Глава 2. Побег из дамской комнаты и его последствия

Убегая из лоджии, я успела схватить полушубок со своего сиденья. Повезло, мы опаздывали на оперу, а потому в гардероб заходить не стали. Бенефис попытался поймать меня за руку со словами «погоди, я всё объясню», но я с силой выдернула запястье. Я бежала по ступеням, понимая, что он хочет со мной поговорить и вот-вот нагонит. Но я-то не хотела с ним разговаривать! Ноги сами привели меня в дамскую комнату. Видимо где-то в подсознании мелькнула мысль, что Бенефис слишком хорошо воспитан и не станет вламываться в женское помещение за мной. Сейчас только началась ария Анри Антуанетты, а потому в дамской комнате никого не было.

Я хлопнула дверью и стала озираться: что же теперь делать? Взгляд сам собой упал на окно. Я подошла к нему, открыла створки, от чего ледяной ветер ворвался в помещение, а затем перегнулась через подоконник. Мне повезло: подоконник был не очень высоким, и хотя дамская комната находилась на втором этаже, снега под окном была навалена целая куча. А ещё сбоку, совсем рядом с окном проходила стоковая труба. «Совсем как пилон», – улыбнулась я своим мыслям, дотрагиваясь до металлической трубы. Когда-то полуэльфийка Тесси показывала на пилоне в заведении мадам Жадрин потрясающие трюки, висела на одном бедре вниз головой, а затем ловко кувыркалась и меняла положение. Я же, убирая вип-номера в публичном доме, научилась подниматься и спускать по трубе, которая в её мире являлась спортивным снарядом. Уже однажды это умение спасло мне жизнь, видимо и сейчас придётся прибегнуть к этому навыку.

Сзади раздался громкий рык Бенефиса:

– Лоли, выходи, нам надо поговорить! Ты всё не так поняла! Я могу всё объяснить! Пожалуйста, выходи!

«Ага, вот прям так сразу и вышла», – усмехнулась я, поплотнее закуталась в полушубок, приподняла подол платья и села на подоконник, чтобы половчее спуститься. Туфли пришлось снять и кинуть в сугроб.

– Ты же не сможешь там сидеть вечно, Лоли! Прекрати это и выходи, давай поговорим, – настаивал на своём Бенефис.

Я вздохнула, вцепилась в трубу и стала спускаться. Металл был очень холодным, руки мгновенно околели, впрочем, как и голые ноги, так что я смогла более или менее нормально спуститься лишь первые два-три метра, а затем пришлось прыгать в снег. Но мне вновь повезло: я ничего себе не отбила и даже ничем не ударилась, хотя немного ободрала ноги и предплечья рук. «Ну, должно же тебе хоть в чём-то было повезти за эти четыре месяца», – съехидничал внутренний голос. Я шикнула на него, нашарила под пушистым снегом туфли, кое-как надела их на закоченевшие ноги и на миг задумалась. Если оставить всё как есть, то Бенефис мгновенно догадается, как я сбежала и быстро меня найдёт по следам на снегу. Я настроилась на магическое зрение. Ага, конечно, вот оно, так я и думала! Окна в оперном театре на зиму зачаровывали от сквозняков, а это значит, что я вижу их ауру. И заклинание такое свеженькое, только-только поставленное, красота! Работать с таким – одно удовольствие. Я поднапряглась, мысленно дотянулась до тонкого кружева заклинания, слегка исправляя несколько узелков. «Вот, так-то лучше» – произнесла, довольно потирая руки, после чего тут же убрала их в карман.

Благодаря своей редкой специальности мага-вещевика, я захлопнула створки и исправила заклинание таким образом, чтобы створки вообще не открывались. Это было несложно, так как исходное заклинание против сквозняков имело сходную структуру. Подумав ещё немного, я добавила дополнительное плетение и сделала стёкла мутно-грязными. Сделать вещь грязной, а не чистой с помощью магии гораздо проще, впрочем, как и без неё. Теперь сквозь стекло не будет видно моих следов, а снег валит крупными хлопьями, скорее всего, к моменту, когда обратят внимание на окно, мои следы уже заметёт. Мыслепередатчик я предусмотрительно выключила, чтобы Бенефис не надоедал мне звонками и не смог меня по нему отследить.

Мимо главного входа я идти не стала – мало ли кто заметит и запомнит – и пошла, куда глаза глядят, не по главной дороге для магобилей, а по второстепенной – для повозок и кентавров. Оперный театр находился чуть в стороне от столицы, а потому дома встречались редко. И те – скорее частные усадьбы богатых людей. Достаточно быстро, минут через тридцать, я поняла, уже совершенно не чувствую своих ног. Вкупе с валящим снегом идти с каждым шагом становилось всё сложнее и сложнее. Я чихнула несколько раз и решила оглядеться: «где же я нахожусь?» Но уже окончательно стемнело, а к тому же поднялся ветер, и понять, где я, не представлялось возможным. «Дурында ты, Лолианна, превратишься в сосульку, а всё ради чего? Ради того, чтобы красиво уйти от Бенефиса?» – зловредно обругал внутренний голос меня вновь. Я старалась отогреть дыханием озябшие руки, кутаясь в свой полушубок.

Слёзы постепенно утихли сами собой. Было настолько холодно, что я не могла уже думать о Бенефисе, сосредоточившись лишь на том, чтобы передвигать ноги и не замерзнуть. Где я? Вокруг белоснежное покрывало, совершенно непонятно откуда я пришла и куда иду, дороги не видно. Даже глубокие колеи от повозок, проехавших днём, припорошило снегом. Удивительно снежная зима в этом году. Обычно в наших краях выпадает совсем немного осадков, но этой ночью… В свете ночных лун стволы елей и сосен казались сумрачными. Стояла абсолютная тишина. Сколько я уже иду? Час? Два? Может, четыре? Кажется, я выбрала не ту дорогу, и вместо того чтобы быть на пути в столицу, отдаляюсь от неё.

Невесомые пушистые снежинки кружатся в лунном свете и опускаются на мои волосы. Вот одна из красивых звездочек опустилась прямо на кончик моего носа. Что-то в горле запершило, я чихнула. Ничего, наверняка по пути встретится какая-нибудь таверна, зайду и отогреюсь обязательно. Мягкий снег как пуховое одеяло укрывает под собой всё вокруг: деревья, дорогу, поле… Пуховое одеяло. Я бы сейчас не отказалась бы от такого. Судя по расположению лун на небосводе, уже глубокая ночь. Как же спать всё-таки хочется…. Я зевнула, потом ещё раз и ещё.

– У-а-а-а… сейчас немножечко передохну, посижу тут и дальше пойду, – пробормотала я, тяжело опускаясь на дорогу. За всё время мимо меня не проехал ни один магобиль, повозка или кентавр, поэтому я совершенно не боялась сидеть вот так, посередине дорожного полотна.

Сидеть было приятно: ноги больше не гудели, ветер давно улёгся, накатила сладкая тягучая усталость. Я поняла, что у меня уже давно слипаются глаза. Я так устала… как же я устала! Как же хочется домой в уютную тёплую постельку. Бенефис наверно уже приехал ко мне домой… Не хочу его видеть. И даже думать о нём не хочу. И с этими мыслями я почувствовала, как меня накрывает дрёма.

– Лолианна? Лоли? Это ты? Что ты тут делаешь? – услышала я какой-то знакомый голос, но не смогла вспомнить, кому он принадлежит. – Лоли, ты жива? Посмотри на меня! – меня требовательно трясут за оба плеча.

– Она точно жива? – уже обеспокоенный женский голос.

– М-м-м-м-м, – промычала я, лишь на пару секунд приподняв ресницы. Кто там такой настырный и не даёт мне поспать? О, кажется, это Дарион Блэкшир. И что он делает в моей спальне? Жива я, жива, просто сплю я, разве не видно?

– Жива! – радостное восклицание раздаётся у меня над ухом, отчего я морщусь. Орать-то так на ухо зачем? Оглохну же.

– Открой дверцу магобиля, скорее! – сухой и чёткий голос Дариона. Ну да, он как глава СБИ привык отдавать приказы, и как же у него это хорошо получается!

Дальше моё сознание улавливает, что кто-то бережно подхватил меня на руки и куда-то понёс. Я совершенно точно слышала тихий шум работы кристаллов магобиля, а затем приятный перезвон входных чар. Меня внесли в какое-то помещение. Как же здесь душно и жарко, с ума сойти!

– Мариэль, помоги мне! Нагрей воду в ванне, у тебя это быстрее выйдет, чем заклинаниями подогревать, – командует Дарион.

– Да-да, конечно, – растерянно откликнулся женский голос. – С ней всё в порядке будет? Она выживет?

Я слышу шум набирающейся воды, и меня прямо в одежде окунают во что-то мокрое. Фу-у-у!!!

– У-у-у-у, – стонаю я уже в полный голос. Жжётся! Миллион тоненьких иголочек мерзко вонзается в чувствительную кожу. Как же горячо и больно!

– А замерзать было приятно? – насмешливо спрашивает меня мужской голос, но кажется, за насмешкой проступает облегчение. – Вон, уже в себя приходит, как видишь. Пусть только попробует у меня не выжить.

Дальше на меня вновь наваливается тишина, я погружаюсь в сон. Очнулась уже на чём-то, где тепло и сухо. За дверью слышны приглушённые голоса:

– Спасибо тебе за помощь, теперь с Лоли всё будет в порядке. Ты сильно устала?

– Да ерунда, я всего лишь воду подогрела. У нас в Сиегалии почти круглый год тепло, но зимой приходят холодные течения, и мы магически поднимаем температуру воды. Для меня согреть воду – это как плавать в море, у нас это умеет любой ребёнок. Я не потратила резерв, а вот ты выглядишь очень бледным. Я не представляю, сколько надо было отдать магии, чтобы подпитывать Лоли, пока мы ехали до твоего дома. Как ты вообще на ногах стоишь?

– Да ерунда, посплю и восстановлюсь, – произнёс мужской голос сухо и коротко.

– Да мне тоже поспать не помешает, да и утро уже, – после чего раздался громкий зевок.

– Тебя отвезти? – это снова говорит Дарион.

– Долго получится, да я уже и вызвала возничего из городской сети по мыслепередатчику. Он вот-вот подъедет.

– Хорошо.

Через несколько минут тихонечко скрипнула дверь в комнату, где я лежала. В ответ я пошевелилась и попыталась привстать и посмотреть, кто вошёл.

– Не спишь? – спросил Дарион.

– Не сплю, – ответила я, пытаясь сообразить, что же со мной произошло. В голове все картинки плыли, словно в тумане. Последнее, что помнила более или менее чётко – как шла по заснеженной дороге. – Что случилось?

– А вот это я хотел у тебя спросить, – хмыкнул Дарион, устало опускаясь на кровать рядом со мной.

Матрас под его весом прогнулся. Под потолком спальни летали разноцветные сияющие мотыльки-ночники, и потому я смогла различить в их тусклом свете измождённое лицо мужчины и тёмные круги под глазами. Мариэль сказала, что он потратил почти весь свой резерв на то, чтобы спаси мне жизнь и, по всей видимости, на моё лечение.

Неловко-то как! Блэкшир – глава департамента Службы Безопасности по Иномирным Делам, ему жизненно необходимо иметь при себе полный магический резерв, а он растратил его на меня… Я закусила губу, осознавая, сколько неприятностей и неудобств доставила хорошему человеку, да ещё и вечер испортила.

– Я поссорилась с Бенефисом… – вспоминать подслушанный разговор не хотелось, настроение вновь скатилось вниз, а собственный голос неприятно царапнул слух. Кажется, я всё-таки сильно застудила горло сегодняшней ночью, да и голова подозрительно гудела. – Он пытался догнать меня и поговорить. Я не хотела, а потому спряталась в дамской комнате… а из неё вылезла в окно.

– Это ты говоришь про ту комнату, что на втором этаже здания? – бровь Дариона удивлённо взлетела вверх.

– Ну да, – я растерянно пожала плечами. Навалилась такая слабость, что было тяжело ворочать языком во рту.

– А почему ты не вызвала повозку из городской сети? – Дарион вцепился в меня как клещ.

– Денег не было, – я прикрыла глаза, а потому не видела реакцию мужчины на свои слова. Наверно, если бы я не чувствовала такую дикую слабость, то мне было бы стыдно признаться, что у меня не нашлось даже двадцати или тридцати медяков на кентавра. Но сейчас я ответила на вопрос главы СБИ, чтобы он поскорее от меня отвязался и дал поспать.

– Лоли, – Дарион положил руку на одеяло, но даже сквозь него я почувствовала, какая она у него горячая. – У тебя же был мыслепередатчик. Ты могла бы позвонить мне попросить забрать тебя, – его голос прозвучал неожиданно мягко.

– Я… я… – я открыла глаза, посмотрела на Дариона, который всё это время не сводил с меня глаз, и залилась краской. – Я его выключила, – произнесла шёпотом, но маг явно меня услышал.

– А почему ты пошла по дороге от столицы? – безжалостно задал ещё один вопрос Блэкшир. По его лицу вновь было непонятно, какие чувства он испытывает.

– Я просто заблудилась, – призналась и почувствовала себя маленьким неразумным ребёнком, неспособным отвечать за свои поступки. Вновь стало стыдно. Да что ж сегодня за день такой? Или, вернее, ночь…

– Ладно, спи, с утра поговорим, – милостиво разрешил Дарион и поднялся с моей постели. Я моментально провались в сон, так сильно устала и вымоталась за этот безумно длинный день. Во сне мне почудилось, будто крохотные согревающие искры лечебного заклинания впитываются в мою шею и голову. Наверно, мне всё-таки это приснилось. С чего бы и без того изрядно потративший магические ресурсы Дарион стал бы рисковать своими жизненными силами и лечить меня?

Я проснулась, когда лучи солнца ярко заливало всю спальню сквозь приоткрытые занавески. Судя по всему было три или четыре часа дня. Я оглядела комнату, в которой находилась: массивная деревянная кровать, такой же шкаф для одежды, прикроватная тумбочка. Достаточно воздержанно, никаких излишеств, но мне нравилось. В отличие от спальни Бенефиса с антикварной мебелью, позолоченной фурнитурой и гигантской гардеробной, здесь я чувствовала себя уютнее и спокойнее. В подсознании не маячила мысль: «не дай боги, я поцарапаю вот эту ручку с инкрустированными самоцветами!» или «а как открыть хрустальную дверцу, чтобы не оставить на ней свои жирные отпечатки пальцев?»

Я прислушалась к себе: горло не болело, да и никакой усталости не было и в помине. Кажется, я уже полностью здорова, мне повезло, и прошедшие события не отразились сильно на моём здоровье. Даже ссадины на руках и ногах от спуска по водосточной трубе куда-то подевались.

Я решительно откинула одеяло… и обнаружила себя голой. Ой! Я покраснела и сразу стала искать глазами, во что бы одеться. В ногах на кровати лежал тяжелый махровый халат, вот его я и надела стремительным движением, после чего туго подпоясалась. «Интересно, это Дарион меня раздевал ночью? С другой стороны, даже если он там что-то новое для себя и увидел, даже Мариэль отметила, что он не повёлся на чары сирены, а в высшем свете давно ходят слухи о его ориентации. Вряд ли я его могу хоть чем-то заинтересовать…» – пронёсся сумбурный вихрь мыслей в голове.

Когда я вышла из спальни, то оказалась в небольшой гостиной. Дарион Блэкшир, глава Службы Безопасности по Иномирным Делами и, наверное, один из самых влиятельных людей в государстве, спал передо мной на коротком тканевом диване в деловых брюках и дорогой шёлковой рубашке с закатанными рукавами, той самой, в которой я видела его в опере. Волнистые тёмные волосы хаотично разметались на подлокотнике дивана. Я впервые видела главу СБИ не в идеально отглаженном костюме со стрелками, а вот таким – спящим, домашним и очень уютным. Сейчас черты его лица разгладились, пропала морщинка, залегающая у него между бровей, когда он хмурился. Дарион по всей видимости ворочался на неудобном диване во сне, потому что его рубашка немного перекосилась и чересчур плотно обхватила торс, обрисовывая идеальные кубики пресса и мускулистую мужскую грудь. Я поймала себя на том, что слишком уж пристально разглядываю спящего мужчину и те части тела, которые не стоит разглядывать прилично воспитанной девушке. Почувствовала, как краснеют мои щёки, а затем и шея уже второй раз за это утро. «Боги, как же хорошо, что он спит!»

Я отвернулась от него, и взгляд упал на клетчатое кресло, на котором лежал шерстяной плед. Действуя скорее по привычке, чем осознанно, я взяла в руки плед и накрыла им Дариона. Так я накрывала свою бабушку Ирму, когда она засыпала на софе, занятая вязанием. Мне просто захотелось хоть как-то отблагодарить этого мужчину, спасшего меня прошедшей ночью. Только сейчас я поняла, что была на волосок от смерти. Будь на месте Дариона кто-то другой, не факт что он бы смог меня вытащить из цепких лап проводника в мир мёртвых. Укрывая спящего мужчину, я нагнулась и на миг задержала взгляд на его лице. Как же он вымотался за эту ночь!

Совершенно неосознанно я моргнула и перестроилась на магическое зрение. Да, это запрещено без разрешения на то человека или его опекуна и сурово карается на территории всего Содружества Миров, так как в случае, если маг не даёт согласия, насильственное сканирование может привести к необратимым последствиям и уничтожению личности. Но я лишь поверхностно посмотрела его ауру, стараясь лишний раз не дышать и не задеть ни одной силовой нити. Дарион спит, а значит, не будет сопротивляться, да и он явно очень ослаблен после случившегося, так что моё поверхностное сканирование должно остаться незамеченным.

Я посмотрела на мужчину лишь пару секунд, чтобы оценить насколько же сильно он себя исчерпал, и ужаснулась: его аура еле-еле мерцала золотым свечением. Дарион почти досуха опустошил резерв, чтобы вернуть меня к жизни. «Вот же я дура, думала, что мне повезло, и я не заболела после переохлаждения на улице, а это же он меня полностью вылечил за счёт себя!» – осознала я. Чем дольше я смотрела на мужчину, тем больше понимала, как сильно он рисковал. А ещё мне стало казаться, что Дарион очень одинок, и по-настоящему испугался за меня этой ночью. «Вот же дура, я же углубляю сканирование». Эта мысль отрезвила меня, и я мгновенно оборвала чтение его ауры.

Когда я посмотрела на собственную персиковую ауру, то обратила внимание, что она сияет точно новая. Тот тут, то там встречались прорехи, но они полностью были заштопаны золотым свечением Дариона. «Да, у главы СБИ действительно много талантов, в том числе и к лечебной магии», – я вздохнула чуть завистливо. Почему-то вспомнилось, как Бенефис точно так же в своё время залечил мою ауру, когда я простыла под осенним дождём. Однако вместо того, чтобы использовать целебные заклятия, начальник ОТПРУ просто решил поспать со мной в одной постели обнажённым. «М-да, Дарион поступил куда как благороднее», – совершенно некстати подумала я. Затем встала с коленей, на которых стояла, разглядывая своего неожиданного ночного спасителя, и решила обойти дом.

Дом оказался небольшим, он не шёл ни в какое сравнение с гигантским особняком Бенефиса Кёнигсберга, однако вся мебель была отличного качества. Небольшая кухня с обеденным столом, одна спальня, гостиная, прихожая и лестница, которая вела на чердак. Туда я лезть не стала, чтобы не разбудить хозяина дома. Во дворе рядом с крыльцом стоял запаркованный лакированный чёрный магобиль Блэкшира. Не такой спортивной модели, как у Бенефиса, зато высокий и с вместительным салоном на четыре или пять человек. Наверняка, стоит ничуть не меньше, чем двудверная модель с откидным верхом. А вокруг дома росли великолепные сосны. Я вдохнула свежий морозный воздух и юркнула обратно в тёплый деревянный дом.

Когда я зашла на кухню и села на один из стульев, думая, чем бы заняться, чтобы не шуметь и не разбудить хозяина дома, Дарион Блэкшир вошёл в дверь собственный персоной. Он уже успел поменять рубашку на свежую, умыться и причесаться. Я почувствовала себя крайне неловко, прекрасно понимая, что я-то всё ещё растрёпанная и неумытая после сна, сижу в одном халате.

– Доброе утро, – Дарион улыбнулся мне искренне, но теперь его безупречный внешний вид и улыбка не могли меня обмануть. Прочитав его ауру, я знала, что сон почти не восстановил его сил, и маг сейчас на нуле.

– Доброе, – ответила я, не зная как себя вести, а затем добавила, – Спасибо, что спас мне жизнь. Если бы не ты, то я бы, наверно, замёрзла на дороге насмерть.

– Я рад, что с тобой всё хорошо, – совершенно искренне отозвался мужчина.

Меня мучило любопытство ещё с ночи, каким образом Дарион нашёл меня на дороге, а потому, немного смущаясь, озвучила свой вопрос:

– А как ты нашёл меня… ну там на дороге?

– Я живу за городом, мы как раз с Мариэль ехали с оперы ко мне домой. У неё жутко разболелась голова, и она сообщила, что не может спать под грохот колёс возниц и кентавров, которые ездят в столице даже ночью. Я решил, что отвести её к себе домой будет быстрее, чем искать среди ночи подходящую гостиницу, всё равно живу неподалёку. Сам не люблю соседей и шум столицы, поэтому перебрался за черту города, – удовлетворил моё любопытство Дарион.

Я же, вежливо улыбаясь, отметила про себя, что, судя по моему исследованию дома, у Дариона всего одна спальня. По всей видимости, Мариэль решила попробовать ещё одну попытку соблазнения главы Службы Безопасности по Иномирным Делам, чисто по-женски сославшись на недомогание. Наверняка ведь заранее узнала, что у него дом располагается практически в лесу. Меня почему-то задело до глубины души коварное поведение сирены, и частично я даже порадовалась, что оказалась на той самой дороге.

И что она в нём нашла? «Ну да, действительно, что она в нём нашла», – поддакнул ехидный внутренний голос, – «помимо того, что он один из влиятельнейших людей нашего государства, глава Службы Безопасности по Иномирным Делам, наверняка баснословно богат, молод, красив, холост, разносторонне магически одарён, а ещё галантен и вежлив».

Тем временем Дарион продолжил, гремя какими-то кастрюльками у плиты:

– Я с трудом различил твой белый полушубок среди такого же белого снега, остановил магобиль и вышел посмотреть, кто это так вольготно разлёгся прямо посередине дороги, – голос Дариона как всегда звучал насмешливо. Наверно я поверила бы его тону и покраснела бы вновь от смущения, но после сканирования его ауры, я знала, что на самом деле он очень сильно испугался за меня. – И каково же было моё удивление, когда я понял, что это ты! Мы с Мариэль привезли тебя сюда. Она как сирена смогла отогреть тебя в ванной, плавно поднимая температуру воды. Затем раздела и уложила спать, я лишь чуть-чуть воспользовался исцеляющими чарами, чтобы прогнать болезнь.

Я слушала Дариона с немалым интересом. Он-то не знал, что я слышала их ночной разговор и знаю уровень его резерва на текущий момент. По рассказу главы СБИ выходило так, что благодарить в первую очередь я должна именно её. «Интересно, почему он не упомянул, сколько сам вложил сил в моё восстановление? Не хочет, чтобы я чувствовала себя ему обязанной?» – подумала я, но вслух произнесла:

– Обязательно свяжусь с принцессой и поблагодарю её.

– Не в этот раз, возможно в следующий её приезд. Со мной связались Изумрудные Сирены, Мариэль уже сегодня вечером заберут обратно в её мир, – произнёс Дарион и загремел посудой около плиты.

«Она хотела обратно на родину, что ж, её желание сбылось», – подумала я рассеянно.

– Надеюсь, ты любишь кофе, потому что чая у меня нет, – сказал мужчина, ставя на стол чашку с умопомрачительным ароматом свежемолотых кофейных зёрен.

Я не удержалась, вдохнула аромат всей грудью, закрыв глаза, а затем пригубила напиток, который на вкус оказался ещё лучше.

– Обожа-а-а-ю, м-м-м-м, как вкусно, – сказала я, всё так же жмурясь. Такого невероятного кофе я не пробовала даже в кафетерии у Тара.

Когда я распахнула глаза, то встретилась с потемневшим взглядом Дариона цвета предгрозового неба, в котором промелькнуло какое-то нераспознаваемое чувство. А я же под пристальным вниманием мужчины почувствовала, как краснею. В голове вновь вспыхнула картинка, как маг спит на диване и тонкий шёлк обтягивает его рельефный торс. Миг – и Дарион отвернулся, а его голос прозвучал совершенно спокойно и даже как-то буднично:

– Ты вчера на ступенях оперы упомянула, что не можешь найти работу.

– Да, – подтвердила я, закусив губу. Всё-то он помнит! У меня тогда так сильно болела лодыжка, и я так расстроилась, что слова сами собой хлынули из меня. Теперь-то после подслушанного разговора в ложе я знала, что это мой ненаглядный Бенефис расстарался, чтобы меня никуда не взяли.

– Я предлагал тебе место в своём департаменте несколько месяцев назад, и моё предложение всё ещё в силе. Если ты надумаешь – приходи. Мои специалисты зашиваются, и маг-вещевик никогда лишним не будет, – проговорил тем временем Дарион, а я чуть не опрокинула кружку с кофе на себя.

Как же так? Неужели он не шутил тогда на балу, предложив мне место?

Дарион что-то колдовал над плитой, до меня доносились фантастические запахи еды, а я внезапно поняла, как же давно я не ела, наверно почти сутки. Перед оперой так и не удалось поесть, а обед я прогуляла из-за собеседований в гостинице на место горничной. Удивительно, но до сих пор ни один мужчина мне ещё не готовил. Майкл просто не умел, а Бенефис предпочитал покупать готовое или поручать это дело Феери. Единственный раз в жизни, когда для меня приготовили стейк из мантуса, был в «Тихом саду», и моим поваром оказался всё тот же глава СБИ.

– Ты серьёзно? – спросила я с опаской, глядя как Дарион ставит передо мной тарелку с аппетитной яичницей с сыром и зеленью. Кто бы мог подумать, что мне будет готовить сам глава СБИ? – Ты предлагаешь мне работу… несмотря на то, что я пять лет проработала горничной в публичном доме и не имею опыта работы по специальности?

– Да, совершенно серьёзно, – Дарион повернулся ко мне, и посмотрел прямо в глаза. – Я говорил тогда, и повторюсь сейчас. Меня не волнует прошлое моих сотрудников, главное – то, что они из себя представляют, как маги-криминалисты.

– Я… я даже не знаю, – я растерялась от предложения Дариона. Да, я действительно хотела бы работать в департаменте Службы Безопасности по Иномирным Делам! Просто до сих пор, я не думала, что он сказал всё это тогда на балу по-настоящему, а не подшутил над горничной из публичного дома. Сейчас его повторное предложение стало для меня настоящей неожиданностью. Я машинально ела яичницу, до глубины души потрясённая словами мужчины.

Очевидно, Дарион понял моё замешательство совершенно не так. Он чуть нахмурился, явно размышляя о чём-то своём, затем кивнул своим мыслям и произнёс:

– Да, я в курсе, что Бенефис против того, чтобы ты где-либо работала, кроме как у него. Ничего, я решу этот вопрос, если ты ответишь на моё предложение согласием.

Сердце трепыхнулось словно пойманный феникс. Бенефис! Блэкшир думает, что я до сих пор с ним встречаюсь. Кажется, я произнесла вчера вечером «мы поругались», а не «мы расстались». О-о-о-о-о…

– Бенефис… – пробормотала я машинально.

Глава СБИ помрачнел.

– Я помню, ты сказала, что вы вчера поругались. Не переживай, я знаю его всю жизнь. Он очень вспыльчивый, но весьма отходчивый, – Дарион говорил глухим голосом и почему-то отвернулся от меня, сейчас я могла наблюдать лишь его спину.

Я промолчала, не зная, ответить. Могу ли я простить Бенефеса? Могу, наверное. Хочу ли? Не знаю. Интересно, искал ли он меня этой ночью и переживал ли вообще?

– Доедай и собирайся. Я довезу тебя до дома, – сообщил Дарион и поднялся со стула, когда я уже была готова сказать, что слова Бенефиса мне больше не указ. Что хочу, то и делаю.

Ехать домой страшно не хотелось, я боялась встретить там разъярённого Бенефиса Кёнигсберга, ведь он добавил слепок своей ауры во входные чары моей квартиры после первой же совместно проведённой ночи и мог беспрепятственно заходить в мою квартиру. Но делать было нечего, рано или поздно мне всё равно пришлось бы поехать домой. Так что я молча переоделась в уже высохшее вечернее платье, накинула полушубок и села в магобиль Дариона. Он ждал меня в нём, прогревая кристаллы, смёрзшиеся за холодную ночь.

Ехали в столицу мы в полном молчании. Дарион вёл машину аккуратно, соблюдая все скоростные режимы, мне не приходилось вжиматься в спинку кресла от страха или зажмуривать глаза. Я получала настоящее удовольствие от поездки, наслаждаясь хвойным лесом за окном, сменившимся городскими зданиями. Я не знала, как начать разговор и что сказать, а потому лишь когда мы подъехали к моему дому, я набралась храбрости и произнесла:

– Дарион, я бы очень хотела работать у тебя в департаменте.

Мой водитель тепло мне улыбнулся и кивнул в знак того, что услышал мой ответ. Я ещё раз поблагодарила за спасённую жизнь, ночлег и провоз до дома, после чего встала и вышла из магобиля Дариона, в котором даже пахло как-то по-особенному. Всё то время, пока я шла к входной двери, чёрный магобиль стоял на проезжей части, и отъехал лишь тогда, когда я вошла в здание.

К моему удивлению, дома никого не оказалось. Если честно, то я обрадовалась. Я боялась сейчас смотреть Бенефису в глаза. Разумеется, о том, что я ночевала у его лучшего друга детства, я буду молчать до гробовой доски и никогда не скажу, понимая, что от ревности у моего ненаглядного снесёт крышу. Мне бы хотелось сказать, что между мной и Дарионом ничего не было, нет и быть не может, но почему-то на душе всё равно было как-то неспокойно. Я даже себе не могла признаться в том, что испытываю симпатию к сероглазому главе СБИ, а потому гнала все мысли о нём прочь.

Я с опаской включила мыслепередатчик и услышала, что у меня сто сорок три не отвеченных вызова от Бенефиса и пятнадцать голосовых сообщений. Я одним мысленным приказом удалила и вызовы, и сообщения, даже не послушав их. К моему удивлению, на мыслепередатчике было ещё одно сообщение от Тара. Вот его-то я решила прослушать полностью.

«Лоли, привет! Ты давно не забегала в кафетерий, поэтому, к сожалению, вынужден оставить тебе голосовое сообщение. Я помню, ты говорила, что искала работу, желательно по своему образованию как маг-вещевик, а у меня одна из клиенток как раз спрашивала, не знаю я кого-нибудь, кто может провести небольшое расследование. Она обещала хорошо заплатить».

Это сообщение подняло мне настроение. Впрочем, юноша с пшеничными кудряшками из соседнего кафетерия всегда умудрялся поднимать мне настроение, в каком бы состоянии я к нему не заходила. Жаль, что последние месяцы я экономлю даже на медяках.

Я быстро переоделась в повседневную одежду и рванула в ближайший кафетерий. Забавно получается, то работу не могла три месяца найти, то предложения сразу из двух мест поступают. Ну что ж, деньги мне нужны в любом случае! Посмотрим, что там за расследование провести надо, может и справлюсь.

Несмотря на всю свою спешку, в кафетерий я прибыла лишь через сорок минут. Тар встретил меня как всегда радостной улыбкой и махнул головой в сторону дальнего столика, от чего его пшеничные кудряшки заискрились золотом в свете оранжевых мотыльков кафетерия. Уже через пару минут он принёс мне тарелку с бутербродами и свежую газету.

– Тар, ты что-то говорил про работу для меня? – без всякого вступления начала я.

Юноша кивнул:

– Да, спасибо, что ты быстро среагировала и зашла ко мне. Клиентка – женщина очень приятная, наш постоянный гость, я был бы рад, если бы ты смогла помочь.

– Тар, ближе к делу, – взмолилась я. – Эдак за полчаса ты мне ничего не расскажешь!

– Ну, в общем, Камелия целый год работала в Лазурии в качестве повара одного богатого господина и скопила достаточно много денег, – начал путанно объясняться подавальщик еды.

– Камелия – это и есть клиентка? – уточнила я, чтобы понимать о ком идёт речь. Если это она, тогда понятно, откуда у неё деньги на частного мага-вещевика. Ведь в Лазурии поварам платят очень хорошо, собственно как и любой прислуге, по сравнению с зарплатами в нашем государстве.

– Да, Лоли, Камелия – это клиентка, – терпеливо повторил Тар. – Она недавно вернулась из Лазурии… и жалуется на плохие сны.

– А я-то тут причём? – совершенно не поняла я. – Если у неё бессонница, то пускай к лекарям обратится.

Тар немного помялся, а затем сказал совсем уж шёпотом:

– Боится она к лекарям идти. Говорит, что в специализированный дом с плутонием в фундаменте её посадят, если на свои сны жаловаться начнёт. Ей кажется, что это не столько сны, сколько её подсознание, на которое поставили блок…

Я помолчала. Звучит очень загадочно, но я всё ещё не могла понять, как же я могу помочь клиентке. Неужели она даст прочитать свою ауру? А тем временем Тар ответил на мой вопрос:

– Она привезла с собой кое-какие магические вещи из Лазурии и хочет, чтобы ты их посмотрела. Мало ли, источник её плохих сновидений в нём. Ну, всякое бывает.

Я рассеянно кивнула. А в принципе да, почему бы и нет. Весьма вероятно, что какая-нибудь диковинно зачарованная вещица из Лазурии немного сломалась при телепортации и ведёт себя в нашем мире совершенно по-иному. Правда и ауру Камелии было бы неплохо считать, если она разрешит. Знаю я одного редкого специалиста по аурам, попрошу-ка Диксу мне помочь, чтобы наверняка проблему решить.

– Ну что? За дело возьмёшься? – спросил Тар, уже косясь на недовольную очередь, собравшуюся, пока мы с ним болтали.

– А сколько она, кстати, обещала заплатить? – всё ещё размышляя, спросила я.

– Десять золотых, – торопливо ответил юноша.

– Десять?! Так с этого сразу надо было начинать! – воскликнула я, всплеснув руками. – Конечно, берусь!

Домой я вернулась из кафетерия в приподнятом настроении, бросила одежду на кровать и пошла в душ, где долго-долго приводила себя в порядок, а когда вышла в одном лишь банном полотенце, нос к носу столкнулась с Бенефисом.

– Лоли, прости меня, я такой болван! – первое, что я услышала, когда встретилась с тёмно-шоколадными глазами начальника департамента ОТПРУ.

Бенефис схватил меня в охапку и с жадностью стал целовать во все неприкрытые полотенцем места.

– Когда я не обнаружил тебя в дамской комнате, я не знал, что и думать, – бормотал он, осыпая мои плечи и шею страстными поцелуями, его горячие чувственные губы пробуждали сладкую дрожь в моём теле. – Первой мыслью было, что тебя похитили прямо из-под моего носа! Я чуть не умер от сердечного приступа прямо там, в оперном театре, осознав, что ты исчезла из замкнутого помещения на втором этаже. Я весь департамент ОТПРУ на уши поставил, чтобы тебя нашли. Мои специалисты достаточно быстро определили, что ты выбралась через окно, но к этому времени, твои следы уже замело. А ещё у тебя не работал мыслепередатчик, я звонил тебе раз сто, а то и двести!

Я закусила губу, поняв, что действительно нехорошо поступила с Бенефисом. А ведь он хотел объясниться вчера, а я на эмоциях не стала его слушать. Тем временем брюнет подхватил меня на руки одним сильным движением, перекинул через плечо и понёс прямо в спальню.

– Бенефис, что ты делаешь, я же сказала… – я попыталась сопротивляться, но тут вдруг почувствовала острый и до обиды болезненный шлепок по пятой точке. После чувственных поцелуев это стало для меня полнейшей неожиданностью. Я взвизгнула, попыталась вырваться из крепкого захвата, но попытка окончилась неудачей.

– Это тебе за то, что убежала от меня! Я чуть не поседел от страха за тебя, – припечатал он, а затем звонко ударил меня по попе ещё раз, – а это за то, что выключила мыслепередатчик!

Бенефис повалил меня на кровать, а я тут же перекатилась на спину, потому что место, по которому бил мужчина, уже горело от его шлепков. Мне было до горечи обидно, поэтому я выпалила ему в лицо:

– Ты все эти месяцы знал, что я ищу работу и запретил организациям нанимать меня!

В глазах Бенефиса промелькнуло раскаяние.

– Знаю, милая Лоли, знаю. Надо было просто с тобой поговорить, объяснить, что я не хочу, чтобы ты работала на кого-то кроме меня. Надо было вначале поговорить с тобой, – он навис, широко расставив руки по обе стороны от меня. Его жаркое дыхание опаляло мою шею. – Этот Блэкшир примчался ко мне и обругал последними словами, сказав, что ты чуть не замёрзла насмерть из-за нашей ссоры и этой глупой выходки с вылезанием в окно. Как же я рад, что с тобой всё хорошо!

Нас с Бенефисом разделяло только тонкое и короткое полотенце. Я сглотнула, почувствовав, как мужчина вклинился между моими бёдрами. Он явно был сильно возбуждён. Мои протесты разом куда-то улетучились, я вообще забыла, что хотела сказать, когда он смотрел на меня вот так, откровенно пожирая взглядом.

– Я устроилась на работу, – вспомнила я самое важное, что хотела донести до Бенефиса.

– Что? – он удивился и даже приподнялся на локтях.

– Дарион предложил мне работать у него в департаменте, – залепетала я. Как-то не так я себе всё представляла. И почему я всякий раз теряюсь, когда Бенефис вот так припирает меня к кровати своим телом? Он не давал мне работать, пользуясь нечестными методами, только что отругал меня, как нашкодившего ребёнка с применением силы… да меня даже бабушка Ирма никогда в жизни по попе не шлёпала! И сейчас я чувствую себя, как беззащитный кролик перед голодным удавом.

– Всё, Лоли, милая, я не хочу больше о нём слышать в нашей постели, – резко перебил меня Бенефис. Он действительно был очень голоден. Об этом свидетельствовали его умопомрачительные поцелуи в шею, а влажная дорожка вдоль ключицы к ложбинке между грудей, проведённая его раскалённым языком, вообще заставила меня забыть причину ссоры. Я почувствовала его огромное желание через тонкую ткань брюк, и уже через несколько секунд нам было не до разговоров.