8-2

Проснулась я, как ни странно, от жары. С трудом разлепила глаза и несколько секунд бессмысленно таращилась на мужскую грудь, покрытую жёсткими волосками.

Эван успел не только согреться, но и перекатиться на бок. Прижал меня к себе. И сейчас мирно сопел мне в волосы, рискуя ненароком придушить во сне.

Проморгавшись, я кое-как огляделась. Небольшое окно было залеплено снегом. Камин потух — на железной поверхности едва тлели угли. С краю по-прежнему стояла кастрюлька со снегом… Вернее, уже с водой. И только сейчас я поняла, как же сильно хочется пить.

Упершись ладонями в сильную грудь, я попыталась выскользнуть из объятий.

Не тут-то было! Эван держал мёртвой хваткой. С огромным трудом я смогла выползти на холодный воздух нижней половиной тела… но дальше дело не пошло. Меня совершенно по-наглому дёрнули обратно и ещё накрыли ногой.

— Да пусти же ты! — пискнула я. — Навалился — дышать нечем!

Не открывая глаз, Эван плавно перекатился, окончательно подминая меня под себя. Навис сверху. А потом склонился и втянул воздух у моей шеи. Лизнул.

Я сглотнула сухим горлом, да так и замерла, боясь пошевелиться. В голове возникла странная мысль, что я оказалась заперта в клетке с диким зверем. И связи с внешним миром нет… Или есть?

Повернув голову, я мысленно обратилась к кристаллу, надеясь хоть сейчас дозвониться до Клэр. Камень вспыхнул и безжизненно потух. Связи по-прежнему не было.

— Решила сбежать, принцесса? — послышался низкий хрипловатый голос. Эван пристально меня разглядывал, не предпринимая ни единой попытки слезть.

Несколько секунд я как заворожённая смотрела на него. Яркие голубые глаза. Мужественное лицо с правильными чертами. Двухдневная щетина.

Не сдержавшись, я подняла руку и погладила его по колючей щеке. Эван прикрыл глаза и потёрся о мою ладонь как сытый кот. Шумно выдохнул. И, повернув голову, коснулся губами запястья. Скользнул выше по внутренней стороне руки, лаская кожу.

Я резко втянула воздух и часто заморгала. Бедром я отчётливо ощущала всю степень мужского возбуждения… Но была совершенно не уверена, готова ли сейчас к продолжению. Во-первых, после вчерашнего ломило всё тело, ещё и голова болела. Во-вторых, дико хотелось пить. Ну а в-третьих, нам сначала точно стоило поговорить. Мне хотелось понимать, какие из недавних слов Джейкоба были правдой, а какие нет… Хотя после вчерашнего вечера всё это как-то резко потеряло смысл.

Тем временем Эван дошёл поцелуями до моего плеча. Невесомо скользнул рукой вдоль моего тела. Замер. Отстранился. Отогнул край одеяла. Оценил наш с ним внешний вид. Хмыкнул.

— Ты замёрз вчера, — пояснила я шёпотом. — Я разожгла камин и укрыла тебя одеялами… Как ты себя чувствуешь?

— Никогда не ощущал себя настолько живым, — поделился он. — А почему мы… без одежды?

— Мы в белье, — горячо возразила я. — Я где-то слышала, что если человек замёрз, нужно греть его… ну… кожа к коже…

Я быстро облизнула губы и отвела взгляд, густо краснея.

— Хороший способ, — одобрил Эван. — Кстати, я знаю ещё один. Он, правда, вообще белья не предполагает.

— Ну, знаешь! — возмутилась я и, извернувшись, всё-таки сумела выбраться из-под мужчины.

Он не держал. Проводил меня взглядом. Сел, скинул одеяло и потянулся. С досадой поморщился.

— Пить хочется, — поделился он и сжал виски.

Закатив глаза, я забрала с камина кастрюльку с талой водой. Сделала несколько жадных глотков и протянула мужчине.

— В кране воды нет, — сообщила я, натягивая брюки. — Пришлось топить снег.

— На камине? — удивился он, отставляя кастрюльку и поднимаясь. — Ты же огневик.

— Да… но вчера я немного… — Я поморщилась. — Увеличила свой потенциал.

— Немного — это насколько?

Я пожала плечами и набросила рубашку. А потом решила, что показать проще. Закинула в камин пару полешков. Присела не корточки, вытянула ладони. И вызвала огонь.

Пламя полыхнуло! Вместе с дровами загорелся край шкуры на полу, небольшая картина на стене и моя рубашка.

Не успела я пискнуть, как шкура оказалась затоптана. А моя рубашка вместе с картиной оказались внутри камина.

— Я понял, — оценил Эван. — Можешь больше не демонстрировать. Только пожара нам сейчас и не хватало.

— Вчера было послабее, — прокомментировала я, с ужасом разглядывая собственные ладони. Становилось очевидным, что продолжать зарабатывать магическими светильниками мне не удастся.

— Ничего странного, потенциал растёт, — бодро сообщил Эван. Слишком бодро для человека, едва не пострадавшего от рук невменяемого огневика. — Через недельку должен стабилизироваться, тогда и будем думать.

— А сейчас? — пискнула я. — Камин разводить…

— А сейчас — можно использовать огненные артефакты.

Приблизившись ко мне, Эван осторожно взял меня за руки и погладил запястья.

— А ещё лучше — включить отопление.

Я даже задохнулась от таких новостей.

— Тут есть отопление?!

— И вода, — кивнул Эван. — Насчёт еды я не так уверен, но, думаю, что-нибудь найдём. Тем более, недели три назад я заплатил управляющему, чтобы мне заполнили подвал едой.

Он смотрел мне в глаза и изо всех сил сдерживал улыбку. Но по дрожащим уголкам губ было очевидно, что он потешался. И ведь словом не обмолвился, что это его дом! Я весь вчерашний вечер переживала, что нас арестуют за взлом…

— Да ну тебя! — выдохнула я и, выдернув руки, быстрым шагом пошла в сторону кухни.

Не дошла. Эван догнал, развернул к себе и мягко обнял, зарывшись лицом в мои волосы.

— Спасибо за вчерашний вечер, принцесса, — прошептал он, обжигая шёпотом кожу за ухом. — И за камин, и за одеяла… Если бы не ты, я…

— Если бы не ты, мы бы сейчас лежали замёрзшие в сугробе, — буркнула я. Но расслабилась, растворяясь в тёплых объятиях.

Какое-то время мы не шевелились, наслаждаясь друг другом. А потом я поёжилась, разгоняя мурашки. Всё-таки, стоять в холодной комнате в одном белье — сомнительное удовольствие.

— Идём, — решил Эван, отстраняясь. — Найдём тебе рубашку. Включим отопление… И, думаю, будет честно, если завтрак приготовлю я.

— Ты умеешь готовить? — удивилась я.

Он хитро покосился на меня и весело хмыкнул.

— Вот и проверим.