3-2

Какое-то время я скиталась по квартире в совершенно расстроенных чувствах. А потом спохватилась. Ведь если меня в самом деле выселят, то мне стоило собрать вещи! И ладно бы вещи… Что делать с купленной впрок глиной и недоделанными светильниками? А еда? Куда девать всё то, что я накупила за год? Бельё, посуда, мыло? Крупа, яйца, мука…

С собой я всё это точно не потащу. Во-первых, мне не в чем. А во-вторых, что может быть глупее, чем перебираться в соседний город в обнимку с мешком муки и лотком яиц?!

Но всё по порядку.

Начать я решила с недоделанного светильника. Обратно к глине его уже не положишь, а деньги лишними не будут — продам по дороге. Так что первый час я лепила.

Снеговик из глины выходил на заглядение аккуратным. Три ровненьких, чуть приплюснутых шара, поставленных друг на друга, нос морковкой и смешная рожица. На голову я ему налепила ведро, а в тонкие руки-веточки вручила длинный полосатый леденец. Разумеется, тоже из глины.

Полюбовавшись результатом, я закрепила форму. После чего наложила заклятие периодического свечения и поставила остывать.

Пришёл черёд муки. Пошуровав в холодильнике, я поставила подходить дрожжевое тесто на пироги. А сама тем временем принялась замешивать тесто на имбирные пряники.

Помню, когда я была маленькой, мама часто готовила. Чуть позже я узнала, что таким образом она успокаивалась. Стоило им поругаться с отцом, как она шла на кухню, выгоняла наёмную кухарку и начинала замешивать, взбивать, печь… И меня учила. Так что лет с двенадцати я уже вовсю помогала маме с готовкой.

А когда её не стало, заметила, что часто поступаю так же. Кажется, в тот день, когда я застала Джейкоба с другой девушкой, я наготовила еды на неделю. Всё это даже не влезло в стазис-шкаф. Пришлось подключать кладовку.

К моменту, когда во входную дверь постучали, за окном уже успело стемнеть, а я плясала по кухне, пытаясь успеть вообще всё.

Мысль о том, что это вернулся господин Миклос, даже не напугала. Пожалуй, мне даже хотелось, чтобы это оказался ушлый менеджер. Тогда я с чистой совестью могла бы надеть ему на голову миску с остатками начинки для пирога.

Но это оказался не он.

Распахнув дверь, я нос к носу столкнулась с соседом. Господин Моррис застыл на пороге и ошарашенно разглядывал меня, прижимая к себе моё блюдо из-под пирога.

— М-м… Добрый вечер, — поздоровался он наконец. — У вас… мука на щеке.

— Угу, — выдавила я из себя, глядя на него широко раскрытыми глазами.

Потому что только сейчас, стоило увидеть Эвана, в голове вереницей пронеслись воспоминания вчерашнего вечера. И то, как неуважительно я себя вела по отношению к мужчине (называла его на ты!!!), и то, как неуместно хихикала, отпуская глупые шутки… А он ведь даже ни разу замечания не сделал.

— Добрый вечер… господин Моррис, — проговорила я наконец и криво улыбнулась.

Брови мужчины взлетели вверх. И в этот момент я вспомнила, что как раз собиралась доставать из духовки пирог. Подскочив на месте, я бросилась в кухню.

Эван застал меня на коленях. Я пыталась ухватить противень полотенцем, потому что в пылу сборов прихватки куда-то запропастились.

— Вам помочь? — уточнил он своим потрясающим голосом, и по спине пробежали мурашки.

Бездна, да кто ж так подкрадывается?

— Не стоит. — Я с достоинством поднялась, держа в руках пирог. — Здесь нет ничего сложного.

В подтверждение своих слов я сдула с лица упавшую прядь и огляделась, в поисках места, куда бы примостить пирог.

— Я вижу, — согласился мужчина и освободил часть стола, составив кастрюльки друг на друга. После чего осторожно забрал у меня из рук противень и примостил на свободное место.

— Вы нашли прихватку, — отметила я. — Где?

— Там лежали, — неопределённо кивнул он в сторону подоконника. И ещё раз огляделся. — Вы ждёте гостей?

— Если бы, — вздохнула я и всё-таки заправила непокорную прядь под заколку. — Просто до завтра нужно избавиться от остатков еды.

Мужчина обвёл выразительным взглядом кухню. На всех свободных поверхностях стояли свежеприготовленные блюда. Пирог, печенье, стопка блинов и горшок с гуляшом. В кастрюльке булькал рассольник.

— До завтра? — уточнил он.

Я развела руками.

— Увы. Не могу же я взять всё это с собой.

Эван резко обернулся и впился в меня острым взглядом.

— Вы уезжаете?