Глава 37

Художник

Натали

— Слушаю, — внимательно посмотрела я на Джереми.

— Извините за излишнее любопытство, но я прошу разрешения посмотреть на вашу картину, — очень серьёзно заявил парень.

Хохотнув, я отошла в сторону и махнула ему рукой, приглашая подойти к мольберту.

— Боишься, что мой рисунок будет слишком плох, и госпожа Роза не подарит тебя мне? Или наоборот — надеешься на это? — спросила я шутливым тоном, но Джереми совершенно серьёзно ответил:

— Первое.

Брови Микаэля озадаченно взметнулись вверх, а Ирнел подавил в себе улыбку.

— И как тебе эскиз? — с интересом уточнила я у этого художественного критика.

— Весьма недурно, — отозвался он. В его голосе даже проскользнуло уважение. — Подмалёвок на удивление неплох. Только смотрите: чтобы уравновесить левую верхнюю часть, добавьте облаков над этими ветвями. Белка тут лишняя, её лучше убрать. А сюда, в самый низ, поместите небольшой вазон с розами.

Как бы ни кололи его слова мою гордость, я должна была признать, что эти советы и правда улучшат композицию.

— Ты тоже художник? — осенило меня.

Парень понуро опустил голову и сдержанно пояснил:

— Был им когда-то. С вашего позволения, — поклонился он и, не дожидаясь ответа, развернулся и пошёл в трапезную на ужин.

Намерение Розы подарить его именно мне становилось всё более понятным.

— Если вы намерены зарабатывать на Аншайне рисованием, то этот парень вам будет как нельзя кстати, — мягко произнёс Ирнел. — Вдвоём увеличите объём работ на продажу.

— Есть небольшой гонор, но ничего страшного, отшлифуем, — спокойно заверил Микаэль.

— Нет, я не хочу, чтобы вы его как-то притесняли, — заявила я. — Мне только дедовщины в гареме не хватало.

— Какого, прости, дедовщину? Ты про Ирнела? — не понял блондин.

— Нет, это просто выражение такое, — пояснила я. — В общем, никаких наездов на новичка, ясно? В смысле, никак и ничем его не обижать!

— Да, моя госпожа, — подмигнул мне полуэльф и спросил: — Ты собираешься с ним спать? Включить его в график?

Я чуть не закашлялась.

Мне только этого эстета в постели не хватало.

— Давай не будем забегать вперёд, — покачала я головой.

— Тебе нас троих за глаза хватит, поверь, — заверил Микаэль. — Кстати, этой ночью очередь Дениза. Но, если не возражаешь, можем повторить то, что было в прошлый раз.

— Хватит её смущать, Ларон, — одёрнул блондина Ирнел. Причём назвал его строго, по фамилии. — Ближе к ночи она сама решит.

Микаэль сверкнул на него голубыми глазами:

— Верно. Но так у неё будет время подумать, Вайс.

— Всё в порядке? — к нам подошёл Дениз, вслед за ним Брендон.

Дениз приблизился ко мне вплотную, мягко приобнял и ласково поцеловал в висок с нежным: «Наша лапушка».

Такое чувство, что он уже начал приручать меня перед совместной ночёвкой.

— В полном, — кивнула я.

— Нас там Роза ждёт на ужин. Или передать ей, что мы придём на трапезу позднее? — тряхнул косичкой Брендон.

— Нет, не нужно ничего переносить. Пойдёмте, — махнула я на особняк.

Ужин прошёл в такой же приятной атмосфере, как и остальные наши трапезы. На этот раз меня не стали закидывать вопросами, а переключились на моих разведчиков, которые авторитетно и убедительно рассказывали, какие ещё тренажёры стоит докупить, и как нужно отрегулировать некоторые из тех, что уже имеются в особняке.

А после этого я немного поработала над картиной, но уже в помещении: там было ярче освещение.

Мои натурщики предлагали расположиться в гостиной точно так же, как у бассейна, причём кто-то из них притащил рулетку для тщательных измерений, а кто-то принялся перетаскивать диван, изображая из него бортики.

Но я прервала их бурную деятельность и в итоге распустила всю эту дружную команду. Порисовала в одиночестве, в привычной компании с Микаэлем и Ирнелом.

А когда, уставшая, вернулась в свою спальню — там меня ожидал сюрприз.

Всё помещение было усыпано лепестками роз и украшено зажжёнными свечами в изящных подсвечниках.

— Это всё для тебя, наша красавица, — улыбнулся Брендон.

А Дениз, подхватив на руки, понёс на кровать с ласковым:

— Ничего не бойся и не волнуйся! Мы просто сделаем тебе массаж! Видим, как ты устала. Просто позволь нам позаботиться о тебе, ладно?

Сопротивляться не было ни сил, ни желания.