Глава 31

Запасной план у Вероники был. Она рассматривала вероятность того, что в её беременность от долговязого малолетнего мальчишки не поверят. И если Саше можно было навешать на уши чего угодно, а потом съесть купленную заранее таблеточку и спровоцировать выкидыш, то Сашины родители – не вчера родились.

Сидя в машине, Вероника достала из сумочки таблетку и проглотила её. Этот запрещённый к свободной продаже препарат она периодически покупала у знакомого, когда у неё случались «казусы». Главное, выпить таблетку на раннем сроке, и тогда всё будет ок.

Отчасти Вероника была даже рада, что первый план провалился, потому что на смену ему нарисовался другой, грандиозный.

Домой Вероника не пошла. Отныне это больше не её дом, и в закрытую школу она не поедет. Вот ещё! Пусть мать надрывается и ищет блудную дочь.

Ночь девушка провела у старого приятеля, который тоже достаточно мягкотелый, чтобы не требовать платы за ночлег.

И хотя весь вечер Вероника промучилась с животом, в голове её мелькала радужными картинками особая фантазия, которая, исполнившись, могла перевернуть её жизнь.

С полукровкой покончено. Однозначно. Саша Веронике надоел своей влюблённостью и неопытностью. Ей хотелось получить максимум от секса, познать то самое наслаждение, которое воспевалось во все времена всеми народами.

Пока что она натыкалась на середнячков в этом деле, которые мнят себя богами любви, и ей раз за разом приходилось испытывать разочарование.

Саша – неумёха в сексе, да и размеры у него не великаньи. Хочется чего-то более экстремального, кайфового.

Секс и деньги Вероника любила одинаково, она даже готова была терпеть долговязого размазню Сашу, но и эта перспектива накрылась. А хорошо жить хотелось. Отчего-то Вероника всеми фибрами души возненавидела Хлою, или Ольгу, жену великана, за то, что та презрительно смотрела на неё. Очередная мамашка, которая считает, что её сын достоин честной и любящей девушки рядом.

В любовь Вероника не верила: всё детство у неё перед глазами были одни несчастливые примеры: мать и бабушка, с головой погружённые в свой треклятый рекламный бизнес, и призрачный образ негодяя-отца.

А вот великан, который, как показалось Веронике, лишь озвучивал мысли своей жены, хоть и был суров, но не мог не понравиться. Такой возбуждающе огромный, мускулистый, устрашающий, но от этого ещё более притягательный, не смотря на то, что его лицо, каким бы ни было ужасным, было скрыто под маской…

Веронике захотелось отомстить жене великана за слишком неестественное благополучие и... Занять её место. А что? Великан неприлично богат, плюс к тому, с ним, наверное, незабываемый секс. Во всяком случае, можно это проверить. Жена у него – сорокалетняя мегера со взглядом старой девы. Вряд ли они вообще спят вместе. Так что совратить голодного до любви великана будет просто.

Долго думать девушке не пришлось, решения она принимала спонтанно, и чем авантюрней они были, тем лучше.

Она взяла у приятеля телефон, позвонила Саше и, сыграв примитивную роль ни в чём не повинной жертвы, выпросила у парня телефон отца.

Хастад сначала отказал ей в визите. Веронике пришлось сказать, что у неё есть крайне важная информация для Грея.

В конце концов, великан, подозревая, что наглая девица снова готовит какую-то подлость, сменил решение и назвал место, где её к пяти часам будет ждать водитель, и велел не опаздывать. Такое время он назначил умышленно, чтобы оградить сына от встречи с обманщицей. Хас будет на тренировке и не узнает о визите Вероники.

Девушку снова привезли в великаний дом.

Ксабиан Грей, как обычно при посетителях, был в маске и капюшоне.

– Здравствуйте, – со сладкой улыбкой на лице сказала девушка, когда её проводили в кабинет Хастада.

– Коротко и без вступлений, – предупредил великан.

– Это я должна спросить, зачем вы за мной следите? – перешла в наступление она.

Это была правда. Рурша по приказу хозяина незаметно подсунул в сумочку Вероники мелкий следящий и подслушивающий жучок. Когда девушка вытряхивала сумку на предмет очередного подлога какой-нибудь наркотической дряни, она обнаружила маленькое устройство и быстро смекнула, что к чему.

– Ничего личного, – процедил Хастад.

– Я пришла сказать, что мне не нравится ваш сын. У нас всё равно ничего не получилось бы.

– Ты тратишь моё время, – прозвучало грубо.

– На самом деле мне нравитесь вы, – перешла она в наступление.

– Неужели?

– Признайтесь, что вам я тоже нравлюсь. Я молода и красива. Зачем вам сдалась эта стареющая мегера? Вы заслуживаете лучшего!

Хастад задумался, но вовсе не над предложением малолетней потаскухи. В его уме закружились очень… очень нехорошие мысли. Но великан принял во внимание возраст девчонки, поэтому дал ей шанс одуматься:

– Ты свернула не на ту дорожку, дорогуша, – спокойным голосом предупредил он.

– Если вы откажетесь от меня, я могу сообщить полиции о ваших домогательствах... – игриво прощебетала Вероника.

– А ты не боишься? – прозвучал вопрос.

– Секс с великаном – это так возбуждающе… – она демонстративно изогнула спину.

– Тогда подойди ближе, – недобрым голосом приказал Хастад.

В глазах девчонки блеснул торжествующий огонёк, но она оглянулась на дверь.

– А нам никто не помешает?

– Об этом можешь не волноваться, – заверил великан.

Как только Вероника оказалась в доступной близости, Хастад схватил её руку и исчез вместе с ней.

– Эй! Это что, на хрен, было? – завопила она, оглядываясь по сторонам. – Куда ты меня притащил?

Вокруг была лишь унылая серая пустыня.

– Туда, где у тебя будет предостаточно секса с великанами. Развлекайся, – ответил Хастад и испарился.

Он понимал, насколько жестоко обошёлся с девчонкой. Понятно, что с неё сталось бы наплести полицейским про принудительный секс с Греем или обвинить Хаса в изнасиловании.

Люди верят таким сплетням, и даже доказательства обратного не спасли бы репутацию великана. Он поступил так, и обратного пути нет.

Все записи с камер наблюдения, где засветилась Вероника, были предусмотрительно стёрты.

***

Все три часа до обеда Оля старалась занять себя чем-то полезным: изучала материалы по работе, медитировала, чтобы успокоить нервы, и собиралась в больницу. Её, как и обещали, оставили в покое.

По дороге, помимо водителя, её сопровождали ещё двое, и они остались стоять возле дверей палаты, в которую положили Ольгу. Хастад ничего не делал просто так, и это значило, что близка опасность.

До вечера Оля провела под пристальным вниманием медперсонала: ей установили несколько аппаратов, измеряющих сердечный ритм, давление и ещё непонятно что.

В палате были все удобства и даже экран на полстены. Еду Оле заботливо принесли. Но было скучно, не хотелось даже думать. Она слонялась от стены к стене и вздыхала.

– Хола? – послышалось у неё за спиной.

– Не вижу ровно никакой причины, почему я обязана ночевать здесь.

Хастад пожал плечами и устроился в кресле у противоположной стены:

– По-моему, вполне сносно.

– Мне здесь некомфортно. Хочется выть, – она изобразила крайнюю степень скуки и картинно плюхнулась на свою койку. – Как там Хас?

– Страдает, – ответил великан.

– Больше не приводил в дом эту проститутку?

– Я ему запретил.

– Как дела на работе?

– По-разному, – не стал лукавить Хастад.

– Вот и я подумала: зачем мне столько охраны?

– Это временные трудности. Ерунда, – он сменил тему. – Я рад, что ты согласилась на операцию. Волноваться не о чем: процент летальности почти нулевой. Врач надёжный.

– А я и не волнуюсь. Мне вот только не понятно, почему ты сидишь там, а не со мной? Завтра может случиться что угодно.

Хастад нахмурился, но переместился ближе.

– Тебе нужен покой, – понял он Олин намёк.

– Я хочу тебя сейчас! – с вызовом заявила она.

Хастад вдруг вспомнил разговор с Вероникой, и от этого на душе стало неприятно. Его Хола наверняка придёт в ужас от новости о девчонке, отправленной к великанам. Он не подал вида, что чем-то озадачен или расстроен, и попытался найти действенные доводы, чтобы успокоить свою перевозбудившуюся женщину.

– Хола, к твоему телу подключены датчики. На любой скачок давления или сердечного ритма прибегут врачи, – объяснил он.

– Так перенеси меня домой, что за глупые отговорки? Или я не нравлюсь тебе вот такая?

Эти слова всё-таки заставили Хастада подняться с кресла и вплотную приблизиться к Ольге.

– Я хочу тебя любую, – шепнул он ей на ухо. – Но ещё больше я хочу, чтобы починили твоё сердце. Если я заберу тебя сейчас, сработают датчики. Врач велел тебе соблюдать режим спокойствия. Это залог успешного проведения операции.

Олю эти слова раззадорили ещё сильнее:

– Ах, ну прекращай свои вразумления, я не успокоюсь, пока не получу тебя!

Хастад обнял свою женщину, а спустя миг по палате разлилось мерное усыпляющее гудение.

– Спи, Хола, – прошептал он и осторожно укрыл её одеялом.

Ольга не успела даже возмутиться принудительному воздействию, глаза её закрылись, а тело обмякло. Она проспала всю ночь под пристальным вниманием своего великана.

Хастад даже не счёл нужным сообщить сыну о том, что дома его не будет. На самом же деле великан чувствовал вину. Хоть Вероника была той ещё занозой, но всё-таки Хас её любил, и не просто любил, а сходил по ней с ума.

Теперь же с ума сходил и сам великан. Трудности как-то сами навалились горой: болезнь Холы, подстроенный и, по всей видимости, не последний взрыв на производстве, да до кучи ещё бесстыжая девица.

Полночи Хастад не сомкнул глаз, смотрел на свою спящую женщину и хмурился собственным весьма нерадужным мыслям.

Утром, ещё до пробуждения Оли, великан исчез, ему не хотелось нарушать её спокойствие перед операцией. Хастад не привык тратить время зря, поэтому успел появиться дома, привести себя в порядок и даже перекинуться парой слов с сыном.

– Где ты был столько времени? – взволнованным голосом спросил Хас. – И где мама?

– В больнице, – коротко ответил на оба вопроса великан.

– Её уже положили? Как она?

– Сейчас её оперируют.

– О… – он замешкался, но всё же выдал. – Папа, знаю, что это не вовремя, но… Вероника пропала. Звонила её мама. Мне нужна твоя помощь с поисками.

– Пропала? – переспросил Хастад. – Хочешь выдернуть её с очередной оргии?

Хас побагровел:

– Ты знаешь, где она? Она просила у меня твой номер! О чём вы говорили? Ты должен знать, где Вероника!

– Нет, – соврал отец. – Я не знаю, где она. Но рад, что она не здесь! А теперь у меня есть дела поважней всяких шлюх.

***

Ольгу благополучно прооперировали. К десяти утра она уже написала сообщение мужу, что ей скучно и хочется скорей вернуться к работе.

– Привет, как ты себя чувствуешь? – спросил Хастад, переместившись прямо в палату.

– Нормально.

На самом деле Оля, как ни прислушивалась к себе, не могла понять, что в её теле поменялось. Вроде бы всё осталось так же, как и до операции.

– Не злишься за вчерашнее?

– Конечно, нет, – улыбнулась она.

– Операция прошла успешно. Доктор сказал, что тебе нужно побыть под наблюдением ещё пару дней, но мы сократим этот срок до двух часов.

– Даже так?

Хастад подумал, что незачем лишний раз пугать свою женщину, и ответил:

– Нечего тебе здесь делать, – он посмотрел на часы. – У врача сейчас обеденный перерыв, попробую его найти.

– Почему бы не поручить рутину кому-то другому?

– Чем меньше людей знают о наших личных делах, тем лучше, – великан поцеловал Олю и сказал напоследок. – Скоро вернусь.

Доктор обедал в своём кабинете, поэтому найти его труда не составило.

Входная дверь была запрета изнутри, и доктор позволил себе расслабиться. Вид у него был усталый. При появлении великана он вздрогнул, даже подпрыгнул на стуле.

– Извините, что потревожил, – соблюл этикет Хастад. Ему не свойственна была вежливость, но он был благодарен за вылеченное сердце своей женщины.

– Что-то случилось? – удивился врач.

– Я хочу забрать свою женщину прямо сейчас.

– Но тогда я не смогу гарантировать, что обойдётся без осложнений.

– Я сделаю всё возможное, чтобы ей было комфортно. К тому же, думаю, вы не откажете мне в помощи ещё раз. Разумеется, за вознаграждение.

Это был не вопрос. Доктор кивнул, понимая, что деваться ему некуда.

– Вот и отлично. Осмотрите мою женщину у нас дома. И мне нужна вся документация по анализам и проведённой операции.

– Я всё подготовлю к вашему следующему визиту.

– Мне она нужна сейчас, – изобразил подобие улыбки великан.

Пальцы доктора забегали по экрану, минут пять он возился, выискивая нужные файлы, затем распечатал и передал их Хастаду.

– А теперь удалите всё, – приказал тот.

Выбора у врача не было, пришлось сделать, как сказано, и ждать, пока великан проверит, не осталось ли чего ещё.

Хастад вернулся в палату Ольги и застал там борьбу.

Женщина, переодетая медсестрой, попыталась ввести в капельницу пациентки яд. Ольга, которой было велено собираться домой, заподозрила неладное и выдернула из своей вены катетер, после чего подставная медсестра решила убить её любым другим способом.

Хастад отправил на потеху ненасытным великанам вторую человеческую женщину, но уже в другое место, не туда, куда была заброшена Вероника.

Спустя минуту после исчезновения Хастад появился возле своей возлюбленной.

– Хола, ты цела?

– Да, – Ольга приглаживала растрепавшиеся волосы и оправляла измятую рубашку. – Ты её убил?

– Нет. Отправил в свой мир. Но её смерть – лишь вопрос времени.

– Ты знаешь, кто она?

Он покачал головой:

– Я обязательно это узнаю.

Они вернулись домой и продолжили разговор.

– Теперь рассказывай всё, – потребовала Ольга.

– Взорвали одно из наших производств за границей, – признался великан. – А сегодня директора другого схватили и казнили.

– Что им нужно?

– Сейчас судьба целой планеты зависит от меня. Либо этот кто-то не понимает, что с моей смертью загнётся вся созданная мной система, либо он хочет растоптать меня и занять моё место.

– И меня пытались убить по той же причине?

– Вероятно.

– А где Хас?

– Он под охраной. На его теле есть незаметный маячок. Я всегда знаю, где он. Сейчас Хас у себя в комнате. Страдает, – Хастад сделал короткую паузу, затем предложил. – Сходи поговори с ним?

– Ага, только придумаю, что сказать… – пожала плечами Оля. Она прекрасно понимала, что её сын сейчас мается из-за исчезнувшей Вероники, а родная мать отошла для него на второй план. – У Хаса от влюблённости поехала крыша, ему не до меня.

– Ты в силах помочь ему. Расскажи, что чувствуешь. Пусть встанет на твоё место.

***

Оля постучала в комнату сына. Было не заперто.

– Можно? – спросила она.

– Мама? – воскликнул от неожиданности Хас. – Я думал, тебя сегодня ещё не выпустят из больницы...

– Планы поменялись.

– Значит, всё прошло хорошо? Ты теперь здорова?

– Надеюсь на это. Я пришла поговорить с тобой не об этом. Что ты решил относительно Вероники?

– Мам, знаю, ты её не любишь, но без неё я не смогу.

– Хас, она спит с кем попало. От тебя ей нужны только деньги.

– Не говори так о ней! – громко заявил Хас.

– Намерен всё время её прощать?

– Это моё личное дело! – вспылил сын. – Ты сюда не лезь!

– Тогда сделай так, чтобы эта шлюха больше не появлялась в этом доме, – разозлилась на сына Оля.

– Когда я её найду, мы вместе сбежим! Так что тебе не придётся нас терпеть!

– Однажды ты пожалеешь о своих словах, – грустным и слегка приглушённым голосом сказала она.

Их былая близость испарилась. Хас сильно раздражался, когда речь заходила о доступной девушке Веронике. Он упорно не желал видеть её пороков.

Хас готов был отказаться от родителей, лишь бы Вероника его любила и ублажала. Он мечтал снова обладать ею, жил воспоминаниями о райских ощущениях, подаренных возлюбленной... Они были мимолётны, но незабываемы.

Оля уединилась на кухне. Делать было особенно нечего, даже думать о всяких гулящих девках порядком надоело.

Шов на ноге зудел и чесался, приходилось терпеть.

Отвлечься удалось сочным и ароматным говяжьим стейком. Прожарка и специи были безукоризненно сбалансированы, поэтому сомнений не осталось: Хастад готовил сам. Когда и успел?

Не заботясь о том, что, вероятно, съедает не свою порцию, Оля уничтожила все три куска мяса. Вместе с сытостью подкралась и сонливость, – тоже средство, чтобы скоротать ни на что не распланированное время.

Сны, как и стоило ожидать после неприятного разговора, пришли тревожные, так что Оля вскоре проснулась. Единственное, чем удалось отвлечься, – это чтение детектива, но и тот очень «удачно» оказался с мрачным мистическим содержанием. Оля перелистывала на экране страницу за страницей, ожидая хоть сколько-нибудь положительного финала.

Вечером, когда уже стемнело, в спальне появился Хастад, угрюмый, словно сгорбившийся под невидимым грузом. Он опустился на пол возле Олиных колен и, поцеловав ладонь своей любимой женщины, сказал:

– Я безумно счастлив, что твоё сердце теперь бьётся как надо.

– Видимо, ты очень глубоко спрятал своё счастье. Выглядишь подавленным.

– Иногда я думаю, что ты не могла полюбить меня такого, и это всё плод моей фантазии, – он заглянул ей в глаза, и взгляд у него был печальный.

«К чему этот разговор?» – смутилась Оля, но вида не подала.

– И, тем не менее, я полюбила, – озвучила она ответ.

– Хола, я не заслуживаю твоей любви...

– Что ты сделал? – настороженно спросила Оля.

– Я совершил преступление... Не хотел тебе говорить, но это просто выворачивает наизнанку. Ты должна знать...

– Выкладывай, – вздохнула она, смирившись с тем, что этот день нужно просто пережить.

– Только дослушай, пожалуйста, до конца. Не перебивай, хорошо? – Оля кивнула, и Хастад продолжил. – Вчера позвонила Вероника и потребовала встретиться со мной, сказала, у неё для меня важная и срочная информация. Я отправил за ней водителя. Она призналась, что Хас ей совсем не нравится, и она хочет занять твоё место рядом со мной, – он раздражённо зарычал, вспоминая неприятный разговор. – Я никак не отреагировал на её приставания. Она начала угрожать, что, если я откажусь, то она заявит об изнасиловании, – великан нервно выдохнул и сконфузился ещё больше под Олиным ошеломлённым взглядом. – Я понял, что при таком раскладе, даже когда мы выиграем дело в суде, репутация будет испорчена надолго, а Хас больше не сможет получать образование и играть в баскетбол... И я решил: если она хочет великана, она его получит.

Оля открыла было рот, чтобы издать возмущённый возглас, но Хастад жестом потребовал подождать с комментариями.

– Нет, я её не тронул. Отправил в свой родной мир, как и подставную медсестру.

Оля ахнула, Хастад продолжил.

– Я был ужасно зол, а когда понял, что сделал, ничего уже нельзя было вернуть.

– Ты отправил беременную девочку к великанам? – недоумённо спросила Оля.

– Нет, разумеется. Когда её план обмануть Хаса не сработал, она сразу же сделала очередной аборт.

– Но ей шестнадцать! – воскликнула она.

– Чёрт... – виновато выругался Хастад. – Я даже сейчас не знаю, как должен был поступить... Мне хотелось навсегда избавить сына от неё, но всё равно я не имел на это права.

Ситуация была двоякая: с одной стороны, девочка ещё юная, глупая, а с другой – она премерзкая тварь, которая ради собственной прихоти не прочь растоптать человека и даже целую семью.

Оля не могла понять, как реагировать и чью сторону принять.

Хастад отстранился, но остался сидеть возле Олиных ног.

– Хола, я готов сделать так, как скажешь ты. Если ты хочешь, чтобы я вернул её, она сейчас же будет здесь.

– Значит, натворил ты, а расхлёбывать мне? – возмутилась она. – Ответственность на меня перекладываешь?

– Всю ответственность я беру на себя, – тихо прошелестел голос великана.

– С тем, что она гадкая особа, я согласна. И я тоже хотела бы избавить от неё сына, но ей всего шестнадцать...

Единственной загвоздкой был возраст Вероники. Будь ей хотя бы восемнадцать, можно было бы говорить о справедливом наказании. Но Оля, прошедшая через тяжёлую беременность и спартанские условия жизни в великаньем мире, знала, что наказание слишком жестокое.

– Придётся её вернуть, – заключила Ольга. – И предупреди, что, если ляпнет хоть слово, отправится обратно уже навсегда.

Хастад кивнул и тут же растворился в воздухе.