Глава 20

Три года спустя

— Григорий Степанович, я больше не могу. Мне нужно бежать. Правда! — обратилась Варя к представителю принимающей стороны.

— Да ты что, Варвара! В программе лекции была заявлена автограф-сессия. Если ты не выйдешь, из меня всю душу твои тетки вытрясут. Пощади.

Варя выглянула из-за кулис на топчущихся в партере женщин. Кажется, те и впрямь не собирались расходиться.

— Но ведь я уже почти два часа только этим и занимаюсь! Рука отваливается от пожатий.

— А народу все равно — тьма. Что сказать, милочка? Это и есть популярность!

— Да уж…

Если бы еще три года назад кто-то сказал, что она станет одним из самых востребованных психологов в стране — Варвара ни за что не поверила бы. Но она очень быстро ворвалась в топ. Во многом благодаря тому, что Захар тогда ее бросил. Теперь она уже могла говорить о случившейся ситуации отстранённо. А в тот момент ей казалось, что боль от его предательства не уйдет никогда. Именно с попытки как-то с этим всем справиться и началась ее карьера. В один из серых безрадостных дней Варвара вышла в прямой эфир и поделилась тем, что с ней случилось. А потом выходила снова и снова. И так получилось, что она начала вести в Инстаграм что-то вроде онлайн-дневника. Конечно, в тот момент она не преследовала цели извлечь из своей истории какую-то выгоду — расширить аудиторию или что-то еще. Варя просто, как могла, выживала, выплескивая из себя боль. Делясь с посторонними на первый взгляд людьми своими чувствами. Потому что просто не могла с ними справиться самостоятельно. Говоря о своих эмоциях, она будто отстранялась от них и разбирала те с точки зрения психологии. Как если бы она сама к себе пришла на прием. И эта своеобразная терапия тоже помогала ей выжить. Прорабатывая свою проблему день за днем, продвигаясь вперед шаг за шагом, Варвара буквально возрождалась из пепла. Новой.

Кто ж знал, что её история будет так сильно созвучна историям тысяч других одиноких, брошенных женщин? Поначалу Варя даже не осознавала, как стремительно растет ее популярность. Просто однажды, после очередной особенно болезненной исповеди, она проснулась, открыла Директ, в котором оказалось более трех тысяч сообщений, и… обалдела. Вдруг выяснилось, что число подписчиков её страницы перевалило за двести тысяч, а она даже не заметила. В тот же день Варваре написал первый рекламодатель, еще через неделю ей предложили выступить с лекцией в первый раз. А через два месяца она уже вовсю записывала свой личный видеокурс. Который впоследствии оказался очень успешным и принес ей хорошие деньги.

— Ну, если только еще полчасика, — пробормотала Варя, сверившись с часами. — Я обещала погулять с сыном.

— Договорились, — обрадовался Григорий Семенович. — Пойду, сделаю объявление.

Книга, которую написала Варвара, стала логическим продолжением того, чем она занималась. В ней она систематизировала свой дневник. Но описала все… более художественно, что ли. И такой формат очень даже зашел читателю. Если обычные пособия по психологии читать было скучновато, то ее книга воспринималась на ура. На своем личном примере Варе удалось подать материал довольно свежо и живо.

Получасом раздача автографов не ограничилась. На все про все у Варвары ушло гораздо больше времени, хотя она и старалась побыстрее отделаться от поклонников.

— Варь, цветы заберешь? — спросил ее директор.

Варвара покосилась на сложенные друг на друга букеты. Конечно, домой она их не повезет, а вот в гостиницу…

— Ага. Заберу. Господи, как хорошо, что все закончилось!

— Отличный был тур.

— Да, но я так чертовски устала.

За три последних месяца Варвара объездила, считай, всю страну. С одной стороны, она не могла нарадоваться на то, что ей удалось довольно удачно совместить промо-тур, посвященный выходу книги, со своими обычными лекциями. Но с другой, такой темп работы был действительно ужасно изматывающим. Она мало спала, плохо питалась. Но, что хуже всего, у нее почти не оставалось времени на сына. Варя пообещала себе, что ни за что больше не согласится на подобную авантюру. Какие бы деньги ей ни предлагали.

— Это и немудрено. Зато впереди — отпуск.

— Я о нем мечтаю.

Тимур понимающе кивнул. И отвлекся на телефонный звонок.

— Так, похоже, водитель подъехал. Пойдем, я тебе помогу…

Организаторы не поскупились и предоставили Варе в пользование шикарный Мерседес. Она даже задремала — так плавно тот ехал.

— Просыпайся, спящая красавица! Мы на месте.

Варя осоловело моргнула. Когда очень часто переезжаешь из города в город, порой очень сложно вспомнить, где ты сейчас. Понимая ее замешательство, Тимур хмыкнул.

— Мы в П… Это конечная нашего маршрута.

— Точно.

Все же у нее немного не укладывалось в голове, что тур действительно закончился. Варя бросила на себя короткий взгляд в зеркало. В популярности были и свои минусы. Например, она не могла позволить себе появиться на людях черте как. Впрочем, к лекции её готовили лучшие стилисты. И даже сейчас, немного помятая, она выглядела… хорошо. Как и полагается выглядеть успешному психологу.

В холле гостиницы было немноголюдно. В лобби играла музыка. Но было вполне себе тихо. Варя выбрала этот отель сама. Ей было все равно, что он находился далековато от концертного зала, где она выступала, и был не самым удачным с точки зрения логистики. За вид, открывающийся из окон, можно было стерпеть любые неудобства.

— Дальше я сама.

— Да перестань. Как ты допрешь цветы?

— И то так. Не представляю, как я без тебя жила, — усмехнулась Варвара, развернулась, чтобы нажать кнопку лифта, потому что у Тимура-то руки были действительно заняты, и… чуть не налетела на другого постояльца.

— Захар… — отдернула ладонь, будто обжегшись. Запнулась! Ругая себя, что назвала его вслух по имени. Не надо было. Ой, не надо! Давать ему понять, что все еще его помнит. Да только не готовила ее жизнь к этой встрече! Хотя она столько раз прокручивала ее в голове. И придумывала тысячи… нет, миллионы ее сценариев. А тут забыла все! Напрочь все. Из головы вылетело. И не осталось в ней ничего.

— Ты заходишь? Или как? — равнодушно уточнил он.

И тут Варя отмерла. Улыбнулась. Кивнула болванчиком и первая вошла в лифт. До конца еще не понимая, как будет в этой тесноте… дышать одним с ним воздухом.

Надо же! Она ведь, когда он тогда ушел, столько раз пыталась с ним встретиться. И вроде глупой никогда не была, а вот ведь черт — ну, никак до неё не доходило, что все… Все! Ее бросили. Беременную. И несчастную. Варя с маниакальным упорством добивалась встречи с Захаром. Ей до последнего казалось, что случилась какая-то чудовищная ошибка. И что стоит ей с ним поговорить, все наладится тут же. Просто потому, что иначе не может быть. Он же… он же сам не предохранялся! И замуж ее звал… сам.

Господи, как она унижалась. Поджидала его у офиса, обрывала телефон, пока Захар не отправил ее в черный список. И даже поехала к его родителям, отчаявшись. Пожалуй, за это свое унижение сейчас она ненавидела его больше всего. За то, что он не оставил ей и капли гордости. А ей самой не хватило ума… оставить.

Варя уткнулась в телефон, сжимая его так, что побелели пальцы. Тимур что-то рассказывал, наверное, опять делился подслушанными в зале байками. Он частенько спускался в зал, чтобы послушать, о чем народ шепчется. Понравилась ли им лекция? Какие впечатления после неё остались. Довольны ли участники полученной консультацией? Это было очень важно. На основе вот таких отзывов Варя вносила правки в выступление, довольно оперативно выявляла слабые места программы.

Но в тот момент она не слышала ни слова из того, что он ей говорил. Оглушенная, она пялилась на носки Захаровых туфель и мысленно отсчитывала этажи. Казалось, еще немного, и она задохнется. Его ароматом, который ничуть не изменился за три прошедших года. Это было слишком. Какого-то черта слишком… даже сейчас.

— Ну, доставай ключ. Чего стоишь? — усмехнулся Тимур. — Спать еще рано. Прием!

Варя закусила губу. Открыла сумочку и даже пошарила в ней, зная, что ключ-карты там нет и близко. Она оставила ее нянечке Макса. Потому что он очень хотел погонять чаек на взморье, пока мама занята. И построить песочный замок. А она не была уверена, что это стоит делать в октябре.

Руки дрожали. Даже Тимур уже понял, что с ней что-то не так. Нахмурился и между делом оглянулся. На кого? Неужели Захар тоже вышел на их этаже?

Пока она сходила с ума, дверь в номер резко открылась.

— Мама! Мама! — заорал Макс. Запрыгнул ей на руки, как маленькая обезьянка. Варя едва успела его подхватить. В глазах потемнело. Сердце в груди стучало молотом. Никогда еще они не были так близко. Отец. И сын. Никогда еще она так остро не чувствовала всю несправедливость случившегося. И никогда… никогда так сильно не ненавидела Захара.

— Это кто тут такой… чумазый? — прохрипела не своим голосом.

— Извините, Варвара Владимировна, мы только-только поднялись в номер. Я как раз хотела умыть Максима, когда он услышал ваш голос и рванул прочь.

— Соскучился! — заявил ее маленький хулиган. Обнял ладошками и звонко чмокнул в щеку.

— Холодный какой! Весь в песке.

Надо было заканчивать. Шагнуть в номер. И закрыть за собой дверь. Не оглядываясь. И не гадая. Стоит ли Захар за спиной. Смотрит ли… В конце концов, то, что она продолжала топтаться посреди гостиничного коридора, было чертовски глупо. Но ей так хотелось… так болезненно остро хотелось, чтобы Захар увидел! Их сына. И то, как он на него похож. Так похож, что, не люби она Макса так сильно, просто не смогла бы выносить его вид.

Варе хотелось сунуть ему сынишку под нос. Хотелось закричать: «Видишь?! Это твой сын. И похрен мне. Похрен, что он тебе не нужен, понял? Я сама его воспитаю. Я смогу. Без тебя…».

Она, наверное, все-таки идиотка.

— Ну, что мы стоим? Пойдемте мыться! Лен, ты можешь быть свободна. Только воду в ванне сделай погорячей. Пока я его раздену…

Дверь все же захлопнулась. А она так и не узнала. Стоял ли за ее спиной Захар? Видел ли он Макса? А если да… Что было на его лице написано? Он сожалел? Или был равнодушен? Он хотя бы понял, что это его ребенок? Или его куриных мозгов не хватило даже на это?

— По фигу! — шепнула Варвара, спуская сына на пол.

По фигу! По фигу! По фигу!!! Когда-то она опустилась до того, что предложила этому мудаку провести ДНК-тест. Когда-то она была готова на все, чтобы он ей поверил. А теперь по фи-гу!

— Варя.

— Что?

— У тебя все хорошо? Ты какая-то странная.

— Все прекрасно. Наверное, все же не нужно было тащить эти цветы. Ты весь испачкался.

— Ничего. Я сдам вещи в химчистку и позволю тебе оплатить счет.

Варя натужно рассмеялась. Потому что именно этого от нее требовал сценарий.

— Без проблем.

— Ну, тогда я пойду?

— Угу. Спасибо, что помог.

Варя выпроводила директора и няню, и пока Макс плескался, отогреваясь после игр на пляже, заказала ужин в номер. Есть не хотелось совершенно, но… вряд ли ей стоило хлестать джин на голодный желудок. Может, этого не стоило делать в принципе. Но она не совсем понимала, как ей пережить встречу с Захаром на трезвую голову. Варя оказалась совершенно не готовой к тому, что та так сильно на нее повлияет. Она действительно верила, что смогла обуздать свои чувства. И отпустить ситуацию…

Но ни черта! Ни черта подобного… У нее даже руки дрожали. Господи.

Варя залпом осушила мини-бутылку джина. Скривила губы — слишком горьким тот был. И заглянула к сыну. Вот кто придавал ей сил. Её маленький мужичок. Он стоил всей боли, что ей довелось испытать.

— Будешь вылезать?

— Нет! Еще поиграю.

Варя вымученно улыбнулась. Ну зачем… зачем они встретились? Ведь это был такой чудесный день, и она надеялась, что вечер будет не хуже. А тут… Боже, ну почему так больно?

— Кто стучит? — не отвлекаясь от игры, спросил Макс.

— Стучит? Ой! Наверное, принесли ужин. Я сейчас. А ты готовься вылезать.

— Не хочу!

В воде Макс мог сидеть до бесконечности. Поэтому, не став с ним спорить, Варя метнулась к входной двери. Резко распахнула ту и тут же дернула обратно. Но закрыть не смогла. В последний момент Захар успел просунуть ногу в образовавшуюся щель.