Глава 26

Владислава

— Ты как? — кидаюсь к Марку, который выходит из машины.

— Замечательно, малыш, — отвечает и вжимает в себя. Я чувствую, как его потряхивает. Адреналин не отпускает.

— Точно все хорошо? Твоя машина… — тараторю, пытаясь отстраниться и осмотреть Марка. Но тут налетает толпа, поздравляя победителя. Кто-то свистит, музыка меняется на роковую, все спешат поздравить и узнать подробности. Меня просто сносит толпой назад. Марк эмоционально рассказывает подробности. Как выясняется, разбитая машина – дело рук намеренного наезда Кота, чтобы выбить Марка с дороги. Это, оказывается, нормально и так происходит почти всегда.

Я выдыхаю. С Марком все в порядке. Он сейчас в центре внимания и получает свою минуту славы. А я стою и не знаю, куда себя деть.

— И так будет всегда, — позади меня раздается голос Миланы. Делаю вид, что оглохла.

Вот зачем она сейчас меня трогает?

— Он в центре внимания, а ты лишь временное бесплатное приложение, — добавляет она.

Разворачиваюсь, заглядывая ей в глаза. Достала. Понимаю, что она сука, но ничего не могу с собой поделать. Я впитываю ее слова и ведусь на них. Ее ножи достигают цели и проворачиваются в моей спине.

— А когда он тебя кинет, ты снова станешь никем, — расплывается в улыбке. Боже, как же меня достала эта девка.

— Тебе не кажется, что ты уделяешь мне слишком много внимания? — выгибаю бровь. — Я же никто.

— Ты легла под моего парня.

— Да пошла ты… — очень хочется использовать слова-усилители, как говорит Марк. Он определенно прав. Послать на хрен – всегда надёжнее. Но я не опускаюсь до ее уровня. Нащупываю в кармане ключи от машины Марка, разворачиваюсь и ухожу. Милана что-то еще бубнит, но я уже не слушаю, просто поднимаю руку и показываю ей фак, не оборачиваясь.

Открываю машину, сажусь на заднее сиденье, откидываюсь на спинку и закрываю глаза. Здесь пахнет кожей и Марком. Очень вкусно пахнет. Голову кружит. Я так устала, что впадаю в апатию. Ни одной эмоции. Хотя нет, в моей голове крутятся слова Миланы. Эта устрица все-таки добилась своего.

Марка нет около получаса. Я почти засыпаю, впадая в дрёму. Холодно. И вроде все хорошо. Но настроения нет. В кармане вибрирует телефон, вынимаю, заглядывая в экран. Номер незнаком. Это либо реклама, либо Михаил. Я везде его заблокировала, но он каждый раз звонит с новых номеров. Сбрасываю. Кто бы это ни был, мне сейчас никто не нужен. Через пару минут приходит сообщение.

«Влада, будь благоразумной. Возьми трубку. Поговорим, как цивилизованные люди. Признаю, я был неправ, готов принести извинения. У нас с тобой, в конце концов, общее дело, которое касается тебя лично».

Равнодушно читаю сообщение и удаляю. Блокирую очередной номер. Это, конечно, все прекрасно. Но удручает то, что у меня нет будущего. Жилья, работы, близких… Ничего. С Марка я теперь денег за работу не возьму. Наши отношения перешли на другой уровень.

Снова закрываю глаза, но тут же их открываю, поскольку с моей стороны распахивается дверца. Марк молча садится рядом со мной, немного съезжает и запрокидывает голову на спинку сиденья. От него пахнет холодом, табаком, драйвом и триумфом.

— Не подскажешь, что случилось с Миланой? — насмешливо интересуется он.

— Да что с ней случится? Она же устрица, — усмехаюсь я. — Так, полила ее немного алкоголем, чтобы не пищала в мою сторону.

— Ммм, моя девочка, — хрипло тянет Марк. — Сильно язык распускала? Мне стоит его отрезать?

— Это было впечатляюще. То есть ее речь меня задела, да. Ты правда такой шлюхастый? — выдаю я и тут же прикусываю язык.

— Я шлюхастый?! Я? — смеется, хватает меня, пытаясь затащить себе на колени.

— Ну, Марк, — сопротивляюсь, но все бесполезно.

— Ну-ка быстро иди ко мне, — насильно сажает меня себе на колени, лицом к лицу. — То есть я шлюха? Да?

— Я не это имела в виду.

— А сказала это! Дай свой острый язык сюда! — нажимает на мой затылок и тянет к своим губам. Сжимаю губы, не позволяя целовать. — Быстро, я сказал! — шлепает меня по бедру. Сдаюсь, распахивая губы. Целует глубоко, сплетая языки, лишая меня дыхания.

Я слышу голоса толпы и звуки отъезжающих машин, но мне все равно. Он так целует, что все, что меня беспокоило, теряется и становится никчемных. Я тону в его запахе, вкусе, руках и адреналине.

Марк дергает мою куртку, помогаю ему ее снять. Тоже тяну его куртку с плеч, забираюсь под футболку, ощущая его горячий торс. Марк дергает меня за волосы, вынуждая откинуть голову, и целует в шею. Быстро, жадно, страстно, хрипло постанывая, словно я самая-самая. И мне так горячо от этого. Невозможно устоять. В такие моменты хочется отдать Марку все и даже больше.

Другой рукой оттягивает резинку моих брюк, ныряя внутрь.

— Марк… — глотаю воздух. — Марк…

— Что такое, малыш? — кусает кожу на моей шее. Не больно, аккуратно, тут же зализывая укусы.

— Марк, мы не можем здесь…

Отрывается от моей шеи, заглядывает в глаза.

— Мы все можем, малыш. Я не дотерплю до дома. Мне очень-очень надо прямо сейчас. Во мне слишком много эмоций, — осипшим голосом шепчет мне. — Расслабься. Снимай штанишки, они нам мешают.

И я, как загипнотизированная, киваю, приподнимаюсь, помогая ему стянуть с меня брюки. Слава богу, у Марка очень плотная тонировка в машине, да и гул толпы я больше не слышу, многие разъехались.

Распахиваю глаза, когда Марк вынимает из кармана презерватив.

— Окрой ротик, малыш, — голос у него становится тягучим, хищным. Послушно размыкаю губы, даже не понимая зачем. Он вкладывает мне в губы презерватив. — Держи, но не прикусывай зубками, — усмехается. — Сегодня я хочу быть в тебе до конца.

Лицо вспыхивает от его слов, но между бедер предательски сводит. Сжимаю губами презерватив, наблюдая, как Марк, отодвигает мои бедра немного дальше, расстегивает ремень, ширинку, оттягивает боксёры и выпускает наружу член. Большой. Уже на все готовый, с раскрытой головкой. Прикрываю глаза. Я не привыкла рассматривать члены.

— Нет, открой глаза и смотри на него.

Не открываю, чувствуя, как по коже пробегаются мурашки.

— Влада, открой глаза, немедленно! — в голосе приказ. Распахиваю, смотрю. Пытаюсь вынуть изо рта презерватив. — Нет, держи его во рту, — останавливает меня Марк. Он проводит рукой по своему достоинству, сжимает его ладонью и снова двигает рукой. — Я хочу, чтобы так сделала ты.

Сглатываю, мотая головой.

— Дааа, — сам берет мою ладонь и прижимает к своему члену, вынуждая сжать. Марк шумно втягивает воздух, прикрывая глаза. — Давай, малыш, поласкай его. Он очень хочет.

Провожу большим пальцем по головке, замечая, как выступает прозрачная капелька. Это все кажется грязным, пошлым, мне стыдно, но, смотря на то, как реагирует Марк, как ему хорошо, как он содрогается от каждого моего движения пальцев, я продолжаю его ласкать, изучая рельеф члена.

— Да, вот так. Сожми его сильнее, — подсказывает мне и забирается рукой под мой свитер, отодвигает чашечку бюстгальтера, слегка сжимая соски.

Я уже совсем не контролирую себя, мне хорошо. С удивлением распахиваю глаза, когда понимаю, что его член в моей руке становится еще тверже. Сжимаю его сильнее, продолжая водить рукой, откидываю голову, поскольку его наглые руки сжимают мою грудь. Немного больно, требовательно, но мне хочется еще. Мои трусики уже давно мокрые, низ живота сладко тянет, жарко, дыхание сбивается.

— Дай сюда, — Марк выдергивает из моих губ презерватив. Разрывает фольгу зубами, порывисто откидывает мою руку и быстро раскатывает презерватив. Оказывается, нет ничего сексуальнее, чем смотреть, как парень надевает презерватив. — Иди сюда, — отодвигает мои трусики, поднимет бедра, упирается головкой в мокрые складочки и дергает, насаживая на себя.

— Ааа! — издаю стон и ту же закусываю губы, цепляясь за сильные мужские плечи, впиваясь в них ногтями. От ощущения невыносимой наполненности темнеет в глазах. Марк прикасается к моим губам, но не целует.

— Давай, малыш, двигайся сама, — шепчет мне.

— Я не умею, — дрожащим шепотом признаюсь я.

— Я помогу, — поднимает мои бедра и снова опускает на себя, и еще, и еще, еще. Вхожу в темп, начиная двигаться сама, даже не замечая, что Марк уже не помогает. — Быстрее, — рычит он мне, больно стискивая мои бедра.

Закатываю глаза, когда мы достигаем точки невозврата. Того самого момента, когда внутри уже вот-вот разорвётся удовольствие и растечется по телу. И я двигаюсь быстрее, сильнее, игнорируя жжение, потому что мне плевать, мне хорошо, мне хочется большего. В какой-то момент выдыхаюсь, утыкаюсь в шею Марка. Ноги неконтролируемо дрожат, и я уже не могу двигаться. Марк берет инициативу на себя.

— Прости, малыш, сейчас будет немного жестко, — предупреждает меня, задыхаясь, и сам вбивается в меня снизу. И да, это жестко и слишком быстро для меня. Я кусаю губы в кровь от яркой вспышки, от волны жара по телу, почти теряя сознание. Марк тоже хрипло стонет, сжимает мои бедра до синяков и слегка содрогается, замирая во мне.

Все.

Нас больше нет.

Есть только острое удовольствие, от которого мы не можем отойти.

Мне вдруг именно сейчас хочется сказать, что я его люблю, но не решаюсь. Слишком быстро, наверное… Я сама запуталась.

— Малыш.

— М?

— Нас ждут в клубе. Там празднуют мою победу. Поехали.

— Обязательно ехать? Мне неуютно в этой толпе. Я хотела бы домой с тобой.

— В кроватку? — вкрадчиво спрашивает он меня.

— Да мы же только что… — смеюсь, качая головой.

— Мне тебя мало, малыш. Домой мне нравится больше, чем в клуб. Поехали.