11 Mea culpa*
Маша
Не знаю, как я вообще до сих пор ещё держалась. Должно быть, исключительно на адреналине. Я была в таком шоке, что даже в обморок грохнуться не получалось.
Всё это, начиная с катастрофичного падения Элиана и моего безмерного отчаяния и вплоть до нашего чудесного спасения и фееричного появления сира Айра, просто никак не желало умещаться в моём сознании. Из моей головы как иголки топорщились все эти хаотичные мысли: порталы, руины, драконы… И я в эпицентре смерча – бедная Маша Солнцева в окружении сказочного бреда.
А как это ещё назвать, если не бредом или галлюцинациями? Я ведь точно знаю, что никаких драконов не существует.
Но я его видела, видела собственными глазами. Настоящего дракона. Летающего.
Не просто каким-то невероятным образом выжившего динозавра – чудище зубастое, а сказочное крылатое создание…
И самым шокирующим оказался тот факт, что этот дракон – МОЙ БОСС!
Да как он посмел скрыть от меня такое?!
И как мне теперь с этим жить? Как это развидеть? Что делать? Увольняться?
А вдруг он разозлится и голову мне откусит…
Хотя… вполне возможно, что увольняться самой не придётся. Меня сейчас и так лишат рабочего места и за дверь выставят. И вполне заслуженно. За нарушение прямого распоряжения руководства, вранье и самоуправство.
И голову тоже могут откусить. Если, не дай-то местные боги, Лин всё-таки не…
Даже думать об этом было страшно!
Жизнь и здоровье младшенького Айра меня сейчас тревожили даже больше чем собственное будущее. Со всем остальным справлюсь, лишь бы выжил этот сорвиголова.
Мне стало ещё больше не по себе, когда мы вышли из портала в просторном холле графского дома.
Дариан тотчас выпустил меня из своих жарких объятий, отодвинулся, подхватывая на руки брата, и призывно гаркнул:
– Джердан!
Мне мгновенно стало одиноко, тревожно, холодно и страшно. Я почти физически ощутила, как оборвалась невидимая нить, связывающая нас ещё минуту назад.
Сир Айр словно отгородился от меня стеной праведного гнева. В мою сторону он больше не смотрел.
Зато Бэрримор, молниеносно явившийся на зов хозяина, одарил меня весьма красноречивым взглядом. Ошеломлённо посмотрев на сира Айра с полуживым братом на руках, Джорджик ахнул и уставился на меня так, словно это я собственноручно пыталась убить беднягу Лина.
– Джердан, немедленно за целителем Ависом! Скажешь ему, Лин упал с большой высоты, не приходит в сознание. Поторопитесь!
Управляющего как ветром сдуло, только входная дверь хлопнула. От этого звука моментально исчезла из поля зрения любопытная прислуга, настороженно выглядывающая из-за угла.
Сир Айр размашистыми шагами двинулся по коридору, я семенила за ним, как Пятачок за Винни-Пухом, словно меня на верёвочке тащили. Больше всего я боялась, что меня сейчас отошлют прочь и оставят в неведении относительно состояния бедного Элианчика.
И случилось именно так…
Уже на пороге комнаты, принадлежавшей младшему графу, Дариан чуть притормозил и ледяном тоном процедил:
– Ступайте к себе, кара Марика! Поговорим позже.
И он просто исчез внутри, захлопнув дверь перед моим носом.
Я даже не обиделась и не психанула – понимала, что заслужила ещё и не такое наказание. Но как же мне стало поганенько! Эх, кто бы знал! Ощутила себя бездомным псом, которого жестокий хозяин выбросил на улицу.
Я понуро побрела в свою комнату. Груз вины давил как плита надгробья. Даже мой врождённый оптимизм не спасал.
Оставшись одна, я просто рухнула без сил в ближайшее к двери кресло и наконец-то разрыдалась.
***
Это пытка какая-то! Наверное, сир Айр решил меня вот так проучить, наказать самым жестоким способом – отправил к себе в комнату и заставил ждать.
А я и так ждать просто ненавижу, а уж в такой ситуации…
Я прислушивалась к звукам в коридоре и за стенкой, надеясь услышать, когда Дариан вернётся в свои апартаменты, но в его спальне было тихо. Да и в коридоре тоже.
С тех пор, как Джердан привёл целителя и удалился – я слышала, как они прошли мимо моей комнаты, дом погрузился в безмолвие.
Оставалось только ждать и надеяться на лучшее.
Но у меня получалось плохо. Я металась по комнате, не в силах сидеть на месте. Уже успела три раза пореветь и два раза умыться прохладной водой, чтобы привести нервы в порядок, но помогало слабо.
Мне казалось, прошла целая вечность, и всё это время я изводила себя самобичеванием.
Если бы можно было отмотать время назад!
Почему я такая блондинка? Почему сначала делаю, а потом думаю? Какого джука (кажется, так здесь матерятся) меня понесло в эти горы? Ведь просил же сир Айр, по-хорошему просил… А я…
Называется, отблагодарила за всё, что Дариан для меня сделал. Так хотела показать, что он не ошибся во мне, что лучшего компаньона и турагента ему не найти…
И вот итог. Хуже не придумаешь. Представляю, как он разочарован.
Хотя… сейчас граф вряд ли думает о том, что я его подвела, не оправдала доверия и нарушила своё обещание. Скорее, уж мечтает убить меня за то, что по моей вине едва не погиб Лин.
А вот я только об этом и думала. Ужасно волновалась за Элиана, но и сир Айр-старший не шёл у меня из головы. В мыслях так и вертелось, что я всё сама испортила, что теперь граф запросто может не только отказаться от моих услуг, но и послать меня на все четыре стороны, и будет прав.
И, кажется, я переживала вовсе не за своё рабочее место.
Раз за разом я вспоминала, как он даже смотреть в мою сторону не захотел, каким ледяным тоном приказал мне скрыться с глаз, и сердце сжималось тоскливо.
Как же мне хотелось искупить свою вину, заслужить прощение, всё исправить!
Пожалуй, стоило бы задуматься, а с чего это я вдруг так переживаю о чувствах и добром отношении ко мне совершенно постороннего человека. И вообще… даже не человека, если уж на то пошло. Конечно, никто не отменял элементарную благодарность и порядочность, но то, что со мной сейчас творилось, явно выходило за рамки этих понятий.
А ещё в мою память яркими вспышками врывалось то невозможное чудо, которое я узрела сегодня – ослепительно-белый дракон, сверкающий в бездонном голубом небе, как осколок льда на солнце.
Я не понимала, как такое возможно. Одно дело волшебные сказки, книги, фильмы, но вот так, в реальности, увидеть крылатого змея, способного обращаться человеком… Голова кружилась и сердце замирало от осознания, что сир Айр – настоящий дракон.
А уж сколько вопросов вертелось у меня на языке – от глобальных до самых банальных. Меня от них просто разрывало.
С ума сойти, мой босс – дракон!
Как мне хотелось расспросить Дариана обо всём. Но вот захочет ли он со мной теперь говорить?
Когда я услышала тихие шаги в коридоре, сперва решила, что мне уже чудится…
Замерла, едва дыша. Ждала.
Но граф прошёл мимо. Я услышала, как тихонько скрипнула дверь в его покоях, и с трудом устояла на подкосившихся ногах.
Это конец! Я всё испортила, всё испортила. Прощения не будет.
В горле запершило, слёзы в очередной раз навернулись на глазах. Сейчас точно опять разревусь.
Нет, так не пойдёт, Маша – соберись, тряпка!
Я отчаянно пыталась сдержаться, даже всхлипывать себе не позволяла, усиленно вслушивалась в тишину за стенкой, словно надеялась расслышать мысли сира Айра.
Нет, это невозможно! Этак я с ума сойду!
Не раздумывая больше ни секунды, я стремительно вышла в коридор, на мгновение замерла у двери апартаментов графа, потом протянула руку и решительно постучала.
***
Дверь распахнулась так быстро, что я не успела даже придумать, что сказать. Или понадеялась, что сир Айр заговорит первым.
Но застывший на пороге граф смотрел на меня хмуро и молча.
– Я… – запнувшись, не придумала ничего лучше, как обиженно выдать, – надеялась, что вы ко мне зайдёте…
– А я подумал, что вы уже спите, – пожал он плечами, – и не стал беспокоить.
У меня глаза на лоб полезли.
– Что? «Спите»? – возмущённо передразнила я, на секунду забыв, что вообще-то явилась с покаянием. – По-вашему, я могу спокойно завалиться спать, когда с Элианом…
– С Элианом всё обошлось, – перебил меня сир Айр. – Он пришёл в себя. Простите, я, конечно, должен был сообщить об этом. Но… слишком устал, чтобы...
Я стыдливо опустила взгляд. Дариан действительно сейчас выглядел не лучшим образом: бледный, изнурённый, пасмурный, как ноябрьское небо.
– Целитель Авис заверил, что угрозы для жизни уже нет, – продолжил он. – Лину нужно восстановиться, отлежаться, но худшее позади. А немного поваляться в постели пойдёт ему на пользу – будет время подумать над своим поведением.
Это явно была шпилька и в мой адрес, и я снова вскинула голову, посмотрела ему в лицо.
– Нам с вами надо поговорить, сир Айр…
Дариан вздохнул тяжело и устало.
– Да, надо. Но давайте отложим это до завтра! Я едва не лишился брата, кара Маша. Боюсь, я сейчас не способен вести пустые разговоры…
– Это не пустые разговоры, а очень важные! – не сдалась я, хоть и вжала голову в плечи от его ледяного тона.
Мне было безумно жаль, что так всё произошло, и я, разумеется, понимала, что граф во всём винит меня, но как раз по этой причине поговорить было необходимо.
– Да что ж вы за упрямица такая! – скрипнул зубами сир Айр. – Во-первых, мне пришлось отдать Лину столько собственной магической силы, что я едва на ногах стою. Во-вторых, в ваших же интересах отложить эти разговоры до утра, когда я немного остыну, потому что сейчас мне вас хочется…
Граф не договорил, но судя по его красноречивому жесту, голову мне оторвать он всё-таки жаждал, ну или хотя бы придушить слегка.
– Боюсь, что могу сорваться и высказать то, что вы не готовы услышать, – грозно продолжил сир Айр, как мне с перепугу почудилось, едва сдерживая рык. – А в-третьих…
– Я готова, всё готова услышать… – поспешно перебила я. – Если вам хочется на меня наорать, то вы кричите, не стесняйтесь! Я понимаю, вам воспитание не позволяет, и всё такое... Но психологи учат, что нельзя держать внутри свои эмоции. Это негативно сказывается на здоровье. Правда. Вы только лучше присядьте в кресло, раз вам так плохо… А там уж ругайтесь, сколько хотите! Только не молчите, пожалуйста! Давайте поговорим!
Граф усмехнулся, покачал головой и сделал шаг назад, пропуская меня в свои апартаменты.
Однако сир Айр, даже прикрыв дверь, не торопился начать разговор – опустился в кресло, устало потёр глаза. Я же робко присела на краешек памятного диванчика, словно школьница, которую вызвали к строгому директору. От гнетущей тишины хотелось провалиться сквозь землю.
– Ну… – наконец не выдержала я.
– Что «ну»? – покосился на меня Дариан.
– Вы же собирались меня отчитать… Начинайте! – всплеснула я руками и зажмурилась на миг.
– Я полагал, что это вы что-то жаждете мне сказать… – хмыкнул сир Айр.
– Я… да… я хотела… хотела извиниться. Я очень и очень виновата… Мне так стыдно! – начала я, чувствуя, как запылали щёки. – Простите меня! Прошу вас!
Я умолкла под пронзительным взглядом жёлто-зелёных глаз. Он смотрел на меня и молчал. Потом отвёл взгляд, отвернулся к окну и заговорил очень тихо, устало, совершенно без злости, но с такой горечью, что у меня запершило в горле.
– Элиан… дракон, как и я. Лишь потому он сегодня выжил. Драконы сильнее, выносливее, крепче людей. Магия в нашей крови делает нас живучими, но… не бессмертными. В таких вот ситуациях, когда всё случается неожиданно, и нет времени обратиться или уберечь себя от удара, мы столь же уязвимы, как любой из вас, – он снова пристально посмотрел на меня и добавил ледяным тоном: – Будь Лин человеком, он бы погиб сегодня. Наверняка бы погиб. А ведь вы, отправляясь в Драконьи горы, не знали об этих его особенностях… Вы просто безрассудно рискнули его жизнью, как, собственно, и своей. Да, кара Маша, вы тоже легко могли оказаться под этим завалом. И тогда уже не смогли бы позвать меня на выручку. И даже если бы я всё-таки ощутил, что брат погиб, и отправился на поиски… вся моя драконья магия не помогла бы вернуть вас к жизни. Вы понимаете это?
Ох, лучше бы он орал, матерился и грозился уволить, честное слово! Был у меня как-то один такой директор-псих. И, скажу честно, его разнос пережить было куда легче, чем вот такую проникновенную, пробирающую до глубины души речь. Ещё никогда в жизни мне не было так стыдно.
А сир Айр, будто желая меня добить, всё продолжал сыпать аргументами:
– Вы наверняка посчитали меня скучным, трусливым занудой, который в жизни ничего не видел, кроме собственной усадьбы да Королевского Совета. К мнению такого не стоит прислушиваться… Так, кара Маша? Но я не просто так просил вас об осторожности. И то, что вы нарушили своё обещание… Словом, я глубоко разочарован, – он вздохнул и выдал с такими нотками стали, что я поёжилась. – Я настоятельно вам рекомендую впредь не нарушать мои запреты, иначе… наш договор потеряет силу. Я собираюсь вам доверить заботу о наших будущих гостях, а вы ведёте себя как неразумное дитя. Как я могу вам доверять после этого? Если вам нет веры даже в таких мелочах. Собственная жизнь не дорога, так подумайте хотя бы о других! Или это вас не заботит? Вам было весело, а обо мне вы, разумеется, и не вспомнили! А что стало бы со мной, если бы я опоздал, если бы обнаружил вас обоих там бездыханными?
Вот разве так можно с чувствительными барышнями, вроде меня?! Я, конечно, и пришла с покаянием, но зачем же доводить меня до настоящих слёз?
Я даже позабыла о том, что помимо извинений, собиралась ещё и наехать на графа по поводу того, что он, гад эдакий, скрыл от меня свою крылатую сущность.
О доверии тут вещает, а сам даже не намекнул, кто он такой. Драконище бессовестный!
Но сейчас я об этом и не вспоминала уже. Осознание того, что я сегодня устроила, в очередной раз настигло меня и прихлопнуло, как большая мухобойка.
Я ведь там, в замке, больше за Лина испугалась, про себя и не думала. А граф абсолютно прав, я, Маша Солнцева, вполне могла сегодня расстаться с жизнью, глупо и бездарно погибнув в самом расцвете сил.
Ком в горле мешал говорить, мутная пелена застилала глаза, в носу защипало…
Всё сейчас разревусь в голос!
– Прости меня! Я больше не буду… Прости! – я даже не заметила от волнения, что отошла от официально-вежливого «вы».
Пытаясь сдержаться из последних сил, я громко всхлипнула, раз, другой…
Губы задрожали предательски. Первые слезинки всё-таки покатились по щекам.
Дариан изумлённо уставился на меня, хлопая глазами.
– Вот только не надо! Кара Маша, ну, что вы, в самом деле! Пожалуйста… не надо!
Он оказался рядом за долю секунды, присел рядом, осторожно обхватил за плечи. И я, продолжая поскуливать, уткнулась в твёрдую мужскую грудь.
– Ну, всё, всё… Успокойтесь! Всё же обошлось, всё уже хорошо… – тихо приговаривал граф, несмело поглаживая меня по спине. – Прости, Маша! Я не хотел… Не плачь, прошу! Маша…
Вот же дурак! Ещё и извиняется… А ведь виновата во всём я.
– Это ты меня прости! – я подняла заплаканное лицо, шмыгнула носом, вспомнив о субординации, снова перешла на вежливое «вы»: – Сир Айр… я вам обещаю, я больше никогда…
– Дариан, – тихо поправил он, – просто Дариан. Хорошо? Без всех этих «сир» и «вы»…
Я завороженно смотрела, как граф протянул руку и коснулся моей щеки.
Ладонь была такой горячей… И щёки мои запылали, словно впитывая этот жар.
А он, едва касаясь, мягко и осторожно стирал мокрые дорожки с моей кожи, пока слёз не осталось. Но и после этого не торопился убрать руку.
Его пальцы скользнули по шее, слегка приподняли моё лицо за подбородок.
Я замерла, как кролик перед удавом, утонув в его кошачьем взгляде. Пульс у меня, наверное, сейчас подскочил под двести ударов. Да и дыхание сира Айра, то есть, Дариана, явно сбилось и зачастило.
Уже понимая, чем это всё сейчас кончится, я не испытывала ни малейшего желания сопротивляться.
И в тот самый миг, когда он уже был готов потянуться к моим губам, я вдруг отчётливо рассмотрела, как его расширившиеся зрачки, чёрные, словно опасные речные омуты, вдруг дрогнули и превратились в две узкие вертикальные щёлочки. Это было так неожиданно и необычно, что я дёрнулась всем телом и невольно отшатнулась.
Не скажу, что я испугалась…
Но наваждение прошло, словно мы оба внезапно проснулись.
Дариан шумно выдохнул, подскочил и, не глядя на меня, бросил:
– Думаю, вам лучше сейчас вернуться к себе, кара Маша! Доброй ночи!
***
Когда тебя посылают так откровенно, пусть и очень тактично, лучше, пожалуй, не перечить, а последовать по указанному адресу. Что я и сделала незамедлительно.
Пожелала графу в ответ доброй ночи и быстренько удалилась к себе.
Мы, конечно, ещё далеко не всё обсудили – самую интересную «драконью» тему вообще почти не затронули, но я как-то интуитивно почувствовала, что сейчас мне лучше смотаться и терпение босса не испытывать.
Самое главное – он меня простил за то, что мы с Лином учудили. Надеюсь, не только меня, но и своего братца. Собственно, Элиану в каком-то плане даже повезло – лежачего не бьют. А пока он встанет на ноги, страсти уже поутихнут.
А мне сейчас необходимо побыть наедине с собой, переварить всё, что случилось.
И особенно то, что едва не случилось.
С ума сойти – мы практически поцеловались! Ещё бы секунда, и…
Что это на графа нашло? Да и на меня тоже… Я ведь не только не пыталась возразить, я сама к нему потянулась.
А вот это вот всё… оно нам, вообще, ни к чему.
Служебные романы до добра не доводят. Это я знаю точно. Пусть и не на собственном опыте. Однако много раз такое шоу наблюдала.
Даже интрижки с коллегами обычно заканчиваются какими-то грязными скандалами, разборками и испорченными отношениями. А уж роман с боссом – это только в кино и книгах сказка про Золушку, а по факту испорченная репутация, неприятные ситуации, а в итоге, как правило, увольнение и поиск работы.
А в моём новом мире найти подходящую вакансию не так-то просто. Так что мне за предложение сира Айра надо держаться.
Не стоит путать тёплое с мягким. Работа – отдельно, любовь – отдельно. Никаких служебных романов мне не нужно!
А потому всяческих двусмысленных ситуаций лучше избегать.
Я, собственно, и не пыталась что-то такое делать. Но всё-таки как-то упустила тот факт, что мой босс, прежде всего – мужчина, а не только дракон и истинный джентльмен. И на близкий контакт с женщиной он реагирует как любой другой представитель сильного пола.
Воспитание, конечно, не позволяло ему распускать руки, но… против природы не попрёшь. Когда в твоих объятиях оказывается женщина…
Словом, надо мне как-то с этим поосторожнее. Дистанцию держать, что ли. Не стоит провоцировать одинокого мужчину. Я же вовсе не хочу, чтобы он сорвался и…
Это всё усложнит, всё испортит. А нам оно зачем?
Н-да, отношения это всегда очень непросто. Я, вообще, тот ещё мастер испортить в зачатке любую романтику. Вот с друзьями, коллегами, клиентами общаюсь легко и просто, а как доходит до противоположного пола… вечно делаю какие-то глупости.
Не хотелось бы и сейчас всё испортить.
Нет уж, ничего такого мне не надо! Сначала следует тут покрепче зацепиться, обустроиться, на ноги встать, а потом уж о личной жизни думать и искать своего принца.
Впредь буду вести себя благоразумно и не давать сиру Айру ни малейшего повода.
То есть, Дариану. Он ведь попросил звать его так – Дариан… Дар…
Какое же красивое имя всё-таки!
Я поймала себя на том, что сижу на краю кровати, смотрю невидящим взглядом в стену, смежную со спальней графа, и медленно поглаживаю щеку, которой бережно касались его пальцы. Мне чудилось, что на коже ещё сохранялось тепло его руки. От этих ощущений пылало лицо, и дыхание сбивалось.
Этого ещё не хватало! Маша, немедленно возьми себя в руки! На тебе ответственность за будущее этого мира, можно сказать! О деле надо думать, о развитии такой важной отрасли как туризм! А не о том, как жаль, что поцелуя всё-таки не случилось…
А мне жаль?
О, нет! Мне действительно жаль! Только этого не хватало!
Надо признать честно – я расстроилась. И расстроилась теперь уже не из-за всех дневных происшествий, а из-за того, что ко мне в окно так не вовремя постучалась птичка-обломинго.
И сколько я не взывала к разуму, сколько себя не ругала, не убеждала, что так нельзя, что сир Айр – мой босс, граф и, вообще, дракон – то есть, чудище клыкастое, ничего не помогало! Передо мной так и стоял его образ: благородные черты, гипнотизирующие зелёные глаза, чувственные губы…
И мне было до боли обидно, что я так и не узнала вкус этих губ.
Да уж… Если так пойдёт дальше, я рискую влюбиться в своего благодетеля-работодателя!
***
Разумеется, выспаться мне в эту ночь так и не удалось. Нервишки не давали погрузиться в здоровый сон. До утра крутилась, вертелась, пыталась лечь поудобнее, а вместо овец считала драконов.
В итоге, когда пришло время вставать, я была похожа на труп невесты из знаменитого шедевра Тима Бёртона. Как смогла, привела себя в порядок, нарядилась в одну из обновок от кары Шерри, критично осмотрела в зеркало – ну, по крайней мере, сир Айр не должен сбежать в ужасе.
А то, что я сегодня не в идеальном своём образе, так это только к лучшему. Вот оценит меня сейчас, и сразу поймёт, что вчера погорячился.
Я хотела ещё до завтрака заскочить проведать Элиана, но нерешительно замялась в коридоре, размышляя над тем, проснулся ли уже юный граф.
Тут меня и перехватил Дариан: поздоровался, пригласил к завтраку и даже попытался галантно предложить руку, но я сделала вид, что не заметила этого жеста, и потопала к столовой чуть впереди хозяина дома.
Ужасно боялась его обидеть таким поведением, но ничего не могла с собой поделать. Едва я его узрела, всё вчерашнее нахлынуло снова океанской волной: руки задрожали, пульс зачастил, лицо запылало.
Ну, что за дикость, Маша?! Как девочка-школьница, честное слово…
Положение моё усугублялось тем, что нынче за столом мы остались вдвоём, без компании Лина. И ощущала я себя весьма неловко.
Чтобы избавиться от этого чувства, я принялась болтать.
Поинтересовалась, могу ли я навестить младшего графа, на что тут же получила ответ:
– Да, разумеется. Лин уже проснулся. Сразу после завтрака можете к нему зайти, кара Маша. Брат будет рад. Только вы, пожалуйста, не задерживайтесь…
– Ты… – невежливо перебила я.
– Что?
– Мы, кажется, вчера договорились перейти на «ты» и обходиться без всяких этих – кара и сир… – напомнила я и тотчас мысленно отвесила себе подзатыльник.
Вот зачем нужно было про вчерашний вечер, зачем?!
От взгляда Дариана мне захотелось стечь под стол.
– Да… но… – замялся сир Айр, сверля меня своими зелёными глазюками. – Это предложение прозвучало только с моей стороны, а вы… то есть, ты… Ты мне такого не позволяла.
– Я думала, это само собой разумеется, – пожала я плечами. – Уж если я на «ты» с графом и драконом, то он со своей подчинённой, тем более…
Я запнулась, решив, что снова говорю что-то не то! Какого джука, я теперь в каждой своей фразе ищу двойной смысл! Может, Дариан его и не услышал, но мои крамольные мыслишки делали своё чёрное дело.
– Вообще-то… ты не подчинённая, а компаньон… – усмехнулся Дар.
Нет, похоже, он тоже нашёл в моих словах что-то такое…
Пока я думала, что ответить, граф избавил меня от такой необходимости.
– Что ж, я буду только рад называть тебя просто Маша. А то, что я… дракон не меняет ровным счётом ничего. Я такой же…
– Ну, может быть, для местных это в порядке вещей. А я вчера чуть от разрыва сердца не померла, – проворчала я. – Нельзя же вот так сразу… Я, между прочим, первый раз с настоящим живым драконом встретилась. И ничего про вас не знаю. В смысле, про вас – драконов… Расскажешь?
– Обязательно, – кивнул граф. – Позже. По дороге в Академию.
– Э… в Академию? – поперхнулась я.
– Да. У меня сегодня лекция. А вы… ты отправишься на неё вместе со мной. Послушать об истории Заринара тебе будет полезно. Да и я буду уверен, что ты ничего больше не натворишь.
– Но я же хотела повидаться с Элианом… – возразила я скорее от растерянности и по привычке, чем по реальной причине.
– Так я потому и попросил не задерживаться у брата. Зайдёшь к нему, а потом сразу выдвигаемся. Нам ещё нужно к королю с извинениями заскочить… То есть, мне нужно. Я вчера имел наглость сорваться прямо с заседания Королевского Совета. Надеюсь, меня ещё не отлучили от двора, и я смогу подобрать нужные слова для оправдания…
***
*** моя вина (лат.) Формула покаяния в исповеди католиков.
В повседневной жизни выражение используется для обозначения крайней степени раскаяния и признания своей ошибки.