Глава 15

– Я вообще не понимаю и не воспринимаю рабство, – сказал Гаррет, когда они обходили прилегающий к Вратам квартал. Нина старательно держалась у него за плечом, что потихоньку начинало Гаррета раздражать. – Тем более я не могу понять, как государство с рабовладельческим укладом могло оказаться в составе Сети.

– Не совсем верно говорить о Тарекаре как о государстве с рабовладельческим строем. Производство здесь держится на обычных иммигрантах, а не на рабах. Рабами они становятся только в том случае, если серьёзно увязают в долгах. Ну и, кроме того, конечно, потомки аборигенов с восточного континента – кахуры – они тоже, за исключением особых случаев, по большей части рабы. Для рабыни с Аэрении попасть сюда… Весьма специфический обмен. На Аэрении тепло, много солнца, есть медицинское оборудование, которое позволяет вылечить любые травмы. Рабы на Аэрении практически не умирают – разве что сходят с ума. Но здесь отношение к рабам проще, нет такой огромной пропасти между двумя типами людей. Основное различие состоит в том, есть у тебя права или нет. Если ты иммигрант или кахур, у тебя их в любом случае нет. Рабство – лишь следующий этап. Однако тут ниже уровень жизни – и для господ, и для рабов. И нет даже подобия той педагогической системы, которая позволяет Аэренианцам воспитать настоящего раба – того, кто будет рад служить.

– Как ты.

– Как я.

Нина на некоторое время замолкла.

– Я хочу сказать, – пояснила она, – что элитные рабы с Аэрении тут ценятся очень высоко. Их могут позволить себе только самые высокопоставленные чины.

Она помолчала ещё и добавила:

– Будь готов к тому, что меня попытаются перекупить. А может быть, и просто… конфисковать. Местным может показаться, что человек твоего ранга недостоин владеть столь качественной рабыней.

– Спасибо, что так высоко меня оценила.

– Я стараюсь дать тебе объективную информацию, вот и всё.

Гаррет покосился на неё, но Нина продолжила как ни в чём не бывало:

– Технологии тут развиты слабо. Хорошо, если удастся поставить нашу технику на подзарядку. Наши жучки здесь не сможет отследить никто. А вот о сети придётся забыть – даже в самых дорогих отелях она будет работать через раз.

– Но у них есть сканеры.

– Сканеры и оружие для бизнес-элиты и тех, кто стоит на её защите, – да. В этом плане они шагнули довольно далеко. Есть и определённые инновации в сфере удобств для богачей. Но всё будет стоить денег. Бесплатно не достанется ничего.

– У меня есть служебный кредит… – Гаррет почесал нос. – Подозреваю, что переговоры здесь тоже привыкли вести в довольно жёсткой форме? – он проследил взглядом за мужчиной с заметным брюшком, в кожаной куртке поверх линялой футболки, прошедшим мимо них. Таких здесь было довольно много – по крайней мере треть. Были и девушки с очень красивыми лицами, с подведёнными тёмной тушью глазами и алой помадой на губах, притулившиеся вдоль обшарпанных стен.

– Скорее всего. Большую часть того, что я рассказала, нам объясняли ещё на Аэрении – ну и потом исследовал кое-что. Деловой этикет меня не интересовал.

Гаррет кивнул.

– Вон, думаю, пойдёт, – он указал на магазин с красочной вывеской, в витрине которого виднелась пара сломанных манекенов в кожаных куртках и джинсах.

– Тебе не по статусу, – Нина приобняла его за талию и развернула к неуловимо похожему магазинчику на другой стороне проспекта, только сверкающему огнём реклам.

Гаррет вздохнул и двинулся к светофору, чтобы перебраться туда.

– А я думала, – сказала тем временем Нина, – «Инициатива» выступает за сохранение суверенной культуры подшефных миров…

– Да-да… – подтвердил Гаррет, – культурный суверенитет… Я не говорил об «Инициативе», я говорил… о себе. Наверное, это одна из причин, по которым я решил ограничить сотрудничество с Центром.

– Что ты имеешь в виду?

– Я не для того вступал в организацию, чтобы расшаркиваться со всеми и всем всё позволять. «Сеть» предъявляет вполне конкретные требования к мирам, которые вступают в неё. И посмотри кругом… – Гаррет едва заметно обвёл проспект рукой. – Чем эти ребята так полезны нам, что мы позволяем им держать в рабстве других людей?

– Не людей, – Нина хмыкнула, – кахуров.

– И ты тоже – кахурка?

– Я по другим причинам не имею гражданских прав.

Гаррет не стал отвечать, потому что они уже входили в магазин, где улыбчивая продавщица, скучавшая у стойки, в мгновение ока набросилась на него и принялась предлагать обширный ассортимент кожаных курток, джинсов, футболок, а заодно цепей и массивных перстней.

– Можно мне такое, господин? – пропела Нина незнакомым голосом, заметив одно из украшений на прилавке.

Продавщица мгновенно умолкла, зыркая на Гаррета из-под чёрных бровей. Ей очень хотелось поддержать каприз рабыни, но она боялась, что может потерять клиента насовсем, если тот не собирается потакать.

Гаррет взял в руки кольцо и оглядел со всех сторон. Ничего особенного в нём не нашёл. Кольцо была стальным, даже не серебро. И узор сработан довольно грубо.

– Сколько такое? – спросил он.

Продавщица назвала сумму, и Гаррет, прикинув, решил, что вполне может позволить себе её.

– И ошейНина подберите рабыне. Ну и… что там понадобится ещё. Я пока примерю свой набор, – с этими словами он скрылся в примерочной кабинке, а когда вернулся – всё в тех же доисторических джинсах и собственной футболке, но теперь ещё и в кожаной куртке, надетой поверх неё, – впервые увидел Нину тоже одетой в джинсы – такие узкие, что сзади так и хотелось ухватить, – обтягивающую майку и кожаную куртку, такую же, как у него самого.

– Я бы предложила небольшой аксессуар, – продавщица продемонстрировала пару серёжек из серебряного металла.

Гаррет смотрел на Нину и не знал, что сказать. Больше всего ему хотелось всё это сорвать и ощупать то, что внутри.

– Заверните с собой, – заметно охрипшим голосом велел он. – Мне куртку, вот эту цепь… и всё, что на ней.

Пока продавщица колдовала над кассой, Гаррет приблизился к Нине, дёрнул за пристёгнутый к ошейнику поводок и втянул в глубокий поцелуй. Гаррет с упоением трахал партнёршу языком, жалея лишь о том, что на улице нельзя развернуть её задом к себе и отыметь у ближайшей стены.

Продавщица прокашлялась, привлекая к себе внимание:

– Двадцать пять тысяч корров.

Гаррет расплатился и, взявшись за поводок, потянул Нину прочь.

– Имей в виду, – прошептала та ему в ухо, – пока ты держишься за эту штуку, мне будет неудобно тебя «защищать».

– А я начинаю входить во вкус, – отрезал Гаррет и потянул сильней.

– Моя обязанность – предупредить…

Отель Гаррет выбрал сам – решив, что снявши голову по волосам не плачут, он направился на свет самых ярких вывесок и, зайдя внутрь, протянул карточку администратору.

– Нужен номер на несколько дней, – равнодушно распорядился он и назвал своё местное имя: – Гордон Картер.

– С комнатой для рабов?

Гаррет пожал плечами и покосился на Нину. Комната для рабыни была ему абсолютно не нужна, потому что Нину он всё равно собиралась класть в постель рядом с собой. В целях безопасности, конечно.

– Давайте с ней, – Гаррет махнул рукой.

Девушка добрых десять минут ковырялась в компьютере, чтобы, наконец, протянуть ему магнитный ключ.

– Шестнадцатый этаж, номер девятьсот семь. Вас проводить?

– Спасибо, сам найду.

Украдкой оглядываясь по сторонам, Гаррет двинулся к лифтам. Он успел отметить двери, ведущие в ресторан, и бильярдную, и лестницу, спускавшуюся в подвал, над которой сияла вывеска «SPA для самых дорогих гостей». Под надписью красовалась пара полуголых девушек.

– Надо будет заглянуть, – пробормотал Гаррет и уже в лифте добавил: – Может, познакомимся с кем-нибудь.

Нина кивнула. Всю оставшуюся дорогу она молчала, и только когда они оказались в номере и Гаррет закрыл дверь за спиной, схватила его за плечи, развернула к себе и поцеловала. Этот жадный поцелуй длился долгих несколько минут. Потом Нина отстранилась и, с лёгким беспокойством заглянув Гаррету в глаза, спросила:

– Я надеюсь, ты не оставишь меня в комнате для рабов?

– Нет, – Гаррет, слегка поражённый этой неожиданно эмоциональной выходкой, погладил её по спине, пробрался ладонями вверх, вдоль шеи, и приласкал затылок. Нина прикрыла глаза и откинула голову назад, отдаваясь на волю его рук. – Я тебя ни на шаг не отпущу, – прошептал Гаррет в самое ухо Нины и, оттянув мочку, слегка прикусил. – Надеюсь, как господин, я по-прежнему могу позволить себе всё, что хочу? – спросил он.

– Да… – выдохнула Нина, продолжая таять в его руках.

– Тогда в душ, – сказал Гаррет, нехотя отстраняясь, и посмотрел на часы, украсившие его запястье. Стрелки показывали восемь часов вечера. – А потом ужинать.

– В душ… по очереди… или вдвоём?

– Вдвоём, – Гаррет стянул с Нины куртку, следом сбросил свою и, не прекращая целовать её, потащил к двери, ведущей в душ.

Через час или около того они спустились в просторный зал, где стоял с десяток круглых столиков, накрытых белыми скатертями.

Официантка с таким же ошейником, как у Нины, только без серебряных украшений, поспешила к ним.

– Хотите поужинать или просто выпить? – спросила она.

– Полноценный ужин. На двоих.

Официантка проводила их к столику. Гаррет сел и огляделся по сторонам в поисках ответа на вопрос: можно ли усадить Нину рядом с собой. Впрочем, посетителей было пока слишком мало, чтобы судить, и он вопросительно посмотрел на Нину.

Та замерла у него за спиной и кивнула, будто говоря: «Я постою».

Гаррет поманил её пальцем, и, когда Нина наклонилась, сказал:

– Я бы хотел, чтобы ты тоже поела.

– Так не принято, но вы можете покормить меня с рук, господин.

Подозрительная улыбочка промелькнула у Нины на губах, так что Гаррет решил не торопиться следовать её совету.

Так и не получив ответа, Нина собралась было выпрямиться, и на мгновение её рука оказалась у Гаррета на плече. Клеймо промелькнуло у самых глаз Гаррета, и тот перехватил запястье партнёрши, чтобы вглядеться в рисунок.

На белой коже витиеватый рубец начертил переплетённые буквы «Г» и «К».

– Нини… – произнёс Гаррет.

– Это твои инициалы, что же ещё.

«Гаррет Колберт… или Гордон Картер…» – подумал Гаррет и сам не заметил, как выдохнул вслух: – Ты знала!

– Не понимаю, о чём вы, мой господин, – подозрительная улыбка заиграла у Нины на лице.

Гаррет быстро огляделся и на мгновение прижал её руку к губам.

– Болит? – спросил он.

Нина счастливо улыбнулась и покачала головой.