Глава 31
Все завертелось с бешеной скоростью, и следующие дни праздника смазались для меня, Шалифа, Валери и Варло в пеструю картинку, сопровождавшую обсуждение предстоящей миссии.
Халифенди увёл отряд оборотней обратно в Логово, пообещав прислать в посольство Вазории для тренировок перед миссией на Ятол пятьдесят добровольцев, готовых нести на своих спинах стихийниц. А мы прикидывали сроки и план этих самых тренировок. В итоге получалось, что в разлом по самому оптимистическому сценарию отправятся около шестидесяти пар — это потому что ещё из нашего клана десять оборотней вызвались рискнуть, — Валери с Амулетом, мы с Шалифом и около сотни вазопретаторов в качестве охраны. Мне отводилась миссия переговорщика и переводчика под командованием жены брата.
Но кроме всего этого нам с Шалифом предстояло сообщить моим родителям и кузену о новом статусе. Возможно, даже пережить официальный ритуал вступления в брак.
— Это не страшно, честное слово, — уверяла меня Валери, когда мы летели в магкаре к границе.
— Тебе-то откуда знать? Вы вообще с Варло поженились тайно.
— Зато мы прошли трёхдневные празднования рождения Микаира, — привела веский довод жена брата.
Я была вынуждена признать её правоту и всю дорогу готовилась отбиваться от родни. Но всё обошлось.
Варло высадил всех нас в герцогстве и отправился на границу встречать оборотней, так что на стороне родственников, требующих соблюдения традиций, получился минус один.
— Как интересно складывается жизнь, — протянул отец, выслушав нашу с Шалифом историю.
— Тортонов не поймут, если мы опять такое событие не отпразднуем, — отрезал Лоренцо, который явился прямым порталом из дворца и этим уровнял количество противоборствующих сторон.
Три на три. Мы с Валери и Шалифом настаивали на том, что не время отвлекаться, а родители и кузен — правитель Вазории — на том, что в нашем случае важно соблюдать традиции.
— Пройдемте в дом и обсудим все досконально. Я хочу послушать ваши, дочь, аргументы, которые не будут звучать как «не хочу шумихи», — предложила мама.
Шалиф держался уверенно и в поместье ориентировался прекрасно — не первый раз тут, — и его уверенность передавалась мне, поэтому в дом я входила полная решимости. А как только все расселись, за столом заявила:
— Ко мне вернулась моя магия, и в связи с этим отцу нужно провести исследования и понять механизм изменений. Разве папа сможет пировать, зная, что в лаборатории его ждёт столько неразгаданных загадок?
— А с миссией необходимо поторопиться, потому что нужно выяснить судьбу отправленных на Ятол детей от смешанных союзов оборотней и людей, — крайне серьёзно добавила Валери.
И эти заявления переломили ход переговоров в нашу пользу.
— Что?! Есть такие дети?! — папа сразу же забыл о всяких праздниках и переметнулся на нашу сторону. — Почему я о них никогда не слышал? Как можно с ними познакомиться?
— Вернув их домой, — угрюмо ответил Шалиф
— Челозвери — маги, застывшие между человеческой и звериной формами. Оборотни всегда тщательно скрывали их существование и отправляли на Ятол, — пояснила Валери.
— Это немыслимо! — возмутился Лоренцо.
— Надо срочно проверить их каналы и понять, что мешает полному обороту! — ушёл в размышления отец.
— Это получается, что у нас внуки будут челозвери? — уточнила мама.
Но не с ужасом, а с интересом исследователя.
— Конечно. Но неясно, как на наших детей повлияет наша истинность, — подстегнула я родительскую страсть к изучению неизведанного.
— Возможно, получится устранить неправильное развитие и помочь в принятии какой-то одной ипостаси. Мне срочно нужны образцы крови! А лучше сразу пациенты!
— Так, ясно всё с вами, — проворчал Лоренцо, — значит так… Как глава государства повелеваю перенести празднования до окончания миссии. Совместим их с заключением мира с Ятолом.
— Ты так уверен в успехе? — с улыбкой спросила Валери.
— Теперь более чем уверен и считаю, что сейчас действительно нужно бросить все силы на подготовку.
Мы с Шалифом переглянулись и улыбнулись друг другу. Отлично! Нам с ним хотелось одного и того же: поскорее выяснить судьбу челозверей, завершить распри с Ятолом и вернуться в Звериный предел, чтобы начать реформы вместе с Халифенди.