Глава 20

Алекс.

— Сын, что с тобой происходит? Почему ты так вьёшься вокруг неё? — спросила мама, пытаясь уловить суть моего волнения.

— Потому что она его жена, и скоро у них появится пополнение, — вмешалась Тася, — причём моя мама тоже беременна и, скорее всего, тоже от моего отца!

У моих родителей отвисли челюсти, и наступила гробовая тишина, разорванная внезапным появлением моей бывшей жены собственной персоной.

Вечер был окончательно и бесповоротно испорчен. Моя дочь, как всегда, умудрилась расставить все точки над «i». А появление бывшей — словно бомба, как любит говорить моя девочка: «бомбическая бомба».

Лина тем временем собрала остатки грязной посуды и снова направилась на кухню. За ней последовал мой отец. Зная его характер, я не стал вмешиваться: явно собирался провести с моей девочкой примирительный разговор. А вот если бы пошла мама, мне пришлось бы снова ловить Лину, пытавшуюся скрыться.

— И когда ты нам хотел сообщить о том, что снова женился, притащив в дом… малолетку? — начал отец, строгим голосом.

— Она не малолетка! — резко огрызнулся я. — Вполне взрослый и самостоятельный человек!

— И как давно вы стали супружеской парой? — спросила мама.

— Пару месяцев назад, — ответила за меня бывшая.

— По залёту? — с подозрением спросила мама.

— Нет! — парировал я. — Она была чиста и невинна, как ты любишь, мама!

— То есть, хочешь сказать, что она была девственницей до свадьбы?

— Именно так! — подтвердил я.

— Такая деваха не может быть невинной! — заулыбалась бывшая, — Сразу видно, на ней «печать ставить негде»! Она наверняка раскрутила какого-то «папика», чтобы ей сделали операцию по восстановлению…

Мама кивнула с довольной улыбкой, явно соглашаясь с её словами.

— Нет! — резко оборвал я разговор. — На этом наш диалог закончен!

— Не надо затыкать мне рот! — продолжила мать. — Что хочу, то и буду говорить! Ты мой сын, и я хочу знать всё о той, что забралась в твою жизнь. И из-за которой ты затыкаешь мне рот!

— Ещё одно оскорбительное слово в её адрес — и я попрошу вас всех съехать в отель! — холодно сказал я.

— На кого ты нас променял? — недовольно спросила она.

— Я никого ни на кого не менял! — твердо ответил я. — Просто прошу уважать мой выбор и не причинять боль ни мне, ни ей, тем более что она беременна. Надеюсь, ты меня услышала и поняла, мама.

— Не оступись второй раз, сынок, — мягко сказала мама, её взгляд вдруг стал тёплым и любящим. — Я постараюсь больше её не дергать. Но пересмотри своё отношение к матери твоей старшей дочери.

— Очень надеюсь на твоё понимание, мама, и на то, что вы обе перестанете вставлять мне палки в колёса! — обратился я к обеим женщинам, стоявшим рядом. — И вы, пожалуйста, будьте осторожнее со своими словами и поступками.

***

Лина.

Уууух, как я зла! Мало того, что меня приняли за прислугу, так ещё и отвесили увесистую оплеуху по заднице. И кто это сделал? Родной отец моего мужа! Чёрт возьми… И при этом сам муж сидел и посмеивался! Я ему ещё устрою головомойку — мало не покажется. С его отцом всё понятно: мужик есть мужик, скажешь — и дело с концом. А вот мать… Интересно, всегда ли она была такой взъерошенно высокомерной? В какой семье она выросла? Были ли её родители богаты? Или это высокомерие проснулось тогда, когда сын раскрутился и стал их обеспечивать на одном уровне с собой?

Едва я во второй раз зашла на кухню с посудой, за мной последовал отец Алекса.

— Не помешаю? — спросил он, выглядя при этом удивительно смущённым. Надо же! Совсем недавно он был готов хапать меня в присутствии всей семьи, не стесняясь никого.

— Зависит от того, в чём именно, — тихо ответила я, настороженно улыбнувшись.

— Можно с тобой спокойно поговорить, пока моя жена и твой муж заняты беседой с его бывшей? — осторожно начал он.

— Давайте попробуем, — ответила я, включая воду и начиная мыть посуду, но отец подошёл и тут же выключил кран.

— Давай сядем за стол, перестань суетиться! Успеешь потом все свои дела сделать, — попросил он. Я, немного растерянная, села за стол и вытерла руки о полотенце.

— Не бойся меня, — добавил он с каким‑то неловким сожалением. — Знал бы я сразу, что ты жена моего сына, не смел бы и пальцем пошевелить.

— Давайте упустим этот момент, — хмыкнула я.

— Хорошо. Ты давно знакома с моим сыном? — решил он сменить тему.

— Пару лет, — ответила я.

— Тот мальчонка, что сидит за столом — твой сын? — явно говоря о Лёшке.

— Нет, он мой брат, — ответила я спокойно.

— Почему Шурик сказал, что он приёмный? — недоумённо спросил отец.

— Потому что наши родители погибли пять лет назад, — коротко объяснила я.

— Ты и вправду беременна? — спросил он, всецело сосредоточившись на моём лице.

— Да.

— Женился на тебе мой сын потому, что ты забеременела? — тон его стал осторожным, почти деловым.

— Нет. Я забеременела уже после того, как мы официально стали мужем и женой, — ответила я.

— У тебя были раньше мужчины до моего сына? — спросил он ещё.

— Нет, — смутилась я и перевела взгляд к окну.

— Ужин в ресторане заказывали? — попробовал вспомнить более лёгкую тему.

— Нет. Мы полностью всё приготовили сами, — улыбнулась я в ответ, хотя краешки губ предательски дрогнули.

— Мда, повезло моему сыну, — тихо произнёс он. — Прости меня за то, что хлопнул тебя по… — он помялся и покраснел, — по твоей попе. Я чрезмерно падок на красивых женщин и не подумал. Ты мне действительно понравилась.

Я посмотрела на окно, потом на мужчину и чувствую, как краска снова разливается по щекам.

— Не смущайся так, — поспешно добавил он, стараясь сгладить неловкость. — Зная, что ты жена моего сына, я больше не позволю себе шалостей в твой адрес. Иначе он не станет смотреть на меня как на отца и вправе будет влепить мне по лицу — а я его люблю больше всего на свете. Значит, так и быть: моя шуточливость закончилась. Надеюсь, ты поверишь.

Я глубоко вздохнула. Его слова звучали искренне, но в моём голосе ещё дрожал оттенок недоверия. Ситуация была далека от того, чтобы закончиться простым извинением — слишком много было сказано и сделано уже в этот вечер. Но разговаривать с ним было легче, чем с теми, кто приходил с обвинениями и насмешками.

Я нервно хохотнула и перевела взгляд на дверь, где появился Алекс.

— Всё в порядке? — осторожно спросил он.

— Да… — тихо ответила я, переводя взгляд на его отца. А они ведь между собой удивительно похожи! Отец Алекса, хоть и старше сына более чем на двадцать лет, ни в чём ему не уступал: ни в красоте, ни в силе тела, ни в харизме. Интересно, а он до сих пор гуляет налево от своей жены?

Мужчина уловил мой взгляд и расплылся в улыбке.

— Какой оценивающий взгляд! Аж мурашки по коже, — с лёгкой насмешкой произнёс он.

— Ну, Вы же меня оценили! Почему я этого не могу сделать? — ответила я, чувствуя, как внутри просыпается лёгкая дерзость, слегка осмелев в присутствии Алекса. — Должна же я себе представить, каким будет мой муж через двадцать лет!

— А тебе, по всей вероятности, не клади палец в рот! А то откусишь, — усмехнулся он.

— Это да, пап! — вмешался Алекс, подходя ко мне и целуя в макушку. — Ты бы видела, как она мужиков отшивает. Так что тебе сегодня повезло, что она тебе в столовой в лицо не двинула. Может, пойдёшь отдохнёшь?

— Надо со стола убрать и посуду перемыть, — отозвалась я, прижимаясь спиной к нему.

— Мой пока посуду, мы с Тасей всё остальное перетаскаем, — ответил Алекс.

Я встала из-за стола и, поцеловав мужа, тихо прошептала ему: «Спасибо тебе!»

— Пап, пойдём, развлеки и отвлеки, пожалуйста, маму с моей бывшей, иначе скандала скоро не избежать! Ещё пара выпадов в сторону Лины — и я себя не сдержу! — предупредил Алекс.

— Хорошо, понял, — кивнул отец и направился вслед за сыном.

Мужчины ушли с кухни, и я смогла наконец спокойно вздохнуть, оставшись одна. Убравшись после того, как мне всё стаскали со стола, я незамеченной вышла во двор. На летней кухне я устроилась в тёмном уголке в кресле, давно облюбованном мной, и укрылась пледом. Не успев полноценно расслабиться, я, прикрыв глаза, задремала.

Не знаю, сколько времени прошло, но внезапно я проснулась — вокруг была глубокая ночь. Рядом на таком же плетёном кресле, как моё, сидел Алекс, наблюдая за мной.

— Выспалась? — спросил он, заметив, что я открыла глаза.

— Не совсем. Всё тело затекло. Хочу в душ и в твои тёплые объятия, — призналась я.

— Пошли, провожу тебя!

Он помог мне встать, свернул плед и бросил его обратно в кресло, а затем мягко подталкивал к дому. По пути я чувствовала, как он меня изучает взглядом, слегка поглаживая по пояснице и едва касаясь ягодиц. Я уже смутилась, но тут внезапно поняла: это не мой муж, а его отец! Всплеск эмоций заставил мои руки среагировать на инстинкт самозащиты — и в следующий момент он с глухим всплеском оказался в бассейне.

— Вот ведь чертовка! — рассмеялся он, выныривая.

— Простите! — выдавила я из себя, протягивая руку и помогая ему выбраться. — У меня это на автомате, когда посторонний мужчина прикасается ко мне.

— Пап? Что тут происходит? — появился Алекс на крыльце.

— Хотел пошутить, только весьма не вовремя, — хохотал отец. — Твоя жена меня опрокинула в бассейн. Можешь не волноваться, сын: она никому не позволит посягнуть на своё тело. А чаем-то вы меня, барышня, напоите за ночное купание?

— Да, конечно. Сначала переоденьтесь, а я пока приготовлю чай.

— Надеюсь, не из пакетиков?

— Нет, — тихо улыбнулась я, ощущая, как напряжение ночи постепенно спадает.

Я зашла на кухню, следом за мной прошёл Алекс.

— Что он тебе сделал? — серьёзно спросил он.

— Ничего особенного! — ответила я, пытаясь скрыть раздражение. — Решил, видимо, меня проверить, но экзамен не удался.

— Что именно он сделал?

— Просто ущипнул за попу. Такой ответ тебя устроит?

— Ты его в ответ ударила?

— Нет. Я просто столкнула его в бассейн. Сначала думала, что это ты спросонок. В темноте вы как два брата-близнеца.

— И тебе было приятно ощущать его рядом, когда думала, что это я? — спросил Алекс с лёгкой тенью насмешки.

— Ты дурак? — фыркнула я, не удержавшись. — Ещё раз такое спросишь — огребёшь ты, а не он! Понял?

— Я ревную тебя ко всем мужикам! — произнёс он, прижимая меня к себе.

— А зря! — проворчала я, ускользая из его объятий, но не убегая. — Вы с отцом действительно похожи друг на друга. Я могла бы перепутать вас даже сейчас. У вас даже голоса одинаковые!

— Твоя жена себя в обиду не даст! Я видела её из окна. — вмешалась мать Алекса. — Прости, детка, но мы с мужем это специально подстроили, чтобы проверить тебя. И ты меня весьма удивила! — почти на одном дыхании выдала поток информации мать Алекса, и её слова только раззадорили меня ещё сильнее.

Экспериментаторы, блинский корсаков! Проверку на вшивость мне тут устраивают, понимаешь ли! А как насчёт того, что я могу и куснуть изрядно? Пытаясь сдержать злость, я аккуратно разлила по чашкам свежезаваренный чай, поставила его на стол вместе с булочками и печеньем, после чего ушла с кухни, пожелав всем спокойной ночи.

В своей комнате я сходила в душ и нырнула под одеяло, укутавшись полностью так, чтобы Алекс не смог меня легко распутать. Его не было с полчаса, я уже подумала, что он либо уехал, либо лёг спать в гостиной, но он появился на пороге спальни, на ходу раздеваясь и пытаясь вытащить меня из одеяла.

— Давай просто поспим эту ночь? — выдавила я. — У меня нет ни сил, ни желания что-либо делать. Хочу просто спать. День был слишком эмоционально и физически выматывающим. Давай оставим все разговоры на завтра?

— Хорошо. Но разговор со мной ты не избежишь! — усмехнулся он. — Родителей я успел немного утихомирить, осталось заняться тобой. Надеюсь, ты не будешь от меня убегать.

— Будет утро, и будет пища. Спокойной ночи, сладких снов! — ответила я, стараясь сохранять спокойствие.

— А поцеловать?

— Вот ещё чего! — фыркнула я. — Знаю я тебя! На поцелуе дело не остановится, а у нас ещё гости, которые могут нас услышать.

Я закрыла глаза и отвернулась на другой бок в своём коконе из одеяла. Уснуть не смогла — мысли всё ещё крутились вокруг событий сегодняшнего дня по возвращению с работы.

Когда первые лучи солнца пробились через задёрнутые шторы, я встала, оделась и отправилась на кухню. И, к своему удивлению, обнаружила там хозяйничавших мать Алекса и его бывшую. Я попыталась незаметно вернуться в спальню и разбудить мужа не рискнула. Простояв в открытой двери, я развернулась с мыслями скрыться в комнате своего брата — но со всего размаха врезалась в самого отца моего мужа.

— Доброе утро, детка! — сказал он, держа меня в своих объятиях. — Ты чего это с утра пораньше такая злая и недовольная?

— А что это вы тут вдвоём делаете? — вмешалась подошедшая Марина. — Пока твой муж спит, ты решила охмурить своего свёкра?

— Охмурять умеешь ты, видимо. Прошла уже этот этап лично? — резко ответила я, пытаясь вырваться из рук свёкра, что заметил мой муж.

— Если ты сейчас не угомонишь свою бывшую, — произнёс старший из мужчин, — я её выставлю вон сам!

Он всё-таки отпустил меня, и я, не раздумывая, скрылась в спальне, заперевшись в туалете. Слышно было, как на лестнице шла бурная ругань, но через полчаса в доме воцарилась относительная тишина.

Я сидела в кабинке душа, прижимая руки к животу, чувствуя, как внизу медленно, но уверенно расползалась боль. «Нееееет! Только не выкидыш!» — пронеслось у меня в голове.

И тут раздался стук в дверь:

— Лина, открой дверь! — голос Алекса звучал тревожно.

— Тащи ключи! Или взламывай дверь! Вдруг ей плохо! — вторил голос его отца.

— Я не помню, где ключи!

— Тогда выламывай!

Я вылезла из кабинки, сгибаясь от боли, и щёлкнула замком. Дверь распахнулась, и меня подхватили руки свёкра.

— Машину бегом заводи! — скомандовал он своему сыну, заметив небольшое кровяное пятнышко в районе моего паха. — Чего стоишь? Бегом! У неё кровотечение и угроза выкидыша! — прорычал он. Я всхлипнула и уткнулась ему в грудь. — Тихо-тихо, детка! Всё исправим! Всё будет в порядке! Не потеряешь своего первого ребёнка, обещаю!

Вскоре мы прибыли в больницу, где меня сразу же начали обследовать и напичкали лекарствами разными способами. Всё это время рядом был Николай Станиславович — отец Алекса, который оказался выдающимся гинекологом и пользовался безусловным авторитетом в этой больнице. Он лично провёл осмотр и все необходимые манипуляции. Мне было стыдно перед ним, но сопротивляться я не могла.

Когда меня разместили в палате, я услышала его спокойный голос:

— Всё, детка! Не переживай! Кровотечение прекратилось, значит, всё будет хорошо. Давай засыпай, а к утру тебе станет легче. И не смотри на меня так, словно я какой-то хищник — я не съем тебя! Сыну что передать? Нужно привезти тебе что-нибудь помимо лекарств и вещей, за которыми я сейчас отправлю твоего благоверного?

— Нет, мне ничего не надо, — тихо ответила я.

— Даже звезду с неба? Или шпалу понюхать? — пошутил Николай Станиславович, пытаясь меня развеселить.

— Этого точно не надо! — слегка улыбнувшись, ответила я. — Звёзд мне хватает в семье, а шпалы могут отобрать.

— Молодец, детка! — улыбнулся он. — Держись в том же духе. Всё будет хорошо, я обещаю.

Мужчина, взяв меня за свободную от капельницы руку, поцеловал её и вышел из палаты. В течение часа меня никто не беспокоил, и я успела немного вздремнуть. Распахнув глаза, я снова увидела перед собой свёкра.

— Я принёс твой телефон и вещи, — сказал он, вручая мне устройство. — С братом твоим всё в порядке. Тася повела его развлекаться в аквапарк. Так что не хмурься! С Шуриком тоже всё хорошо — я отправил его на работу, чтобы тебя меньше тревожил. Марину мы отправили домой, чтобы она тебя больше не заводила. Люся пообещала, что к твоей выписке мы съедем в отель поближе к морю, чтобы больше гулять по берегу пешком. Так что возвращаешься домой, где снова будет царить твой личный покой и уют, и тебе никто не будет мешать.

— Вы мне совсем не мешали, — тихо ответила я. — Просто всё произошло неожиданно. Алекс про вас ничего не говорил, а я, оставшись одна без родителей, ничего у него не спрашивала.

— Мы же его предупреждали, что приедем.

— Предупреждали, только он до моего сведения это не довёл. В принципе и вас не оповестил о том, что снова женился.

— Ну и семейка у нас подобралась! — усмехнулся он. — Никто друг другу ничего не рассказывает. У тебя есть какой-нибудь секрет, о котором я должен знать?

— Есть, — призналась я, — но о нём я не хочу говорить, по крайней мере, сейчас.

— Как будешь готова — расскажешь мне?

— Если не смогу рассказать Вашему сыну, — осторожно произнесла я.

— Беременна не от него? — спросил он, приподняв бровь.

— О, нет! — покачала головой я. — Ребёнок будет именно от него.

— Ну хоть намекни, с чем связан твой секрет?

— Он связан с моими родителями, — сказала я тихо, — но может отразиться и на мне, и на моём будущем потомстве.

— Понял, — кивнул мужчина. — Об этом поговорим без свидетелей. И сама понимаешь, что я гинеколог — тебе придётся рассказать мне всё. Я теперь твой личный врач, и ты от этого не отделаешься! Раз я не могу быть с тобой как мужчина, то с сегодняшнего дня ты моя пациентка… и жена моего сына!

— Ну вот! — надула я губки наигранно. — Мне уже начинало нравиться, что Вы ко мне пристаёте!

Мужчина рассмеялся, а потом мягко добавил:

— Я тебя сейчас покормлю, а ты будешь дальше отдыхать.

Я попыталась возражать, когда он стал кормить меня ложечкой, но после первой же попытки протеста сдалась. Когда всё было закончено и я была накормлена, Николай Станиславович улыбнулся и вышел из палаты, оставив меня в тишине и уюте, чтобы я могла отдохнуть.