Глава 24. Аня

— Привет!..

Ярик, увидев меня на другой стороне дороги, выходит из «Форда» и поправляет воротник белоснежной рубашки.

Ждет, облокотившись на крышу автомобиля.

Видеть Загорского в классике, а не в спортивном костюме, странно, но еще необычнее то, как заметно, что мой сегодняшний спутник нервничает. Плечи напряжены, челюсть сжата.

— Привет, Ань, — не снимая солнцезащитных очков, здоровается.

Без улыбки.

— Как дела? — тоже немного потерянно оглядываюсь по сторонам.

Легкий ветерок забирается под тонкое пальто и неприятно холодит кожу. Не по себе становится, тело передергивает. Либо это чувство вины, либо что-то еще.

Авдеев!..

Почему я такая наивная? Мы почти неделю не разговариваем с мужем, ему до меня и дела нет, а я беспокоюсь, что он может подумать, если узнает про мой поход на выставку!

И пусть узнает!

Встряхнув крупными локонами, над которыми колдовала половину утра, рассматриваю свои бежевые глянцевые лодочки.

— Пойдем уже, — Яр галантно подставляет локоть и я, всего на секунду замешкавшись, беру его под руку. — Отец уже звонил. Неймется ему.

— Мне кажется, ты к нему слишком строг, — мягко говорю. Мы направляемся к входу в городской выставочный центр. — Мой отец всегда отзывается о твоем как о хорошем партнере. Очень его хвалит.

— Ну ты сравнила — бизнес и жизнь. Хороший человек — это не профессия, Авдеева.

От произнесенной фамилии я заметно вздрагиваю. Стоп. Останавливаюсь и убираю свою руку. Дружескую атмосферу словно ветром сдувает. Надо же так все испортить.

— Ты специально, да? — пораженно спрашиваю.

Ярик снимает очки.

Кажется, теперь тоже чувствует себя виноватым.

— Ань, это просто к слову пришлось… Прости.

— Если у вас с Мишей конфликт, не надо меня впутывать, пожалуйста, — злюсь. — Я не трофей и не переходящее знамя, которым можно хвастаться. Решайте свои вопросы на льду.

— Я тебя не впутываю.

— Я… ведь помочь тебе хотела, — немного растерянно смотрю на него.

— Ань, все, прости! Ты правда мне сейчас очень помогаешь. Давай начнем сначала. Привет!.. — даже пытается улыбнуться.

Получается не очень.

Раздумываю недолго.

Во-первых, я настроилась попасть на выставку. Мне правда интересно, и я хотела сделать красивые фото для своего блога.

Во-вторых, я ведь обещала.

— Ладно, — соглашаюсь, но теперь иду без его поддержки. — Пойдем уже.

Сдаю пальто в гардероб, оставаясь в сером платье-футляре, которое тоже сшила сама. Оно неброское, но при этом элегантное. Как раз для такого случая.

— Ты очень красивая, Аня, — хвалит Ярослав, задевая мое плечо своим.

— Спасибо.

Атмосфера в зале одновременно торжественная и уютная. Все располагает к прогулкам вдоль выставленных экспонатов, а в центре установлена импровизированная сцена для выступлений. Судя по пригласительному билету, один из которых я видела в соцсети, планируется небольшой концерт симфонического оркестра и фуршет.

— Ты есть хочешь? — спрашивает Ярослав, нехотя кивая отцу. — Давай возьму нам что-нибудь.

— Я потом сама выберу.

— Потом не будет, пойдем, — ухватив меня за локоть, уверенно ведет к фуршетному столу, накрытому цветочными композициями и блюдами с закусками.

Наполняю тарелку на четверть и подхожу к небольшому зимнему саду.

У противоположной стены замечаю девушку, которая глаз с нас не сводит. Светлые волосы заплетены в две косы, лицо закрывает объемная челка и карикатурные очки, но внешность мне кажется вполне необычной.

Она милая.

И фигура классная: миниатюрная грудь, узкая талия и округлые бедра. Пожалуй, чуть более округлые, чем требовалось бы, но смотрится очень гармонично.

— А это… ваша гостья? Та самая? — догадываюсь по описанию. Ярослав говорил что-то про смешные очки и нестандартную фигуру.

— Да, — кивает.

— А как ее зовут?

— Александра, — ровно произносит.

— Подойдем к ней?

— Зачем?

— Просто чтобы составить компанию.

— Как хочешь, — Ярик равнодушно пожимает плечами. Но пока мы идем к прекрасной Александре, девушка теряется в толпе у сцены.

— Не успели, — вздыхаю.

Открытие выставки в этом зале — большое событие для города, поэтому здесь собираются многие известные личности, включая мэра.

Мы слушаем официальную часть и отправляемся знакомиться с экспонатами. Они совершенно неожиданно завораживают. Да и обстановка здесь вдохновляющая, хочется все рассматривать.

Отец Ярослава создал идеальные условия для демонстрации. Выкрашенные в серый цвет стены и искусно расставленный свет будто бы подчеркивают текстуру и объем скульптур.

Даже оживляют их.

Невероятно.

— Ой, а это ты, Яр? — спрашиваю, останавливаясь у одной из них. — Как похож.

Загорский шумно сглатывает, тянет носом воздух и прячет ладони в карманы брюк.

— Я, — хрипло отвечает.

— Ты по ней скучаешь? — спрашиваю тихо.

— Возможно.

— Ну почему вы, мужчины, такие странные… ведь твоя мама умерла совсем недавно, и это нормально, что ты скучаешь по ней.

Ярослав, пожав плечами, продолжается неотрывно смотреть на скульптуру.

— Она ее в Италии сделала с моей фотографии, — говорит вдруг. — Потом надо было как-то в чемодане провезти сюда, домой. Пришлось распилить ровно пополам. Шов до сих пор есть, просто с первого взгляда незаметный.

— Ой, как интересно, — приглядываюсь и правда вижу линию ровно посередине.

Потом замолкаю.

Неловко становится и… жалко. А еще горько. Слезы накатываются на глаза.

В каком-то порыве подаюсь вперед и приобнимаю Ярослава, прижимаясь к его плечу.

— Ты… главное, оставайся собой и никогда не останавливайся, слышишь?.. Твоя мама ведь все видит. Мамы все видят. Даже если умирают.

— Спасибо, Ань, — Ярослав, кажется, немного смущается, и мои эмоции тоже отпускают.

Но это происходит еще и потому, что я чувствую на себе чей-то взгляд. Оборачиваюсь в поисках его источника и каменею.

С другого конца зала ко мне стремительно направляется моя… свекровь — Астра Авдеева.