Глава 16

Борис Морозов

Ровно через семь минут после того, как за другом закрылась дверь, мой секретарь, мой дорогой и уважаемый Владислав Ильич зашел в кабинет, предварительно коротко постучав.

– Борис Вячеславович, к вам посетитель, – говорил он очень спокойно, словно каждый день вот так приглашал ко мне гостей, – запускать?

И столько пренебрежения в голосе, словно к нам пришел не человек, а какая-то дворняга, да еще и блохастая.

– Да, зови, – убрал из рук ручку, которую до этого крутил в пальцах, выдавая весь мой настрой. Я чувствовал, что после нашего разговора произойдет что-то масштабных размеров. Мы с командой уже были готовы на все двести процентов: документы и видеозаписи, которые так удачно передала Алена, ждут своего часа, они, как вишенка на торте, должны будут украсить мою победу. Я на нее очень рассчитывал. Ну и Митя докладывал, что они с сопровождением удачно добрались до железнодорожного вокзала, где для них было выкуплено целое купе, ну и еще два крайних от них тоже. Дети в полном порядке, Аленка тоже, что еще нужно для счастья?

Я помнил о наставлениях Гали, поэтому подвинулся чуть в сторону, чтобы не закрывать собой и спинкой удобного кресла весь обзор. Запись должна быть качественной, мало ли, что задумает Елисей?

Смирнов вошел в кабинет не торопясь, вольготно перешагнул порог и на какой-то миг даже остановился, осматриваясь, словно прикидывая, как ему будет работаться в этом кабинете. Стоящий за его спиной секретарь с силой решил захлопнуть дверь, но хоть в самый последний момент поймал ее за ручку. Да, влетел бы сейчас Елисей Анатольевич, как синица ко мне в клетку. Я же, сжав одну руку в кулак под столом, незаметно погрозил им Владиславу, который прикрыл широкой ладонью улыбку на лице и все же закрыл за гостем дверь, не причинив ему никакого вреда. А я терпеливо и снисходительно оценивал актерские данные брата. Брата? Да, я все же признался в этом и даже принял сам для себя этот факт. Но не более…

Елисей… Боже, как я рад, что мне имя дала бабушка, а то бы и меня… Кхм, ладно, не будем об этом. Смирнов наконец-то уселся за стол, а то уже был готов его хватать за шиворот и усаживать на место гостя.

– Доброго дня, – я даже голову наклонил, рассматривая еще сопливого, но очень амбициозного молодого человека, который был раза в два уже меня в плечах, да и росточком пошел в непонятно кого. Если я встану рядом с ним, а я встану, то обязательно эту разницу в весовой категории Елисей ощутит на себе как никто другой. Я ведь тоже умею запугивать, так что это будет занятное противостояние.

– И вам не хворать, – отозвался Смирнов, закидывая ногу на ногу и складывая руки в замок, – я по делу, Денис Вячеславович.

– Вот как, – невозмутимо спросил, – и по какому же?

Мне не нравилось, что он тянет резину, бесило, как смотрит на меня с ухмылкой. Если бы не эти правила приличия, давно бы выставил его вон. Но, увы, приходится играть роль взрослого и доброго мужичка, который готов выслушать такую мелочь, как Смирнов.

– У нас двадцать минут, Елисей Анатольевич, – демонстративно посмотрел на часы, – уже прошло семь минут, – стер своими словами улыбку с его лица, заставляя сесть ровнее. Вот, совсем другое дело, а то скалится тут, развалившись, словно король.

– Не знал, что у вас все расписано по минутам, – процедил сквозь зубы.

– По секундам, и время у меня драгоценное. Уже осталось двенадцать минут, успеете?

– Да, – резко выкрикнул, но быстро собрался и на одном дыхании выпалил: – Мне нужно потеснить Николаева…

Посмотрел на меня с какой-то, то ли надеждой в глазах, то ли с ожиданием от меня непонятно чего, не смог разгадать, что творится у него в голове.

– Одиннадцать минут, и ваше предложение мне не интересно, – чуть ли ни зевая, ответил на заманчивое, конечно, предложение, но если работать над ним, то с более надежной командой.

– Но он ваш главный конкурент! – не сдавался Елисей.

– У меня много конкурентов, но я люблю играть по правилам…

Договорить не успел, молодой человек сорвался, перебивая меня.

– Даже когда увозите чужую жену на своей машине? – ага, вот и зубки показались, почему-то я не удивлен, думая, что именно об этом будет говорить Смирнов.

– Даже если и так, – пожал плечами, – это бизнес, дорогой мой.

– Вот именно! – поднял палец вверх, – и все играют не по правилам, в том числе и ты! – ткнул в мою сторону свой тонкий палец, который мгновенно захотелось переломать в трех местах минимум.

– Вы, – поправил его, – а свой бизнес я веду более чем честно, особенно в рамках нашего региона.

– Тогда, тогда! – он подскочил на ноги и, достав телефон из кармана, быстро кому-то позвонил, – отправь запись Николаеву! – проорал он своему собеседнику и победно на меня посмотрел.

О да, этого я тоже ожидал, хоть и несколько позже. Однако еще неизвестно, какую именно он собирается предоставить запись моему врагу. Надеюсь, следящие за всем этим безобразием люди уже работают над этим вопросом.

– Все? – по лицу Елисея растеклась растерянность. Он, что, думал, что я сейчас с огромными от страха глазами буду бегать за ним и умолять ничего не делать? Зря… не он, так кто-то другой расскажет Денису, что я успел познакомиться с его женой в том клубе, что она даже убиралась в моей домике и не единожды там была. Желающих поделиться столько важной информацией будет много, так что рано или поздно мы бы с ним все равно сошлись в схватке.

– Ну, – продолжил, – раз все, то… – поднялся на ноги и указал рукой на дверь, – всего доброго.

Смирнов продолжал стоять напротив меня, сжимая в руках телефон.

– Владислав Ильич, – громко позвал секретаря, который словно все это время стоял под дверью и быстро зашел в кабинет.

– Звали? – ощерился, как довольный кот.

– Да, – кивнул, – проводите Елисея Анатольевича, мы не достигли нужных соглашений.

Мой помощник, здоровенных размеров шкаф, широко улыбнулся и принялся наступать на сжавшегося Смирнова.

– Мы, – сделал последнюю попытку парень, – мы с вами братья! – выкрикнул он, когда Ильич уже выводил его под локоть из кабинета, а Елисей беспомощно на меня оборачивается.

– Я знаю, – широко улыбнулся, – удачи вам в ваших начинаниях!

Как только за незваным гостем закрылась дверь, моментально позвонил Аленке. Ее голос меня успокаивает, вот такое неожиданное открытие.

– Да? – проговорила она таким тоном, словно именно моего звонка и ждала.

– Ты как? – я даже подскочил на ноги и поплелся к окну, чтобы посмотреть на то, как Елисей быстро спустится с лестницы, ударит ногой по колесу машины и только после этого сядет за руль.

– Отлично! – воодушевленно выдохнула она, но довольно тихо, – ходили в вагон-ресторан, накормили наших дебоширов и уложили спать! – она хихикнула, а у меня почему-то возникла гордость за нее, словно это не чужие дети ее там терроризируют, а наши.

Прижавшись лбом к холодному стеклу, посмотрел на мелкие капельки дождя, которые стали оседать на прозрачную поверхность с той стороны улицы.

– Я рад, что у вас есть несколько минут тишины, – Аленка на мои слова отреагировала тихим смехом.

– А ты, ты когда приедешь? – у меня сбилось дыхание, но с ответом нашелся быстро.

– Как только все разгребу, то сразу к вам. Ты… – запнулся, – будешь ждать?

– Буду, – серьезно ответила Алена, но быстро, словно застеснялась своего ответа, протараторила, – пойду немного полежу, а то устала.

– Да-да, – так же поспешно ответил, – пиши мне и звони!

– Хорошо, – вот такой короткий, но очень многообещающий разговор у нас вышел. А теперь пора бы поговорить кое о чем с бабушкой.

Когда в кабинет вошли Глеб и Галя, показал на пальцах, что вот сейчас уже освобожусь. С учетом того, что они меня не торопили, то ничего срочного и важного не было, поэтому спокойно дождался, когда бабушка поднимет трубку.

– Боря? – воскликнула моя старушка, как будто ей мог звонить кто-то еще, кроме меня, – только не говори, что гости не приедут!

В ее голосе послышалась грусть, но я быстро поднял ей настроение.

– Уже в пути, в ночь приедут, – мне даже показалось, что она облегченно выдохнула.

– Вот и хорошо, – пробубнила она, – а то я тут организовала столько всего, что даже перед людьми стыдно, – стушевалась, потому что всегда все любила делать руками, но из-за возраста пришлось отказаться от этой затеи и нанять с моей подачи помощников, которые сейчас, по всей видимости, отрабатывали свой хлеб.

– Все нормально, ваша работа будет проделана не зря, – еще раз попытался ее успокоить, но быстро сменил тему, – у меня к тебе очень важный вопрос, прошу отнестись к нему с пониманием.

– Конечно, – согласилась бабушка, – слушаю.

– Извини, что приходится, возможно, портить тебе настроение, но ты с… – вот тут язык неожиданно присох к небу, потому что назвать родившую меня женщину матерью у меня не вышло, – в общем, ты со своей дочерью не общаешься?

Заминка вышла долгой, и я уже успел непонятно чего надумать.

– Нет, – пробормотала она, – знаешь, я ведь пыталась ее найти сама, – неожиданно призналась бабушка, – да ничего не вышло, а потом и бросила эту затею.

– Зачем ты хотела ее найти? – удивился.

– В глаза посмотреть, да и дочь, какая-никакая, – вздохнула бабка, – а и ну ее, если бы хотела, давно бы меня нашла!

– Тоже верно, – согласился с ее доводами, – ладно, мы с тобой еще созвонимся, а мне работать пора.

– Иди, внучек, иди, – опять благословила меня и отключила вызов.

Спрятал телефон в карман брюк и повернулся к ожидавшей меня паре, которая успела усесться за стол и впериться взглядами в открытый кем-то из них ноутбук.

– Мы инициировали расследование, – начала говорить Галина, – мои ребята успели опросить всего несколько людей, которые подверглись угрозам со стороны Николаева, но дело сдвинулось с мертвой точки.

Я кивнул, понимая, что механизм запущен, и теперь нужно ждать ответного хода от Николаева. Что придумает он? Что сделает, когда поймет, что над его головой сомкнулись черные тучи, и он находится в полном дерьме? Он может сделать все, что угодно… Я не знаю, насколько этот человек не дружит со своей головой. Хотя, почему не знаю? Руки Алены тому подтверждение – Николаев больной на всю голову.

– Что дальше? – прошел к своему столу и уселся за него, как некоторое время назад.

– Ничего, – пожал плечами Глеб, хмуро смотря в экран ноутбука, – будем ждать. Дома у вас безопасно, все, кто мог быть подвержен опасности, уехали.

– А Елена Валентиновна? – вспомнил о домработнице.

– Она в доме, – поднял на меня глаза начальник службы безопасности, – и предупреждена о том, что выходить из него нельзя.

Кивнул, прикрывая глаза и думая о том, что борьба будет очень безжалостной. Николаеву уже нечего терять, он будет в капкане, в ловушке, которую создал сам себе, но факт того, что его жена еще жива – даст ему силы. А мне? Мне теперь и самому есть за что бороться.