Глава 15

Лёша сидел, положив свою книгу на колени и лениво перелистывая страницы. Он вспоминал первый разговор с Алиной и не мог не заметить, что всё-таки продвинулся в своих стремлениях убедить девушку помочь ему. Только вот она не могла ему помочь. Раньше ему казалось, что это будет тупик. Если его теория окажется ложной, то можно будет признать поражение. Но так он думал раньше. Теперь же неудача не вогнала его в уныние, а наоборот, он с удвоенной силой принялся продумывать свои действия. Да, ему будет сложно одному, и, скорее всего, живым ему не удастся уйти от обозлённых на чародеев людей и от самих чародеев. Хотя, он прежде не встречал обладающих магией существ в реальной жизни. Слышал о них, но в деревню, где он появлялся, они уже давно не захаживали: захватчики отогнали их далеко и частично уничтожили. Так что каких-то причин считать чародеев опасными для себя у мужчины не было, и вообще он надеялся не пересекаться с ними по возможности. Да, стоит вернуться в свой мир, и придётся решать множество проблем. Оставался один человек, которого следовало отыскать и убить, и оставалась информация, известная ему, которой следовало поделиться с теми, кто распорядится ей правильно. Возможно, осознание необходимости и опасности этого предприятия, позволяло ему не впадать в отчаянье, а наслаждаться жизнью. Он хотел провести какое-то время тут, в этом тихом беззаботном мире, чтобы потом вернуться в свой и попытаться хоть немного приблизить родной мир к этому спокойному. И Лёша был совершенно не против провести оставшееся время тут с Алиной. Возможно, потому что ему было легко с ней. Приняв решение быть с ней открытым, он позволил себе непринуждённое общение, какое не позволял ни разу прежде. Пытаясь заставить её поверить себе, он незаметно сам полностью поверил ей. Ему казалось, что девушка априори не сделает ему ничего плохого и что он нашёл ту, которую искал, пусть всё это и оказалось напрасным для его планов.

Она вышла, облачённая в майку и шорты, поскольку день обещал быть жарким. Лёша невольно оглядел её с ног до головы, и взгляд его задержался сперва на местах, где ему и положено задерживаться, а потом на обнажённой левой руке девушки. От кисти до локтя на загорелой коже белой ровной полосой тянулся тонкий шрам. Сам не понимая, зачем, он отложил книгу, подошёл к Алине и взял её руку в свои, продолжая смотреть на шрам и понимая, что случайно подобный ровный порез получить невозможно.

— Откуда это? — Лёша вопросительно посмотрел на Алину.

— Что смотришь на мой шрам?! — разозлилась девушка. — Своих мало?

— Немало, — спокойно ответил мужчина, отпуская её руку.

Алина закрыла глаза, проклиная себя. Как она могла так ему ответить? Каким бы ни был этот человек, и какой бы ужасной ни была из-за него эта ночь, нельзя было наступать на больное, тем более, что шрамы и ожоги, как ни крути, у него были настоящие. Ей хотелось провалиться сквозь землю и быть где угодно, только не здесь. Мужчина не сделал ей ничего такого уж плохого и ничем не заслужил резких слов.

— Прости меня, пожалуйста… — не решаясь открыть глаза и посмотреть на Лёшу, прошептала она.

— Ничего, Алина, — его голос говорил о том, что мужчина не обиделся. Девушка даже посмотрела на него, и убедилась, что сиреневые глаза смотрят на неё без укора, а лишь с лёгким сожалением, которое Лёша тут же объяснил словами: — Я действительно не имею права задавать тебе такие вопросы.

Она не стала ему отвечать, молча закрыла дверь и жестом пригласила его к калитке.

* * *

Алина ощущала смятение и неловкость, молчаливо следуя за Лёшей. Хоть он и вправду не обиделся на её слова, девушка жалела о своём поведении. Ей было стыдно за себя, и единственным способом избавиться от этого неприятного чувства было начать разговор. Вот только ей столько хотелось у него спросить о нём самом, что другие темы для общения в голову не лезли. Алина не знала, как воспримет мужчина её вопросы, особенно после того, как она грубо ответила на единственный его. И всё-таки девушка собралась с духом и, не глядя Лёше в лицо, начала разговор.

— Баламут, значит? — с усмешкой спросила Алина, стараясь выглядеть не напряжённой и скрыть истинные чувства.

— Да, — своим привычным спокойным тоном ответил он. — Так меня прозвали люди, и так меня называет Эбба, — он заметил, что Алину удивило, как запросто он продолжил общаться с ней, но он, словно угадав её мысли или просто заметив удивление, пояснил: — Не думай, я не забыл о своём обещании отвечать на любые твои вопросы.

— Это не было обещанием, — заметила она.

— Для меня было, — он посмотрел на неё, и она поняла, что он не шутит, но и не делает вид, будто открывает ей тайну. Просто говорит, как есть.

Алина смутилась. Этот, не переставший казаться подозрительным, тип был слишком прям и честен с ней. И девушка находила это настолько странным, что не решилась задавать ему какие-либо личные вопросы, а так же подумала о том, что прав был мужчина насчёт ночных разговоров — сейчас бы она не позволила себе ни вести себя, как тогда, ни спрашивать то, что спрашивала. Девушка снова постаралась вернуть себе непринуждённый вид и, улыбнувшись, спросила:

— Раз так, ты не откажешься рассказать мне о призраке?

— Не откажусь, — он тоже слегка улыбнулся, так как поведение Алины его забавляло. — Эбба некогда была правительницей небольшого города, много сотен лет назад. Но потом она покончила с собой, бросившись с самой высокой башни своего города. Перед этим она прокляла весь свой народ, и с тех пор разгуливает по кладбищу, где и она, и все жители её города похоронены. Они, кстати, тоже призраки, только предпочитают оставаться в своём городе и за пределами его их не встретишь.

Девушка нашла легенду неплохой, но абсолютно лишённой подробностей. Или Лёша просто оказался ужасным рассказчиком.

— Город до сих пор существует? — поддержала разговор девушка.

— Да, — он кивнул и глянул на Алину, так как хотел увидеть с каким выражением она всё это время неотрывно смотрела на него. — Только теперь это город теней, призраков и низких облаков.

Алина смотрела со смешанным чувством восторга и жалости, и мужчина понять не мог, чем вызваны именно такие эмоции. Ему даже показалось, что он ошибся, и серые глаза девушки не так-то просто отражают все её чувства. Но из следующих её слов он понял, что всё-таки не ошибся:

— Лёша, как тебе хватает фантазии всё это придумывать?

Он старался не улыбаться, потому что осознавал, что улыбка будет расценена как признание всего сказанного вымыслом.

— Я не придумываю, — уголки губ непослушно поползли вверх под пристальным взглядом Алины, и он напомнил: — Ты же видела и слышала Эббу.

Но девушка не верила в призраков. По крайней мере, сейчас, идя по залитой солнцем просёлочной дороге. Алина пожала плечами:

— Может, это оптический и звуковой обман? Может, это всё устроил ты, чтобы я тебе поверила.

— И как, у меня получилось? — усмехнулся Лёша.

— Нет, — фыркнула она. — Ты заинтересовал меня, но я тебе не поверила. Мне просто хочется понять, для чего ты всё это делаешь и почему выбрал своей жертвой меня?

— Это вопрос и мне нужно на него ответить? — уточнил мужчина.

— Нет, — покачала головой девушка. — Это то, что я хочу понять сама. Кстати, ты весьма ловко уклонился от ответа, почему ты Баламут?

— Я не уклонялся, — улыбнулся Лёша и принялся рассказывать:

— Люди в деревне считали меня погибшим. Я не был столь уж значимым человеком, но всё же меня помнили, ведь отсутствовал я не очень долго. Всего пару лет… В итоге моё появление вызвало смешанные эмоции, тем более, что заявился я со стороны проклятого города. Я появился-то всего лишь отомстить захватчикам… Но к тому времени они были весьма популярны среди жителей. Я не знал, что на место Куада, того, кто ещё жив, но скоро умрёт, прислали мага. Маги лучше решают проблемы, когда надо подчинить себе людей, при этом не сделав их своими врагами. Тот маг быстро сообразил, что к чему, и принялся затуманивать разум людей, объясняя, что всё это время захватчики пропагандировали мирное разрешение проблем с чародеями и прочими волшебными народами. В общем, это был умный ход. Он предоставил мне возможность уничтожить свидетелей, и одновременно обеспечил полное недоверие ко мне со стороны жителей. Я уничтожил кумиров многих деревенских, но мне тогда было всё равно. Я не планировал чего-то масштабного, и просто убил тех, кого следовало. Не найдя Куада, я выяснил, что он теперь служит при дворце. Жители, конечно, не стали меня слушать, когда я пытался им всё объяснить, и мне пришлось покинуть деревню. Обо мне там до сих пор ходят слухи. Какой-то человек иногда появляется там и ищет меня. Жители считают его чуть ли не демоном преисподней. Всё это из-за меня, из-за того, что я тогда вернулся и стал наводить смуту… Поэтому меня называют Баламут.

Некоторое время Алина прикидывала, зачем ей полученная информация. Очередная порция россказней ничуть не помогала ей разобраться в себе.

— Почему же ты решил найти меня? — спросила она.

— Надеялся, что ты сможешь придумать что-нибудь и материализовать необходимые предметы, чтобы воплотить планы в жизнь… — мужчина вдруг понял, что она больше не слушает его, и не стал объяснять дальше.

Алина действительно больше не слушала, она замедляла шаг и смотрела в сторону, а вовсе не на своего собеседника. Через несколько шагов девушка остановилась, глядя на ни чем не примечательный загородный дом, коих в посёлке имелось несметное множество. Лёша заметил, как расширились её зрачки и как пальцы стали нервно теребить край майки. Он замолк и стал наблюдать за девушкой, которая во все глаза смотрела на дом, и Лёша буквально чувствовал, как в голове её роятся мысли, смысла которых он никак не мог угадать. Потом Алина перевела взгляд на мужчину, и это был дикий взгляд. Лёша осторожно прикоснулся к её плечу и спросил:

— Тебя тревожит этот дом?

Алина ответила не сразу, разглядывая собеседника как-то по-новому, и это пугало Лёшу. Потом она дотронулась пальцами до его руки, лежащей на её плече, пощупала его ладонь и ещё несколько долгих секунд неотрывно смотрела в сиреневые глаза.

— Меня тревожишь ты, — ответила, наконец, она, но тут же постаралась вернуться к реальности и попросила: — Рассказывай дальше, я немного отвлеклась, прости…

— Ты хоть помнишь, о чём мы говорили? — поинтересовался Лёша.

— О тебе, о чём мы ещё могли говорить? — натянуто улыбнулась Алина.

Он видел, что она о чём-то думает. Причём настолько, что её ни капли не смутил тот факт, что Лёша не стал продолжать свой рассказ. Казалось, ей было так удобнее думать, когда не было необходимости прикидываться, будто она слушает мужчину.

В глубокой задумчивости девушка находилась долго. Они успели сесть в поезд, проехать две остановки, выйти на вокзале и направиться в городок, являющийся административным центром этого района. Алина молчала, иногда исподтишка поглядывая на Лёшу, который делал вид, что не замечает её взгляда. Ему не хотелось смущать её и провоцировать на ненужные не клеящиеся разговоры, поскольку никаких других с задумчивой девушкой получиться просто не могло.

Лёша вёл коротким путём, своими тропами. Они перешли по шаткому мостику, переброшенному через ручей, потом обогнули болотце, вышли на просёлочную дорогу, которая как-то незаметно превратилась в асфальтовую. Потом по обоим сторонам дороги появились дома, преимущественно даухэтажные, но квартирные, как в городе. И Алина очень любила такие посёлки, только сейчас не любовалась и совершенно не наслаждалась прогулкой.

Мужчина нарушил тишину только, когда решил обратить внимание Алины на то, что творилось вокруг. Не то, чтобы там было, на что посмотреть, но Лёше показалось, что здесь можно отвлечь девушку от её мыслей. Их путь пролегал через небольшой парк, в котором царила атмосфера праздника. На каждом шагу что-то продавали: игрушки, сладости, воздушные шары. Играла музыка, призванная поднять настроение отдыхающим. Дети смеялись, катаясь на карусели и прыгая на батутах.

— Хочешь сладкой ваты? — спросил Лёша у своей отрешённой спутницы.

Алина посмотрела на него с полнейшим непониманием и растерянностью. Этот человек, только недавно рассказывавший ей весьма странные вещи, которые должны были бы оттолкнуть её от него, но по какой-то неведомой причине она всё ещё шла с ним, теперь предлагал ей сладкую вату. Человек, который кого-то там убивал и собирался убивать и дальше. Лёша уже заметил, что после созерцания того дома, что встретился им по пути, Алина стала смотреть на него как-то по-другому. Она не пыталась что-то опровергнуть или что-то узнать, словно он резко стал ей неинтересен, словно у неё пропало желание капаться в нём и искать причины, отчего он такой и почему он выбрал её. Лёшу настораживало это, поскольку он не мог понять, как так вышло. А ей и вправду больше нечего было у него спрашивать.

— Я хочу поговорить с Фёдором, — сказала она. — И поскорее…

Девушка поспешно отвела взгляд от сиреневых глаз. Мужчина нахмурился. Но в любом случае ветеринарная клиника была уже близко. Лёше казалось, что Алинин разговор с Фёдором поможет ему понять, что же её тревожит.