1-6

Повисла неловкая пауза, в течение которой фальшивый пожарный переводил взгляд с меня на Эвана. И его пухлое лицо всё сильнее и сильнее вытягивалось.

— Участие третьих лиц в договоре не прописывалось! — возмутился он наконец. А потом, спохватившись, принялся натягивать обратно верх комбинезона. Стыдливо стянул края на груди и обиженно уставился на меня. — Я требую повышения оплаты!

«Получается, оплата за ложный вызов всё-таки будет», — пронеслось в голове. Я нервно хихикнула.

— Вы ещё и смеётесь? А с виду такая приличная девушка!..

Вероятно, он хотел меня пристыдить, но эффект получился обратным. Всхлипнув, я уронила лицо в ладони и затряслась от беззвучного смеха. Потому что ситуация была в высшей степени абсурдной.

Ещё в начале вечера я планировала доделать светильник, поесть пирог и лечь спать. А вместо этого оказалась заперта в комнате с двумя незнакомыми мужчинами. Одного из которых вызвала подруга, чтобы… как его… «потушить пожар моих чресел». Второй… кстати, а второй — это кто?

Резко замолчав, я выпрямилась на стуле и во все глаза уставилась на высокого мужчину, постучавшегося в мою дверь первым. Встретив мой взгляд, он едва заметно вздрогнул. Но тут же взял себя в руки и развернулся к пожарному.

— Боюсь, возникло недоразумение, — сдержанно проговорил он. — Видите ли, мы с моей подругой всего-навсего праздновали её день рождения. И совершенно не ожидали гостей.

— Но у меня оплачен заказ! — язвительно отметил пожарный и потряс вытащенным из кармана листком. — Вот, тут всё написано. Марта Шалунья. Рост небольшой. Волнистые ореховые волосы, карие глаза. На вид двадцать лет. Тростниковый проезд, дом номер восемь, квартира два. Оплачено со скидкой в пятьдесят процентов.

— Вы позволите? — Эван забрал из рук мистера Хота лист и пробежался глазами. — Так и думал, тут ошибка.

— Какая ошибка? — тут же подобрался тот.

— Марта Шалунья — безусловно, не настоящее имя. Разумеется, вам известно, что ваши клиенты предпочитают не раскрывать собственные имена?

— Разумеется…

— В остальном же — у вас неверные данные. Думаю, вас вызывала жительница квартиры номер четыре.

Я поперхнулась. Потому что в квартире номер четыре жила та самая мнительная старушка, Клодия Бейли. Кажется, раньше госпожа Бейли была какой-то известной личностью. Потому что она до сих пор временами высматривала на улице папарацци.

— Вы считаете? — усомнился пожарник.

— Безусловно, — убеждённо кивнул Эван. — А это — за неверный вызов. В качестве извинений.

Зажав в зубах кусок пирога, он вытянул из кармана бумажник и протянул мужчине пару купюр. Тут вздрогнула уже я. Потому что эта сумма, уверена, с лихвой покрывала полную сумму вызова.

Мистер Хот тоже моментально оценил щедрость предложения. Потому что вопросы у него мигом закончились, как и сомнения. Сложенные купюры исчезли в бездонном, судя по всему, кармане. А сам он — за дверью.

Несколько секунд мы с Эваном смотрели ему вслед. После чего, не сговариваясь, бросились к кухонному окну (тому самому, что с претензией на звание балкона) и замерли в ожидании. Спустя несколько минут в поле зрения в самом деле показалась Клодия Бейли. Она высунулась в окно, критически огляделась. И плотно задёрнула шторы.

— С ума сойти! — выдохнула я. — Она же… Они же!..

— Считаю, я сделал хорошее дело, — самодовольно улыбнулся Эван и закинул в рот оставшийся кусок пирога.

Я же моментально забыла про госпожу Бейли. И медленно повернулась к невероятно довольному жизнью Эвану.

— Кстати, о хорошем деле… Вы вообще кто?

Мужчина изогнул бровь. Проглотил пирог. И напомнил:

— Если мне не изменяет память, я представился. Эван Моррис, к вашим услугам.

— Представились, — согласилась я, недобро прищурившись. — Но как вы оказались в моей квартире?

— Уже забыли? Вы ведь сами втащили меня внутрь. Слова сказать не дали.

Я чуть не задохнулась от возмущения! То есть, я ещё и виноватой оказалась?! А потом я задохнулась уже от осознания. Потому что внезапно вспомнила, почему имя показалось мне знакомым! Ведь именно так звали моего соседа из первой квартиры. Я так часто видела имя на почтовом ящике, «Э.Моррис», что оно слилось с обстановкой.

— Вы же… вы!

— Ваш сосед, — не стал спорить он. — На самом деле, я увидел дым и зашёл спросить, всё ли в порядке. Но вы были так настойчивы…

— Я думала, вы старичок! — вырвалось у меня, и я в ужасе зажала рот ладонями. Но тут же не сдержалась. — Да как вы могли?

— Что именно?

— Я! Говорила при вас все эти смущающие вещи!

Он развёл руками.

— Не мог же я приказать вам замолчать.

— Вы могли сказать, что я приняла вас не за того!

— Как, по-вашему, я должен был догадаться, что вы приняли меня за мужчину со скидкой в пятьдесят процентов?

Вот как знала, что он запомнит!

— Вы… вы…

Я не находила слов. А Эван даже не думал мне помогать. Вместо этого он протянул руку, взял со стоявшего здесь же блюда ещё кусок пирога. И откусил.

— Выметайтесь! — выпалила я.

— Что, прямо сейчас? — удивился он. — Даже доесть не позволите?

Вместо ответа я всучила ему блюдо с остатками пирога. И вытолкала посмеивающегося мужчину за дверь.