Глава 25

Владислава

— Че сказал?!

Марк отодвигает меня за спину и агрессивно налетает на Кота, хватая его ворот свитера.

До ужаса боюсь таких потасовок и выплеска мужской агрессии. Я впадаю в ступор от страха в подобные моменты.

— Марк… — мне хочется немедленно это остановить.

— Саня! — рявкает Марк, и его друг, обхватывая мои плечи, оттаскивает назад.

— Тихо. Он сам разберется. Нельзя встревать в мужские разборки, может зацепить нечаянно, — шепчет мне Саня, продолжая удерживать. Вся толпа переключает на нас внимание. Мы в эпицентре событий. Сжимаюсь, обнимая себя руками.

— Ну ты че такой нервный-то? — ухмыляется Кот. Даже не думая сопротивляться. Он, наоборот, расслаблен и ехиден, словно Марк не держит его за грудки. — Ты ли это? Когда тебя волновала дырка? Великий циник поплыл? Все, потеряли пацана? — противно усмехается. — Ты так уверен в своей победе, что занервничал-то?

— Все сказал? — утробно и очень холодно спрашивает Марк, встряхивая Кота.

— Ооо, — отпускает меня Саня и летит к Марку. Но не успевает. Марк отпускает Кота, но в ту же секунду делает подсечку, валит его на пол и бьет. Они сцепляются, а я зажимаю рот рукой, поскольку Марку тоже прилетает по скуле.

Мамочка. Меня колотит, но я вопреки логике тоже несусь в толпу. Слава богу, их разнимают, оттягивая в разные стороны. У Кота идет кровь из носа, у Марка ссадина на скуле. Оба тяжело дышат, пытаясь вырваться из держащих их рук.

— Да сука, отпустите вы меня! — рычит Марк. — Я же все равно раскрошу ему еб*ло!

— Дёмыч, бля, он же намеренно провоцирует, — убеждает его Саня. — Чтобы вывести из равновесия. Х*й ли ты ведёшься?

— Да по хрен мне! — сплевывает Марк. — Я просто грохну этого гандона за его поганый язык.

Во мне вдруг просыпается патологическое чувство вины. Что это все из-за меня. Дыхание спирает. Хватаюсь за шею, пытаясь начать нормально дышать.

Саня что-то очень долго и тихо говорит Марку, а он в это время встречается с моим взглядом. Смотрим друг другу в глаза, не отрываясь. Мне хочется подойти к нему и попросить уехать. Бросить все и вернуться домой. Но я не могу… В ступоре смотрю ему в глаза, не моргая.

— Да понял я, понял! — психует Марк, отмахиваясь от Сани, и идет ко мне. Все это, естественно, на глазах у толпы. Мы словно на сцене, играем главные роли. И от этого мне тоже хочется провалиться сквозь землю. — Малыш, — подходит ко мне вплотную. А я кусаю губы. — Замерзла? — прикасается лбом к моему лбу. И я, наконец, начинаю нормально дышать. Возникает ощущение, что он пытается оградить меня от всего этого хаоса.

— Больно? — невесомо кончиками пальцев прикасаюсь к его скуле.

— Нет, — хрипит. — Испугалась?

— Давай уедем? — сдавленно прошу его я.

— Не могу, малыш. Сразу после заезда – куда хочешь. Хочешь в Тай или на Бали, Мальдивы?

— Не хочу, — закрываю глаза, глубоко вдыхая его персональный дурманящий запах. Но сейчас от Марка веет тестостероном.

— Иди в машину, — вынимает из кармана ключи и вкладывает их в мою руку.

— А как же заезд?

— Я не на своей тачке поеду. А вот на этой красавице, — взмахивает рукой вправо, показывая мне на старте две другие спортивные машины. Киваю. Забираю у него ключи, разворачиваюсь и медленно иду к машине. Останавливаюсь, оборачиваюсь, смотря, как Марк идет в толпу.

— Марк! — окрикиваю его я и быстро иду назад.

— Да, Карамелька, — улыбается, подхватывая меня за талию.

— Марк, я желаю тебе победы! Сделай этого мудака! — агрессивно произношу я.

Марк хрипло смеётся, стискивая меня в руках.

— Обязательно, детка! Я его еще вы*бу за тебя.

— Фу, прекрати выражаться! — шлёпаю его по плечу.

— Все, малыш, — быстро целует меня. — Не отходи от Крейзи. Саня! — подзывает друга, отпускает меня и идёт к своей спортивной тачке. Саня подставляет мне руку.

— Держись, крошка, — ведёт меня в толпу, которая собралась на старте.

Марк уже стоит возле машины и что-то говорит Коту, который еще продолжает утирать кровь из носа. Во мне вдруг просыпается кровожадность, и я злорадствую. Мало ему.

Из-за гула толпы и музыки я не слышу, что Марк говорит Коту. Но по выражению лица и агрессивной подаче понимаю, что он явно не добра желает ему.

На старт выбегает какая-то девушка. Быстро скидывает куртку, под которой у нее прозрачное боди, кожаные шорты и высокие сапоги на шпильке. Она встаёт между машинами и разводит руки в стороны. Марк с Котом садятся за руль, начиная газовать, а у меня сердце замирает. Я вдруг ловлю атмосферу общего азарта. Сердце колотится, как ненормальное, мурашки по коже.

— А как мы узнаем, кто придёт первым? — дергаю за руку друга Марка.

— Это по кругу, крошка. Марк вернётся на старт первый, — отвечает, сразу исключая проигрыш. А я все губы уже искусала, и они обветрели. Мне и страшно за Марка до мурашек, и одновременно азартно.

Он должен победить.

Это же Марк.

Дышу глубже, прикрывая глаза.

— Сколько длится заезд? — снова дергаю Саню.

— Да не очкуй, все будет норм. Еще минут десять, — ухмыляется Крейзи, протягивая мне бутылку с каким-то алкоголем. — Глотни, успокой нервы, согрейся. Дрожишь.

Отрицательно качаю головой, но рука сама собой тянется к бутылке.

Это нервы.

Делаю глоток…

Дыхание моментально спирает.

Это было что-то очень крепкое. То, что я никогда не пробовала. Губы и горло горят, из глаз брызжут слезы.

— Что это было? — всовываю парню бутылку.

— Джин, крошка, — смеётся, протягивая мне кокосовую конфету. — Закусывай.

Забираю у него конфету, быстро разрываю фантик, засовывая ее в рот.

— Еще глоточек? — дразнит меня.

— О, нет, — нервно усмехаюсь. Я почти не ужинала, и голова начинает моментально кружиться.

Отшатываюсь, почти падая, оттого что кто-то грубо задевает мое плечо. Успеваю схватиться за Саню, поворачиваю голову и вижу, как рядом со мной становится Милана, попивая мартини из бутылки.

— Ой, прости, я не хотела, — выдает она мне с язвительной улыбкой.

Награждаю ее недовольным взглядом, демонстративно отворачиваясь, хотя очень хочется вцепиться в ее холеное лицо. Она меня раздражает не только потому, что намеренно толкнула, а еще и потому, что бывшая Марка. В моей дурной голове вдруг четко рисуется картина, как Марк целует ее пухлые губы, как трогает, укладывает в кровать… И я теперь точно знаю, какой он в эти моменты. Да, я ревную. Дико и агрессивно. Это новое чувство для меня. Раньше я никого не ревновала. Понимаю, что глупо ревновать к бывшим, но…

— Трахнул он тебя уже, да? — насмешливо спрашивает у меня девушка. — Можешь не отвечать. Знаю, что да. Просто так Марк не таскает за собой девок.

Поворачиваю к ней голову.

— Ну ты слишком не обольщайся. Марк непостоянен. Ему нравится разнообразие. Когда все время ешь фуагра и устриц, нет-нет и хочется простой гречки. Наестся он и выплюнет тебя, — сообщает мне с ехидной улыбкой.

— А ты, значит, у нас устрица? — тоже смеюсь. Какое точное определение она себе подобрала – шлепает своими губами, как моллюск.

— Ммм, дерзкая. Кусаешься, как шавка. Мой тебе совет: кинь его сама, иначе он это сделает некрасиво. И это не только мое мнение, могу тебе целый список использованных Марком подстилок накидать. Спроси у них, — выдает мне она.

Ах ты сучка! Неприятно. Зацепила. Сглатываю.

— А ты какая по счету в этом списке? — стараюсь держать лицо, выгибая брови.

— Ммм, наивная дура. Меня в этом списке нет. Он вернется ко мне, как только наестся помоев.

То была последняя капля. Да, меня это все цепляет. И поэтому срываюсь. Вообще я не конфликтная, но меня и не оскорбляли до сего момента никогда.

Выхватываю у сучки бутылку мартини и с удовольствием выплёскиваю содержимое в ее ехидное лицо.

— Ты… Ты… — визжит Милана, потирая глаза. Мартини стекает на ее белоснежную меховую жилетку. — Ах ты дрянь! — она пытается схватить меня за волосы, но я отталкиваю ее руку.

— Тихо, тихо, девочки! Вы что?! Брейк! — со смехом разнимает нас Крейзи, оттаскивая меня от Миланы. Встает между нами.

Я опять главная героиня в спектакле. Это, похоже, мой звёздный час. Мы собираем публику. Кто-то смеётся, кто-то свистит, кто-то ругается в нашу сторону. А я задыхаюсь от злости. Пытаюсь обойти Саню, но он меня не пускает, удерживая.

— Угомонись, крошка. Я понимаю, Милана сама нарвалась, но не стоит, — успокаивает он меня. — Будь выше этого дерьма, не марай красивые ручки.

— Ну, шавка, бойся. Я тебе устрою! — угрожает мне Милана, пока ее подружки пытаются промокнуть ее лицо и жилетку. — Не долго тебе за спиной Марка прятаться.

— А ты… — снова рвусь в бой.

Нет, я всё-таки расцарапаю ее смазливое лицо.

Но не договариваю, потому что Саня почти насильно разворачивает меня к трассе, на которой несутся в нашу сторону машины. Темно, виден только ослепляющий свет фар. Машин две. Но одна из них гораздо ближе.

Замираю, до боли закусывая губы, пытаюсь рассмотреть, кто первый, забывая обо всем. Когда одна из машин достигает финиша, вся толпа замолкает.

Это машина Марка!

Он пришел первый!

Но радуюсь я ровно мгновение, поскольку его машина разбита, левая сторона смята и поцарапана. Сглатываю, когда Марк резко тормозит с визгом шин, и несусь к нему...