Глава 15

Я уловила стремительное плавное движение в свою сторону, и тут же раздался короткий низкий рык, поднявший все волоски на моем теле, а тигры вообще все как один вытянулись в струнку. Они даже в человеческой ипостаси умудрились поджать хвосты и уши. А Молика — это она бросилась на меня — вообще упала на четвереньки. Шалиф продемонстрировал силу альфы. Ого как она работает! Я читала о реакции стаи на рык вожака, но видеть произведённый эффект, конечно же, не доводилось.

— Иди за мной, Этильена, — очень спокойно сказал Шалиф и направился к веревочной лестнице.

Я встала с лавочки, убрала книгу за пазуху и как ни в чем не бывало махнула мамочкам рукой на прощание. Сегодня альфа не стал меня страховать, прижимаясь сзади. Просто пропустил вперёд. Наверное, счёл, что при свете дня я не промахнусь мимо ступенек, и можно не подливать масла в огонь ревности рыжей тигрицы. Поднялись на площадку в давящей тишине, и там, убедившись, что вокруг никого нет, я уже напряжения не выдержала.

— Ну и чего ты рычишь? Что я такого сделала? — спросила, повернувшись к Шалифу.

Смотрела на него и понимала, что испытываю что угодно, но только не страх. Я бы могла любоваться этим альфой бесконечно. Фигурой, осанкой, кошачьей грацией и идеальными чертами лица. Его умение держать в руках себя и стаю восхищало, а то, что он гневно раздувает ноздри, совсем не пугало.

— У тебя совсем инстинкта самосохранения нет? — спросил он, сощурив жёлтые глаза.

— Есть, — сообщила, не задумываясь, — именно он мне подсказывает, что я не должна сидеть в четырёх стенах, когда есть возможность разобраться в причинах отказа оборотней помогать Вазории. Просто мой инстинкт самосохранения более глобальный и направлен не на избежание сиюминутной опасности, а на обеспечение счастливой безопасной жизни вообще. Я просто умная и хороший стратег.

— Ты просто безрассудная идеалистка! — припечатал Шалиф.

— Как и ты, — возразила, разведя руками, — сбежал из столицы, спрятался в горах и ведёшь свой клан путём, в корне отличающимся от общего пути оборотней. Я ведь вижу, что ты бунтарь. — Альфа нахмурился, подтверждая, что я попала в точку, и это дало мне решимости для предложения: — Давай поговорим откровенно?

Я сделала шаг к тиру и заглянула в глаза. Он вздрогнул и совершенно точно хотел от меня отшатнуться, но устоял — не стал показывать слабость. Я, кстати, думала о его странной реакции на мои прикосновения. Он как будто их боялся и избегал. Но почему? Ведь от прикосновений дети не рождаются, чтобы так опасаться.

— О чем мне с тобой говорить? Иди в дом, — заартачился Шалиф, отрывисто бросая слова.

Но я видела и чувствовала, что он расстроен и растерян, а не разгневан.

Я раньше была сильным менталистом и эмпатом, а сейчас, когда моя магия изменилась, от прошлых способностей остались крупицы, но и те никак не относились к магии — это просто накопленный за восемнадцать лет опыт, отложенный на подкорке, позволял мне считывать чужие эмоции и угадывать мысли даже в блокираторах.

— Шалиф, — я все же подошла ещё ближе и взяла альфу за руку, — не получится просто запереть меня на эти дни, а потом вернуть родителям. Я уже была здесь. Многое увидела и узнала. Как прежде не будет, пойми. Перестань отмахиваться от меня, как от назойливой мухи, и притворяться, что ничего не происходит.

Альфа сжал челюсти и посмотрел на меня прямо. Его зрачки вытянулись в нитки, а желваки заходили ходуном. Вот сейчас он разозлился, но опять не направил агрессию на меня! Удивительной воли тигр! Я потянула его к дому.

Мы поднялись по ступенькам, вошли в дверь и отправились в библиотеку. Наш маршрут определяла я, а Шалиф не спорил ради спора и демонстрации чистого упрямства, как сделали бы на его месте многие альфа-самцы. Да и не только альфы, и не только самцы. Он просто следовал за мной и этим восхищался с каждой минутой все сильнее.

Мы сели в кресла, и я достала книгу. Раскрыв её на нужной странице, протянула Шалифу и тихо спросила:

— Вы не хотите нам помогать из-за того, что боитесь последствий?

Альфа уставился на картинку больными глазами, ведь я подсунула ему изображение детей от смешанных союзов, и отчётливо разглядела, как на лице альфы мелькнули сожаление и тоска. Он явно вспомнил ту девочку с хранившегося в кладовой портрета.

Шалиф ответил спустя минуту, но я не торопила.

— В том числе. Но не только, — хрипло сказал он. — Думаю, Звериный предел не хочет мира с туманными монстрами из-за того, что вскроется много секретов, которые оборотни тщательно оберегают. Пойми, Этиль, тебе не поможет клык Звёздного Альфы, даже если ты его и принесёшь своему брату.

Я об этом уже начала догадываться, поэтому новость не стала для меня шокирующей. А вот то, что Шалиф назвал меня коротким именем, отозвалось трепетом в сердце и заставило порывисто вздохнуть.