Эпилог

Пару месяцев спустя…

Мы с Ильей гуляли по набережной, рассматривая красивые речные трамвайчики. Транспорт для Снежеграда новый, экспериментальный, но уже любимый горожанами. Чувствую, скоро их станет еще больше.

А еще я до сих пор ощущала смутный страх перед водой, поэтому нарочно приходила сюда, чтобы посмотреть на нее. Правда, от злополучной Хомки до сих пор держалась подальше, благо рек в столице хватало.

– Макар нас на море зовет, – вдруг произнес Илья. – У него там домик. Говорит, обидно, что пустует, лучше уж мы попользуемся. Все расписывает, какая там природа и вина.

– Ну если только вина, – согласилась я. – А вообще Ксения просила куда-нибудь ее вывезти, нужно будет над этим подумать, да и ты давненько в отпуске не был.

– Не надумала ничего с поступлением?

На днях Григорий Ильич прислал мне приглашение на учебу в медицинской академии по сокращенной программе, как перспективному специалисту. Но ходить на занятия предлагалось в вечернее время, а это значило на целых три года забыть о нормальной жизни и о семье. Или же частично отказаться от практики.

А мне моя работа нравилась, даже очень. Целительница Софья пошла в народ и стала весьма популярна, сейчас запись ко мне тянулась на три недели вперед. Что, конечно, повод задумать о том, нужно ли мне обучение. Оно бы, конечно, не помешало, но отказаться, между строк фыркнув на Григория Ильича – тот еще соблазн.

– Сложно все, – вздохнула я. – То заманчиво, и это. А я слабая женщина, хочу всего и сразу.

– Придумаешь еще, как лучше, – мягко произнес он, затем медленно побрел прочь от моста, незаметно опираясь на трость. Я мягко подтрунивала над этим, подбивая его обзавестись моноклем, а еще – отрастить тонкие подкрученные усы и бороду, исключительно для полноты образа добропорядочного господина.

От монокля Илья категорически отказывался, как и от усов, зато к трости внезапно пристрастился. Ее в наш дом притащил Макар, сразу после тех событий с Кукловодом, и торжественно вручил, добрых пять минут описывая наложенные заклинания. По его заказу на трость их навесили столько, что почти превратили в артефакт. А еще внутри у нее был стальной сердечник, выстреливающий лезвием при нажатии на скрытый рычаг.

В общем, такая игрушка ни одного мальчика не оставит равнодушным, даже женатого и занимающего пост старшего городского алхимика.

Мне же в качестве свадебного подарка перепал изящный дамский револьвер, пригодный для скрытого ношения, а также год оплаченных занятий в стрелковом клубе. Ксения чуть ли не подвывала от восторга, завидев все это, я невольно заразилась ее энтузиазмом и уже сходила на несколько занятий. Раз уж попала в мир, где стрельба почти обязательный пункт для всякой воспитанной дамы, то надо соответствовать. Хотя книжный клуб мне нравился куда больше.

– Илья! Илья, погодите! – услышала я знакомый голос и замедлилась.

Илья остановился и развернулся, опираясь на трость. Не из необходимости, рана его давно зажила, оставив только тонкий шрам, только для того чтобы добавить себе солидности.

К нам отчаянно спешила Валерия, за которой едва успевали две ее дочери.

– Как я рада нашей встрече! – запыхавшись произнесла она и запустила руку в недра безразмерной сумки. Вытащила оттуда новенький том «Пересдач Кассандры», начала его листать и вынула черно-белую фотокарточку. – Утром была на почте, забрала там письмо от Лизы, не удержалась, чтобы его распечатать, а там!

Илья взял карточку у нее из рук и чуть склонил голову набок, разглядывая. Я тоже сунула туда нос и заметила весьма довольную свекровь, обнимающую за шею настоящую рысь. При этом выглядели обе просто чудесно, как и тот хмурый подтянутый мужчина в полицейской форме на заднем фоне.

– Письмо еще, – продолжала взволнованная Урусова. – «Дорогая Лера! В числе прочего хочу отметить, что я завела себе кошечку. На этот раз она совершенно точно породистая, и никакие твои инсинуации не смогут убедить меня в обратном…». Вы понимаете? – она в панике взглянула на нас. – Лиза где-то откопала настоящую рысь! Ее нужно спасать!

– Рысь? – удивился Илья. – Матушка, конечно, сильна, но это же дикий, свирепый зверь, как-нибудь да отобьется!

И я была с ним совершенно согласна. Наверняка Лизавета просто заскучала, потому откопала где-то несчастное животное, сделала с ним снимок и выслала Валерии. А может быть просто решила, что я не справляюсь с миссией развлекать участниц клуба, поэтому решила подкинуть им немного стресса.

– Я уже поговорила с девушками из «Пташек», кто сейчас свободен, мы собираем продукты, книги и выезжаем послезавтра, проведать Лизу, – закончила Урусова. – Поедете с нами?

– Валерия, вы же понимаете, что она вами манипулирует? Никакой опасности для Лизаветы нет, в конце концов на Пламенном столько полицейских, что никакая рысь не пройдет.

– Нет, не отговаривайте, – она всплеснула руками. – Это наш долг дружбы! К тому же вся поездка займет не больше недели. Мы просто убедимся, что с Лизой все в порядке, оставим ей пару книг и кексиков, и сразу же домой! Неужели не хотите с нами?

Не найдя у нас должного понимания, Валерия тяжело вздохнула и ушла, прихватив книгу. Я же смотрела ей вслед и думала, что, наверное, вот такое и делает человека счастливым. Простое осознание, что есть кто-то, готовый покрывать твои секреты, броситься в погоню за бандитами, не имея никакого оружия, прыгнуть в холодную воду или же поехать в дикие края, чтобы спасти от рыси. Именно это и называется чудом.