Глава 74

Баламут сидел на берегу, ожидая, пока каждый решит, надо ему на материк или не надо. Экх, например, решил временно пожить на острове, чему Альбиция была рада. Приветливой и общительной нимфе он приглянулся, и Лёша порадовался за него. После лет, проведённых с Лаиврой, лет скитаний и года во дворце русалок этому человеку требовался кто-то, кто не станет причинять боль и будет просто ему рад.

Алина подошла сзади и обняла Лёшу за шею, прижимаясь щекой к его мягким волосам.

— Кажется, мы достигли своей цели, — заметила она.

— Знаешь, — признался Лёша. — Я всегда верил, что всё получится, но… никогда не думал о том, что будет после… Вернее, думал, но тогда мне казалось, что с Куадом придётся разбираться после посещения Островов. А теперь я не знаю, что тебе предложить? — он грустно улыбнулся: — Жить в моём доме за гнилыми болотами? Обосноваться в каком-нибудь городке или деревне?

— Ты миру своему зачем помочь хотел? — прямо спросила девушка.

Лёша ненадолго задумался и ответил, погладив ладонью свою шею, как делал всегда, если смущался:

— Наверно, отчасти хотел отомстить, а отчасти… не хотел, чтобы кто-то повторил мою судьбу… ну, какой она была на тот момент…

— Ты говорил, что планируешь здесь жить, — напомнила Алина.

— Да… — кивнул он. — Я планировал тут жить, пока мне казалось, что я хоть что-то понимаю в этом мире… Но оказалось, что всё не так просто: чародеи, ведуны, морской мир и прочие вещи… Тебе проще принять всё это — у тебя развито воображение и фантазия… А я чувствую, что совершенно ничего не знаю об окружающем меня мире…

— То есть, если бы был шанс вернуться в мой мир, ты бы вернулся? — уточнила девушка. — Туда, где нужно ходить на работу каждый день и зависеть от других людей, курса валюты и политики?

— Не знаю… — пожал он плечами. — Этот мир мне родней и приятней, но и в твоём было что-то близкое мне… А ты бы как хотела, не будь сосна уничтожена?

— Наверное, я бы смогла остаться здесь… Ведь мы могли бы где-нибудь обосноваться…

Илтон подошёл к ним, стараясь идти шумно, чтобы быть замеченным издалека. Он остановился рядом с ними, и они выжидающе уставились на него.

— Слышал, вы обсуждаете будущее, — признался он. — Не знаю, какие у вас планы, но… Нам придётся вернуться к Городу Низких Облаков. Там я смогу снять проклятье с его жителей…

— А как найти Эббу? — перебила его Алина.

— Она уже в городе, — уверенно ответил Илтон, но, так как остальные его уверенности не разделяли, добавил: — Думаю, вряд ли она ждёт нас там, где Баламут высыпал землю. К тому же, если ветер разметал её по лесу, Эбба не сможет вернуться туда…

— Ну а мы-то тут при чём? — спросил Лёша, которому в Город возвращаться совсем не хотелось. — Ты можешь снять проклятье и без нашего участия. Нилана тебе поможет, если что…

— Баламут… — Пернатый присел рядом. — Поверь, я меньше твоего хочу видеть Эббу… Но, думаю, ты можешь сделать ей подарок, попрощавшись с ней… Ты достаточно великодушен, как мне казалось, и не позволишь призраку покинуть этот мир, полагая, что ты ей не друг… В конце концов, ты, должно быть, единственный человек, к которому у неё были хоть какие-то светлые чувства.

Про светлые чувства Лёша уверен не был и потому скептически фыркнул. Но всё же предложение с нового ракурса рассмотрел.

— М-мда, Пернатый… — вздохнул он, улыбнувшись уголками губ. — Твоя возлюбленная обвиняла меня в излишней мягкости, а ты в чёрствости…

— В великодушии, — поправил Илтон. — Его часто принимают за мягкость или даже слабость… Но, знаешь, по-настоящему сильным может стать лишь тот, кто был слабым. Только такие знают цену силе и знают пределы её применимости…

— Нилана рассказала о Гискарде? — догадался Лёша.

— Нет, — ответил собеседник. — Просто я видел твои шрамы и сделал вывод, что когда-то давно ты был не так силён, как сейчас. И то, что ты при этом не убил меня в первую нашу встречу, тоже говорит о многом. Ну так как?

— Попрощаться с Эббой… — задумчиво пробормотал Лёша, прикидывая, насколько ему не нравится эта затея. — Ни черта не заманчивое предложение! — признался он.

Алина решила поддержать Пернатого, сказав Баламуту:

— Но ведь мы всё равно сперва направимся к тебе домой… Можем зайти в Город Низких Облаков и посмотреть, как снимается проклятье… Думаю, такое нечасто увидишь… — она посмотрела на Илтона и осторожно спросила: — Это ведь не отвратительное зрелище?

— Понятия не имею, — улыбнулся тот. — Я впервые снимаю проклятье… И, честно говоря, это беспрецедентный случай в истории моего народа…

Девушка умоляюще посмотрела в смеющиеся сиреневые глаза. Лёше вовсе не была столь уж неприятна Эбба, как он пытался показать. Он всегда помнил добро, и потому высокомерная женщина-призрак, помимо желания больше никогда её не видеть и не слышать, вызывала у него и тёплые чувства, обусловленные тем, что она не раз помогала ему.

* * *

Альбиция смотрела на своих гостей с прежней радостью и восторгом, словно печаль вовсе не была знакома ей. Эти полюбившиеся дриаде создания покидали её остров, возможно, навсегда, но она ни капли не сожалела об этом. Алина тщетно пыталась подловить её, когда она с грустинкой в глазах станет смотреть на них тайком. Но нет, нимфа не лицемерила: ей было и вправду радостно.

— Неужели тебе не жаль расставаться? — удивилась Алина.

— А почему мне должно быть жаль? — распахнула удивлённые глаза Альбиция. — Вы ведь не умираете. Вы возвращаетесь домой, и нет ничего прекраснее, чем быть дома, — она с любовью посмотрела на окружающие её деревья. — Многие нимфы покинули острова, стоило дрейкам выйти на сушу… И все они стали озлобленными и неприятными созданиями… А я осталась здесь, потому что это — моё место. Не знаю, как у людей, но у дриад и нимф это очень важно. Каждая из нас создана природой и имеет взаимосвязь с какой-то её частью… Стоит разрушить её, и всё, теряется смысл бытия… Поэтому я рада за вас, что вы отправляетесь домой… Или у людей всё по-другому?

— Да, думаю, что по-другому… — ответила девушка, подумав. — Мы не привязываемся к деревьям или местам, мы привязываемся к тем, кого любим. Нам не важно, где мы и что вокруг нас — лишь бы тот, кто дорог нам, находился рядом. Для нас самая важная связь — это отношения между… существами… Если она разрывается, то тогда теряется смысл бытия, и нет разницы, дома ты или за сотни километров от него… Мы уезжаем, а ты остаёшься… Поэтому нам грустно прощаться…

— Но ведь отношения от этого не рушатся, — возразила нимфа, которая не очень представляла то, о чём говорила ей девушка. — Вы уедете, но всегда сможете вернуться, и я буду рада вас видеть…

Алина вздохнула: было бесполезно объяснять свои эмоции нимфе, для которой деревья альбиции были дороже всего на свете. Поэтому она открыто улыбнулась, показывая, что дриада абсолютно права в своих умозаключениях.

— Дрейки отправились к замку Короля, — напомнила Альбиция. — Они хорошо поняли проблему, к тому же обозлены на то, что им помешали жить на морском дне. Так что тем, кого вы называете захватчиками, недолго осталось быть у руля… Эллу я попросила остаться и довезти вас до куда потребуется. Нил, которого освободил Артур, нуждается в отдыхе и хорошей пище — он пробыл у русалок довольно долго, и они не очень утруждали себя заботой о нём.

Всё шло по плану и в тот же день Эллу переправил на себе пятерых существ, доставив их к рассвету в порушенный ураганом лес.

* * *

Артур первым деломотправился к терновникам. Его напиток давно закончился, а воды из моря он позабыл набрать, и теперь желал поговорить с ведуном: хотел уговорить того зачаровать флягу, чтобы она не иссякала. Он не знал, возможно ли это в принципе, но очень надеялся, что всё-таки возможно. Дорогу к жилищу ведуна Кощеев помнил, знал и гордился этим. Так что товарищи легко отпустили его одного, тем более, до снятия проклятья ему дела не было.

Такое знакомое кладбище, столь напугавшее однажды Алину, оставалось позади. Чародейка и Пернатый шли чуть впереди, а Алина с Лёшей брели неспешно, предаваясь воспоминаниям об их не самом эффектном знакомстве.

В ельнике, не пострадавшем от урагана, царил полумрак и по земле стелился густой туман. Это место, раньше столь пугавшее Алину, теперь показалось ей просто неуютным и не более того: странствия довольно закалили её, и ей даже было стыдно за себя, когда вспоминала, сколько раз чуть не плакала в самом начале своих приключений. Сейчас её уже всякой ерундой было бы не пронять!

Мощные чёрные крылья Илтона разгоняли туман, хотя он не летел, а шёл по земле, используя крылья лишь для расчистки пути. Расправить их в полной мере он не мог из-за обилия деревьев, которые росли довольно-таки тесно.

Эбба чувствовала приближение людей, и потому стоило всем четверым ступить на территорию руин, женщина-призрак величественно появилась на ступенях полуразрушенной ведущей в никуда лестницы, не намереваясь спускаться и взирая на гостей сверху вниз.

— Пришёл всё-таки? — усмехнулась она, глядя на Пернатого. — А где Эори? Она что, не осталась с общипанным крылатым человеком?

Нилана метнула в призрака своей энергией, но та прошла сквозь Эббу, не причинив вреда.

— Выбирай выражения! — посоветовала Нилана. — А то мы можем и уйти, и тогда ты никогда не попадёшь с Симургу, а если и попадёшь, то он не выпустит тебя из этого мира!

— Ты права, — кивнула женщина, медленно спускаясь и приближаясь к гостям. — Не стоит отвлекаться. Итак? — она посмотрела на Пернатого.

— Не думай, что я простил тебя, — сухо сказал Илтон, глядя в полупрозрачные глаза Эббы. — Чтобы простить, нужно понять, а мне чуждо желание обладать кем-то только из стремления обрести власть.

— Илтон… — она обратилась к Пернатому, но посмотрела на Баламута, который старался не глядеть на неё, поскольку она всё-таки в свете последних событий была ему противна. — Я не собираюсь молить тебя о прощении…

— Мне это и не нужно, — спокойно ответил Крылатый. — Я предлагаю взаимовыгодное условие. Проси прощение, и оно будет даровано тебе… — он увидел, как лицо Эббв скривилось, и ехидно добавил: — Можно не на коленях.

Женщина надменно оглядела Илтона и осведомилась:

— Это ради той девчонки, что освободила тебя, предав свой народ?

— Эбба, не зли меня, я могу и передумать, — ответил он и взмахнул крылом, отчего Эбба отлетела в сторону и на время затерялась в дымке.

Вскоре она снова появилась, сотканная из тумана и прошелестела, на этот раз игнорируя присутствие Пернатого:

— Баламут… снизойдёшь до разговора со мной?8c847c

— Снизойду, — отозвался мужчина. — Не просто же так я пришёл напоследок полюбоваться тобой. Решила рассказать перед уходом, зачем тебе был нужен я?

— Баламут, — Эбба подошла к Лёше вплотную, и он недовольно скрестил руки на груди, чтобы хоть как-то увеличить расстояние между ними. — Видишь эти огоньки вокруг меня? — он не стал ни отвечать, ни кивать, так как и так было очевидно, что огоньки он видел и не раз. — Это души людей, которые были настолько светлы, что моё проклятие их не коснулось. И они вернут себе человеческий облик, стоит мне уйти на покой. — Лёша внимательно слушал, но его мысли были слишком хорошо спрятаны, что бы Эбба могла хоть приблизительно их угадать. — И я… прошу тебя… позаботиться о них, когда это произойдёт, — мужчина вопросительно поднял бровь, ибо ничего подобного не входило в его планы. — Баламут, я говорю серьёзно. Я прошу тебя вернуть Городу Низких Облаков былую красоту, вернуть ему славу не проклятого города призрака, а приветливого, мирного, но неприступного и величественного города, каким он был, когда Илтон только прибыл сюда.

Лёша вздохнул. Что тут скажешь? Он мало смыслил в правлении, да и знать ничего об этом не хотел. С другой стороны, люди, чьи души обращены в огоньки, наверняка неплохие, и с ними будет не так уж и сложно попытаться воссоздать их Город. Но так не хотелось во всё это ввязываться!

— Я подумаю об этом, — ответил Лёша, так как Эбба ждала ответа.

Она отплыла от него, посмотрела в глаза Алине, улыбнулась ей, потом посмотрела на Нилану, которая сжимала в своей руке ладонь Пернатого, печально опустила взгляд на землю. Собралась с мыслями и посмотрела в карие глаза крылатого человека.

— Прости меня, Илтон, — голос её прозвучал тихо и искренне, только вот в искренность эту никто из присутствующих не поверил.

— Я прощаю тебя, Эбба. Тебя и твой вероломный народ, — безразлично ответил Пернатый, даже не пытаясь придать интонации пафос или какую-либо другую интонацию, хоть немного соответствующую моменту, который они с Эббой оба так долго ждали.

Женщина улыбнулась и воздела руки к небу, в котором внезапно стали скапливаться грозовые тучи. Алина не знала — снятие проклятья привело к грозе или просто так совпало, что происходящие далее события происходили в пугающей предгрозовой атмосфере.

Все смотрели, широко распахнув глаза. Множество призрачных силуэтов приблизилось к своей правительнице. Она обвела их взглядом. Теперь все эти души могли обрести покой. То, чего они так долго ждали, прозябая в руинах и гнилых болотах.

Эбба и жители Города стали исчезать на глазах, превращаясь в едва заметный туман. А огоньки, что были рядом с Эббой, наоборот, принялись светиться, да так ярко, что всем пришлось зажмуриться на время. Звон лопнувшего хрустального сосуда заставил вздрогнуть каждого, поскольку в этой тишине звук показался оглушительным.

— Илтон! — радостный девичий голос заставил всех взглянуть на его обладательницу.

Это была миловидная, немного полноватая девушка с достающими лишь до плеч волосами ярко-рыжего цвета. Она бросилась на шею крылатому человеку, прежде, чем он успел что-либо сказать. Улыбаясь, он погладил девушку по спине, и, когда она отпустила его, представил всем присутствующим:

— Это Эори. Невеста моего сородича и просто замечательный человек, подаривший мне однажды свободу.

Растерянность обретших тела людей была естественной реакцией после долгого бестелесного существования. Они стояли, замерев, словно позабыли, как нужно двигаться и боялись пробовать.

Придя в себя, Алина обратилась к Лёше:

— Я не хочу, чтобы ты правил городом… — призналась Алина. — Это почётно и наверняка льстит тебе, но…

— Я похож на того, кто хочет править городом? — удивился Лёша, лучисто улыбаясь.

— Нет, не то, чтобы похож, просто… — она растерялась от его улыбающейся физиономии. — Тебя же попросила Эбба…

— Ну да, попросила. Но ты слышала, чтобы я согласился? И вообще, это не то, о чём можно просто попросить. Это же Эбба — жалкое циничное создание. Она отдала свой город мне в надежде, что мысленно я прощу ей всё и буду вспоминать тёплыми словами… Все призраки хотят этого перед забвеньем…. Или уходом в потусторонний мир… Она поняла, что от Пернатого прощения не будет и попыталась завоевать моё.

— То есть ты её не простил? — непонимающе уставилась на него Алина.

Он немного задумался.

— «Простил» — не то слово… — пробормотал он. — Вообще не подходящее к моему отношению к ней… Мне всё равно. Мне нет дела до Эббы. Она использовала меня, если ты не поняла. Она с самого начала поставила на меня, на то, что в итоге я смогу пригодиться ей. И не ошиблась…

Алина крепко обняла его, понимая, что он вспомнил Лаивру. Эббе он тоже был нужен в качестве инструмента для достижения своих целей. От осознания этого больно не было: он знал, что из себя представляет эта женщина, с первого дня, как оказался на её болотах.

К тому же было ощущение, что правительница Города Низких Облаков сыграла в его жизни не последнюю роль со своей ложью. Положительную, надо признать, роль.