Глава 30

Вероника лежала на узковатой кровати Хаса и задумчиво пялилась в белый потолок. Первоначальное намерение крутить с мальчишкой любовь как-то сдулось, даже несмотря на богатство его папочки. И дело было даже не в подростковой неопытности Саши (в сексе все поначалу лажают) и даже не в его внешности, а в другом…

Ей хотелось чего-то большего. В душе она ощущала себя принцессой, которой дозволено всё. Только вот пока что добиваться этого всего ей приходилось самостоятельно.

А ведь мамка могла ей помочь, но не захотела. Что стоило этой стареющей мегере пихнуть любимую доченьку в модельное агентство. За одно только премилое личико Вероники её взяли бы за лапочки! Надо было только чуть-чуть подмазать тем, кто отвечает за отбор моделей, кое-где рассчитаться бартером…

Но мать резко отказала. Она не хотела, чтобы на её дочь смотрели миллионы людей. Вероника и так чересчур разнузданная, а известность испортит её ещё больше.

По правде говоря, с матерью у Вероники никогда не было близости, как и с бабушкой. Так что приходилось крутиться в этой жизни самой, много врать, очень много, практически всё время.

И вот она лежит в постели великана-полукровки, тот глазеет на неё, как на сошедшую с небес богиню и пускает слюнки.

– Вероника? – благоговейно произносит Саша её имя. – Я могу ещё. В первый раз я растерялся… Ты такая красивая.

– Не нужно, – выдавливает она из себя счастливую улыбку. – Всё хорошо. Тем более, ты сегодня в обморок упал, помнишь? Кровь из носа текла… Тебе вредно перенапрягаться.

– Ты точно не расстроена? – взволнованно уточнил он.

– Точно, – снова играет она в нежность, а сама мечтает, чтобы мальчишка от неё отстал.

Всё-таки, раз Саша влюбился в неё без памяти, может, стоит замахнуться на рыбку покрупнее? Этот – всего лишь сынок большого папочки, он ничего из себя не представляет: слишком доверчивый и мягкий. Такие обычно становятся кормом для акул.

Но, пока у неё нет другого плана, Вероника будет следовать прежнему, он тоже неплох. Во всяком случае, лучше, чем быть отправленной в закрытую школу для проблемных леди.

Август уже перевалил на вторую половину, и надо бы поторопиться с… реализацией плана. Не зря же Вероника неделю воздерживалась от секса. Она читала, что у великанов обоняние и слух острее, чем у собаки, и они могут узнать об измене по запаху. Саша всего лишь полукровка, но и с ним лишняя осторожность не повредит.

Саша осмелел и притянул Веронику ближе к себе. Она снова ощутила его возбуждение.

– Саш, не надо… – жалобно простонала она.

– Прости, не могу удержаться. Я люблю тебя. Я так тебя хочу… – и он, одурманенный близостью возлюбленной, взял инициативу на себя. Наверное, так когда-то поступил и его папа.

Вероника сдалась. В конце концов, этим она ещё больше привяжет Сашу к себе. Путь в мир элиты того стоит.

После второго захода Хас вдруг понял, что они не предохранялись и озвучил свои опасения.

«Мальчишка…» – усмехнулась про себя Вероника, а вслух ответила:

– Боишься, что я забеременею? – она села на постели и посмотрела на Хаса сверху вниз.

– Я бы хотел от тебя детей, но это непростое решение, – задумчиво ответил Хас. – Тем более, мы сами ещё не совсем взрослые.

Вероника состроила кислую мину.

– А я-то думала, ты готов ради меня на всё…

– Так и есть. Но прежде чем думать о детях, нам надо решить, как мы будем дальше, – сказал он. – Я хочу, чтобы ты была только со мной.

– Я и так только с тобой, – проворковала она.

– Врёшь, – серьёзно, глядя ей прямо в глаза, ответил Хас.

Она соскочила с постели, всем своим видом показывая, что оскорблена до глубины души, и, хватая по пути одежду, ушла в ванную. Спустя пять минут она вышла одетая и заявила:

– Доставь меня обратно!

– Вероника, подожди, – Хас, тоже успевший натянуть штаны, подскочил к ней и встал на колени, чтобы их лица были на одном уровне. – Прости, я не хотел тебя обидеть. Я просто не готов с кем-то тебя делить. Что в этом такого?

– Ты фактически обозвал меня шлюхой! – прошипела она ему в лицо.

– Неправда. Я… не то хотел сказать, – он прижался щекой к её груди. – Не сердись.

– Мне пора, – холодно сказала Вероника и оттолкнула от себя Хаса.

– Я не понимаю… Так мы вместе или нет? – захлопал глазами он.

– Мы и дня вместе не провели, а ты уже обвиняешь меня в том, что я лгунья и шлюха! Знать тебя больше не хочу! – она не планировала такого поворота, но чувствовала, что может отдохнуть от него недельку-другую без вреда для намеченного плана. – Я хочу домой.

Хас печально кивнул, вышел из комнаты и вскоре вернулся с Руршей.

– Вероника, – обратился он к девушке. – Рурша доставит тебя.

– Куда? – неприветливо спросила она.

– Туда, откуда ты легко доберёшься до дома, – ответил Хас.

И двое исчезли.

Вероника очутилась на лестничной площадке возле своей двери, а когда обернулась на Руршу, тот уже испарился.

Дома её поджидала мама.

– Ну и где ты опять шлялась? – недовольно, сложив руки на груди, осведомилась она.

– Не шлялась, а гуляла, – в тон ей ответила Вероника.

Мать нервно вытащила из кармана телефон и показала дочери географию её перемещений.

– Объяснись! – потребовала мама.

– Мам, ну я же не телепорт – за секунду перемещаться на другой конец города и обратно. Я вообще не знаю, где это и что там. Чип, скорей всего, барахлит. Я в центре гуляла.

Мать не поверила, но отстала. Веронике было всё равно, что мама там себе надумала. Скоро девушка навсегда оставит родительский дом, и мать до неё не доберётся. Не нужна будет эта идиотская школа, не нужны спонсоры… Скорей бы.

***

Эмоциональные качели напрочь лишили Хаса здравого рассудка. Поэтому ночью, когда к нему зашёл отец, парень отвечал на вопросы сбивчиво, растерянно.

– Мало того, что ты снова полез к ней, так ты ещё и домой её притащил! – ругался великан. – От неё можно ждать какой угодно подлости! Сегодня она ласково поёт, а завтра обвинит тебя в изнасиловании.

– Нет, она не станет этого делать, – замотал головой Хас. – Она говорила, что хочет исправиться, что хочет быть со мной…

– И ты ей веришь?

– Ну… я её люблю… – признался Хас и совсем скис.

– Знаешь, что? Я ничего не буду говорить твоей матери – она расстроится. А ты сам всё поймёшь, когда жизнь надаёт тебе по голове.

– Почему ты так уверен, что Вероника плохая? – не выдержал Хас и спросил.

– Считай, что это чутьё, – ответил отец. – И прими душ. На тебе не только её запах, но и запах того, с кем она путалась до тебя, – после этих слов великан исчез.

***

Спустя две недели Вероника снова объявилась у входа в спорткомплекс.

Хас, перебарывая дрожь в ногах, подошёл к ней. Что сказать, он не знал. Боялся снова что-нибудь ляпнуть и всё испортить.

– Я беременна, – сообщила Вероника.

– А… – он хотел задать единственный резонный в этой ситуации вопрос, но постеснялся.

– От тебя, идиот, иначе я бы здесь не стояла, – закатила глаза Вероника. – Так что давай поговорим и решим, что будем делать.

Он кивнул и покосился в сторону охранников.

– Поехали, – сказал он Веронике, взял её за руку и повел к машине.

– Не велено, – предупредил один из охранников.

– Я сам решаю, кого мне брать с собой, – огрызнулся Хас.

– Это запрещено, – остался непреклонным человек в костюме.

– Ладно, – ответил Хас. – Раз так… – и они и Вероникой исчезли прямо с улицы.

– Ну ты даёшь! – воскликнула девушка. – Тебе за это ничего не будет?

– Скорее, мне стоит подумать, как сообщить отцу, что он станет дедушкой в тридцать лет…

– Сколько-сколько? – раскрыла она рот.

– Ну, ему сейчас где-то тридцать один. Мама старше его лет на девять.

– О-фи-геть…

– Как-то так, – пожал плечами Хас и перевёл тему. – Ты больше не обижаешься на меня?

– Если только чуть-чуть, – лукаво прищурила она глаза.

– Прости… Я постараюсь, чтобы теперь мы были вместе всегда. Ты ведь не собираешься избавляться от ребёнка?

– Если мы будем вместе, то нет, – ответила она.

Хас приник ухом к животу возлюбленной и уловил едва различимое биение маленького сердечка. Неужели там, в утробе Вероники его маленькая частичка? Это невообразимое счастье…

Да, у них с Вероникой пока всё нестабильно. Хас теряется, не зная, как себя с ней вести, о чём говорить. Но ведь совместными усилиями они справятся. Только бы им никто не мешал.

Через час в комнату к Хасу без предупреждения заявились родители.

– Я, кажется, доходчиво объяснил тебе, чтобы ты не водил домой эту девчонку, – прорычал отец.

Вероника, впечатлённая габаритами господина Грея, плюхнулась в кресло. Испуг смешался в её душе с восхищением. От этого великана прямо-таки разило властью. Девушка вынуждена была признать: Саша больше унаследовал черты матери, нежели отца. К великому сожалению.

Ольга смотрела на Веронику в упор, презрительно сжав губы. Атмосфера в комнате накалилась.

– Поговорим в гостиной, – тоном, не терпящим возражений, сообщил отец.

Хаса трясло. Вот-вот он наберётся мужества, чтобы сообщить родителям. И если отец может озвереть, то от мамы жди чего угодно: от молчаливой истерики до демонического гнева, почище отцовского. Так что деликатничать нечего – всё равно новость будет воспринята в штыки.

– Ма, па, Вероника беременна. От меня, – озвучил новость Хас.

Ольга нервно вздохнула и вопросительно уставилась на Хастада.

Великан пронизывающим насквозь взглядом посмотрел на Веронику.

– Сама расскажешь этому сопляку правду или это сделать мне? – спросил он у неё.

– Это правда, – не растерялась девушка. – Я на самом деле беременна.

Великан утратил интерес к избраннице сына и обратился теперь уже к Хасу:

– Ребёнок не от тебя. Она узнала, что беременна, и решила воспользоваться твоим отношением к ней. Переспала с тобой, а потом сообщила, что ребёнок якобы твой.

– Но… – Хас растерянно посмотрел на Веронику, надеясь получить опровержение слов отца, но на её лице читалась лишь злость.

На несколько секунд повисла напряжённая тишина, которую вскоре нарушил Грей, обращаясь к непрошеной гостье.

– Сейчас я распоряжусь, чтобы тебя отвезли обратно. И ты больше никогда даже близко не подойдёшь к моему сыну. Тебе всё ясно?

– Папа! Ты не можешь знать, мой это ребёнок или нет! – срываясь на крик, возразил отцу Хас. – Не смей говорить о ней плохо!

– Я никогда не говорю того, чего не знаю, – ответил отец.

– Так ты меня защищаешь, да? – с претензией обратилась Вероника к Хасу. – Меня поливают грязью, а ты взял и сдулся?

– Скажи, этот ребёнок от меня? – уже не зная, кому верить, спросил Хас.

– Да пошёл ты! – взвизгнула она и побежала к выходу.

Великан сделал короткий звонок водителю, чтобы тот доставил девушку домой.

Хас не справился с переживаниями и ушёл к себе в комнату.

– Ты всё знал, – заговорила Ольга, обращаясь к мужу. – Ты знал, что наш сын опять спутался с этой шлюхой, и молчал! Какого чёрта ты скрывал это от меня?

– Да, знал, но не хотел тебя расстраивать, – признался великан. – У них всё равно ничего бы не вышло.

– Чёрт возьми, он и так один раз чуть не умер из-за неё! – закричала Ольга. – Что, ты не мог найти способа отвадить эту девку от нашего сына? А вдруг она заразила его чем-нибудь или подсадила на наркотики? Почему ты бездействовал?!

– Пока он сам не набьёт себе шишек, не поймёт. А если бы мы вмешались раньше, он обвинил бы во всём нас. Успокойся, Хола, тебе вредно нервничать. Я контролировал ситуацию и не дал бы Хасу натворить серьёзных глупостей.

– Что-то сомнительно, – сказала она уже более спокойным тоном. – Ой… а-а… – она ссутулилась и схватилась за грудь.

– Хола, Хола, слышишь меня? – Хастад подскочил к ней. – Прости, что не сказал тебе сразу. Я боялся за тебя. Пожалуйста, успокойся. Дыши…

Она зажмурилась от боли и ртом глотала воздух, но легче не становилось.

Великан перенёс свою женщину в спальню и не нашёл ничего лучше, чем усыпить её. Сон лучше всего снимает нервное напряжение.

На работу в этот день ни Хастад, ни Ольга не вернулись.

***

– Хола, я запрещаю тебе работать, – строго сказал Хастад утром.

– С какой стати ты делаешь мне такое заявление? – возмутилась она.

– Эх, так и знал, что не прокатит... – с досадой признался он. – Мне страшно за тебя. Тебе нужен отдых.

– Всё уже прошло, не о чем волноваться, – отмахнулась Ольга.

– У меня острый слух, Хола. Я слышу, как бьётся твоё сердце. Тебе необходимо лечение.

– Просто расстроилась вчера из-за Хаса. Само вылечится.

– Хорошо. Само так само, – как-то легко согласился великан. – По графику с сегодняшнего дня у тебя двухнедельный отпуск. И приведи себя в порядок, через полчаса приедет доктор.

– Значит, ты всё уже решил за меня?

– Прости, – он опустился на колени и поцеловал Олины руки. – Я хочу, чтобы ты была со мной ещё долго. В конце концов, ты – моя женщина, и я обязан тебя беречь.

– И что я буду делать все эти две недели? – не впечатлилась сладкими речами она.

– Есть пара идей. Но сначала тебя осмотрит врач.

В целом Оля понимала логику Хастада, плюс ко всему он продавливал свою позицию деликатно. Здравое зерно в его суждениях было. Оля и сама понимала, что в норме сердце не должно болеть, оно уже давно барахлило. Так что упрямо идти наперекор она не стала, повозмущалась для вида и смирилась.

Врач ни капли не удивился присутствию в комнате серого великана, по-видимому, уже был с ним знаком.

Маленький аппарат размером примерно с грейпфрут, только квадратной формы, просканировал сердечную мышцу и записал кардиограмму.

Доктор поправил очки:

– Вы обратились очень вовремя, такие случаи сейчас успешно лечатся. Но операцию нужно сделать как можно скорее.

– А без этого никак? – с недоверием спросила Оля.

– Никак. Вы можете прожить десять лет, а можете умереть хоть завтра от внезапного стресса или испуга.

– Как делают такие операции? – поинтересовался Хастад.

– О, это довольно просто: в крупную артерию помещается вспомогательное устройство, кровоток доставляет его прямо в сердечную мышцу, где оно закрепляется. Длится такая операция не более получаса. Пару дней пациент наблюдается в больнице, затем его отпускают домой.

– Каковы риски? – продолжал расспросы Хастад.

– Минимальны. Технология старая, но лучше до сих пор не придумали.

– Тогда операция нужна нам срочно, – заявил великан, не давая Оле вставить и слова. – Используйте все свои связи, чтобы найти лучших врачей. Вознаграждение вас более чем устроит. 

Доктор от удивления раскрыл рот и часто заморгал:

– Так я сам главный врач. Лечь в клинику, если вы готовы, лучше сегодня. Нужно взять анализы и подготовить организм. Завтра в восемь утра я лично прооперирую вас, – он назвал адрес.

– Спасибо, – коротко кивнул Хастад. – Вас проводят к выходу и доставят, куда скажете.

Как только дверь за доктором закрылась, великан ощутил на себе недобрый взгляд.

– Это моё тело, и решения относительно его буду принимать я! – громко и с хорошо читаемой злостью заявила Оля.

– Мы в любой момент можем передумать и отказаться, – попытался успокоить её Хастад. – Решать в любом случае тебе.

Кое-кто, похоже, был уверен, что Оля в итоге согласится лечь под нож, поэтому всё, что теперь от него требовалось, – это подстелить соломы, чтобы не вызвать ещё большего Олиного гнева. Уж чем-чем, а спокойствием своей женщины Хастад дорожил.

– Думаешь, я не замечаю твоего давления на меня?

– Заботы, – аккуратно поправил он. – Сегодня у меня много работы, я вынужден тебя покинуть. Будь готова к обеду, я сообщу водителю, чтобы ждал тебя.

Оля недовольно хмыкнула.

– Там за дверью Хас. Хочешь с ним поговорить?

– Я не в том настроении. Не знаю, что ему сказать. Хочу, чтобы меня оставили в покое.

– Понял тебя. До вечера, – закончил он и исчез.

Хастад с головой погрузился в работу. С тех пор как он поставил в приоритет семью, ситуация начала выходить из-под контроля. Недоброжелатели почуяли, что великан потерял хватку, а рядом с ним был такой удобный рычаг давления на него: жена, да ещё подросток-сын.

Великану было выгоднее держать Холу и Хаса дома, под охраной Хашиза и Рурши. В случае опасности эти двое спрячут семью Хастада в бункере.

Недооценивать людей было бы фатальной ошибкой, и Хастад отлично это понимал. Он сам проверял тех, кто на него работает, чтобы контролировать утечку информации, но появление загадочной хакерши по имени Марго уже говорило о том, что его тайны знает кто-то ещё.

Утром, ещё до визита врача к Ольге, Хастаду сообщили, что на одной из баз, производящих оборудование по защите оболочки планеты от пришельцев, произошёл взрыв. В который раз.

Неясно, украдено что-либо или нет, но происшествие точно не было случайностью. К счастью, никто не погиб, так как великан внял предупреждению Марго и убрал людей с предприятия. И всё же факт оставался фактом: война началась.

Прятаться великан не собирался, хотя средства вполне позволяли ему обеспечить безбедную жизнь себе и своей семье. Хастад отлично знал людей: эти подлые алчные твари задавят любого, кто представляет для них хотя бы малейшую угрозу. Выход оставался один: держать врагов в страхе, а близких людей беречь от лишней информации.