4-2

На мой взгляд, ёлки как раз могли ждать сколько угодно. Ёлочные базары как правило продолжались до самых новогодних праздников. Однако спорить с Эваном было бесполезно.

Через полчаса мы всё-таки покинули дом. Причём, не с пустыми руками. Осознав, что Эван от меня не отстанет, я заявила, что по пути на ярмарку мы просто обязаны занести светильники в лавку госпожи Блейк. Так что сосед сегодня выступал в качестве бесплатной рабочей силы: нёс гружёные светильниками сумки. Не забывая сетовать на несправедливость бытия.

— Я, конечно, восхищён тем, что ты приобщаешь меня к искусству, — жаловался он, — но разве нельзя было отнести светильники в другой день? Например, завтра?

— Разве нельзя было выбрать ёлку в другой день? — парировала я. — Например, завтра?

Мужчина усмехнулся.

— Туше. И всё-таки, откуда такая спешка?

Я пожала плечами.

— Курортный сезон начался. Госпожа Блейк упоминала, что сейчас всё раскупают в разы быстрее. К тому же, у меня закончилась глина, а её…

Я осеклась. Хотела сказать, что на глину нужны были деньги, но внезапно вспомнила, что вопрос с духовкой передо мной больше не стоял. А значит, все накопленные деньги можно было пустить… Ну например, на новый материал — почему нет? Раз уж в Сноувуде я всё-таки решила задержаться.

— Ясно, — не стал вдаваться в подробности Эван. — Но хоть потом-то на ярмарку?

— Потом — обязательно, — пообещала я.

В лавке мы справились быстро. Я выставила на прилавок светильники. Госпожа Блейк внимательно их осмотрела и выдала аванс. А заодно — мой процент за проданные экземпляры.

Напоследок она смерила оценивающим взглядом Эвана и весьма недвусмысленно подмигнула мне. Я предпочла сделать вид, что не поняла намёка.

— Итак, теперь за ёлкой? — бодро уточнила я, оказавшись на улице. — Выберем — и домой?

— Конечно, — не стал спорить Эван. — Мы ведь так и договорились.

До места мы дошли быстро. Всё-таки Сноувуд был относительно маленьким городком — всё находилось рядом. Не то что столица, где запросто можно было заблудиться по пути от дома до ближайшей молочной лавки.

У самого входа на ярмарку виднелась красочная ограда с надписью «Новогодние ёлки». Признаюсь, прочитав вывеску, я почувствовала лёгкий укол разочарования. Даже шаг замедлила. Всё-таки я надеялась, что наша вылазка продлится чуточку дольше.

С другой стороны, никто ведь не мешал мне попозже заглянуть сюда ещё раз, одной.

— Добрый день, — бодро приветствовал Эван продавца. — Покажите нам, пожалуйста, самые пушистые ёлки.

Несколько секунд продавец, невысокий коренастый мужчина в тёплой шапке и огромных рукавицах, озадаченно смотрел на нас. Явно не рассчитывал встретить покупателей утром первого же дня. Всё же ёлки имели свойство осыпаться в тепле, поэтому покупали их ближе к концу месяца.

— Э-эм, так, все пушистые, — отчитался он. — Любую возьмите, все хороши.

Эван на пару секунд задумался. Покосился на меня. И покачал головой.

— Ну нет, мы не можем так рисковать. Всё-таки нам нужна самая пушистая из имеющихся. Верно же?

Последние слова предназначались мне.

— Да? — удивилась я.

Просто Эван совершенно не производил впечатления ценителя ёлок. И, откровенно говоря, я рассчитывала, что мы в самом деле заберём первое попавшееся дерево и отправимся домой.

— Разумеется, — убеждённо подтвердил мужчина. — Это ведь ёлка! Символ Нового года! В этом вопросе нужно быть предельно внимательным.

В этот момент я почувствовала веяние подставы. Пока слабое. Но что-то мне подсказывало, что предчувствие меня не обмануло.

— Мы посмотрим вот эти несколько штук, — заявил Эван. — Разверните, пожалуйста.

Продавец покосился на меня. Посмотрел на моего спутника. Но возражать не решился. Тяжело вздохнул и пошёл разворачивать товар.

Выбирал Эван вдумчиво. Ходил между деревьев, щупал ветки, кивал чему-то.

— Послушай, мне кажется, или вот у этой, второй, иголки в среднем на полтора миллиметра длиннее, чем у четвёртой? — выдал он наконец, поворачиваясь ко мне. И тут же возмутился: — Ты, вообще-то, обещала помогать!

Что ж, тут он был прав. Подавив тяжёлый вздох, я подошла к ближайшей ёлке и, стянув варежку, провела по ветвям.

В нос тут же ударил запах свежей хвои. Пальцы закололо. А на глаза по какой-то причине навернулись слёзы. Вспомнилось детство. И то, как мы с мамой готовились к праздникам. Пекли печенье, украшали дом. Отец приходил домой уставший, но счастливый, и присоединялся к празднику…

Ох, бездна… А ведь я планировала встретить Новый год по всем правилам. А за всей этой беготнёй с возможным выселением, перестановкой, светильниками — всё напрочь вылетело из головы. Ещё и новости про Джейкоба совершенно выбили из колеи…

Да кого я обманывала?! Именно новости о Джейкобе и вывели меня из равновесия. Бывший жених был как проклятие — высасывал радость даже одним своим именем. И только сейчас я осознала, что, идя по улице, невольно оглядывалась по сторонам, выглядывая знакомую фигуру…

Ну уж нет, достаточно! Он не испортит мне ещё и этот Новый год! В этот раз я получу всё, что мне полагается… А ведь у меня даже список был! Что же я там писала?..

Осторожно погладив ветку, я подняла глаза на Эвана. Он улыбался и разглядывал меня с какой-то затаённой нежностью. Сердце против воли ёкнуло. И, кажется, даже щёки покраснели.

Да что со мной такое?..

— Мне тоже нужна ёлка! — сказала как можно твёрже.

Эван улыбнулся шире и покачал головой.

— Ну наконец-то. А то я уж решил, что тебя подменили, пока меня не было.

Я удивлённо подняла брови. Это ещё что значило?! Эван хмыкнул и закончил, повернувшись к раскинувшим ветки деревцам.

— Ёлки обязательно купим. Но не здесь.

— В смысле, не здесь? — опешила я.

— Прошу прощения? — ещё сильнее опешил продавец, уже мысленно успевший сплавить пару ёлочек.

— Мы ещё не все посмотрели, — пояснил Эван. — На ярмарке, по моим подсчётам, не меньше пяти ёлочных базаров. Верно же?..

— Семь… — ошарашенно поправил продавец.

— Тем более! А мы должны убедиться, что взяли самую лучшую.

На этих словах Эван чинно поклонился продавцу. Всунул ему в ладонь монету «за потраченное время». И, ухватив меня за руку, повёл вглубь ярмарки.

Ощущение подставы стало непреодолимым.