Глава 10 Морозов

Лес встретил меня прохладой и тишиной, но желанного покоя не принес. Уже полчаса я брел по грибной тропинке, которую обнаружил за околицей, а в голове крутились мысли совсем не о природе и отдыхе. Алена. Черт побери, эта девчонка засела в мозгу как заноза всего за сутки. Нашел семейство белых грибов под старой березой и механически начал срезать их ножом, но мысли были заняты совсем другим. Ее аромат: цветочный шампунь и что-то еще, чисто женское. Гладкая кожа рук, которую я почувствовал утром, когда учил ее доить козу. А это чертово розовое бикини? Да оно кого угодно с ума сведет. «Соберись, Морозов, – мысленно одергивал я себя, складывая грибы в рюкзак. – Тебе тридцать четыре года, а не четырнадцать». Но даже ее скверный характер и бунтарство почему-то привлекали. Как она вскидывала подбородок, когда злилась. Как блестели глаза, когда она огрызалась. Как звучал ее смех… За кустами что-то зашуршало, и я увидел пару зайцев. Они носились друг за другом по поляне, и самец настойчиво преследовал самку. Он поймал ее, запрыгнул сверху и начал… Вот же черт! Отвернулся, но тут же наткнулся взглядом на белок на соседнем дереве. И эти твари занимались тем же самым! Серьезно? Даже лесные обитатели решили напомнить мне о том, о чем я отчаянно пытался не думать? «Когда я в последний раз был с женщиной?» – невольно задался вопросом, продолжая собирать грибы. Два месяца назад? Или больше? Какая-то девица из бара рядом с работой, имени которой я даже не помню. Блондинка или брюнетка – тоже не помню. Помню только, что все было механически, без эмоций, просто снятие напряжения. А сейчас от одних только мыслей об Алене у меня встает, как у подростка. Я всегда гордился своим самоконтролем. В спецназе это жизненно важно – уметь управлять эмоциями, держать себя в руках, не поддаваться инстинктам. А тут какая-то девчонка в розовом бикини – и весь мой контроль летит к чертям. Еще одна пара белок на дубе. И снова то же самое представление. Я зажмурился и быстро пошел дальше по тропинке. Да что со мной происходит? Неужели два месяца воздержания довели до такого состояния? Или дело в ней самой? Вспомнил, как она обернулась ко мне в сарае с той сияющей улыбкой. Как наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Как мне захотелось поцеловать ее, прижать к стенке, почувствовать, как ее тело отзывается на мои прикосновения… Член напрягся в штанах, и я выругался сквозь зубы. Отлично. Теперь я еще и хожу по лесу со стояком, как озабоченный маньяк. В кустах снова что-то зашуршало. Обернулся и увидел еще одну парочку зайцев, занятых своими делами. Все, хватит! Либо у всех лесных жителей сегодня праздник любви, либо у меня окончательно съехала крыша. Рюкзак был уже почти полон грибов – белых, которые баба Зина обязательно оценит. Самое время возвращаться. И желательно принять холодный душ. Или облиться ледяной водой из бочки, как утром. Хотя во время утреннего обливания Алена подглядывала за мной из окна – я прекрасно это заметил. И почему-то эта мысль только усиливала возбуждение. «Твою дивизию!» – выругался я, ускоряя шаги к деревне. По дороге назад я старался думать о чем угодно, только не об Алене. О работе, о планах на завтра, о том, что нужно починить калитку у своего домика. Но мысли предательски соскальзывали на запретное: как бы она выглядела без этой футболки, которая так соблазнительно обтягивала ее фигуру? Какие звуки издавала бы, если бы я… Стоп. Хватит. Я же взрослый мужик, а не гормональный подросток. К дому бабы Зины я подошел уже в относительно приличном состоянии. Постучал в дверь и зашел на кухню, где хозяйка как раз чистила картошку. – Ванечка! – обрадовалась она. – А я думаю, куда ты пропал? Грибочков принес? Ой, какие красавцы! Белые! Сейчас пожарю с картошечкой, объедение будет! А рыбку уже к вечеру пожарю. – Спасибо, – высыпая грибы в корзину на столе. – В лесу хорошие места, грибов много. А где ваша подопечная? – спросил, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно. – Спит, – баба Зина махнула рукой. – Проснулась после дойки, поговорила с подружкой по телефону и снова легла. Небось, от вчерашней наливки голова еще болит. Значит, она дома. В своей комнате. Возможно, все еще в той тонкой майке, в которой я видел ее утром… – Ладно, пойду к себе.. – Иди-иди, – кивнула баба Зина. – А через часик приходи, грибочки попробуешь! Практически сбежал к своему домику. Внутри было прохладно и тихо. Сел за стол, достал старые газеты, которые нашел в шкафу. «Сельская правда» десятилетней давности. Идеальное средство от любого возбуждения. «Урожай зерновых в Рязанской области», «Новые методы борьбы с колорадским жуком», «Районные соревнования по шахматам среди пенсионеров»… Читал заголовки, пытаясь сосредоточиться на чем-то максимально скучном и далеком от Алены. Но даже статья про борьбу с вредителями картофеля не помогала. Мысли снова и снова возвращались к Аленке. К тому, как она пахнет. Как смеется. Как краснеет, когда смущается. «Два месяца без женщины, – напомнил себе я. – Вот и весь секрет. Гормоны играют, а под рукой оказалась красивая девушка. Ничего особенного». Но это была ложь, и я это прекрасно понимал. Дело было не просто в воздержании. С той блондинкой из бара я переспал именно потому, что нужно было снять напряжение. Механически, без эмоций, как поход к врачу. А здесь… Здесь было что-то другое. Что-то, что заставляло меня чувствовать себя живым впервые за три года. И это пугало больше, чем любая перестрелка с бандитами. Отложил газету и потер лицо руками. Еще двенадцать дней в этой деревне. Двенадцать дней рядом с ней. Как я это переживу? Может быть, стоит уехать раньше? Сказать, что срочно вызвали на работу? Но, даже думая об этом, я понимал, что не уеду. Не смогу. Потому что впервые за долгое время мне было… интересно. Опасно, неправильно, но безумно интересно. А статья про колорадского жука так и осталась недочитанной. В дверь постучали. Вздохнул, отложил газету и пошел открывать, надеясь, что это не Алена. В моем нынешнем состоянии встреча с ней могла закончиться полной катастрофой. На пороге стояла женщина лет сорока, пышных форм, в ярко-синем сарафане с крупными подсолнухами. Грудь у нее была такая внушительная, что казалось, еще немного – и пуговицы на сарафане не выдержат. Волосы уложены в замысловатую прическу, губы накрашены ярко-красной помадой, а в руках – корзинка с чем-то ароматным. – Здравствуйте! – жизнерадостно поприветствовала она меня, и я невольно отметил, что голос у нее низкий, чуть хриплый. – Я Лариса, соседка Зинаиды Петровны. А вы, значит, тот самый загадочный майор из Москвы? – Иван, – представился, стараясь смотреть ей в глаза, а не на декольте. – Очень приятно. – Ой, Ванечка, можно? – она кокетливо наклонила голову, и ее грудь при этом движении угрожающе заколыхалась. – Я вам гостинцы принесла! Сама пекла – пироги с капустой и с ревенем. Тетя Зина сказала, что вы холостяк, небось, домашней выпечки давно не пробовали? – Спасибо, очень любезно с вашей стороны, – принял корзину, краем глаза отметив, что от пирогов действительно исходит восхитительный аромат. – А можно посмотреть, как вы тут устроились? – Лариса сделала шаг вперед, и мне пришлось отступить, пропуская ее в домик. – Ой, как уютненько! А я думала, городской житель будет капризничать, что, дескать, удобств никаких. Она прошлась по комнате, и я невольно следил взглядом за колыханием ее бедер. После двух месяцев воздержания даже Ларисины пышные формы действовали на меня как красная тряпка на быка. «Морозов, тебе что, совсем башню снесло? – мысленно одернул я себя. – Сначала девятнадцатилетняя принцесса, теперь сорокалетняя соседка! Что дальше – коза Шура покажется сексуальной?» – А вы, Ванечка, такой статный! – Лариса повернулась ко мне и одобрительно окинула взглядом. – Тетя Зина не наврала – настоящий мужчина! А то у нас в деревне одни старики да алкоголики остались. – Спасибо за комплимент, – пробормотал, понимая, что начинаю краснеть, как школьник. – А я одинокая, – доверительно сообщила Лариса, присаживаясь на край кровати. Сарафан задрался, обнажив колени. – Скучаю по мужскому обществу, если понимаете, о чем я. Я понимал. И мое тело понимало еще лучше. Черт, да что со мной творится? От одного взгляда на женскую грудь я готов вести себя как кобель? – Лариса, как вас по отчеству? – начал я, пытаясь взять ситуацию под контроль. – Просто Лариса, – перебила она, вставая и подходя ближе. – А вы не женаты, Иван? – Не женат, – признал, делая шаг назад и упираясь спиной в стену. – Вот и замечательно! – Лариса сияла. – Значит, можем познакомиться поближе. Я, между прочим, отличная хозяйка – готовлю, пеку, стираю, глажу. И не только это умею, – она многозначительно вздохнула, так что грудь тяжело колыхнулась. «Господи, она что, прямо сейчас мне предложение делает – поиграть, как кролики на полянке?» – в панике подумал я. – Лариса, вы очень… привлекательная женщина, – выдавил я, – но я здесь ненадолго, всего на две недели… – Тем лучше! – она рассмеялась. – Без обязательств, так сказать. Просто хорошо проведем время. В этот момент грудь ее снова угрожающе заколыхалась. – Мне нужно… – я лихорадочно искал предлог, – подумать. Я ведь недавно приехал. – Конечно, конечно, – понимающе кивнула Лариса. – Мужчинам нужно время. Но вы пироги попробуйте обязательно! А если что – я в доме с зелеными ставнями, через два двора. А вечером можно погулять вдоль реки. Она направилась к двери, и я с облегчением выдохнул. – Спасибо за угощение, – сказал я, провожая ее взглядом. – Не за что, Иван! – она помахала мне рукой. – Увидимся! Когда дверь закрылась, я упал на стул и потер лицо руками. Отлично. Теперь помимо Алены, которая сводит меня с ума, у меня появилась еще и настойчивая соседка с формами, как у Венеры Милосской. «Может, это знак? – подумал я, глядя на корзинку с пирогами. – Может, мне стоит переключить внимание на взрослую женщину, которая точно знает, чего хочет?» Но даже думая об этом, я понимал, что обманываю себя. Никакие пышные формы Ларисы не могли затмить образ стройной блондинки с дерзкими голубыми глазами. Достал пирог и откусил кусок. Вкусно, ничего не скажешь. Лариса действительно умела готовить. «Жаль только, что умение готовить – не единственное, что мне сейчас нужно», – мрачно подумал, доедая пирог и снова берясь за газету про колорадского жука.