Вместо пролога

— Елена Георгиевна, миленькая моя, родненькая, я не виновата. Иван Александрович сам пришел, попросил… А куда мне деваться? Вот, не смогла отказать… Простите, за ради бога.

— Мария, будьте добры, замолчите и ступайте прочь. С вами я позже поговорю.

Голос моей супруги источал лед, вперемежку со снежной крошкой, словно мы оказались на берегу Финского залива, а не в теплом доме.

Горничная, рыдая в голос, ушла, оставив меня наедине с женой.

— Лена, это не то, что ты думаешь, — обреченно сказал я.

Господи, никогда не думал, что мне самому придется произнести фразу, ставшую штампом и синонимом измены. Но что еще сказать, если застали с поличным?