Глава 12

Утром он действительно решил зайти к Софье, проверить ее ногу и вообще.

Его фальшивая невеста к этому времени уже не спала, на его короткий стук ответила сразу и пригласила войти. Успела она и расчесаться, и собрать волосы в косу, и приодеться. На этот раз – в мужскую пижаму. Шелковую, черную, состоявшую из рубашки и брюк. Обычная вроде вещь, у Ильи в шкафу тоже висела похожая, но как же волнующе она смотрелась на хрупкой Софье!

– Очень старательно выбирала наряд, чтобы вас не смущать, – проговорила она и подтянула штанину выше, оголяя щиколотку. Та за ночь слегка припухла, но в целом выглядела вполне сносно.

– А вышло еще хуже, – честно ответил Илья и присел на край кровати.

Там он снова ощупал ногу Софьи и пробормотал заклинание для восстановления. Лечить магией получалось плохо, скорее – поддерживать организм или вливать в него новые силы для восстановления. Потому в ходу до сих пор была традиционная медицина и алхимия все набирала обороты. Зелья оказались более универсальными, чем заклинания, использовать их было проще, и можно сделать запас на все возможные случаи.

Илья и сейчас думал дать Софье немного медовой воды, чтобы растяжение прошло быстрее, но смущало то, как она восстанавливалась после прошлого раза. Тело-то пришло в порядок, а вот память к ней так и не вернулась. Так что лучше магией. Дольше, но безопаснее.

– Ногу сегодня берегите, – проговорил он, переводя взгляд на лицо Софьи. – Травма несерьезная, но болеть и отекать может.

– Останетесь дома, чтобы носить меня повсюду на руках? – с мечтательной интонацией спросила она.

– Хотел бы, но службу никто не отменял. Но могу принести вам завтрак сюда.

– Кофе с молоком и парочку конфет – и вы официально лучший мужчина на сегодня.

Илья скривился с выражением «что за глупость!», но мысленно улыбнулся. Все же «лучший мужчина» – достойный и приятный титул. Хотелось бы, конечно, «Лучший мужчина в моей жизни», но одной чашки кофе для этого объективно маловато.

Галина Аркадьевна уже хлопотала по кухне, нарезала бутерброды и следила за тем, чтобы кофе не убежал из джезвы. На первый взгляд все было в порядке: чисто, аккуратно и привычно. Но замечание Софьи до сих пор скребло где-то внутри. Поэтому Илья без зазрения совести влез в кастрюли и нашел в одной из них ту самую рыбу, определенно битую жизнью перед готовкой. Рядом стояла непонятно для кого нарезанная свекла, и больше ничего.

– Илья Андреевич, случилось чего? – повариха уже терлась рядом и норовила заглянуть ему через плечо.

– Хотел поинтересоваться, что будете подавать детям на завтрак, – Илья развернулся к ней и захлопнул холодильный шкаф.

– А-а-а, Софья нажаловалась? Вот уже неугомонная! – она нахмурилась и потеребила фартук.

– Речь не о ней, а о завтраке. Так что?

– Они и сами не едят, и Лизавета Сергеевна сказала, что детям много вредно…

Илья кивнул ей, затем отправился в кабинет, отсчитал несколько крупных купюр, написал для Галины Аркадьевны бумагу, в которой уведомлял, что более не нуждается в ее услугах и со всем этим вернулся на кухню.

– Да как же… – она вертела в руках лист. – Я же столько лет, верой и правдой Лизавете Сергеевне…

– Ну вот я и понял, что ни к чему оплачивать услуги тех, кто работает на нее, а не на меня, – Илья пожал плечами.

– И что же, выгоните меня, а кормить всех чем? – решила она сменить тактику.

– Отец Небесный в беде не бросит.

Как и с десяток различных ресторанчиков, открытых на этой улице и соседних. Детей туда сводит Ульяна, а Софья и Элия, думается, и сами не пропадут.

Повариха все возмущалась, но Илья больше не обращал внимания. Слишком злился и на нее, и на свою слепоту. Представить страшно, что дети в самом деле сидели целый день без еды. Но почему не рассказали об этом? Не доверяют ему? Не хотели расстраивать?

По-хорошему следовало бы остаться дома и поговорить с ними, но Илья решил перенести это на вечер. Ни к чему дергать детей перед учебой, да и ему не стоит опаздывать. Завтрак для Софьи и так отнял у него порядочно времени, но это были жертвы во имя звания «лучшего мужчины», а потому оправданы. Хотя, казалось бы, какое ему дело до того, что думает его фальшивая невеста?

В результате Илья покинул дом на три минуты позже обычного и чувствовал, как непоправимо опаздывает. И все равно при этом ловил себя на глупых улыбках в пустоту. Было что-то невозможно правильное в том, чтобы носить женщинам завтраки в постель.

За всем этим он не сразу заметил Макара, ждущего его рядом с мобилем.

– Илья Андреевич, – поздоровался он, – давай подвезу.

Спорить с ним не хотелось, тем более погода снова менялась, отчего небо все плотнее затягивало тучами. Того и гляди хлынет дождь, а до трамвайной остановки еще попробуй дойди. И не стал бы Макар дергать его без причины, если приехал, то наверняка по делу. Да и выглядел друг снова неважно: осунулся еще сильнее, синяк свел, но левую ногу ощутимо подволакивал.

– Ну выкладывай, – произнес Илья, когда уже устроился в уютном салоне мобиля.

– Украсть тебя хочу, – честно ответил Макар. – На пару часов, а там как пойдет. Нужен алхимик для консультации, у нашего штатного компетенции не хватает.

На это Илья нахмурился. Дураков в специальном управлении не держали, как и бездарей. Так что если их алхимик оказался в тупике, не факт, что Илья справится.

– И сам случай из ряда вон, тебе будет интересно, – заверил Макар.

Ехал он быстро, потому через несколько минут они уже остановились возле неприметного серого здания, стоявшего на углу двух улочек. Вроде бы и центр столицы, а само по себе местечко тихое. Мобилей мало, только пешеходы снуют туда-сюда. Не зная, никогда и не скажешь, что за этими стенами прячется одно из самых суровых ведомств всего царства.

Вывески на дверях не было, а за ними скучал благообразный старичок с газетой, который мазнул равнодушным взглядом по Макару и поинтересовался погодой. И кот еще рядом с ним терся. Здоровенный такой, черный, с желтыми глазами. Он оценивающе мазнул взглядом по Илье, затем широко зевнул и свернулся на подоконнике.

– Тоже котиков прикармливаете? – поинтересовался Илья.

– Штатный сотрудник, – махнул рукой Макар. – Полгода вербовали.

При этом он так ухмыльнулся, что и не поймешь: шутит или нет. Илья тоже не стал подкалывать со своим: «А вот могли бы и за полтысячи купить, как Лизавета. Дорого, зато мгновенно». В конце концов, каждый сам ищет своего кота и сам расхлебывает связанные с ним проблемы.

В коридорах, куда они попали дальше, было также тихо и пусто. Впрочем, Илья догадывался, что это из-за него: не стоит работающим здесь людям сталкиваться с посторонними и выдавать свои личности. Макар же уверенно прошел вглубь здания и открыл неприметную дверь без номера. За ней оказалась еще одна, стальная, за которой их ждали пара человек в белых халатах и девушка.

Милая, темноволосая и темноглазая, с чуть раскосыми глазами, как у восточных народов. Одета в строгое темное платье, почему-то показавшееся знакомым Илье. Девушка сидела с идеально прямой спиной, улыбалась и глядела прямо перед собой. Не моргая.

– Вот он, наш случай, – пояснил Макар.

Илья подошел к девушке, заглянул в глаза. Никакой реакции. Затем проверил пульс на шее и ощутил слабое биение. У нее даже кожа была едва теплой, на самой границе нормы.

– Она живая? Или это кукла? – спросил наконец. Можно было бы и самому проверить, но для того пришлось бы обследовать ее тщательнее, а он не знал, насколько допустимо вмешиваться.

– Живая, – ответил один из присутствовавших докторов. – В остальном точно как манекен. Почти не шевелится, застывает в той позе, которую ей придали, моргает редко, как и дышит, пить отказывается. Психиатрам показывали, говорят, не их случай.

– Вот мы и хотели спросить, может быть, знаешь какой-то препарат с похожим эффектом? – вмешался Макар.

Илья отрицательно покачал головой.

– Нужно будет взять кровь, проверю на компоненты зелий. Но, судя по всему, одной алхимией здесь не обошлись. И даже не представляю, зачем это сделали.

– Ну девка дралась весьма бодро, думаю, она умеет не только сидеть, но у нас нет ключа к управлению. Или как это еще обозвать, – Макар подошел к ней ближе, поднял руку. Та так и осталась висеть в воздухе, как у шарнирной куклы.

Похожие случаи им показывали в ординатуре, когда водили в психиатрическое отделение, но пациенты выглядели немного иначе.

И все же, почему ему так знакомо ее платье?

– Могу подобрать эликсир, чтобы погрузить девушку в сон. Пусть побудет там, пока не найдется решение, – ответил Илья. – Но это уже после анализов крови.

Доктор кивнул ему и протянул пробирку, напомнив, что об увиденном здесь болтать не стоит.

Ничем больше Илья помочь не мог, поэтому согласился, чтобы Макар подбросил его до больницы святой Фанасии. Там лаборатория, конечно, поменьше той, что в магической академии, но для такого анализа хватит. Убедившись, что никакой срочной работы для него нет, Илья попросил Стешу разыскать на складе одежду, в которой доставили Софью после ее купания в Хомке.

– Помилуйте! – она всплеснула руками. – От нее же одни лохмотья остались. Резали тогда, чтобы удобнее было помощь оказывать. А Софья потом сама разрешила разорвать его на ветошь.

– А куски?

– Илья Андреевич, вы себя представляете, сколько в больнице ветоши? Думаете, я в этой горе отыщу нужные лоскуты? Тем более сама этим не занималась, передала на словах сестре-хозяйке, а она уже ходила на склад. Может быть, и выкинули его просто, смотря что за материал. Купите своей Софьюшке новое платье, и не забивайте мне голову ерундой.

– Стеша, это крайне важно! – не сдавался он. – Расспроси, вдруг у сестры остались лоскуты или пуговицы.

Помощница еще побурчала для порядка, но после обеда обещала сделать. Илья же нервно постучал пальцами по столу. Что он, действительно, уцепился за это платье? Мало ли их, темных и строгих? Сам покупал Софье похожее.

И все равно на душе было неспокойно.