Глава 12

Утро я встретила без одеяла и одежды, укутанная лишь в объятья своего палача. Никакой экскурсии вчера мне так и не провели, поэтому сейчас я, не пытаясь выбраться из кольца рук, рассматривала аскетично обставленную спальню. Широкая кровать, окно занавешено тяжёлыми, не пропускающими настырное солнце портьерами, напротив – массивный шкаф и комод в том же стиле. На полу, насколько я запомнила, лежал ковёр, но с моего места его не было видно. Всё в тёмных красно-коричневых тонах. На первый взгляд скромно, но я знала цену такой обстановке. Дорого и уютно.

Том всё ещё спал, но во сне крепко меня держал, словно опасался, что я попытаюсь сбежать. Наивный. Никуда мы друг от друга уже не денемся. Повернувшись, провела пальцами по складке между бровей, убрала с лица чёрные пряди и затаила дыхание, любуясь. Мой. Только мой. Что нас теперь ждёт?

– Почему ты так странно на меня смотришь? – Том слегка приоткрыл глаза, показывая, что проснулся.

– Кажется, я совсем тебя не знаю.

– Почему? Думаю, именно ты знаешь обо мне больше, чем кто-либо.

Я закусила губу, размышляя, как признаться, что меня так поражает. Наконец решилась.

– Я помню только жестокость. Беспощадность. Бескомпромиссность. Я видела, как ты пытал и убивал. – Взяв его за руку, я соединила наши пальцы в замок. – Не думала, что ты умеешь быть… таким.

– Каким? – Том с хитрой улыбкой покачал головой, поняв, что я не собираюсь отвечать. – Ну же, скажи, грёза моя. Я хочу это услышать.

– Нежным. Чувственным. – Я всё-таки смутилась и отвела взгляд. – С твоей… нашей работой сложно ожидать подобного.

Губы Томаса расплылись в греховной, сводящей с ума клыкастой улыбке. Я судорожно вздохнула, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.

– Между пыткой и занятием любовью очень много общего, неужели не замечала? – Том приподнялся на локте и от головы до кончиков пальцев ног окинул меня медленным, жарким, буквально осязаемым взглядом. – Сначала предвкушение. Первый зрительный контакт. – Я почувствовала, как тону в чёрной бездне его глаз. – И ты, и я знаем, что будет дальше, но ещё не знаем, как это будет. – Он осторожно прикоснулся к моему лицу, провёл большим пальцем по губам, спустился к шее, чуть царапнул ногтями и замер у ключиц, заставив меня затаить дыхание в ожидании, когда его рука двинется ниже. – Я могу сразу и в подробностях перечислить всё, что хочу с тобой сделать, оставить тебя трепетать в ожидании, а могу промолчать и смотреть, как воображение будоражит твои чувства и горячит кровь.

Я не выдержала и вздрогнула, когда Том всё-таки повёл руку ниже и его ладонь, миновав грудь, обожгла мне живот. Медленно, дразняще он изучал и ласкал моё тело совершенно невинными, на первый взгляд, касаниями, от которых я плавилась, сходила с ума и, затаив дыхание, ждала продолжения.

– Затем легко, осторожно пробуешь границы дозволенного, – хрипловато прошептал Томас, привлекая вторую руку к сладкой пытке. – Оцениваешь реакцию, – он надавил на чувствительное место над бедром, заставив меня выгнуться. Такое же касание с противоположной стороны вырвало у меня тихий стон. – Входишь во вкус, становишься увереннее. – Вслед за словами всё смелее становились и ласки, от которых я уже готова была извиваться и стонать в голос. – И наконец понимаешь, как в этот раз следует повести свою партию…

К блуждающим по моему телу рукам наконец-то подключились губы, и я не выдержала, зарылась пальцами в чёрную гриву волос, притягивая Тома к себе ближе, однако у него были другие планы. Он перехватил мои запястья и одной рукой прижал их к подушке у меня над головой.

– В какой-то момент ты подступаешь к грани, за которой всё закончится, – вновь глядя мне в глаза, выдохнул Томас, свободной рукой продолжая блуждать по моему телу, как в самом начале – легко, почти невинно поглаживая и успокаивая. – И здесь только от тебя зависит, позволить ли шагнуть за эту грань, закончить ли игру, или отступить ненадолго, отдышаться лишь затем, чтобы потом вновь и вновь подводить к этой черте. Заставить молить о пощаде и решать, смилостивиться ли, или… поиграть ещё немного.

– Ты точно говоришь о работе? – выдохнула я, уже по довольному, полному желания и предвкушения взгляду понимая: нет, не о ней. И всё, что Том со мной делал до сих пор, скоро покажется мне лёгкой разминкой.

– А разве ты спрашивала меня о ней? – тихо рассмеялся он.

Спальню мы покинули только к полудню, когда голод пересилил жажду обладать друг другом. Кутаясь в мягкий бархатный халат, я вертела головой по сторонам, осматривая дом. Томас всё-таки удовлетворил моё любопытство и сразу после завтрака провёл экскурсию, завершившуюся в его кабинете под самой крышей.

Весь дом был отделан в одном стиле – тёмное дерево в сочетании с тёмно-красным и всеми оттенками бежевого и коричневого, строгие прямые линии, но мягкие, бархатистые ткани и ковры. Очень уютно, и в то же время ничего лишнего. В кабинете я задержалась. Было видно, что на третьем – мансардном – этаже Том проводит больше всего времени. По стенам были развешаны зарисовки и выдержки из расследований – старая привычка, он ещё в университете так делал. На столе, на первый взгляд, беспорядок, но я точно знала: это был организованный хаос, понимание которого доступно лишь одному владельцу. Потёртое старое кресло отставлено чуть в сторону, ближе к полукруглому окну. Пол – выскобленный паркет, готовый в любой момент стать рабочим местом для некроманта. В дальнем углу притулилась этажерка с завершёнными и просто неофициальными делами, личный архив главного палача, окружённый мощной магической защитой. Я приблизилась к заметкам на стене. Два трупа из моего отдела – смерть в борделе, гибель графа Каппеша. Ещё два расследовались без моего участия, но имена были мне знакомы. Все погибшие состояли в Совете Лордов.

– Дела закрыты, я их не расследую. – Том заметил мой интерес. – Если хочешь, можешь читать, официально они все давно в архиве.

– Почему не расследуешь?

Сейчас, когда четыре дела были перед глазами, связь с правящими лордами была поводом насторожиться и перепроверить всё ещё раз. Странно, что он не стал этого делать.

– Мне запретили, а клятва Совету не позволяет этот запрет обойти, – коротко ответил Том.

– Всё настолько серьёзно? – Я обернулась и наткнулась на внимательный и настороженный взгляд.

– Серьёзнее некуда, грёза моя. – На лице Томаса появился намёк на улыбку, но взгляд оставался мрачным. Ожидающим.

– Что за клятва, можешь пересказать дословно?

– Пока бьётся моё сердце, я подчиняюсь и беспрекословно исполняю решения, принятые большинством голосов Совета Лордов, и обязуюсь не искать способы обойти клятву, не вмешиваться в дела членов Совета и не пытаться повлиять на решения лордов, – на одном дыхании проговорил Томас. – Взамен лорды оставили за мной должность главного палача и поклялись не пытаться меня убить. – Он вздохнул, скрестил руки на груди и прислонился к стене. Немного подумав, добавил: – То есть я исполняю любые приказы и не мешаю им в их интригах. В целом такой договор не сильно меня волновал, пока Совет был в своём изначальном составе – наши взгляды во многом совпадали. К сожалению, за последние годы состав слишком сильно изменился, и всё ближе момент, когда большинство голосов будет принадлежать тем, кто когда-то хотел от меня избавиться. Только сейчас, из-за клятвы, мне нечего им противопоставить.

Я закусила губу, размышляя над новой информацией. Значит, лорды обезопасили себя от возможных интриг палача, запретили ему искать способ освободиться, но опрометчиво не запретили рассказывать о договоре. Лордам Совета остаётся только посочувствовать – нет более действенного способа сделать Тома своим врагом, чем загнать в угол и посадить на поводок. Как Томас способен сражаться за свою свободу, я прочувствовала в Смуту на себе.

– Про тёмных гончих у тебя не пытались выяснить? Если от тебя потребуют их найти, ты сможешь отказать? Или клятва и этого не позволит?

В первую очередь стоило выяснить, насколько глубока яма, в которой мы оказались. Вряд ли Совет забыл о ещё одной силе, потрепавшей им нервы, а Том, к сожалению, хранил не только свои тайны.

– Молодец, сладкая. – Томас приобнял меня и мягко коснулся губами моего виска. – От меня уже требовали.

– И? – Я понимала, что, будь всё совсем плохо, на нас с Линардом уже была бы объявлена охота, но всё равно застыла в ожидании ответа.

– Пришлось рассказать про себя, а про вас – только что смогу найти в любое время. Прежде чем из меня вытянули остальную информацию, я успел напомнить Совету, что вы, в отличие от меня, клятвами не связаны и что я никому не смогу гарантировать безопасность, когда вы узнаете о проявленном интересе. В тот момент большинством голосов было принято решение не ворошить прошлое и не искать вас, раз вы отошли от дел. Мне запретили вас предупреждать, но ты ведь сама спросила, – хитро усмехнулся Том.

– Очень неблагоразумно со стороны лордов настолько не следить за словами.

– Они уверены, что мы не поддерживаем общение и что клятва не позволяет мне хитрить и изворачиваться. Отчасти так и есть. Так получилось, когда меня допрашивали, вас обоих не было в Родене, и я смог, не солгав, подтвердить, что не знаю, где вы находитесь.

– Значит, время ещё есть, – выдохнула я. Совсем немного, но всё-таки… Томас постучал пальцем по стене, обклеенной заметками.

– Четверых уже заменили, грёза. Сейчас соотношение двенадцать к девяти в нашу пользу. Ещё двое, и перевес голосов окажется не на той стороне. Позаботься о пути отхода на случай, если лорды до меня всё-таки доберутся.

То есть на случай, когда высшего вампира заставят идти по нашему с Наром следу. Отличные новости, ничего не скажешь.

Остаток дня мы посвятили друг другу, и я честно постаралась не злиться ни на Тома, ни на Совет с их клятвами и интригами. У меня только жизнь налаживаться начала, и вот, опять какая-то гадость вместо заслуженного «долго и счастливо». Ну сколько можно-то?!

Томас свозил меня домой, и часть вещей мы перевезли к нему. Остальное, в том числе запас денег, травы, зелья и лабораторию, я пока оставила в доме – мой переезд был неокончательным. С учётом новых сведений шаг был разумным – если не найдём решение, уходить мне придётся очень быстро и в неизвестном направлении. При умении палачей выяснять то, что им нужно, планировать бегство заранее бесполезно, только импровизация и внезапность оставляли мне шансы на свободу и выживание. За Линарда я не волновалась – он при необходимости в Тень из любого места уйдёт, и никто его выследить не сможет. И всё же мысленно я просчитывала дальнейшие шаги.

Поговорить с Линардом, выяснить, что ему известно. Найти убийцу рыжих – такой хвост мне точно не нужен. Подумать, что можно сделать с клятвой Тома – мне-то никто не запрещал искать, как от неё избавиться. Один способ на уме вертелся, но мне он категорически не нравился, и я надеялась, что у Линарда есть свой план. В конце концов, до перевеса голосов не в пользу Томаса оставалось ещё два лорда, и потенциальные жертвы наверняка догадываются об опасности. Раз вести дополнительное расследование запретили, значит, о возможной связи между гибелью членов Совета палач их предупреждал. Кто не дурак – позаботится о себе сам. Паниковать пока рано, есть время подумать, как минимум пока не убьют ещё одного члена Совета. Будь иначе, Том нашёл бы способ мне сказать. Проговорив про себя мысленно план действий и сроки, я наконец-то расслабилась и полностью отдалась во власть чувств. Сегодня наш с Томасом день, и хватит пытаться его испортить.

– О-о-о-о, – протянула вампирша, едва я вошла в наш кабинет. – Я тебя от души поздравляю, но Нарану на глаза тебе лучше не попадаться.

– Что? Почему? – Неужели у меня на лице всё написано? Впрочем, я тоже по сияющим глазам Роны всегда понимала, когда она приезжала от Линарда.

Ровена порылась в сумочке и кинула мне баночку с мазью.

– Засос на шее уберёт минут за пять, – ухмыльнулась некромантка, вогнав меня в краску. – А вот мужской парфюм даже я от тебя чую, хотя мне до нюха оборотня очень далеко.

Демоны! Я подошла к зеркалу и присмотрелась – так и есть, подтверждение, что моё утро было очень добрым, вырез блузы совершенно не скрывал. Причём мало мне красного пятна, под пышным кружевом ещё и ранка небольшая пряталась – никак Том не сдержал кровожадного порыва.

– Дай угадаю – Томас?

Я кивнула. Кожу от мази слегка защипало, зато пятно бледнело на глазах.

– И как ты замуж умудрилась выйти, если так сильно Тома любишь?

Прищурившись, я внимательно посмотрела на вампиршу. Про свои чувства я ей не говорила – вообще ничего не рассказывала. Значит, один боевой маг не удержал язык за зубами…

– И много тебе Линард выболтал?

– Только то, что вы – два идиота, которые больше пятнадцати лет друг на друга грустно смотрят и не могут сблизиться, – фыркнула Рона. – И что, если не начать вас подталкивать друг к другу, ещё не скоро решитесь.

Детали, которые царапали сознание мелкими несоответствиями, наконец-то с щелчком собрались в одну картину. Линард неплохо постарался, поработал и со мной, и с Томом, сводник несчастный. Я-то думала, Нар, напившись у меня, пытался выяснить, живы ли ещё мои чувства, но сейчас ясно понимала – это хитрец и так знал. Наоборот, в тот вечер Линард не выпытывал из меня информацию, а вкладывал её в мою голову, и весьма успешно, надо сказать. Как долго ещё я бы не замечала, боялась поверить, что нынешний Том куда больше похож на себя прежнего, чем на себя во время Смуты? Да и Томаса он подтолкнул якобы грядущей свадьбой, иначе дознаватель вряд ли пошёл бы на столь радикальные меры. Друг на друге мы свои таланты использовали только в самых крайних случаях. Я покосилась на довольную вампиршу и усмехнулась. Интересно, как скоро она поймёт, что за «счастье» её Линчик, и как влипла она сама?

– Так почему ты уехала? – повторила вопрос вампирша.

– Я сбежала, Ро. Все эти годы я считала, что бегу от Томаса, но теперь понимаю: я бежала от самой себя.

Ещё на выходных Том сказал, что в Дознание мне лучше перестать ходить, чтобы не привлекать к себе слишком много внимания, и я согласилась. Коллеги и так подозрительно косились, а Наран вообще прямым текстом сказал, что даже на Хосса можно найти управу. Стоит только намекнуть, и оборотень сделает всё возможное, чтобы оградить меня от преследования. Машинально поправив воротничок – засоса уже видно не было, но воспоминания-то остались, – я от неожиданной помощи отказалась. Надеюсь, за моей спиной Герцен не развяжет войну ведомств.

От оборотня удалось скрыться в лаборатории – у коллег из отдела хищений случился завал, и они щедро поделились работой со всеми, с кем смогли. Я, как единственная из особого, оставшаяся в Управлении, попала под раздачу и провозилась с чужими уликами почти до самого вечера, пока меня не отвлёк сигнал связника.

«Забрать тебя сегодня, грёза моя?» – услышала я голос любимого.

«Я назначила свидание Линарду, так что останусь на ночь у себя».

«Знал бы вас чуть меньше, начал бы ревновать, – рассмеялся Том. – Мне ждать явления пьяного Ловчего?»

«Если только немного битого, – усмехнулась я. – Ты можешь поверить, что Нар нами манипулировал? Убедил сойтись?»

«Я подозревал, – не стал отпираться Томас. – Но его планы не шли вразрез с моими, поэтому я ему не мешал. Не говори, что догадалась, пусть гордится собой».

«Интриганы несчастные!» – Сказала бы, что не понимаю, как их терплю, но именно за такие выходки я обоих и любила.

«Мы тоже по тебе скучали».