Глава 42

Совершенно странным образом в обществе ведьмы Катерина почувствовала себя немного лучше. Все-таки Вольдемара распространяла какую-то особенную энергетику. Попав в ее поле, хотелось немедленно встать и начать что-то делать. Можно даже сказать, что она почти обрадовалась ее визиту. Почти – потому что в ее положении радость вообще была чем-то недозволительным.

Но Вольдемара, видимо, не догадывалась о том, какое впечатление производит. Иначе точно не решилась бы его испортить. А она это сделала самым грубым образом.

- В общем, я почему решила прийти, - заговорщически сказала она. – Мне тут сон приснился, вещий…

Катерина глухо застонала. Может, хватит с нее всех этих мистических штучек? Ну еще какие сны?

- Да ты сначала послушай, - не дала ей во всех красках представить сцену изгнания Вольдемара. – Просто так такие видения не посещают.

Она назидательно подняла палец к потолку, словно от этого в ее словах мог появиться здравый смысл.

- Значит, иду я по заснеженному полю, - продолжила ведьма, не обращая внимания на то, как Катерина недовольно морщит нос. – И вокруг – ничего. Только сугробы. И передвигаться еще, главное дело, так тяжело, ноги в снег проваливаются, но я не сдаюсь. И вдруг слышу – голос. Твой!

Вольдемара многозначительно посмотрела на свою слушательницу, словно пытаясь разгадать, какое впечатление производит на нее рассказ. Ничего, кроме обреченности Катеринино лицо не выражало. Но ведьму это не смутило.

- И вроде ты на помощь зовешь и плачешь, - продолжила она. – Оглянулась я и смотрю, точно, ты. По пояс в сугробе завязла и выбраться не можешь. И тут снег пошел. Сыпется на тебя и все выше и выше заметает. Еще чуть-чуть и с головой засыплет.

Рассказывала ведьма так, словно играла на сцене театра. И паузы в нужном месте выдерживала, и глаза страшные делала, и интонацию меняла. Да уж, без актерского таланта в ее ремесле никак. В какой-то момент Катерина и правда почувствовала холод, будто на самом деле сидела в сугробе. И даже немного испугалась.

- Ну, я на помощь к тебе и рванула, - ведьма бросила еще один загадочный взгляд. – Схватила тебя за руку и как дерну! И проснулась. И знаешь, что это значит?

- Может то, что тебе бы сбор какой-нибудь успокоительный попить? – пожала плечами Катерина. – Чтобы спалось лучше?

Нет, она не даст заново втянуть себя в эту историю. Хватит, и так уже нарубила дров.

- Я бы на твоем месте не шутила такими вещами, - назидательно произнесла ведьма. – Тебе вон Вселенная помочь хочет, информацию присылает, а ты лежишь, словно помирать собралась.

- Ну и что мне с этой очень ценной информацией делать? – Катерина чувствовала, как где-то внутри нее вскипает злость, придавая ей силы. – Я и без нее знала, что глубоко застряла. Только не в снегу, а в…

Она махнула рукой, так и не договорив. Разве этой чокнутой что-то объяснишь?

И правда, переубедить Вольдемару было невозможно. По крайней мере, в этом бою она точно не собиралась сдаваться. - Это еще не все, - сказала она с таким выражением, словно готовилась достать из рукава главный козырь. – Не могла я после этого кошмара уснуть и решила еще раз карты на твоего суженого раскинуть. И как я их ни раскладывала, все время выходит, что нет у него другой. Вот хоть тресни, а нет!

Вольдемара недоуменно развела руками. Видимо, она в самом деле никак не могла разгадать загадку, заданную ей колодой таро. Катерине даже стало жалко несчастную ведьму. Ведь и правда будет мучиться и раскладывать снова и снова свои пасьянсы.

- Ничего странного, - решила она сжалиться. – Бывшая жена действительно к моему «М» не возвращалась. Это другой «М» свое счастье обрел, которого вы мне навязать пытались.

Ведьма опешила:

- Это как так? А ну-ка, расскажи поподробнее, - потребовала она.

И Катерина рассказала ей все. Даже сама удивилась тому, с какой готовностью хлынули из нее слова. Как будто она только и ждала момента, чтобы выложить кому-нибудь эту дурацкую запутанную историю. Про сбежавшее кольцо и полное совпадение предсказания. Про порванную юбку. Про синяк. И предсказанное сближение. И про ее отказ. И про письмо, которым вся эта история закончилась.

- Так что теперь он в Сибири, и видеть меня не желает, - закончила она и обвела глазами палату, словно подчеркивая свое бедственное положение.

Выговорившись, она с удивлением заметила, что ей стало легче. Нет, камень на душе еще оставался, и преогромный. Но кусочек от него уже кто-то отколол. Пусть и маленький, но все равно заметный.

Более того, Вольдемара теперь уже не вызывала у нее никаких отрицательных эмоций. Катерина была благодарна ей за то, что та выслушала ее рассказ с самым серьезным видом. Только иногда округляла глаза, выражая свое удивление. И еще девушка поняла: ведьма на ее стороне. Союзник, конечно, так себе, но почему-то от этого на душе потеплело. Так что в итоге она даже сделала то, что вообще не собиралась. Вынула из-под подушки письмо Максима и протянула ведьме.

Та внимательно изучила его и бросила на Катерину полный сочувствия взгляд. - Ты уже ему звонила? – спросила она.

- Говорю же, не оставил он номера, - поморщилась Катерина.

- И что, даже рабочего на сайте компании нет? Да быть такого не может! – не собиралась сдаваться ведьма.

- Номер на сайте, может, и есть, - кивнула больная. – Только вот звонки все принимает секретарша. И наверняка спросит, кто это желает с Максимом Викторовичем разговаривать и по какому поводу. И что я ей скажу? А вдруг он запретит соединять его со мной? Не хочу!

С минуту Вольдемара удрученно молчала, а потом треснула себя ладонью по лбу.

- Ну, конечно! – закричала она так, что у хлипкой больничной кровати затряслись ножки. – Вот поэтому я тебя в снегу и видела! В Сибирь тебе ехать надо! Там, где снег, ты и найдешь свое счастье.

Не в силах оставаться на месте, Вольдемара вскочила и возбужденно забегала по палате.

- Это же сколько мы времени потеряли, - бормотала она. – Ну ладно я. Но ты-то чего столько здесь провалялась? Тебе надо любовь свою спасать. А ты лежишь вот, отдыхаешь.

Неизвестно, сколько бы еще Вольдемара отчитывала свою бывшую клиентку, но тут за дверью раздались шаги. Ведьма замерла и обвела глазами палату, словно отыскивая, в какой бы уголок ей спрятаться. Но ничего такого, что могло бы укрыть ведьму от посторонних глаз, здесь не было. В общем, Катерина догадалась, что проникла к ней гостья не совсем традиционным путем.

Впрочем, на этот раз Вольдемаре повезло. Кто бы ни ходил в эту минуту по коридору, беспокоить больную, уже получившую клеймо безнадежной, он не собирался. Звук шагов отдалился и вскоре совсем стих.

- Ну все, мне пора, - засобиралась ведьма. – Дел еще много. А ты тут давай, выздоравливай быстрее, и собирайся в Сибирь.

Вольдемара торопливо открыла большую сумку, висевшую у нее на плече, и извлекла пакет с апельсинами.

- Вот, витамины, - сказала она, располагая гостинец на прикроватной тумбочке. – Тебе теперь сил много надо.

Закончив с этим, она выскочила из палаты, исчезнув так же быстро, как и появилась.

Катерина посмотрела в изученный до мельчайших трещинок потолок, вздохнула, и потянулась за фруктами. Сев на кровати, она принялась счищать с апельсина толстую шкурку. Действительно, сколько можно страдать. Нет уж, сейчас силы были ей нужны как никогда. У нее появилась цель. Стоило ей покончить с ведьминым подарком, как дверь в палату снова отворилась.

- Ну что, какие у нас новости? – без особой надежды спросил молодой доктор.

- Хорошие, - ответила пациентка и улыбнулась ему впервые за все время их знакомства.

С этого момента выздоровление пошло семимильными шагами. С каждым днем Катерина чувствовала себя все лучше. С аппетитом съедала все завтраки, обеды и ужины. А доктор счастливо улыбался, рассматривая бумажки с ее анализами.

И, наконец, настал тот день, когда он торжественно произнес:

- Ну что же, Катерина Дмитриевна, мы сделали для вас все, что могли. Готовьтесь к выписке.

- Есть! – Катерина взяла под воображаемый козырек.

Она уже знала, что сделает в первую очередь, как только выберется из больницы. Купит билеты на ближайший рейс в далекую холодную Сибирь.