ГЛАВА 21. МЯТНЫЙ ЧАЙ

У бабушки она отдохнула на славу. Стресс последних дней словно рукой сняло. И все бы ничего, но стоило им только вернуться в академию, у герцога вновь резко испортилось настроение. Виной тому был Винсент, нарезавший круги у двери ее комнаты, требуя у ректора «немедленно найти его невесту».

– Винсент?

Лиораэль издал вздох облегчения. Потрепал, видимо, монарший родственник нервишки ректору.

– Аста! Где ты пропадала? Я весь извелся! Вчера приехал, а тебя нет! – Винсент заключил ее в объятия.

А вот она остолбенела. И догадался же он сюда явиться.

– Я была у бабушки. Во дворце.

Винсент хотел что – то сказать, но герцог вдруг рявкнул прямо у нее над ухом:

– А Вы, собственно, кто – такой? И по какому праву находитесь на территории академии?

– А я… Собственно… Герцог Винсент Деналь. Это имя Вам о чем – нибудь говорит? А она, – Винсент взял Асту за руку, – моя невеста, которую я приехал навестить. И я в своем праве.

Рейден смерил Винсента таким взглядом, что Аста удивилась, как ее жених еще не обратился в пепел:

– Выметайтесь – ка отсюда, Ваша светлость. Нахождение посторонних лиц в академии запрещено уставом.

Вампир шумно вздохнул и закашлялся, но Аста видела, как уголки его губ едва заметно дрогнули от смеха.

– Прошу простить бестактность моего коллеги, Ваша Светлость, – дипломатично начал Лиораэль. – У Рейдена тяжелая работа. Сами понимаете, нервы сдают. Но он прав, посторонним лицам в академии находиться не рекомендуется, в первую очередь, для их же безопасности. Впрочем, я Вам об этом подробно рассказывал еще утром. Раз уж Вы убедились, что с леди Берлейн все в порядке, мне придется попросить Вас покинуть академию. В качестве компенсации я позволю Вам забрать Вашу невесту и провести с ней день, скажем, в Эльсиноре. Но при условии, что вечером Вы ее вернете.

Винсент недоверчиво покосился на герцога, но согласился:

– Ладно. Из уважения к Вам, Лиораэль, я прощу Вашему коллеге эту дерзость…

Герцог пренебрежительно фыркнул, но Винсент продолжил:

– Аста, ты, наверное, хочешь переодеться?

Если уж честно, Аста действительно хотела переодеться, а потом… Пойти на занятия. Выгуливать Винсента в Эльсиноре не то чтобы входило в ее планы, но разве ж ее кто – то спрашивал.

– Да, дай мне полчаса, пожалуйста.

– Вот и договорились, – вампир бодро хлопнул в ладоши и открыл портал к себе в кабинет. – Ваша Светлость, пока Астория собирается, можем с Вами выпить чаю. По крайней мере, в моем кабинете Вам точно ничего не угрожает.

Винсент с ректором исчезли, и слава богам. Хотя бы ее жених не узнал, что вместо соседки с ней в комнате живет чужой мужчина. Тот самый, что прибывал в весьма дурном расположении духа и, войдя в комнату, хлопнул дверью так, что их жилище едва не сложилось, как «карточный домик».

Такой радикальной перемены настроения Аста не поняла, вряд ли дело было только в том, что ее жених нарушил устав академии, если такой вообще существовал:

– Какая муха Вас укусила?

Герцог с преисполненным недовольства лицом переодевался в форму академии. На этот раз, правда, Аста глаза не отвела. Чего она там не видела.

– Боги, Рейден! Может, хватит? Ты в молчанку решил поиграть?

Вообще, обращаться к малознакомым людям на «ты» было исключительно мужской прерогативой. Леди же старались придерживаться хороших манер и подобные выпады себе не позволяли. Но Аста умозаключила, что во – первых, они уже более чем близко знакомы, а во – вторых… Ей надоело с ним миндальничать.

– Ничего я не решил. Я опаздываю на занятия. По твоей, между прочим, милости я целый день пропустил. Удачной прогулки с женишком, – буквально процедил герцог и вылетел из комнаты, вновь хлопнув дверью.

Аста даже рот открыла от удивления.

– Рейден ревнует. Рейден влюбился в нашу прекрасную Асторию, – констатировал Эфи, выбравшись из сумки, и запрыгнул на герцогскую кровать.

– Эфи, не говори ерунду.

– Эфи говорит чистую правду. Эфи сердечных дел большой знаток.

В наблюдательности беса она не сомневалась. Но не настолько же. Хотя, мысль о том, что герцог может испытывать к ней романтические чувства, неожиданно Асте очень понравилась. Она слукавила в разговоре с Фейссой – хан, сказав, что он ей совсем не нравился. Было в нем что – то такое, к чему тянулась душа. Да и внешне Его Светлость был очень привлекателен. Только все это не имело смысла, ведь она была невестой Винсента.

Наплевав на то, что в ее распоряжении было всего полчаса, Аста приняла ванну и оделась. Но не так, как обычно. Последние годы она одевалась исключительно в соответствии с модными веяниями Килденгарда, а теперь решила изменить привычному образу. Распустила волосы и, изучив купленные Фейссой – хан вещи, а та явно скупила всю лавку, да и не одну, выбрала простую рубашку с запахом из тончайшего шелка, брюки по фигуре, высокие сапоги и расшитый золотом бархатный жакет цвета слоновой кости. Винсент ждал ее в кабинете ректора. Вампир, судя по всему, был так рад избавиться от компании ее жениха, что даже собственноручно открыл им портал в Эльсинор.

Первым делом Винсент потащил ее в шикарный ресторан в центре города, где питалась исключительно знать, и сразу «запахло жареным». Не успела Аста сесть и изучить ассортимент, ее будущий муж уже начал делать заказ:

– Так… Мне суп из косули с клецками и зайчатину в ягодном соусе. Бутылочку коллекционного вина из винодельни Дебри. А моей невесте подайте весенний салат, судак на пару и чай с мятой, без сахара.

Официант уже собирался удалиться, как Аста подала голос:

– Подождите, пожалуйста. Я передумала. Я буду блины с икрой, двойную порцию. И обязательно сметану. А еще наливку… Какие у вас есть?

– Наливки? Так… Парочка всего, они спросом не пользуются. С хреном, да с клюквой, – официант от удивления чуть заикаться не начал.

– Отлично. Я буду с клюквой.

Официант кивнул и удалился. Аста же лениво откинулась на спинку стула и принялась внимательно наблюдать за тем, кого она выбрала себе в мужья. Он ведь всегда так делал. Сам заказывал на двоих. Себе – ни в чем не отказывая, а ей – исключительно то, что посчитает нужным. Раньше она относилась к этому снисходительно, позволяя ему почувствовать себя главным. Но академия и пирожки Анны, оказывается, ее разбаловали за очень и очень короткий срок. Жевать лист салата, запивая мятным чаем, пока Винсент за обе щеки уплетает разнообразные вкусности, она уж точно не собиралась. Лицо Винсента являло собой зрелище поистине бесценное:

– Астория, ты что творишь? Какие блины? Какая, к бесам, наливка? На часах полдень!

Особенно забавным было то, что он перешел на шепот, хотя в этом модном заведении кроме них и официантов была лишь пара мужчин, что – то обсуждавших за столиком на другом конце зала.

– Я голодна…

– Настолько, чтобы испортить фигуру?

– А ты настолько печешься о моей фигуре, что готов испортить мне настроение? – немного жестко, но пыл Винсента остудило.

– Прости… Я же о тебе переживаю.

Еду и напитки принесли быстро. Винсент разобиделся и суп съел молча, но любопытство пересилило:

– Кто он вообще такой, этот Рейден?

– Декан.

– А фамилия у него есть?

Аста кивнула:

– Да, герцог Рейден Омни.

Винсент отложил вилку и присвистнул:

– Пес Шерганов? Тогда все понятно. И как только его взяли в деканы…

– Пес? Это как понимать?

– Дядя с отцом так его называют… – Винсент пожал плечами, будто ничего из ряда вон выходящего не сказал. – Дядя предлагал ему возглавить свою личную охрану. Это в девятнадцать – то лет, представляешь? Только полный дурак откажется от такой возможности. Но он, видите ли, не мог предать память Шантилара.

– Разве это плохо?

– Эх, Астория… Наивное ты создание. Я понимаю, он твой декан и все дела, но, – Винсент вновь понизил голос до шепота, – будь с ним поосторожнее. Я не должен об этом говорить… Но ради тебя…Ты знаешь, что официально брат генерала Килта скончался от лихорадки, на самом же деле, именно сын Нормана Омни убил его на дуэли. Он куда более жесток и опасен, чем ты можешь себе представить.

Значит, это и имел в виду герцог, когда сказал, что с Килтом у него «особая любовь». Интересно, что же послужило поводом для дуэли? Аста поймала себя на мысли, что заочно взъелась на жениха из – за той дурацкой карты в кабинете Деналя. Винсент, надо сказать, настроению соответствовал и с каждой секундой раздражал ее все больше. Одно только высказывание про «пса» чего стоило. Зародившиеся еще прошлым вечером сомнения расцвели пышным цветом… Действительно ли он любил ее или просто играл роль, что определил ему отец? Если Гордон с братом готовились к войне с кессарийцами, Винсент не мог не знать. Аста решилась на рискованный маневр:

– Хватит о нем. Это всего лишь декан. Не пройдет и пары месяцев, как я выберусь отсюда… Я тут подумала, может, как поженимся, переедем к бабушке? Солнце, зелень, океан… Вечное лето, только представь. Будем жить во дворце, ты станешь советником самой Фейссы – хан, а я буду растить наших детей и во всем тебя поддерживать… Разве не мечта? Зачем нам этот Килденгард?

Для пущего эффекта Аста сладко улыбнулась и взяла Винсента за руку.

– Ну конечно переедем, если тебе так хочется… – Винсент улыбнулся в ответ и накрыл ее руку своей.

«… Если будет, куда переезжать.», – мысленно закончила за него Аста.

Потребовалось все ее самообладание, чтобы сию же секунду не отдернуть руку. Сказанное было не более чем отговоркой. Винсент ненавидел жару. Когда они гостили у Фейссы – хан, за две недели он из дворца – то вышел от силы пару раз. Все сидел внутри, обдувая себя воздушными вихрями с таким усердием, что к вечеру регулярно опустошал собственный резерв. То ли дело прохладный дождливый климат Килденгарда… Он даже как – то шутил, что скорее проживет год на Фьяльке, чем проведет хоть день в кессарийском пекле. А тут вон как «запел»…

Вне всяких сомнений, Винсент был осведомлен о военных аппетитах своего отца и дядюшки. Хотелось уточнить, какая роль в их планах отведена ей? Он вообще жениться на ней собирался? Или все это так… Не более чем фарс, а потеря контроля над магией и ее поспешный отъезд в Сейгард Деналям только на руку? Вроде и есть невеста, а вроде и нет. Непонятно только, с чего вдруг тогда Винсент так внезапно примчался в академию. Но ответ нашелся быстро, выпив бокальчик, Винсент набрался храбрости и таки выдал:

– Послушай, Астория. Я что хотел тебе сказать… Только не обижайся, пожалуйста. До нас с отцом дошла информация, что твою мать с ректором Стоуном связывают не только дружеские отношения. Я надеюсь, ты меня понимаешь?

Как уж тут не понять. Но особой проблемы в этом, если честно, Аста не видела. Хоть на публике они и разыгрывали счастливую семью, на самом деле брак ее родителей с самого начала был обыкновенной формальностью. Просто когда – то давно Фейсса – хан решила женить засидевшегося в холостяках сына, а талантливая сирота Берлейн пришлась ей по душе. Отец Асты дома практически не появлялся и из королевского дворца, где он нес службу, отправлялся прямиком в «дом удовольствий». Ну а Каталина Берлейн сутками сидела в кабинете, работая над созданием очередного удивительного артефакта. Если уж ее матери пришелся по душе некромант, Аста была только рада. Стоун, хоть и отличался взрывным характером и редкостной мстительностью, в душе мужик был хороший. Да и за студентов своих стоял горой. Правда, Винсента выбор ее матери уж точно не касался:

– Допустим, понимаю. Тебе не кажется, что это не наше дело?

– Астория! Нет, ты, вероятно, ничего не понимаешь! – Винсент разошелся не на шутку. – Ее видели выходящей из дома Стоуна рано утром. А зашла он туда поздно вечером, как раз в компании нашего дорогого ректора. Думаешь, они там в шахматы играли?

– Люди твоего отца шпионят за моей мамой?

Винсент, поняв, что сболтнул лишнего, изменился в лице и уже спокойнее добавил:

– Не шпионят, а присматривают. Для ее же безопасности. Она все таки будущая родственница короля. Аста, пойми, если кто – то увидит, это опозорит и твоего отца, и ее, и даже тебя. А с тобой и меня, и корону.

Подумать только, какая удивительная логическая цепочка. Бесил Винсент с каждой секундой все сильнее, словно она и не знала его никогда. Вроде и говорил вежливо, приправляя все «соусом» заботы о ней и ее матери, а слушать было решительно невозможно… Или припадки герцога заразны, или в Килденгарде она так долго изображала дуру, по-другому там не выжить, что ослепла и действительно стала этой самой дурой.

– А то, что мой отец каждый день ночует в борделе, никого не позорит?

– Аста, это другое. Он мужчина!

Ах, вот оно что. Весомый аргумент, конечно.

– Винсент, от меня ты что хочешь?

– Поговори с ней. Кроме тебя она никого не послушает.

Что – что, а читать лекции собственной матери… Это уже ни в какие рамки не лезло.

– Почему я? Вам с отцом это не нравится, Вы и говорите. Мама вас, конечно, отправит куда подальше. Но есть же Стоун. Можешь поговорить с ним по – мужски.

– Ты издеваешься? Предлагаешь мне поучать сильнейшего некроманта континента? Я, конечно, могу попробовать, но тогда приготовься к тому, что кроме нас с тобой в супружеской спальне будет ночевать пара сотен восставших мертвецов или еще что похуже.

– Ладно, Винсент. Я подумаю, что можно сделать, хорошо? Давай вернемся в академию. У меня после ужина тренировка с деканом, если опоздаю, он с меня три шкуры сдерет. И даже наш вежливый и дипломатичный ректор Лиораэль мне не поможет.

Лгала она совершенно бессовестно. Никакой тренировки у нее не было. Да и думать над тем, что можно сделать, она не собиралась. Ей предстояла задачка посерьезней… Нужно было придумать, как разорвать помолвку с Винсентом без ущерба для своей семьи. В идеале, чтобы, и вовсе, он сам ее бросил. Хорошо, что Винсент ничего не заподозрил и собственноручно вернул ее в кабинет к ректору. Поцеловал, откланялся и исчез.

Расставаться с вампиром Аста, однако, не спешила. В голове вертелась весьма тревожная мысль. У нее не просто совершенно внезапно пропало всяческое желание выходить замуж за Винсента, она вообще не находила его привлекательным. Скорее наоборот. Весьма раздражающим снобом. Равно как и в первый день их знакомства, когда они столкнулись в библиотеке академии.

– Астория, с Вами все в порядке? – вампир, как всегда, был учтив и вежлив.

А вот то, что она собиралась сказать, вернее попросить, было очень уж далеко от понятия вежливости.

– Мне очень неудобно… Возможно, моя просьба выходит за рамки дозволенного…

– Не пугайте меня, леди Астория. Что произошло? – Лиораэль подошел поближе и присел на край своего рабочего стола.

– Я читала в книгах, что вампиры могут различить в крови человека примесь посторонних компонентов. Ну, например, если человек выпил вина или какой – нибудь эликсир, вампир это почувствует, так ведь?

– Да, все верно. Продолжайте.

– Забудьте. Это плохая идея. Прошу прощения, что потревожила, – Аста передумала и собралась было ретироваться, но вампир успел схватить ее за руку.

Пальцы у него были лишь слегка прохладные, почти как у человека, что немного продрог. Зеленые глаза внимательно изучили ее лицо:

– Рассказывайте. Я не просто ректор академии, я Ваш наставник, но однажды надеюсь стать другом… Что Вас тревожит?

Аста села на стул и собралась с силами:

– Вы сможете почувствовать, если в моей крови еще недавно была плюмерия, гардения, гиацинт или что – то в этом духе?

– Приворотное зелье?

– Да.

Вампир кивнул и достал из – за пояса кинжал.

– Позволите?

Аста протянула руку. Лиораэль нежно обхватил пальцами запястье и ловко сделал малюсенький надрез на тонкой коже. Она даже боли почувствовать не успела, на удивление теплые губы вампира коснулись раны. Перед ней был опасный хищник, которому она еще и преподнесла себя на блюдечке, но страха не было. Ректор почему – то внушал доверие. Посмаковав ее кровь пару секунд, Лиораэль оторвался от руки и быстро залечил ранку. Сделал он все филигранно и максимально профессионально. Даже глаза остались зелеными. Сам же вампир был серьезен и задумчив:

– Плюмерия, рута, циния… Уже почти не ощущаются. Как минимум пару дней Вы это не употребляли.

Значит, не ошиблась. Не было у нее к Винсенту никакой любви. Обычный, старый добрый приворот. И как только додумался? А главное, зачем?

– Не буду лгать, Ваш жених не самая приятная личность. Астория, мне очень жаль, – конечно же, вампир все понял. – Вы пили или ели что – нибудь из рук Винсента? На постоянной основе?

– Да, мятный чай, я каждый день его пила. Говорят, полезно для фигуры. Он специально для меня его покупал… Даже сюда с собой мне всучил несколько пакетов, но мне мама помогала чемоданы собирать, вероятно, посчитала его ненужным барахлом и выбросила. Я даже собиралась написать Винсенту, чтобы еще прислал, а потом забегалась.

Лиораэль положил руку ей на спину и по – отечески, заботливо погладил:

– Вам стоит отдохнуть. Отправляйтесь в комнату и поспите, можете попросить Рея Вам помочь. В сонных заклинаниях он у нас настоящий ас. А если герцог мешает Вам спать, передайте, что может ночевать у нас с Эннарионом.

Поспать и правда бы не мешало. Поблагодарив вампира и взяв с него слово никому не рассказывать о привороте, Аста отправилась в комнату. Кто же знал, что и там ее ждал сюрприз….

Эфи она встретила по дороге домой. «Кот» сидел у водопада, любуясь светлячками. Запретила же ему строго – настрого выходить из комнаты.

– Эфи! Ты что здесь забыл?

Бес осмотрелся по сторонам, благо все учащиеся были на ужине, и заговорщически прошептал:

– Герцог уединиться изволил… С девицей. А Эфи приличный бес. Подглядывать не будет.

Уединиться? С девицей? В их комнате? Да он совсем страх, что ли, потерял?

Схватив «кота», Аста, словно фурия, рванула в комнату. Бес, несмотря на исполинские размеры, весил как пушинка, так что до комнаты она добралась за пару минут и решительно распахнула дверь.

Герцог целовал в шею какую – то девицу с косой, усевшуюся прямо на стол поверх любимой, между прочим, шали Асты. Будь они в Килденгарде, Аста закрыла бы дверь и полночи сидела у водопада на пару с Эфи. Но, в конце – концов, это и ее комната в первую очередь, да и Сейгард далеко не Килденгард. Аста нарочито вежливо покашляла и наконец таки привлекла внимание «голубков».

– Тебе чего? – девица недовольно поморщилась.

Удивительная, конечно, наглость. Но девица сама виновата, первая начала:

– Уважаемая, Вы расселись на моей любимой шали. И вообще, будьте добры, покиньте мою комнату. Я устала и хочу спать.

Герцог застыл, точно не ожидав от нее такой реакции. Девица и вовсе, открыв рот, уставилась на нее во все глаза. Но Аста уже все сказала, поэтому просто вошла в комнату, скинула сапоги, бросила на кровать жакет, для пущей убедительности стянула брюки, трусы ее, как – никак, герцог уже видел, и босиком, в одной рубашке прошествовала в ванную. Оттуда на всякий случай буркнула:

– У вас пять минут.

Пяти минут не потребовалось. Что – то недовольно прошипев, девица вылетела из комнаты минуты через две. Как только одеться успела. Герцог же появился в дверном проеме, когда Аста, завязав волосы в высокий хвост, умывалась.

– Удовлетворена? Лирия теперь неделю обижаться будет. Нельзя было повежливее?

– Повежливее было не водить своих девиц в мою комнату… Я могу переодеться? Или так и будешь здесь стоять?

Раздраженно закатил глаза, но ванную освободил. Аста переодевалась и думала, стоит ли ей отправить несносное создание ночевать к ректору с племянником? Поразмыслив, решила, что нет. Теперь, когда она узнала, какие делишки проворачивал Винсент у нее за спиной, ей было настолько не по себе, что оставаться одной в комнате, пусть даже с Эфи, было как – то тревожно. Оказалось, что о собственном женихе Аста не знала ровным счетом ничего, и это пугало. Если он или его папаша столько времени кормили ее приворотным зельем, то Винсент вполне мог заподозрить неладное. Ведь этим вечером она вела себя далеко не как обычно. Ручной зверек перестал быть ручным. Кто знает, на какие еще ухищрения готова пойти эта семейка.

Когда Аста вышла из ванной, герцог читал книгу на кровати и демонстративно ее игнорировал. Но она заметила, что шаль, помятая девицей, разглажена и аккуратно сложена. Обессилев, она упала на кровать. Эфи тут же пристроился рядом. Заснула Аста мигом, без всяких заклинаний.