Глава 19

– Я же сказал, что ты сама ко мне придёшь, матрешка. Ледовской сидит напротив меня, закованный в наручники, и с веселым прищуром рассматривает меня. На нем черные джинсы и черная водолазка под горло. Простая одежда несомненно подходит ему, как и к мрачной обстановке в целом. С болью в сердце отмечаю его разбитую губу и свежую ссадину на брови. Кажется, его здесь избили. Хватаю себя за горло, изнывая от жалости к мужчине. – Ну, что молчишь? – спрашивает он. – Я… Не знаю, что сказать, – отвечаю хрипло. – Давай, скажи, как меня ненавидишь, у нас на это есть всего десять минут. – Я тебя… вас… не ненавижу, – качаю головой. – Тебя – всё правильно сказала поначалу. – Я не верю, что вы… ты Ритку похитил. Я слишком хорошо знаю свою сестру. И тебя… добавляю мысленно, знаю немного. Ты не мог… Потому что даже не наказал меня за унизительную пощечину и от Вадика спас. А вчера меня никто не спас, и я почти не спала прошлой ночью. Все думала, как так могло получиться, что я осталась в зале и смотрела на весь это ужас. Может быть, это и есть взросление? Когда-нибудь и я начну половую жизнь, и хотелось бы знать, как все происходит. Не для того ли люди смотрят фильмы для взрослых, чтобы получить опыт? Так что какой-никакой, а опыт я все же получила. Достаточно ли этого, чтобы оправдать себя? – Спасибо за доверие. Удивлён. После того, как поступил с тобой… – Роман, все в прошлом. Я хочу тебе помочь. Что я могу сделать? – Матрешка-спасительница… Да ничего ты не можешь сделать, пришла – и уже хорошо. – Зачем я тебе? – Скучно мне, знаешь ли, тут сидеть. Немного помолчав, спрашиваю: – Я хотела спросить, тот лысый… Ну Олег… – Не бойся его. Ему можно доверять, ручаюсь за него, как за самого себя. – Он ищет Риту, а я правда не знаю, где она может быть! – говорю громче нужно, и охранник поворачивается к нам лицом. – Тчч, не волнуйся, – Рома накрывает мои руки своими горячими руками, которые сжимают железные браслеты. Я вижу, как они впиваются в его кожу, должно быть, ему больно так сидеть. Так жаль его. Но выглядит бодрячком. Думаю, Романа Ледовского не так просто сломать. Хоть бы больше не били… Красивое лицо ему испортили. – О чём думаешь? – Тебя здесь били? – озвучиваю свои мысли, не ощущая напряжения или неловкости. – Нет, что ты, сам ударился, – отвечает со злой усмешкой. – Мимо шконки прилёг, и вот результат, – показывает пальцем на свою губу, на которой "красуется" кровоподтёк. Ловлю себя на мысли, что хочу прикоснуться губами к этому месту… Но нельзя. Охранник красноречиво смотрит на висящие на стене часы. Лысый намекнул, что наша встреча не совсем легальна и стоила Ледовскому немалых денег. И меня это тревожит. Зачем, ну зачем я ему? Скучно? Такой себе ответ. – Ром, я хотела тебе сказать, что Вадик хозяйничает в твоём клубе, – решила поябедничать. – Он водил тебя? – спрашивает злым шепотом. – Что? – Водил в "Половинки" вчера? – Да, но… Я убежала, – так же шепотом отвечаю. Несколько минут смотрела на непотребство, но сказать об этом Ледовскому не решилась. Не надо ему знать, какая я развратница. Да и стыдно очень. – Говорите громче, – велит охранник, – не шептаться! – Сука! – Роман бьёт по столешнице кулаками. Я вздрагиваю, а постовой заметно напрягается и рефлекторно кладет руку на кобуру. – Я ему яйца вырву с корнем, когда выйду отсюда! В общем так, спокойно переезжай на ту квартиру, которую я снял для тебя. Аренда на год. С Вадиком больше не общайся. В моем клубе ноги его больше не будет. Если есть желание, помоги Олегу найти Ритку. – Ром, мне кажется, что это Вадик тебя подставил, – закусив губу, делюсь своими опасениями. – Чиво? Этот червяк?! – заливисто смеётся. – Нет, солнышко, там поработал настоящий профи. – Но Вадик пошел по указке Риты к моим родителям, чтобы они написали заявление, и назвал твои приметы. – Это правда? – вскидывает брови. – Да, он сам в этом признался. – Да он просто охуел! Живёт на мои бабки, а сам спит и видит, как в моем клубе рулит. Но он бестолочь, и не мог все самостоятельно продумать. – А Инна могла? – Эта шаболда? – морщится. – Едва ли. Короче, матрешка, ищи сестру. Иначе мне звездец. Лет двадцать дадут. Я найду ее, чего бы мне этого не стоило! – А я хотела спросить… Тот долг… Лысому, ну то есть Олегу? – Это не твоя забота, – режет Рома. – Никто с тебя даже рубля не потребует. Это ясно? – Более чем, – киваю удовлетворено. Мне важно знать, что я ему помогаю по собственному желанию, а не потому, что должна уплатить чужой долг. – Если будет время, наведи порядок в моем кабинете, там после обыска черт ногу сломит, – просит Роман, снова накрывая мои пальцы своими чересчур горячими ладонями. – Я? – А почему бы и нет? Ты в моем кабинете уже была, – подмигивает он, и я густо краснею. Он завалил меня на диван, порвал трусы и хотел изнасиловать. Боже… А я теперь в изоляторе его навещаю, кому скажи – не поверят. А не влюбилась ли я часом? Чего это меня тянет к нему, как магнитом? И верю ему безоговорочно. Сказал, что лысому можно доверять, и я сразу успокоилась. Хотя Олег ни капельки доверия во мне не вызывает. Хам, бандит и сутенёр. Ведь "Половинки" ему принадлежат, а вовсе не Роме. – Я, конечно, могу… – пожимаю плечами. – Все равно пока безработная. – Вот и хорошо. Насчёт работы не волнуйся, мой бухгалтер тебя уже оформил на должность администратора, и скоро на карту упадёт твоя первая зарплата, – весело подмигивает. – Спасибо, конечно, – лепечу растерянно. Рома встаёт, и я встаю. Несколько секунд смотрю на его разбитое лицо, а потом бросаюсь к нему и порывисто его обнимаю. Он стоит напряжённый, как железная статуя, не выражая никаких чувств и эмоций. Ну оно и понятно, не то место для обнимашек я выбрала. – Отойти немедленно от заключённого! – зло кричит мне охранник. – Иди, Тильда, – кивает Рома на дверь. В носу щиплет, глаза чешутся. Только не зареветь, только не зареветь! Выбегаю в коридор, опираюсь на подоконник и смотрю, как слезы капают на белую поверхность. Мне ужасно жаль Романа. Он не должен здесь находиться и страдать из-за моей сучки сестры. Где эта гадина? У меня руки чешутся прибить ее. Наделала долгов, подставила хорошего человека и умотала в неизвестном направлении. Загнала маму и папу в огромные кредиты. Им пришлось уехать из своего дома, чтобы кредиторы не беспокоили, а эта овца живёт в свое удовольствие. Шлепаю по подоконнику, и солёные брызги разлетаются во все стороны. А если Роман не сдержался и всё-таки прибил ее? Нет, нет… За что? Она же лысому должна денег, а не ему. Несмотря на то, что Вадик выражался о своем брате весьма нелицеприятно, я чувствую, что это неправда. Рома хороший, хотя и пытается казаться плохим. Возможно, ему так удобно, чтобы никто не питал насчёт него иллюзий. Вчера в баре Олег ясно выразился, что ему нужно от Ритки – только секс. Так что, у обоих нет достойного повода избавиться от моей сестрицы или держать ее взаперти. Или я чего-то не знаю? Надеюсь, адвокат Ледовского во всем разберётся, как можно скорее, и его отпустят из этого ужасного места…