Глава 13

Мартина Антон после моего вопроса улыбается уверенной улыбкой профессионала, знающего себе цену. – Консультирую ли я? Марти, я этим живу и спасаю жизни людей. Почти наравне с тобой! Ты, кстати, до сих пор на скорой работаешь? – Нет, давно уже там не работаю. Очень давно, Юнин. Он как-то случайно встретил меня… Давным-давно, после окончания мед колледжа я стажировалась на машине скорой помощи. За этой мыслью приходит и другая. Я встретила Декабрина Георгия впервые, когда была в составе бригады. Господи, как давно это было… Волнительно вспоминать! Сердце готово выпрыгнуть из груди. На несколько мгновений я погружаюсь в свои мысли. – И потом этот урод пытался меня убить. Подослал киллера, представляешь? Марти-и-и! – зовет меня Юнин. – Ты спишь, что ли? – Нет-нет, прости. Кое-что вспомнила. Кто пытался тебя убить? – Ясно. Ты не слушала, – оскорбился Юнин. – Я рассказывал тебе о том, как после дела, удачного завершенного с пользой для моей клиентки, ее оскорбленный муж пытался меня убить. Даже киллера нанял… – Должно быть, ты хорош. – Не буду скромничать. Один из лучших! Юнин с аппетитом расправляется с утиной ножкой в грушевом соусе, громко похрустывает листом салата. У него отменный аппетит, хорошее настроение, сияющая кожа. Здоровый, успешный, привлекательный мужчина. Антон поглядывает на меня… С мужским интересом и огоньком в глазах. Начинаю чувствовать себя привлекательной, это всегда льстит. Нечаянно отмечаю, что у Антона нет обручального кольца. Нет, не акцентирую внимание, просто отмечаю для себя, спросив: – Ты не женат? – Первый бракоразводный процесс… – качает головой. – Как думаешь, кто был действующим лицом? – Ты? Ты был женат?! Я и не знала… – Мы много лет не общались. Ты даже на встрече одноклассников на десять лет появилась на пять минут! Наверное, меня и не заметила. Поэтому ничего обо мне не знаешь. Да, я был женат. – Почему вы развелись? – Потому что женились поспешно. По залету. У нее случился выкидыш, я захотел развестись, а дамочка оказалась цепкой! Пыталась меня облапошить, отобрать то немногое, что было на тот момент. В общем, тогда я увидел, как мой адвокат вел дело, и понял, какне надо вести дела. Именно это и подтолкнуло меня в выборе специализации в мире юриспруденции. Перед тобой Мистер Идеальный Развод! – Ой… Юнин, конечно, хорош! Не спорю… Но я внезапно вспоминаю, что меня в нем немного раздражало: самолюбование! В те годы мне хватало влюбленности, чтобы не обращать на это внимания. Однако сейчас я избавлена от этого флера и вижу явно: Юнин надувается от самодовольства и гордости. – Подумать только! Но ты так и не ответил, возьмешься ли за консультацию. – Кому нужно помочь остаться при своих интересах? Юнин посмотрел на кольцо на моем пальце, спросил прямо. – Тебе? Мне вдруг захотелось накрыть свое обручальное кольцо ладонью, чтобы защитить от взгляда Юнина, полного пренебрежения. Ясно, что он думал о браках, на основе своего негативного опыта Антон считал все браки ошибочным решением. – Я просто хочу уточнить. На всякий случай. – Поверь. Именно с этого все и начинается. Каждая вторая из моих клиенток обращается, начав беседу именно этими словами. На всякий случай… Вдруг пригодится. Авось случится. Это те маркеры, по которым я в беседе безошибочно угадываю, что речь идет о несчастном браке. Мало кто из моих клиенток начинает разговор со мной словами: у меня все плохо, я хочу развод. Абсолютное большинство стесняются продемонстрировать, что у них в семье разлад. Они не хотят вываливать свое грязное белье и боятся показаться неудачницами. Черт побери, они часто даже себе не признаются, что все плохо. Поэтому первый разговор начинается со слов «на всякий случай…» Потом они уходят. Но всегда возвращаются… За повторной консультацией, в ходе которой просят меня взяться за их «особенный случай». Фишка в том, что развод – это не особенный случай, а вполне рядовой. Но в каждом рядовом случае есть свои нюансы. Именно поэтому так нужен я – человек, который решит сложную ситуацию. Юнин накрывает мою руку ладонью, начинает поглаживать мои пальчики, перебирается на запястье. – Я смогу помочь. С тебя денег за консультацию не возьму. Но проконсультирую, и не только. Если у тебя в браке проблемы и намечается развод, то будь уверена, с моей помощью ты получишь по максимуму. Отожмешь из неудачного брака все, что только можно! – Ох, смелое обещание. – Я не раздаю пустых обещаний. Не знаю, что и сказать. Возможно, он хорош. Я не слышала. Боже, да откуда мне вообще знать, какой из адвокатов по разводам хорош, а какой так просто умело разводит на деньги, обещая золотые горы! Я никогда не думала, что мысль о разводе не просто будет витать в воздухе, а нависнет осязаемой тучей, отбросит тень на мысли и действия. – Мартина, не сомневайся. Я окажу полную, качественную и горячую поддержку. Во всех областях… При этих словах Антон целует мне руку и проникает глубоко в мои глаза взглядом, полным огня. Его голос стал низкий и сексуальный, вибрирующий… Ах ты ж, пе-е-ес! Кобелина! Он же меня на секс развести пытается! Уверенно, что стручок у него в трусах подскочил! Я наклоняюсь, Юнин улыбается еще призывнее. Доволен, что соблазнил? Думает, что я уже готова трусики свои снять?! – И как? – спрашиваю шепотом. – Многие клиентки соглашаются наполный пакет по-о-о… – простонала «о-о-о» тихонько, с иронией. – Поддержки? Всех трахнуть пытаешься? Бывший одноклассник отпрянул изумленно. – Что? Ты все не так поняла. – Думаю, я поняла верно. К тебе обращаются за помощью при разводах, а ты не против присунуть свой член разочарованной в отношениях женщине. Так? Юнин выпрямляется, сощурив свои зеленоватые глаза, одергивает дорогой костюм. – Никто не жаловался. – Даже не сомневаюсь. Многие рады наставить рога в ответ. – Муж тебе изменяет? – перебивает он. – Кажется, у меня есть любимый типаж… Изменщики гнусные! – смотрю на него. – Брось, Марти… Мы тогда расстались. Я мог иметь все, что движется. – Если все именно так, почему ты скакал за мной вприпрыжку, на ходу заправляя член в трусы? Юнин тушуется лишь на миг, потом отточенным жестом притягивает меня к себе за подбородок. – Вот поэтому. Ты горишь, и я вместе с тобой… – пытается меня поцеловать. * * *Гоша ДекабрьЯ не подал виду, будто слова Людки меня задели. Пальцем указал ей на дверь. – Не веришь? Смысл мне врать? – спрашивает оскорбленно. – Мартина вполне себе не святая! – У меня дел полно. Созвонимся, короч. Людмила забрасывает сумочку на плечо, цокает каблучками на выход и уже у самой двери бросает вскользь замечание: – Юнин – адвокат по семейному праву. Очень хороший. Ни на что не намекаю, просто к слову пришлось. Хорошего дня. Хорошего дня? Сука, изжогой до самых кишок проняло. Хор-р-рошего дня! Настроение и без этого было говно, стало еще поганее. К тому же я голоден. Зол и голоден. Как черт… До сих пор чувствую запах Манюниного пирога и просто не могу поверить, что она мне ни кусочка не оставила! Мужика своего голодной смертью помирать бросила. Безжалостная она, оказывается! Спокойно, Декабрин. Спокойно. Где твоя выдержка хваленая? А нет ее. Все, нах, сгорело! Почти как та машина, которую я Людке за особые услуги подогнал. Уговор есть уговор. Отработала – получи гонорар. Жена, блин, тоже хороша! Бросила меня в квартире, улизнула. Еще Юнин какой-то рядом с ней объявился… Я сунул телефон в карман, захлопнул крышку ноутбука с такой силой, что стол зашатался. Потом полез в сейф, пушку достал, подержал на ладони, но с собой брать не стал. Хоть дьявол нашептывал: возьми-возьми, вдруг пригодится! Но перед соблазном устоял. С большим трудом и сожалением спрятал пушку обратно в сейф, закрыл его и вышел из офиса. Пожрать хотелось… Направился в любимую таверну. Пешком… Чтобы на газ не давить и не подсекать на дорогах. Перед глазами все пульсирует. В мыслях пульсируют слова Людмилы: «Юнин – адвокат по семейному праву. Очень хороший…» Хороший он, сцуко. Пробить надо. Кто он такой. Чем дышит… Хороший адвокат или фуфломет… Да будь он хоть дерьмо-адвокатишкой, важен сам факт, моя жена с ним связалась. Еще и любовь первая. Во рту блять аж кислотой плеснуло. Любовь?! Первая?! Манюня мне ни о чем таком не рассказывала! Не знал о таком. И точка. Я ее первым мужчиной стал. Она мне «люблю» говорила. Мне! А не петушаре франтоватому… Чем дольше об этом Антоне-Гондоне думаю, тем больше закипаю. Из здания вылетаю весь взбешенный, взмыленный. Лоб потом заливает, из грудака вырывается то ли хрип, то ли рычание. На взводе, напряженный. Только палец покажи – убить готов. Именно в таком настроении я и натыкаюсь на Савелия, чуть не сбив его с ног. – Воу-воу, полехче! – хватается за сердце приятель. – Ты куда летишь, ор-р-рел! Хотя нет, не орел… У орлов не бывает рогов! – Еще одно слово, я тебе язык вырву и им же тебя свяжу! – Вижу, у тебя проблем с женой добавилось. По роже заметно, – добавляет. – У тебя проблемы, а у меня решение! – Какое? – А ты оглянись. Никого не замечаешь? У меня нет времени в эти шарады играть. Это у Волка его навалом… – Налево, – подсказывает друг. – Налево, это там, куда все нормальные и, к сожалению, женатые мужики ходят. – Завались! Однако взгляд сам ползет в указанном направлении. – О! – вырывается удивленное. – Кот?! И ты здесь?! Как? Откуда? – Здорово! Захар обнимает меня, хлопая по плечам. – Ты глянь на нашего франта. В костюмчике, при галстуке… – тянет Волк. – Бизнесмен, куда бы деваться! – Захар, дружище! Сто лет твою наглую рожу не видел. Почти забыл, как ты выглядишь! Надолго к нам? – По обстоятельствам. Может быть, ненадолго. Прилетел, Волк на кипяток изошел, сказал, дело срочное. – То есть время пребывания Кота в гостях прямо пропорционально количеству красивых баб, которых мы ему подгоним. Верно, Кот? Не отвечай. Верно… Итак, на сегодня я уже все приготовил. Снял для нас… – Сауну? – фыркает Котов. – Заебал… – Клуб. Вы такого еще не видели. Не пробовали. Не слышали. Будет полный улет! – Посмотрим, – лаконично отвечаю. – А че так? – сощуривается Волк. – Только не говори, что опять за женой бегать будешь… – Декабрь еще женат? – Само собой, я еще женат. – Но жена – другая? – С хера ли? – спрашиваю. – Та же. Мартина. – Та самая рыжая стерва, – вставляет свои две копейки Волк. – Кишки нашему брателло на вилочку десертную наматывает мастерски… Смотри, извелся, как будто у него метровые глисты… Кста-а-а-ати! Декабрь, сколько вы лет в браке? – Почти десять. – Слыхал, Кот? Почти десять лет. Спор ты продул! – Восемь с хвостиком? – уточняет. – Не тупи! Почти десять – это девять с лихуем. Да? Киваю. Поскорее бы от этих двоих отделаться. Но как… Надо уважить Кота – давно я с ним не виделся. – Да, – отвечаю немного раздраженно. – Девять полных лет и два с лишним месяца. – Девять лет, Кот. Гони давай печатку! – требует Волк, протянув ладонь. – Проспорил! Гони! Живо! – Даже мент последние трусы не отберет, а ты… отбираешь последнюю память, что у меня от бати осталось! – хмурится Кот. – Гони давай! Не хрен было на святое спорить! Никто тебя за язык не тянул. Кот свинчивает с пальца печатку, протянув Савелию. Тот радостно напяливает перстень и цокает языком. – Большевато. Ничего, подгоню. Есть знакомый ювелир… – На твоих кривых пальцах не смотрится. – Не понял… – говорю медленно. – Вы на что спорили, пацаны? Кот с Волком переглядываются, Савелий толкает друга в бок локтем, сообщая громким шепотом. – Я же тебе говорил. До него сейчас все туго доходит. Корона из ветвистых рогов на мозг давит. – Бля… Я вас сейчас в асфальт закатаю. Обоих, – вздыхаю устало. – Ладно. На брак мы твой спорили. До хера лет тому назад. Честно, я думал, что эта псина все забыла! – скалится нехорошо Кот. – Но вспомнил же! – Сам предложил забиться, сколько Гоша в браке протянет. Говорил, что девять лет точно не проживет с одной бабой. – Почему девять? – Потому что спорил с Котом! Что у кошки, что у кота по девять жизней. – А еще кризис трех лет. В квадрате… – Умный ты слишком… – Много трындите. Я пожрать хочу. Вы со мной? Только не чешите языками так много… Голова от вас раскалывается. – Можно и перекусить, – соглашается Котов. – Прогуляемся. Иду неспешно, перебрасываясь фразами с приятелями. Клянусь, намеренно я никуда идти не собирался. Но ноги как-то сами занесли в район, где раньше работала Людка. Сейчас у нее другая работа, но не суть. – Вот здесь кормят зашибенно! – кивает в сторону ресторанной вывески Кот. – Давайте туда. Я после нескольких перелетов от самолетной еды скоро все кишки выблюю. Мне, в принципе, безразлично! Но едва я бросил взгляд в сторону окон заведения, как с места сорвался, понесся внутрь. – Ты что, такой голодный? – орет мне вслед Волк. Голодный? Ага, щас! Там моя жена… С пидаром в мажорском костюмчике. Сидят за столом. Глаза в глаза. Перешептываются интимно…