ГЛАВА 20. КЕССАРИЙСКИЕ САДЫ
Рейден Омни.
Фейсса – хан оказалась весьма любопытной личностью и Рею сразу понравилась. Во – первых, кессарийская правительница выглядела раза в два моложе, чем он ее представлял, и была очень красива. А во – вторых, энергетика ее окружала поистине сумасшедшая. Не удивительно, что эта женщина смогла покорить сердца суровых кессарийских ханов и столько лет оставаться у власти. В голову вдруг пришла мысль, что Астория была очень на нее похожа. Когда была такой, как сейчас, настоящей, а не жеманной девицей из Килденгарда.
Еще в кабинете Гордона он окончательно убедился, что насчет девчонки он сильно ошибался. Светской «леди» она не была от слова «совсем». Какими глазами она смотрела на эту карту… Сразу поняла, что Гордон готовится к войне. А потом и вовсе разнервничалась настолько, что тряслась, как осиновый лист. Не успокоилась даже ночью и обнимала беса так сильно, что чуть не задушила. Пришлось часть восстановившихся крох резерва потратить на усыпляющее заклинание. Но Эфи был ему безмерно благодарен за то, что смог выбраться из тощих, но крайне цепких ручонок. С бесом они даже подружились. Сон не шел, и всю ночь, пока Астория спала, они просидели в ванной с бутылкой наливки и закусками. Пить с «котами» ему в этой жизни еще не приходилось, но бес, хоть и говорил о себе в третьем лице, оказался отличным собеседником. А еще был болтлив не в меру…
Чего он только не узнал о своей подопечной за пару часов. Астория выросла на кессарийских землях и переехала в Килденгард в пятнадцать лет, когда Фейсса – хан окончательно рассорилась с сыном. Говорила почти на всех языках, что использовались на континенте. Мастерски владела всякого рода оружием, от клинка до лука, но и в рукопашном бою была хороша. Последнее, конечно, порядком удивило Рея. Раньше была пухленькой, но с переездом в Килденгард села на диету, хотя любила поесть не меньше, чем ее мать и бабушка. Особую страсть питала к блинчикам с мясом, обязательно свернутым конвертиком и поджаренным до золотистой хрустящей корочки. Боялась глубины и не выносила пауков. А Эфи не выносил Винсента Деналя, хоть тот и не подозревал о существовании беса.
Увидев Фейссу – хан, бес преобразился, засиял и, получив свою порцию объятий, повел Рея к целительнице, бодро виляя хвостом. Милая девчушка с косами по имени Кайра быстро его починила. Не только ребра поправила, но еще и резерв восстановила. Ощущая себя, наконец, нормальным человеком, Рейден проследовал за бесом в гостевые покои. Уютно и со вкусом. Ему очень понравилось. Роскошь была, в каждой детали, но не бросалась в глаза, а лишь скромно поблескивала. Камин, большая кровать с балдахином из тяжелой ткани цвета слоновой кости, пушистые ковры – шкуры. И освещение, что особенно очаровало Рея. По – старинке… Никаких модных новшеств, обыкновенные свечи в золотых подсвечниках. Давненько он не чувствовал себя как дома. Даже не пожалел, что согласился остаться. Хотел дать Астории возможность «выдохнуть», а в итоге отдохнул сам. Сначала отмокал в ванной с молоком и эфирными маслами, потом позволил себе невиданную дерзость и проспал несколько часов, укутавшись в невесомое одеяло. Последний раз он безмятежно спал так давно, что и вспомнить – то сложно.
На ужин Рей особых надежд не возлагал, а зря. Фейсса – хан велела накрыть стол в саду. Столько цветов всех сортов и оттенков он в жизни не видел. Запах в воздухе витал совершенно невероятный. Такой же невероятный, как и знаменитое на весь континент кессарийское вино, которое, как оказалось, производилось на винодельне, принадлежащей Фейссе – хан, из винограда, собранного на ее же виноградниках. Эфи наелся до отвала и развалился на скамейке в кустах, любуясь ночным небом. Рей же почти не ел, хоть еда и была выше всяких похвал, опять не мог отвести глаз от Астории, которая болтала с Фейссой – хан, заливаясь звонким смехом. Надо же, как быстро она его сразила. А он – то считал себя «крепким орешком». Девиц у него в постели побывало столько, что всех и не упомнишь, и только Лирия умудрилась добиться от него постоянства. Лирия была умна, красива и хороша в постели, а главное, не требовала ничего лишнего и не стремилась занять собой все его пространство и время. Именно поэтому он ее и выбрал. Нежных чувств там не было, причем с обеих сторон, зато это было удобно. И вот теперь, весь такой практичный, он сидел за столом и, вероятно, надышавшись цветочного дурмана, как пятиклассник пускал слюни на девицу, которую каких – то пару дней назад с удовольствием бы придушил. Что самое обидное, с ней у него однозначно не было никаких шансов. Если романтичная моль в шляпе, равно как и каждая вторая девица в академии, повелась бы на образ обедневшего неприступного герцога с израненной душой, то Астория Берлейн в той версии, что сейчас сидела перед ним, и бровью бы не повела. Да и что он мог ей предложить? Домик в пещерах, зарплату декана и принца в придачу? То ли дело Винсент Деналь. Богат, перспективен. Однажды и вовсе может стать королем. Еще и, по слухам, весьма недурен собой. Винсента он никогда не встречал, но заочно уже возненавидел.