в твоей жизни будет, сейчас не время.
- Слушай, ты меня отпустить обещал!
- За слова притягиваешь? - хмурится Фараон. - Не кажется, что сейчас не время? Ладно. Спишу на твое состояние болезное. Лица на тебе нет, всего корежит от боли. Сейчас док мой приедет, сделает укольчик…
- Я выхожу. Могу повторить это хоть сотню раз. Ты мне обещал. Ты мне должен!
Фараон начинает ржать. Противно так, с издевкой. Отчего покрываюсь холодным потом. А может это просто снова лихорадка накрывает. Все происходящее как в тумане. Словно сквозь вату слышу последнюю тираду:
- Ты правда решил, что сможешь уйти от меня, мальчик? Ты мне нужен. И я тебя никуда не отпущу. Хотя нет, причина не в твоей нужности. Лишь в моем капризе. Я не хочу отпускать тебя. Ты слишком борзый, наглый. Решил, что это игра? Это так. Но не твоя игра, малыш.
***
- Ты не сможешь заставить меня. Я все решил.
Новый разговор с моим хозяином, а теперь я звал его мысленно только так, состоялся спустя три недели. Первые дни, из которых, меня держали в подвале какого-то дома. Оборудованном под клинику. А потом на частном самолете отправились в другую страну. У Фараона всегда был запасной план. Снова клиника, но хоть не подвал. Врачи говорили по-английски, но я почему-то сразу понял, что мы гораздо ближе к родине. Оказалось, угадал. Мы осели в маленьком поселке в Польше. Тут все было куплено Фараоном. И его бойцы продолжали съезжаться. Специальный тренировочный лагерь. Сам же хозяин был занят разъездами, переговорами. Телефон мне не давали. Держали как пленника - за запертой дверью. Типа чтобы сам себе не навредил. Я с ума сходил, думая, как изводит себя Вика. И это оттягивало выздоровление. Я разбивал руки в кровь о чертову дверь, за которой меня держали. Как зверя в клетке. И вот, наконец, хозяин снизошел для разговора.
- Смогу, уж поверь, парень, - усмехается Фараон. - У меня много способов. Лучше не провоцируй. Но знаешь, я лучше не буду по-плохому, а сделаю предложение, от которого не сможешь отказаться. Мне нужен год. Верной и преданной службы. Именно сейчас, когда я в уязвимом положении из-за войны, мне нужен каждый воин. Но потом… позже, ты уже не будешь нужен мне так сильно. По рукам?
- Чего конкретно от меня надо?
- Как и всегда. Верность.
- Драться я не могу. На ногах еле стою, как видишь.
- Не надо себя недооценивать, у тебя всегда были и мозги. У нас общий враг. Ведь именно он так исполосовал тебя.
- Да.
- И еще, парень. Я прямо вижу, как крутятся колесики в твоей голове. Типа для виду соглашаешься, а сам только и думаешь, как бы свалить по-быстрому. И даже знаю куда торопишься. Я старый лис, помнишь? И вижу на сто шагов вперед. Так вот, если ты вдруг кинуть меня решил… а сам к девушке бывшей собрался, чтобы сбежать и поселиться далеко ото всех, жить долго и счастливо…
Фараон перечисляет все мои потаенные мысли, а меня вдруг охватывает страшное предчувствие беды. Словно… словно сейчас вся моя жизнь как карточный домик рухнет.
Громкий хлопок - он бросает передо мной глянцевый журнал.
- Твоя зазноба очень помогла мне. Я-то голову ломал, что делать, чтобы тебе мозги, затуманенные гормонами, на место поставить. Но она такая умница. Я ведь и грохнуть ее даже подумывал. Но так было бы жаль, знаешь. Она такая красивая… Особенно в белом.
Опускаю глаза на журнал. Первая страница светских сплетен. Известный дизайнер выдала замуж дочь. На свадьбе был весь цвет бомонда. Перечисление громких имен. И фотография Вики в белом платье невесты… под руку с Антоном.
Нет, это не может быть правдой! Мне это, блядь, точно снится! Я наверняка все еще лежу под капельницей, в которой переборщили в этот раз с опиатами. Это не может быть никак. Даже если бы Вика возненавидела меня… она бы не стала. Та Вика, которую я знаю никогда бы не вышла замуж за урода, что разбил ей когда-то сердце…