Глава 2

Я проснулась от гудка, пронзительно врывающегося в сонное сознание и вдребезги разносящего барабанные перепонки. От такого резкого подъема я перепугалась, вскочила, не понимая, где я и что происходит. Сердце билось в диком ритме, явно пытаясь тоже сообразить — то ли бежать нужно, то ли прятаться.

Руки сами схватили одеяло, я испуганно прижала его к груди и рванула к двери...

— Стой, ошалелая, ты куда? Да еще и с одеялом. — раздался сонный голос Элары с соседней кровати. Я остановилась. Оглянулась на нее, все еще ощущая бешеное биение сердца. Точного ответа на вопрос дать не могла — потому что сама не знала.

— Э-э-э...

— Я в первый раз тоже перепугалась... А сейчас ничего, привыкла, — зевнула виверна и потерла глаза. — Это здесь такой гудок в общежитии — к подъему. Специально для таких, как мы. Чтобы не проспали лекции.

— Офигеть! — выдохнула я. — Так с перепугу можно умом тронуться и уже вообще никуда не торопиться. К черту такой подъем! Как учиться после такого стресса?!

— Привыкнешь, — махнула рукой Элара, откинула одеяло и села. Потянулась, поднялась, подхватила халат со спинки кровати, полотенце и направилась в душевую. Судя по ее спокойствию, к этому чертовому гудку она и правда привыкла.

А я продолжала стоять, прижимая к себе одеяло, и чувствовать, как руки дрожат, а сердце все еще испуганно трепыхается в груди.

Сделала рваный вдох и выдох.

Медленно повернулась — и только тогда увидела Эфи.

Малыш сидел на подушке... О боги, я совсем про него забыла. А у эфирика глаза были огромные, преогромные. И сам он взъерошенный, похожий на перепуганного ежика.

— О-о-о... — дрожащим голоском выдавил он и, закатив ополоумевшие глазенки, завалился на бок.

Я подошла, взяла его на руки и прижала к своей щеке.

— Действительно... о-о-о. И нам с тобой нужно к этому привыкать.

Эфи не ответил. Он жался ко мне и тихо подрагивал. Я погладила пушистое тельце.

— Слушай, нам сегодня по порталам скакать не нужно... У меня в сумке парочка конфеток завалялась. Хочешь?

Эфи тут же ожил и торопливо закивал.

Я тихо, но все еще нервно, рассмеялась. Подошла к сумке, брошенной на стол, вытащила пару конфет. Не желейки, но все равно вкусные — с белым шоколадом и помадкой внутри.

Развернула фантики и протянула эфирику.

Тот с удовольствием затолкал обе конфеты разом в рот и начал усердно жевать. Жаль, что меня никакие конфетки так быстро успокоить не могли. Мне бы сейчас капли сердечные.

Из душевой, вытирая волосы, вышла Элара.

— Поторапливайся, скоро начнутся лекции... — выдала она, смотря на меня.

Я кивнула и направилась в душ.

Надеюсь, хоть он меня успокоит.

Вышла из душевой прямо в полотенце. С задумчивостью глянула на скинутую вчера одежду. На стуле лежало платье, которое мы с Рейнером брали мне на посвящение. Никакой другой одежды у меня попросту не было. Ну не в вечернем же платье тащиться на лекции...

Прошла и уселась на кровать.

— В чем я пойду... — протянула, вздохнув.

Элара бросила на меня оценивающий взгляд.

— Ну... у нас с тобой размеры не сильно разнятся. Я могу дать пока свою форму.

— Пока... — протянула я. — Элара, я не могу постоянно ходить в твоей одежде. Рейнер, конечно, обещал, но...

Что именно «но» я не договорила — в дверь постучали.

Виверна с удивлением глянула на нее и, выдав:

— Кто еще там с утра, — открыла.

На пороге стояли две очень похожие друг на друга девушки в одинаковых серых платьях с глухим воротником. С русыми волосами, сплетенными в косы и завернутыми вокруг головы, и одинаковыми ледово-синими глазами. В руках у каждой — по нескольку коробок, а еще большие бумажные пакеты. Просто удивительно, как они вдвоем все это притащили.

— Диара Мирская здесь проживает? — спросила одна из них.

— Здесь, — удивленно кивнула Элара, пропуская девушек в комнату.

Они уверенно вошли и начали расставлять коробки на стол.

На один все не поместилось — заняли и второй.

После чего вежливо кивнули и вышли.

Мы с Эларой переглянулись. Девушка прошла и заглянула в один пакет, присвистнула.

— Судя по всему вопрос с одеждой решен.

Я встала, подошла к столу и взяла первую попавшуюся коробку. Открыла. Кажется, я очень удачно ее выбрала: внутри была форма Академии. Совершенно новая.

Я с удивлением вытащила ее.

Ну надо же... размер мой. И там же, в коробке, еще одна небольшая, в которой нашлись ботинки — тоже моего размера.

Можно только удивляться!

Судя по всему, это отправил Рейнер, а значит он или еще вчера запомнил размеры, которые я брала, или...

— «Мадам Нийон», — прочитала этикетку на одной из коробок Элара.

«Все ясно, — подумала я. — Это не Рейнер запомнил мои размеры, а прекрасная мадам Нийон. Она, скорее всего, и подобрала мне все эти вещи».

Я окинула взглядом коробки и пакеты — и стало как-то неловко. Это же сколько все стоит?

— Однако... Просто невероятно, сколько здесь всего... — протянула Элара, заглянув в еще один пакет, тут же его закрыла, и заторопилась: — Ой, Диара, переодевайся быстрее. Лекции скоро.

Девушка кинулась к шкафу, быстро вытащила из него свою форму и начала торопливо одеваться.

Я успела заметить, что волосы у виверны к этому времени были уже высушены и завязаны в высокий хвост.

Пощупала свои... оглянулась. Кажется, фенов здесь не было.

— Элара, а ты чем волосы сушишь?

Она, натягивая кофточку, глянула на меня. И тут же улыбнулась.

— Я постоянно забываю, что ты совсем новенькая в этом мире. Иди сюда. Это самый обычный бытовой процесс.

Я подошла к виверне.

Она положила руки мне на затылок и что-то прошептала. Я ощутила легкий теплый ветерок, прошедший по коже головы, и... волосы мгновенно высохли.

— Тебе хвост или косу? — поинтересовалась девушка.

— Косу, — растерянно ляпнула я, хотя косы уже давно не плела.

Виверна что-то снова шепнула и провела руками от затылка до кончиков моих волос.

Я стояла и с удивлением разглядывала свою непривычно пепельно-блондинистую косу в зеркало шкафа.

— А так любую прическу можно сделать?

Виверна покачала головой.

— Нет, только то, что ты можешь визуализировать в сознании в процессе создания. То есть ты можешь создать все, что знаешь, как сделать руками. Ты представляешь — и магия делает. Если у тебя нет представления, например, как делаются сложные прически, а только представляешь, как она выглядит в итоге, ничего не получится: магия просто спутает волосы. Для сложных причесок есть свои мастера, которые все могут и руками, и магией сделать, — она мне подмигнула. — Если бы совершенно все можно было делать магией, то не нужны были бы ни пекари, ни цирюльники, ни другие мастера... Все бы просто лишились работы. Запомни: главное в работе с магией — точно знать, как это делать без нее... Если знаешь процесс — значит, магия сможет его повторить; если процесса не знаешь, а только ждешь, что магия сделает это по-своему... Увы, готовься получить нечто невообразимое.

— Вот мне и урок начальной магии, — пробормотала я, застегивая на себе рубашку.

Элара глянула на меня.

— Тебе еще очень многое нужно узнать, чтобы начинать смело работать с магией. Я тебе помогу в учебе. Ой, скоро уже звонок на лекции. Ты готова?

Я быстро закончила сборы, напоследок еще раз глянула на себя в зеркало.

Глаза стали совсем серыми — не серебристыми, как у магов, и не глубокими серыми, как у туманников, — они стали как небо перед грозой. Удивительный, влекущий, притягивающий цвет. А обрамленные черными ресницами, они и вовсе выглядели словно штормовое море: глубокое, утягивающее в свою бездну.

— Любуешься? — усмехнулась Элара. — Мда, есть чем любоваться... Любопытно, если твое колдовство так преобразило тебя за пару дней, что будет дальше? Продолжатся изменения или на этом остановятся? На мой взгляд, если ты продолжишь меняться, станешь краше любой из здешних дракониц...

— Им это навряд ли понравится, — вздохнула я. — Мне только исконной, женской ненависти не хватает. Я бы остановилась и на том, что есть...

На этих словах я подхватила сумку. В нее торопливо залез Эфи — и мы вышли из комнаты.

Длинный коридор общежития навевал тоску. И если еще вчера все происходящее казалось мне поправимым, то сейчас я вдруг отчетливо поняла: я попала.

Я застряла в другом мире.

И неизвестно, будет ли у меня возможность вернуться.

Все как-то разом изменилось и стало непонятно, чего ожидать дальше. И стоит ли ожидать.

На душе было пакостно. И даже то, что Рейнер попытался закрыть мои базовые потребности, не радовало. Я не просто в другом мире — я еще и связана с драконом, который надеется мной решить свои проблемы. И неизвестно, как он себя поведет, если поймет, что я не смогу этого сделать.

А я пока и сама не знала, что могу, а чего — нет. Я даже свою магию контролировать не в состоянии, не то что знать, на что она способна.

А если я разнесу здесь все к чертям собачьим еще до того, как смогу управлять своей силой? Вероятно, мне этого не позволят и уничтожат куда раньше. Вчерашний вечер был более чем показательный... Я могу быть опасной. И невесть что от меня можно ждать.

Самый большой страх — неизвестность. Потеря веры в будущее. Непонимание, что вообще в этом будущем будет со мной.

В молчании мы спустились в холл, и я, следуя за Эларой, уже направилась к одному из коридоров, когда меня окликнули.

— Диара... Ну как на новом месте?

— Было бы куда лучше на привычном, — буркнула я, поворачиваясь к приближающемуся Рейнеру.

Элара остановилась и оглянулась на парня.

А он даже «доброе утро» не пожелал — просто подошел и кивнул мне.

— Раз такая история случилась, значит, будет больше времени заниматься с тобой, — заявил, как-то очень буднично и даже довольно подмигнув.

«Я лично ничего веселого в таком положении дел не вижу», — мрачно подумала я.

А он продолжил:

— Вечером жду тебя на полигоне. Попробуем понять, что там у тебя за колдовство и как с ним работать.

«Вот и весь ответ, зачем я Рейнеру и почему он старается мне помогать, — глухо и с какой-то тоскливой безнадежностью подумала я. — Хотя, помощь ли это?».

— О-о-о, наша дымчатая красавица, — протянул в этот момент подошедший к нам Кай.

Его имя я хорошо запомнила с вечеринки.

Парень очень открыто улыбался.

— Укротительница теней? — подмигнул он мне. — Буду честным, ты вчера всех поразила... в прямом смысле — наповал.

— Я старалась, — ляпнула я, совершенно не зная, что на такое отвечать.

Он рассмеялся.

— Она еще и шутит! Ты определенно мне нравишься.

Рейнер, стоявший рядом, покосился на друга.

— Тебе все особи женского пола без исключения нравятся, — произнес он без тени улыбки, и как-то разом исчезло удовольствие, еще минуту назад сквозившее в его тоне.

— Все — да не все, — продолжая улыбаться, возразил Кай и приятельски положил руку на плечо Рейнера. — Вот у нашей Теньки, с такой внешностью, точно отбоя от ухажеров не будет. Однако неплохо твое колдовство тебя меняет. Не каждая сравнится... Охранник нужен?

— Тенька? — хмуро хмыкнула Элара. — У нее имя есть.

— Имя помню, — бросил девушке Кай, не сводя с меня восторженного взгляда. — Но Тенька, по-моему, подходит ей больше. Как она вчера с тенями-то... ого-го... Точно Тенька.

Сказал он это как-то по-доброму и совсем не обидно, так что я улыбнулась в ответ.

А вот Эларе и Рейнеру это, кажется, совсем не понравилось.

— Да ты никак приударить за нашей Диарой пожелал? — не успокаивалась виверна, щуря на парня аквамариновые глаза. Мне даже показалось, что она сейчас, несмотря на запрет, использует свою магию зеркального эмпата... Хотя навряд ли она бы подействовала: мне лично казалось, что Кай никак не желал меня обидеть.

— Смотри, как бы она тебя не «приударила»... тенями, — хмыкнул Рейнер. — А охрана у нее и без тебя найдется. Я, кажется, еще вчера тебя предупреждал.

Кай наигранно вздохнул.

— Эх, Тенька, жалко-то как... Не успел приударить — уже отбили...

— Никто меня не отбил, — выдала я. — У нас с Рейнером чисто деловые отношения.

У Кая глаза заблестели. Но Рейнер тут же осадил его:

— Угу... Такая деловая связь избранных. — И тут же грозно глянул на меня. — Надеюсь, ты вечером придешь.

После чего он подхватил Кая за локоть, не давая тому больше ничего сказать, и поволок прочь, что-то ему грубо объясняя. Но, кажется, Каю было все равно: он вывернул голову и, глянув в нашу сторону, подмигнул мне.

— Идем, — выдохнула Элара, отводя от парней взгляд. — И поменьше слушай этого пустобреха. Он ко всем подкатывает. И мой совет — не ведись на его речи. У него поклонниц хватает. Он успевает с тремя разом встречаться. Только вчера вечером две бывшие искали его, а он с третьей отдыхал. Это главный ловелас Академии. Даже не заглядывайся в его сторону...

— Я и не собиралась, — выдохнула я. — У меня, кроме Кая, проблем хватает.

Элара с сомнением глянула на меня. Странно вздохнула и больше ничего о Кае не говорила.

Мы уже дошли до лестницы правого крыла, ведущего на второй этаж, когда прямо у ступеней я заметила Мади. Девушка с нескрываемым раздражением смотрела в мою сторону. Рядом с ней были подружки — и обе что-то ей нашептывали, косясь в мою сторону.

«А вот и еще одна моя проблемка», — едва успела подумать я, как Мади уверенно направилась в нашу сторону и, не позволив подойти к лестнице, встала на пути.

— А ты быстрая девочка оказалась, — сказала она, смерив меня презрительным взглядом. — Недаром что ведьма... Хотя чего еще ожидать от мракоделки. Вот только смотри: Рейнер у нас парень ветреный. Ему просто любопытно стало с ведьмой замутить. Немного покрутится, получит свое — и поминай как звали.

Я усмехнулась, крепче сжимая ручку сумки. И вдруг отчетливо поняла, что молчание — не моя добродетель. Я и раньше в обиду себя не давала, а теперь стоило меня задеть — и внутри буквально услышала клекот злости... И откуда только такое рвение — находить себе лишних недругов? Ведь можно просто промолчать и пойти дальше. Но во мне словно еще одна крайне возмущенная половинка проснулась...

— А от тебя он, видимо, уже все получил, — выдала я, мимолетно думая, что вот на этом месте мне бы рот захлопнуть, и добавила: — И, судя по начисто исчезнувшему интересу, довольно быстро. Я, как вижу, он даже рядом с тобой находиться не хочет. Любопытно, чем же ты ему так противна стала? Не любовью ли распускать слухи и отсутствием ума.

Подруги Мади уставились на меня. У одной дернулась щека. У другой приподнялись брови.

А я саму себя испугалась. Меня заносило. И заносило по-крупному, учитывая, что я стояла перед драконицей-старшекурсницей — той, кто с магией умел обращаться и меня не слишком любил. Вот только что-то внутри меня уверенно нарывалось на конфликт. И это что-то я не могла остановить.

У златовласки вспыхнули глаза. Никогда не видела алого золота. Злобного, яростного — из него разве что искры лавы не посыпались.

Девушка сделала порывистый шаг ко мне и, прищурившись, процедила:

— Я бы на твоем месте придержала язык, мракоделка.

И снова сверкнула на меня горящей лавой.

— Тебе с нами еще учиться, — продолжила Мади. — И поверь, я постараюсь, чтобы ты каждый день, проведенный в Академии, вспоминала с ужасом. Хотя... — она скривила губы. — Ты и есть ужас. Сама. Для всех, кто здесь находится. Тебя здесь не любят. Таких, как ты, здесь не любят. И теперь я понимаю, почему. Надеюсь, ты захлебнешься в своем колдовстве, а я тебе помогу... Будь уверена!

Ее голос гулом разнесся по холлу. Несколько человек обернулись. Кто-то замедлил шаг, прислушиваясь к нашим голосам.

Эфи выполз из моей сумки, весь надулся и распушился. По его виду я поняла: малыш собирается меня защищать.

Вот только Мади уже развернулась и пошла прочь. А следом за ней двинулась и ее свита, бросив мне на прощание брезгливые взгляды.

Я тяжело вздохнула и глянула на собравшихся в холле ребят. Судя по их лицам, они были разочарованы тем, что наша перепалка не переросла во что-то более грандиозное.

— Идем, — шепнула Элара, беря меня за руку. И еще тише зашептала: — Ты чего? Зачем ты с ней так? Она же точно теперь тебя в покое не оставит?

Хотела бы я объяснить, чего это я и зачем именно так... Но у меня внутри все бурлило от ярости и... черт, как же меня злила сама эта ситуация! И то, что я из-за этих драконов не могу попасть домой... И то, что они меня вообще в этот мир затащили... И вообще... Мне кажется, я начинала очень не любить драконов, особенно тех, которые меня задеть пытались.

«Это не я к вам... — хотелось кричать мне. — Это вы меня сюда притащили, а теперь еще и пытаетесь уверить, что я никто и звать меня никак! Это я вам нужна, а не вы мне!»

Наверное, именно эта злоба и заставляла меня говорить то, что говорить совсем не следовало, не в моем положении.

— Не стоило такое говорить Мади, — сказала виверна, покачав головой. — Такие, как она, с короной на голове рождаются и считают ее своей частью. И если кто-то пытается хоть немного ту корону подвинуть... Короче, теперь проблем с ней не оберешься.

— Она первая начала, — хмуро ответила я. — Я ее не трогала.

— Это не имеет значения, — вздохнула Элара. — Но то, что она может порядком испортить жизнь, — факт. Особенно после вчерашнего. Она такое о тебе раздует, что страшно будет в коридоры Академии выходить. Мади это умеет.

«А что обо мне еще можно рассказать после вчерашнего вчера? — с обреченной насмешкой подумала я. — Кажется, и так вся Академия в курсе. Если бы еще сама понимала, что я сделала вчера и как это произошло».

— Нужно узнать, что у меня за выброс был и что это за колдовство, — задумчиво проговорила я. — Уверена, что всему есть объяснение. Сейчас как раз лекции по темной магии и колдовству. Я спрошу у магистра Кадеска. Он должен хоть что-то знать.

Элара вздохнула:

— Мне показалось, Кадеск не слишком тебя жалует.

Я пожала плечами.

— Жалует или нет — а о колдовстве он знать должен. И если студент приходит с вопросом, думаю, не откажет в объяснении.

С этими словами я вошла в кабинет.

И тут же ощутила последствия вчерашнего «выплеска»: аудитория, в которой только что стоял гул от разговоров моих однокурсников, мгновенно погрузилась в тишину.

На меня повернулись все.

Даже Тирри, стоявший до этого у парты и о чем-то мило беседовавший с рыжим парнем, оглянулся. Правда, в отличие от остальных, он улыбнулся. И довольно заявил:

— Ну ты вчера зажгла, Диара! Вот это представление. Жаль только, что после этого нас по комнатам разогнали. Но было круто! Я такого никогда не видел.

По кабинету прошел легкий шепот, и тут же сидящая чуть подальше Дари спросила:

— Диара, а правда, что это были тени? Ты умеешь повелевать тьмой или только тенями? А ты темная ведьма? А...

— Не знаю, — глухо прервала я ее, направляясь к своему столу. Положила на него сумку и вытащила мнемор.

— Не знаешь? — ухмыльнулся рыжий. Если память мне не изменяла, его звали Прай. — Что-то мне кажется, ты привираешь...

Элара резко повернулась.

— А то никто из вас не проходил такое в детстве. Ни у кого магия, пока еще не подчинена, — не вырывалась из-под контроля?

Я глянула на девушку. С одной стороны — спасибо, конечно, что защищает меня. С другой... я ощутила себя совсем уж потерянной.

Она сказала «в детстве». То есть все они это проходят еще в малолетстве, а я только узнала, что у меня магия, и... Это все равно, если впервые в первый класс к совершеннолетию поступить.

Рыжий уже было открыл рот, чтобы что-то ей ответить, но в этот момент в кабинет вошел магистр. Привычной уверенной походкой прошел к кафедре, строго и внимательно посмотрел на всех, и чуть задержал взгляд на мне. Потом скользнул им снова на других ребят и нахмурился.

— Расселись по своим местам, — приказал он.

Те быстро юркнули за парты.

Кадеск подошел ко мне и глянул на загоревшийся экран мнемора, где были прописаны его лекции.

— Учите? — поинтересовался он, нависнув надо мной.

Мне бы хотелось сказать, что да. Вот только за последнее время с учебой как-то не слишком хорошо складывалось.

Он правильно расценил мою тишину.

— А вам бы стоило. Особенно мой предмет. Вы здесь не так давно, Диара, но уже наделали достаточно шума. И привлекли избыточное внимание.

Кадеск прошел между рядами, поглядывая на остальных.

— Вот и ваши однокурсники начали вас сторониться. А это очень нехорошо, учитывая, что вы...

Он выделил последнюю фразу так, что я невольно оглянулась, отчего-то ожидая услышать из его уст презрительное: мракоделка.

— Из другого мира, — вместо этого выдал он.

Кадеск стоял у последнего ряда и оттуда смотрел на меня. Сумрачный фиолетовый дракон. Он точно должен меня недолюбливать не меньше близняшек.

— И именно потому, что вы вызвали определенный негатив в социуме нашей Академии, мне придется затронуть эту тему и немного кое-что пояснить всем собравшимся здесь, — вдруг выдал магистр.

Я напряглась.

Любопытно, что он собрался пояснять?

Кадеск быстро прошел к кафедре и встал у стола, строго глянув на аудиторию.

— Во-первых, вы должны понять: ни о каком проклятии речи быть не может. То, что произошло, — не проклятие. И на проклятие даже близко не похоже. Но я, так и быть, не стану вас попрекать тем, что вы не разобрались. Первый курс... А вот более старшие веддраки и некродраконы получат от меня всем курсом отработку. Уж они-то понять должны были.

Я с удивлением смотрела на магистра. Он что, меня защищает? Или просто выполняет свою работу? В любом случае нужно поблагодарить его и поинтересоваться, как он так точно определил, что я не навела ни на кого проклятия или порчу, хотя самого магистра на вечеринке не было. И, может, он объяснит, что же такое со мной произошло?

Кадеск глянул на меня — и словно прочитал все мои мысли. По крайней мере, уверенно продолжил:

— Спонтанные выбросы магии или колдовства бывают у всех, — сказал он. — Особенно в начале. И это значительно лучше, чем если бы сила сжирала вас изнутри. Учитывая, что Диара Мирская проживала в мире, мало что знающем о магии как о внутренней энергии, она никогда не пользовалась колдовством и не обучалась работе с собственной силой. А следственно, та в ней росла и преумножалась, и у нее, как и бывает при таких случаях, произошел естественный выброс энергии. Довольно сильный. Но и накопление в ней было немалое.

— А если бы оно нас задело? — недовольно протянула Кера.

Ооо, первая «сплетница». Я помнила: именно она вела переписку с Эларой, где называла меня мракоделкой и сетовала, что вот еще одна на их голову. Кажется, и сегодня перед группой девушка изо всех сил старалась преувеличить, расписывая то, что произошло вчера, в самых зловещих красках.

Кадеск прищурился, глядя на девушку, и ухмыльнулся. Если бы мне так ухмыльнулись, я бы подумала, что меня сейчас препарируют.

— Если бы Диара с ее накоплением целенаправленно задела вас, Кера, — процедил магистр, — то сейчас вы бы сидели не здесь. И вообще бы не сидели. Скорее всего, лежали бы в лазарете под пристальным вниманием всего целительского корпуса и лично декана Зеумура Нархару. Он очень любит интересные случаи разбирать вместе со своим факультетом. Точно сказать, какие последствия были бы у вас, не могу, но предположительно — поглощение вашей магии и полная невменяемость. То, что мне рассказывали, выглядело как теневая энергия, а она...

Он замер и скользнул глазами по студентам.

— Кто мне может сказать, что используют тени?

— Сумрак, теневые миры, вход в мрак, — подал голос Джун. — Сумрак любит жрать чужие энергии, именно поэтому теневые драконы одни из немногих, кто может создавать проклятия и разбираться в них, а также именно благодаря теням и их умению проходить сквозь пространства и миры они являются лучшими проводниками для портальщиков.

Я навострила уши.

Как любопытно.

Вот почему именно теневые искали ту самую ведьму. Они умеют разбираться в таких, как я, могут действительно найти нужную — и заставить ее проявиться. Их магии правда созвучны... темные ведьмы и теневые драконы... И именно эти драконы могут путешествовать по порталам и мирам. Для них это проще, чем для остальных. Тени — их стихия.

Я подняла взгляд и наткнулась на внимательные глаза Кадеска. Мне показалось — или он улыбнулся. Кажется, он очень хотел, чтобы до меня дошла эта истина.

Теневые драконы — это те, кто могут со мной соперничать в плане колдовства и действительно способны заставить делать даже то, чего я не хочу. То есть проявить свою сущность, в которой я и сама-то не уверена.

Хотя... Рейнер же мне говорил, что у него магия теней, а я, скорее всего, темная ведьма. То есть не врал. Так чего я удивилась?

— Все верно! — громко подтвердил Кадеск. — Именно так. И у нашей Диары, судя по всему, тоже магия теней... магия темных ведьм.

Тишина.

Боги, какая наступила тишина.

Вероятно, если бы он сейчас объявил, что я та самая ведьма, реакция была бы точно такой же.

Я спиной ощутила, что на меня смотрят все.

— Но это не значит, что ее нужно бояться, — тут же спокойно выдал магистр темной магии. — Или сторониться. Даже у бывалых магов при переизбытке бывают срывы. А здесь — первокурсница. Тот выплеск, что случился у Диары, не был целенаправленным или злонамеренным. Он скорее вышел рассеянным сгустком — и, как вы поняли, никого не задел. Однако, чтобы исключить подобное в будущем, Диаре стоит основательно взяться за изучение и работу со своими энергиями. И наша Академия ей в этом поможет. Мы разговаривали с ректором Алексом, и он уже дал понять, что для Диары составлен отдельный список предметов, в который включены дополнительные практики по темным энергиям и колдовству.

У меня как-то неприятно начало зудеть под ребрами от этих слов. Это какие такие дополнительные практики? С кем? И как они будут проводиться?

Но Кадеск на этом моменте просветительскую работу завершил. Снова окинул взглядом аудиторию и поинтересовался:

— Надеюсь, все поняли, что я только что сказал? — И, не дожидаясь ответа, добавил: — Тогда можем начинать лекцию.

***

Когда прозвенел звонок, оповещающий о завершении занятия, я наспех сунула мнемор в сумку и кинулась следом за уходящим преподавателем.

Элара бросилась за мной.

— Магистр Кадеск! — выкрикнула я, выскочив в коридор.

Он оглянулся и остановился. Посмотрел на меня исподлобья.

— Вам что-то непонятно из лекции, Диара?

Я помотала головой.

— Я хотела сказать вам спасибо. У меня и правда начались проблемы после вчерашнего, и вы все объяснили... Я... просто спасибо.

— Допустим, это моя работа — разбираться в темном колдовстве и успокаивать студентов, — выдал магистр совершенно безразлично. — У вас еще что-то?

Я немного замялась. Судя по виду Кадеска, ему не доставляло никакого удовольствия разговаривать со мной.

— Можно задать вопрос? — все же, осмелившись, выпалила я.

— Задавайте, — меланхолично позволил он.

— То, что со мной произошло... это ведь не магия. И... я не думаю, что это колдовство. Это было что-то другое. Ведьмы не «выплевывают» сгустки дыма... Я хотела узнать, вы можете объяснить, что со мной произошло?

Кадеск изучающе смотрел на меня пару секунд, потом усмехнулся.

— Хотел бы я это объяснить, — протянул задумчиво. — Но пока у меня только предположения. Вас начали посвящать в студенты. Насколько знаю, это происходит через касание призрачного крыла, символизирующего крыло драконов, и пламя. А для ведьмы пламя — это о казни. О лишении силы. Смерть физическая и магическая. Надеюсь, хотя бы это вы знаете?

Я кивнула.

— В моем мире в давности ведьм сжигали...

Кадеск сумрачно усмехнулся.

— Не в лучший мир ушли ведьмы, однако...

И покачал головой.

— Так вот. Я предполагаю, что ваше колдовство отреагировало на касание крыла как на фактор вероятной угрозы. Но так как оно, в отличие от вас, не способно понимать структуру мира и вообще — что происходит... оно, скорее, было нацелено вас защитить, но никого не тронуть. Потому что вы, вероятно, человек, не способный причинить реальный вред. Магия и колдовство очень сильно зависят от носителя... А вот как именно вас защищать и от кого — энергия не понимала. Вы ей не указывали направлений. Вы и сами ничего не понимали. Вот оно и начало хаотично «метаться», пытаясь понять, а что, собственно, делать...

— Но я плевалась дымом... — подсказала я. — Разве это похоже на колдовство?

Магистр насмешливо ухмыльнулся.

— Диара, ваше колдовство повело себя так, как смогло. Вы не научились его выпускать. То есть фактически вы не умеете работать с энергией, находящейся в вас. И, судя по всему, она нашла естественный выход. Скажите спасибо, что такой...

Он не договорил, но мне от предположения о другом источнике «выхода» колдовства как-то совсем не по себе стало.

А Кадеск ехидно щурил глаза, смотря на меня.

— Поверьте, я такое видел... Не лучшая картина.

Меня кинуло в жар.

Я отвела взгляд и уже тише спросила:

— Я слышала, что сумрачные драконы не очень-то хотят возвращения ведьмы... Зачем вы за меня заступились?

— Вы слышали? — выдохнул Кадеск с заметной иронией в голосе. — Слухи... Диара, я сумрачный, но я еще и представитель Академии, магистр темных наук и колдовства. И для меня важно, чтобы мои студенты учились. А кто они — драконы, ведьмы, маги — не имеет значения. И о какой учебе может идти речь, если ребята будут трястись от страха перед вами вместо того, чтобы мои лекции записывать? Мне такое на моих занятиях совсем не нужно. Да и к тому же ректор очень переживает о начавших расползаться слухах. Это может подорвать его... хм... вернее, деятельность организации по поиску ведьм. И это тоже не слишком хорошо скажется на Академии. Вы в курсе, что основной бюджет Академия получает именно благодаря Пикси?

Я отрицательно покачала головой.

— Так вот, я вам открыл секрет, — спокойно заявил Кадеск, даже не понизив голос. Чем подчеркнул, что особого секрета, собственно, нет. — Если Пикси будут приводить в наш мир потенциально опасных ведьм, это может серьезно урезать бюджет и поставить вопрос о необходимости существования данной организации. И да, вы правы: кое-кто из драконов будет, вероятно, очень рад такому повороту событий. Я думаю, о противостоянии бывших приближенных короны и нынешних вам уже рассказали. Так что не открываю вам истину... Меня попросили ограничить распространение слухов — я это сделал. Подобные лекции я проведу на всех факультетах.

Я задумчиво смотрела на магистра. Как странно: он тоже фиолетовый, сумрачный, а значит, относится к ларконам... но приоритеты Академии поставил выше, чем интересы своего рода?

Он ухмыльнулся, и глаза его тускло блеснули.

— Вижу вопрос в ваших глазах, — проговорил глухо. — Не все сумрачные — ларконы короны. Только два высших рода. И я к ним не отношусь. Зато я очень много лет отдал этой Академии. И я сделаю все, чтобы вы как можно скорее научились контролировать себя. Потому что ведьма, которая не способна контролировать свое колдовство, — это само по себе уже проклятие. И мне меньше всего хочется, чтобы оно свалилось на наши головы. Теперь я на все ваши вопросы ответил?

Я растерянно кивнула.

Он развернулся на каблуках, так что скрипнула подошва, и уверенной походкой направился дальше.

Элара, все это время стоявшая рядом, взяла меня за локоть и мягко потянула в другую сторону.

— Идем, скоро новая лекция.

Я оглянулась на нее.

— Почему ты не сказала, что драконы еще делятся на высших и...

— Не высших... самых обычных, — добавила Элара. — Ты не спрашивала. А разве у вас не так? В любой стране есть элита, а есть самые обычные... люди, драконы, маги. Кому-то просто повезло родиться в семье с высокородной фамилией. Кому-то — нет.

Я про себя усмехнулась.

Она права. У нас все точно так же. Кому-то повезло, а кто-то... самые обычные люди.

Отсидев еще две пары, Элара повела меня в столовую.

— Ты ведь не ходила к нам на обеды?

Я покачала головой.

— В Академии прекрасный повар, — затараторила девушка, показывая мне путь. — Кормят отлично. Если не наешься, можешь взять добавку или вообще дополнительный ужин с собой в комнату. Только потом посуду сама помоешь и вернешь.

Пока она говорила, мы уже вошли в просторную и очень светлую столовую. Здесь было несколько длинных столов и стойка в самом конце, где виднелась очередь из ребят с подносами.

В нос сразу ударил запах корицы, выпечки и жареного мяса. Это разительно отличалось от запахов в нашей институтской столовой, где вечно попахивало смесью гречневого или рисового супа и капустного салата. В Академии Илинарии на еде для студентов не экономили.

Мы подошли к стойке, на которой стояли самые разные блюда. Как только кто-то забирал одно, тут же с другой стороны появлялась шустрая полная тетенька с добрыми золотыми глазами и ставила новую порцию. Несмотря на пышное тело, она успевала двигаться вдоль всего ряда и постоянно подставлять новые тарелки с едой. Просто удивительная прыткость.

Элара показала, где взять поднос, и мы встали в очередь за другими студентами. Я выбрала гуляш, свежий сок и булочку с повидлом.

После чего мы снова в зал и направились к длинному столу у среднего окна. Там уже сидели наши однокурсники.

По пути я обратила внимание, как на меня то и дело оборачивались другие студенты. Кто-то что-то шептал друг другу. Другие просто бросали любопытные взгляды. Кажется, после вчерашнего вечера я стала местной знаменитостью. Вот только знаменитость эта была не слишком приятной.

Наши однокурсники подвинулись на скамейках, выделяя нам место.

— Ты не обращай внимания, — тихо шепнул мне Тирри, рядом с которым я села. — Они сейчас пообсуждают, — он бросил взгляд на ребят в столовой, — но уже завтра появится новая тема, и о тебе забудут.

— Хотела бы я, чтобы так и было, — вздохнула я.

— Это Академия, — хмыкнула Кера. — Здесь всегда кого-то обсуждают. А ты персона номер один на ближайшие сутки. Мало того что ведьма, так еще и такой фейерверк устроила на посвящении. Но буду честной: всем глубоко плевать и на тебя, и на то, что произошло. Просто если мы не будем хоть кого-то обсуждать, станет очень скучно.

— А в Академии всегда что-то происходит, — поддержала ее Лика. — Кто-то что-то нелепое делает... кто-то кого-то бросает... у кого-то роман начинается... Все на виду — и все все обсуждают. Не для того чтобы осудить, а просто из скуки.

— А учиться не пробовали? — спросила я, доедая гуляш. — Мне кажется, здесь задают достаточно, чтобы времени на сплетни не хватало.

Кера хмыкнула.

— Это для тебя все кажется сложным и нужно уделять этому много времени, потому что ты почти ничего не знаешь. А для нас... так, — она махнула рукой. — Вот лично я еще на лекциях все досконально запоминаю, и домашнее задание у меня занимает от силы полчаса.

— Это у тебя на первом курсе такой азарт, — усмехнулся Тирри. — Ты оглянись и посмотри на старшекурсников. Им на нашу Диару вообще плевать. Они быстрее доедят — и шмыг из столовой... Там, помимо лекций, столько по практикам задают, что времени даже нормально поесть нет.

Я повернула голову и посмотрела в ту сторону, куда он указал. Там сидели старшекурсники-веддраки. Они и правда ели быстро, почти не поднимая головы. И тут же, отставив тарелки, выходили из столовой. У некоторых в руках были мнеморы или книги — и они что-то шептали, я так понимаю, то ли заклинания, то ли правила.

Чуть дальше я заметила некродраконов, а еще дальше — зельеваров...

Вот только, как ни странно, ни среди тех, ни среди других я не увидела ни Рейнера, ни Мади... или...

— Диара, а это правда, что твой мир исчез?

Вопрос, заданный кем-то из находящихся за одним со мной столом, заставил меня повернуться и замереть. Как быстро распространяются слухи в Академии. Просто удивительно. Но главное — откуда они это знают? Я сама только сегодня ночью узнала.

Все уставились на меня. Благодаря лекции Кадеска страх передо мной у них исчез, да и обсуждать вчерашнее они перестали. Но тут появились новые вопросы.

— Правда, — кивнула я. — Но мир не исчез. Он просто передвинулся на другие координаты, которые сейчас ищет ректор Алекс.

— Хреново, — выдохнул Джун. — Если мне не изменяет память, миры сами собой не перемещаются.

И серьезно посмотрел на меня.

— Твоему миру что-то угрожало?

Я пожала плечами.

— Не знаю...

— Ректор Алекс выяснит, — выдал Тирри. — Можешь не переживать...

— А я бы начал переживать, — хмуро перебил Джун. — Уход мира со своей траектории — большая редкость. А учитывая, что есть вероятность, что это связано с нашей Диарой, приводит к мысли, что кто-то намеренно заставил каким-то действием его сдвинуться. И вот тогда возникает очень много вопросов. Кто и почему? И зачем было нужно? А сводятся эти вопросы снова к Диаре. А значит, ее начнут дергать... Соберут совет высших. И там уже будут решать, что делать.

— Совет высших? — переспросила я, придвигая к себе сок и булочку.

Парень кивнул.

— Да. Это большой совет высших драконов и высших магов. Обычно собирают, когда возникает общий вопрос, касающийся всего нашего мира. А ты — общий вопрос нашего мира.

— Совсем не обязательно... Ты когда слышал о последнем общем совете? — поморщилась Дари. — Диара не повод для сбора общего совета. Это не первая ведьма, оставшаяся в нашем мире. Я не думаю, что есть повод собираться...

Ребята начали спорить. Я их не слушала. Будет совет или нет — меня мало волновало. Куда больше заботило, найдет ли Алекс мой мир и как быстро. Мне совсем не хотелось, чтобы из-за меня собирали какой-то совет и невесть что решали по поводу меня. Ведь однозначно моего мнения не спросят и невесть что нарешают...

Пока я думала, медленно попивая сок, увидела, как в столовую вошли близнецы Элли и Эллар.

Остановились у входа и повернулись в сторону нашей группы. Девушка что-то тихо говорила брату, тот кивал.

От их взглядов стало неприятнее, чем когда на меня почти все студенты Академии смотрели косо.

— И чего уставились? — вырвалось у меня тихо.

Сидящая рядом Элара услышала.

Подняла глаза и тоже увидела близнецов. Брови у нее удивленно приподнялись.

— Странно, что они здесь, — прошептала она. — Обычно высшие, а тем более ларконы, не питаются в столовой Академии. Для них это слишком... неприемлемо — сидеть вместе с самыми обычными драконами.

Я чуть прищурилась, не отводя глаз от близнецов.

— Значит, пришли на меня посмотреть.

— Похоже на то, — хмыкнула Элара. — Любопытно, что им от тебя надо?

— Я им изначально не понравилась, потому что ведьма, — напомнила я.

В этот момент Элли криво мне улыбнулась, взяла брата за руку, и они вместе вышли из столовой.

— А может, хотели удостовериться, что ты и правда осталась в Академии? — предположила виверна.

— Чего бы они ни хотели, судя по довольным физиономиям, они в этом удостоверились, — буркнула я и как-то разом перехотелось доедать вкусную булочку.

Я еще посидела за столом, дожидаясь, пока поест подруга. И уже вместе мы вышли из столовой.

Следующая пара должны была быть по общей магии. И мы, обсуждая прошлую тему, спокойно шли по коридору. Я задавала вопросы Эларе — она объясняла. Мне, человеку, которому магия чужда, непонятно было все.

— Это же часть тебя, — говорила виверна. — Мы ведь, когда рождаемся, на ноги не сразу встаем. Хотя ноги вроде наши, но пока найдем устойчивость, пока сделаем первые шаги... Так и с магией. Ты ее уже ощущаешь, но нужно понять, как взаимодействовать. Найти ту самую точку опоры, а потом — шаг за шагом...

— Значит, и правда ведьма? — прервал ее объяснения холодный, надменный голос за нашими спинами.

Мне, собственно, и поворачиваться не нужно было, чтобы узнать этот тон. Такой ни с кем не перепутаешь.

И все же мы с Эларой обернулись — и сразу уперлись в близняшек.

«Интересно, они от самой столовой за нами шли?» — подумала я, глядя на презрительно сморщенный носик Элли.

Девушка рассматривала меня так, словно впервые увидела. Судя по взгляду, она очень хотела заметить во мне какие-то изменения, подтверждающие слухи Академии.

Я ничего ей не ответила. Мало того — развернулась и собралась идти дальше. Ни Элли, ни ее братец не вызывали у меня ни малейшего желания вступать в диалог.

— Стой, когда с тобой говорят!

Боги, такой приказной тон я не слышала даже у ректора Алекса.

И, конечно же, я не остановилась.

Меня догнали и грубо схватили за плечо, разворачивая.

Ребята, шедшие мимо, начали притормаживать, глядя на нас.

Какое дежавю, кажется, утром я уже нечто подобное проходила.

У Элли лицо пылало. В аметистовых глазах вспыхнули яркие искорки — так, что на секунду они показались мне темным звездным небом.

Какой бы надменной ни была Элли и, откровенно говоря, неприятной, глаза у нее были шикарные. Пожалуй, никто в Академии такими похвастаться не мог.

И вот теперь эти глаза явно хотели меня сжечь. Уничтожить. Обратить в пепел. Короче — заставить меня ощутить себя презренно мелкой, ничтожной и попросту никакой рядом с ларконицей.

— Тебя не учили отвечать на вопросы?

Как не вовремя Элли решила показать характер. У меня было совсем не то настроение. За последние сутки со мной произошло слишком много вещей, не лучшим образом сказывающихся на нервной системе. И я сегодня уже сорвалась... И сейчас ощущала, что едва себя сдерживаю. Хотя истеричкой никогда не была. Но ведь и сейчас я не впадала в истерику, просто внутри все внезапно начало гореть, и второе мое еще утром проснувшееся сознание снова уверенно вышло вперед.

— Меня учили вежливости — но только в ответ на вежливость, — вскинув голову и смотря в шикарные глаза грозной девицы, заявила я. — И уважению — в ответ на уважение. Ты моего уважения не вызываешь.

Элара, стоявшая рядом, испуганно глянула на меня и даже тихо ойкнула.

Эллар уставился во все глаза. Его аметисты выглядели настолько удивленными, что, казалось, вот-вот полезут на лоб.

А вот Элли... мне показалось, она сейчас настоящим драконьим пламенем на меня дыхнет. Ну, она бы и дыхнула, судя по всему, если бы могла...

Все, кто был в коридоре, замерли.

— Как ты смеешь?!.. — полушепотом, переходящим в хрип, проговорила близняшка. — Ты... презренная мракоделка! Таких, как ты, никогда не уважали...

— Ой ли? — ухмыльнулась я, нагло перебивая ларконицу. — Зато боялись. И ты боишься. Ты сейчас стоишь передо мной и пытаешься понять, та ли я ведьма. И не только потому, что, если я та самая, то ваш род может лишиться титула ларконов. Ты боишься еще и того, что я могу проклясть тебя — и ты ничего не сможешь сделать. Именно поэтому ты подошла ко мне. Удостовериться. А вдруг все же ошибка — и тогда можно будет делать со мной что хочешь. Так ведь? Я по твоим глазам вижу. Ты боишься. Боишься презренную мракоделку, которую не уважаешь. Которая пришла из другого мира и не желает подчиняться таким, как ты. А скажи: почему я должна это делать? Только потому, что тебе повезло родиться в роду сумрачных? А сама-то ты кто? Кто ты без своих родителей? Они, наверное, хоть что-то сделали для короны и народа. А ты всего лишь дракон, которому повезло быть их дочерью. У тебя нет ни имени, ни уважения, которое ты не успела заработать. Так почему ты думаешь, что я или кто-то другой должны тебе подчиняться? Почему ты считаешь, что тебя должны уважать? За что? За твое высокомерие? За то, что ты не умеешь быть наравне со всеми? Ты просто напыщенная мажорка...

Пощечина. Она прозвучала слишком громко.

В следующий момент моя щека вспыхнула огнем. Элли стояла передо мной, дрожа всем телом и с каким-то испугом глядя в мои глаза. Она так быстро отдернула ладонь, которой только что ударила меня по лицу, что я точно поняла: она действительно боялась... и она ужаснулась тому, что сделала.

А у меня внутри все вспыхнуло. Жар ударил в виски, обжег вены. И сейчас я точно понимала, кто меня обидел... и мое колдовство тоже это знало. А вот чего я не знала — как сейчас его остановить!

— ...Хаос вам под крылья, ларконы! — услышала я яростный окрик невесть откуда взявшегося Рейнера.

Парень, прорываясь сквозь толпу студентов, окруживших нас, кинулся ко мне, на ходу срывая с себя плащ.

— Эллар, уводи свою сестру! Сейчас же!

Вместе с Рейнером ко мне выскочил его дружок Кай, и они как-то разом накрыли меня плащом. А потом я закашлялась, выплевывая сгустки дыма, и возненавидела себя за то, что не могу сдержаться.

— Уводи ее! — слышался крик Кая.

А потом перепуганное и в то же время злобное шипение Элли:

— Я это так не оставлю! О случившемся узнает совет. Пусть он решает ее судьбу! Она неподконтрольная! Она не может оставаться в Академии. Она опасна! Я подниму этот разговор с отцом. Он вынесет это на совет!

— Заткнись, Элли! — прошипел ей Рейнер. — Иначе сейчас я стану опасен для тебя.

— Вы оба ответите! — рявкнула девица, судя по голосу, уже утаскиваемая братом подальше.

Я еще раз кашлянула в плащ. Попыталась вспомнить, что говорил Кадеск сегодня на лекции: нужно ощущать магию... нужно...

Я прикрыла глаза. Вдох — выдох. Вдох — выдох. Колдовство — оно же мое... оно не может что-то сделать без меня... Вдох. Выдох...

— Тихо-тихо, девочка, — меня подхватили на руки. Все так же, закутанную в плащ, куда-то понесли.

Колдовство крутилось вокруг, я понимала, что Рейнер его ощущает и все равно тащит меня, чувствовала, как он бежит по ступеням... А если я нечаянно его задену... Прокляну... Нет... нет, Рейнера оно не тронет... я каким-то внутренним чутьем это понимала... а Элли оно сейчас не видит, не понимает, куда за ней двигаться...

«Останься... останься здесь со мной... — Одними губами шептала я. — Не нужно усугублять... останься...».

И вдруг как-то разом отпустило...

После волны ненависти и злобы на меня как-то внезапно нахлынула апатия. Я перестала ощущать колдовство. Оно все-таки услышало меня и затихло. А мне стало невыносимо горько.

Кажется, я сейчас очень сильно испортила себе жизнь.

Я хочу домой. Я просто хочу домой.