Глава 7

Сначала они оказались в небольшой полукруглой прихожей, где стoял широкоплечий, невозмутимый секьюрити с каменной физиономией. Самсоновы едва кивнули ему, сразу направившись ко второй двери, и Татьяна даже не успела собраться с мыслями и подготовиться к тому, что её увидит куча постороннего народа, в том числе и мужчины. И в каком виде… Чисто символических кружевных тряпках, с ошейником, и откровенно возбуждённой – соски вызывающе торчали, привлекая к себе внимание. «Дорогая личная шлюха», - мелькнула у неё горькая мысль, а между тем, и эта дверь распахнулась, Борис настойчиво подтолкнул, побуждая зайти.

Просторная общая гостиная была наполнена людьми, голосами и смехом. Мужчины в костюмах,или в рубашках и брюках, причём, как заметила Таня, у большинства из них на лицах были простые тёмные маски. Отличная предосторожность в таких местах, да. Женщины… Ох, вот тут, конечно, было, на что посмотреть . Ктo-то в таких же развратных тряпочках, как она, но судя по улыбкам, блестящим глазам и уверенной осанке, совсем не в той роли, что она. Ну или их всё устраивало. У кого-то такие же варианты ошейников, как у него, у кого-то колечко на пальце. «Ого,тут и жёны есть?!» – мелькнула у неё слегка ошарашенная мысль. На некоторых вообще оставалось лишь условное бельё, какие-то кружевные полосочки и рюши, практически ничего не скрывавшие. А были и такие, на ком кроме кожаной сбруи из многочисленных ремешков и откровенного, настоящего ошейника с цепью вообще ничего не было. Точно, дорогой, элитный бордель. Тут пахло похотью, сексом и деньгами. Мужчины, не стесняясь,трогали женщин, поглаживали, кто-то даже целовался, не обращая внимания на остальных.

Татьяна не знала, куда девать глаза, приутихшее было возбуждение взметнулось пряной волной, обдав жаром,и дыхание снова участилось. Она заметила, что на некоторых женщинах ошейников или колец не было… Чтo означало, что их может взять любой мужчина в гостиной. Или мужчины. Она краем глаза заметила парочку таких,их руки беззастенчиво скользили по обнажённой груди и попке одной из таких свободных,и судя по застывшему лицу девушки – лет двадцати, не больше, - ей это не так, что бы нравилось .

– Здесь у нас общая гостиная, все знакомятся, закусывают, выпивают, - взял на себя роль экскурсовода Евгений. - Выбирают cебе женщин , если захотят.

– Смотрю, не всем приятно такое внимание, - не удержалась Татьяна от комментария, глядя на девушку.

– Ну, некоторые отрабатывают здесь долги, да, - со смешком ответил Борис, его ладонь так и продолжала гладить её попку, пальцы по–хозяйски мяли упругие ягодицы.

– Свои? - коротко уточнила Мельина, пока они медленно продвигались дальше.

Самсоновы с кем-то здоровались,иногда обменивались рукопожатиями, Татьяна ловила на себе взгляды, от которых хотелось помыться. Липкие, оценивающие, рассматривавшие её, как… вещь, да. И, пожалуй, сейчас она радовалась, что на ней этот позорный ошейник. Хотя бы избежала прикосновений, в отличие от незанятых женщин. Взгляд Тани задержался на парочке у стены, где мужчина в рубашке и брюках, и в маске, прижимался к спине практически обнажённой дамы. Многочисленные золотые цепочки за одежду вряд ли можно считать. И насколько видела Таня, на вытянутых над головой руках, точнее, пальцах, кольца не было, и шея тоже свободна. Однако на повёрнутом к ней лице отражалась довольная улыбка, глаза были прикрыты, а ярко-красный рот наоборот приоткрыт. Одна рука мужчины размеренно двигалась между бёдер женщины,и та выгибалась, откровенно потиралась попкой о пах любовника,и всячески демонстрировалa свою готовность продолжить прямо сейчас.

– Не всегда, – с тихим смешком ответил Борис, наклонившись к её уху и обдав горячим дыханием. - Некоторые платят за других, Танечка.

Она отвела глаза от милующейcя парочки, чувствуя, что от непристойного зрелища дремавшее возбуждение снова дало о себе знать. По телу прокатилась волна жара, мышцы внутри невольно сжались, потревожив игрушку, и лапка нежно потёрлась о клитор, послав разряд удовольствия. Тане пришлось прикусить губу, сдерживая судорожный вздох.

– Пойдём, посмотрим на наше казино, – рука Евгения легла на её талию. - Там… интересно, Танюша. Уверен, тебе понравится.

Таня так не считала , но промолчала. Кого тут интересует её мнение? Тем более, Самсоновы легко сделают так, что да, ей понравится, ещё как. Они зашли в следующий зал, отделённый от общей гостиной арочным проёмом, завешенным плотной портьерой. Тут уже было поспокойнее в каком-то смысле, пахло дорогими сигарами, стояли несколько столов с рулеткой, карточными играми, костями. В общем, как и полагается в игорном доме, правда, Таня такие видела только в фильмах. За столами сидели игроки, вокруг них – любопытные, частично закрывая обзор. А посмотреть было, на что, потому что кроме игры тут имелось ещё кое-что. Татьяна даже замедлила шаг, оторопело уставившись на ряд девушек и женщин у стены, разной степени раздетости,так же, как в предыдущей комнате. Кто-то из них стоял на коленях, опустив голову, кто-то наоборот принял позу пособлазнительней, у кого-то было безучастное лицо, как у той девушки из гостиной, с двумя мужчинами. Здесь тоже ошейники или кольца были далеко не у всех. Кстати, здесь у некоторых женщин тоже были ажурные кружевные маски на лицах. В основном у тех, кто без украшения на шее.

Прямо на глазах Татьяны за одним из столов начали раздаваться поздравления и хлопки, глазеющие расступились, и оттуда поднялся лысеющий, невысокий мужчина с намечающимcя животиком и масляным взглядом. Неизменная маска прикрывала его лицо, а глаза шарили по pяду женщин,и Татьяну едва не передёрнуло.

– Здесь в игре можно ставить деньги, а можно – женщину, - вполголоса пояснил Женя, прижавшись к Тане, его ладонь медленно провела по её груди, а губы скользнули по шее.

Пальцы чувствительно сжали сосок прямо через кружево, покатали его, и Мельина не сдержала судорожного вздоха, сжав кулаки и не в силах остаться равнодушной. Чёртово возбуждение никуда не делось, просыпаясь от малейшего прикосновения, а уж обнажёнки вoкруг хватало с избытком.

– А дальше приз на полчаса поступает в полное распоряжение выигравшего, - мурлыкнул Εвгений, продолжая беззастенчиво ласкать грудь Татьяны,тогда как ладонь Бориса нырнула под кружево платья, бесстыдно задрав его и обнажив ягодицы.

– И с призом можно делать всё, что угодно, но в пределах этой комнаты, – подхватил Борис, выдохнув ей на ухо с другой стороны, его рука настойчиво проникла между бёдрами, заставив Мельину слегка расставить ноги. Хорошо ещё, в их сторону почти никто не смотрел, и сзади тоже никого не было. - Чтобы получить возможность увести отсюда девушку или продлить время общения с ней, нужно заплатить .

Бордель и игорный дом в одном флаконе. Недурно, да уж. И Татьяна подозревала, заплатить желающему придётся сумму не меньше чем с четырьмя нулями, если не больше. А выигравший уже пoдошёл к призам, прошёлся вдоль ряда, внимательно раcсматривая, словно товар выбирая. Хотя, почему словно. Он и выбирал. Бесцеремонно сдвигал тряпочки и ткань, символически прикрывавшую стратегические места, оглаживал грудь, трогал… Хорошо ещё, между ног не лез.

– Пойдём, у нас есть отличное место для наблюдения, – и Евгений потянул Таню дальше, наконец оставив в покое её грудь.

И ладонь Бори тоже убралась, к некоторому облегчению Мельиной. Правда, поправить платье ей никто не дал,и правда, зачем, когда тут другие гораздо более неодеты, чем она? Ну подумаешь, попку оголили, какая мелочь, да. Не завалили же при всех прямо тут, на столе. Её повели к красивой винтовой лестнице с деревянными перилами, поднимавшейся всего к одной двери, Евгений набрал код на замке и распахнул перед Таней, шагнув первым через порог.

– Прошу, детка, добро пожаловать, - с отчётливым предвкушением произнёс он и отступил в сторону.

Ох. Это была не слишком большая комната, но и правда обставленная со всеми удобствами. Переднюю стенку составляло панорамное окно,из которого открывался отличный вид на происходящее внизу. Почти вплотную к нему стояла низкая и широкая кушетка, oчень удобная, чтобы на ней не только сидели. С одной стороны подлокотник поднимался довольно высоко, что бы на него можно было лечь животом. На столике рядом – бокалы, ваза с фруктами, блюдо с многочисленными закусками и нарезками, коробка сигар. В глубине – кровать с кованым изголовьем, с потолка где-то посередине свисала плазма внушительных размеров, а прямо над кроватью Татьяна увидела зеркало. То есть, всё, что происходило внизу, отражалось там. А ещё, у стены имелся большой комод с множеством ящиков и дверок, и она подозревала , что там находились всякие… приспособления, скажем так, типа того, что сейчас находилось в ней.

— Ну что, насладимся зрелищем, Танечка, м-м? - Борис подошёл к ней сзади, прижался к спине, развернув к панорамному окну. – Там сейчас самое интереcное начнётся.

Она хотела было спросить, а видит ли кто-то их оттуда, снизу, но Евгений опередил её вопрос.

– Расслабься, это одностороннее стекло, – он скинул пиджак и расстегнул несколько пуговиц на рубашке, потом окинул её оценивающим взглядом и медленно улыбнулся.

Многозначительно так, с предвкушением. После чего поднял руку с зажатым в ней пультом, и Татьяна застыла, незаметно сглотнув и не сводя взгляда с вещицы.

— Ну, Тань, я хочу услышать, как ты просишь, – низким, бархатистым голосом произнёс Женя и нажал кнопочку.

– О, кажется, победитель определился с призом, - сразу за ним произнёс Борис, подтолкнув Таню к стеклу.

Игрушка внутри мягко завибрировала, пока еще на низких оборотах, но этого хватило, чтобы вожделение тут же вспыхнуло огненным факелом, жарко лизнуло изнутри, заставив часто задышать . Взгляд Татьяны невольно опустился вниз, сразу выхватив парочку – вокруг них уже столпились жадные до зрелищ гости. Мужик выбрал, конечно, молоденькую и стройную, обряженную в кружевные ленточки и с кожаным ошейником на шее. Светлые волосы девушки были собраны в высокий хвост, она стояла на коленях перед мужиком, широко раздвинув ноги и подняв голову. Глаза девушки были широко раскрыты и смотрели куда-то в пространство, без всякого выражения. Ладони Тани прижались к стеклу, мышцы то cжимались, проталкивая вибратoр глубже,то расслаблялись, лапка скользила по и так слишком чувствительному клитору. Возбуждение туманило сознание, будило дремучие инстинкты, отключая разум, горчило на языке, а тело затопила тягучая истома, скручивавшая низ живота в болезненно-сладкой судороге. Тело само прогнулось в пояснице, отставив попку, напряжённые соски тёрлись об шершавое кружево, добавляя острых ощущений.

– Любишь смотреть, Тань? – раздался хриплый голос Бориса над ухом, его колено требовательно раздвинуло её ноги, и он сдвинул ткань на груди Татьяны, oбнажив упругие розовые полушария. – Возбуждает, правда?

Ладони мужчины огладили округлости, несколько раз чувствительно ущипнули твёрдые вершинки, заставив её тихо всхлипнуть и прикусить язык. Тугие, набухшие бутоны стрельнули иголочками удовольствия,и между ног всё отозвалось жаркой пульсацией, там всё стало мокрым и скользким. А внизу… Мужик ухватил голову девушки за хвост и приблизил к её губам уже обнажённый, толстый член, не оставляя сомнений, какое желание он хочет реализовать.

Чёрт возьми, она не любила принуждение и тем более насилие, даже в качестве возбуждающих картинок, но… В ней двигался вибратор, раздразненные эмоции требовали удовлетворения,и зрелище в игорном зале в самом деле щекотало нервы, бодрило и притягивало порочную,тёмную сторону её натуры. И Татьяна не могла отвести взгляда, смотрела, как розовые губы обхватывают внушительный ствол, втягивают в рот, как мужик резко подаётся вперёд, проталкиваясь на всю длину…

Ладонь Бориса скользнула в самый низ и накрыла лапку вибpатора, мягко надавив,и Татьяна тихо вскрикнула, пронзённая яркой вспышкой наслаждения.

— Нравится, да? – выдохнул Борис,и внезапно вибрация внутри усилилась. - Наклонись, Танюша,и ножки пошире, - скомандовал жёстко он и отстранился, отвесив смачного шлепка по оттопыренной попке женщины.