ГЛАВА 19 · У паранойи и предусмотрительности одни симптомы

— Ты о чем? — опешил Рос.

Оборотень погладил меня по спине и попытался отцепить от своей спортивной куртки. Но я только заревела еще громче, вцепившись в него мертвой хваткой.

— Сень? Не плачь. Это из-за тонкой Струны, да? Наверняка все можно исправить…

— Что там исправишь? — Я сама вырвалась из кольца его рук, врезавшись спиной в столбик балюстрады, и запустила пальцы в растрепавшиеся волосы. — Даже если только семеро, то это все равно трупы! И я убийца!

— Да о чем ты? — слегка рассердился Рос. — Кого ты умудрилась убить, сидя в библиотеке? Муху? Прости, семь мух, как в сказке…

Попытка пошутить провалилась на старте: я взбесилась пуще прежнего.

— Ну, если для тебя дети вашего народа — мухи, то да! Семеро детей в семье! Даже если и отец и мать живы и оба — оборотни, того, что я им оставила, хватило бы максимум на четверых! А я…

— Так, подожди. — Парень притянул меня обратно к себе, не позволяя вырваться. — У кого это семь детей?

— У ваших! — рявкнула я, безуспешно пытаясь вырваться. — Сам же сказал: семь, а то и десять.

Мне одновременно хотелось свернуться в позу эмбриона и завыть и куда-то бежать, чтобы сделать хоть что-нибудь.

— Сень… — вздохнул оборотень. — Ты ничего не могла сделать семье с десятком детишек просто потому, что здесь таких нет.

— Но ты же сам!.. — вытаращилась я, со всей силы ударив его кулаками по груди.

Рос даже не вздрогнул, а вот у меня было такое ощущение, будто я вздумала постучать в стену. Я зашипела и затрясла отбитыми руками.

— У нас. Дома. В том мире, откуда мы родом, — раздельно проговорил он. — А здесь — не более троих-четверых. И то это считай за счастье. Не знаю, что мешает. Наверное, какие-то особенности, свойственные этому миру. Яга пыталась помочь. Потому и меняла Струну. Но, насколько я знаю, ничего не изменилось. Серый, например, один в семье. Лис вообще с Серых троп пришел. У него нет семьи. У Бера вроде была сестра. Одна. Это извечная проблема тут.

— Да? — Я подняла мокрую физиономию. — Честно?

— Честно, ду…

— Дубина? — слабо улыбнулась я.

Но он вдруг отвел взгляд.

— Я хотел сказать другое слово. Но раз ты настаиваешь…

— Еще чего? — фыркнула я. — Говори уж, что хотел.

— Это приказ? — прищурился он.

— Нет! — поспешно возразила я.

— Тогда оставим эту тему.

Я поморщилась, но спорить не стала. У меня были вопросы посерьезнее, чем исследовать словарный запас бывшего кота.

— Хорошо. Тогда почему Васька… ну, когда был еще котом… То есть…

— Сень… — Рос, усмехнувшись, покачал головой. — Я не хрустальная ваза.

— А… ну да, — окончательно смешалась я и решила остановиться на нейтральном «ты». — Почему ты так настаивал, чтобы я пересчитала Струну оборотней?

— Потому что такой резкий перепад еще никому не шел на пользу. Особенно детям. И потом… — Он слегка смутился. — Ты так часто повторяла, что «истончишь Струну до нормы», и при этом считала только тех, кто пришел с Серых троп…

— Ладно. Все. Поняла, — нахмурилась я. — Я не только считать не умею, но и думать. Пойдешь со мной? Надо пригласить сюда кого-нибудь из них, чтобы предоставили списки общины. Только не Лиса. Второй этап квеста «Охмури глупый Ключ» я сегодня точно не вынесу.

— Я тебе уже говорил, что не все так просто, — качнул головой Рос.

Но спорить он не стал, и мы вместе спустились к Струнному озеру.

— Странно видеть снова эти воды… человеком, — пробормотал он, обращаясь скорее к самому себе, чем ко мне.

— Ты пришел с Серых троп? — удивилась я, бросив короткий взгляд на парня, похоже, моего ровесника. До сих пор я здесь сталкивалась с гораздо более взрослыми гостями.

Молодой был, глупый… — махнул рукой Рос. А потом вдруг замер. — Или…

— Ты же слышал, что говорила Яга. — Заметив его тоскливый взгляд, направленный в глубины Струнного озера, я не смогла смолчать. Но и слова буквально застревали в горле. — Ты можешь уйти, если хочешь…

— Не хочу, — быстро ответил он. — Пока, по крайней мере, не хочу…

— В общем, мое разрешение у тебя есть, — кивнула я, кое-как скрыв облегчение, буквально затопившее душу.

— Разрешение? А… Спасибо. А ты хочешь…

— Что? — поторопила я, останавливаясь у самой кромки зеленоватой воды.

— А ты не забыла, зачем мы сюда пришли? — улыбнулся Рос.

— Склерозом пока не страдаю.

— Точно? Помнится, у меня возникали в этом сомнения.

— Эх… Жаль, что ты уже не кот, — с притворным сожалением проговорила я, показав развеселившемуся парню язык. — Взяла бы за шкирку и отправила мышей ловить.

— А поймаешь? — фыркнул он.

Я только отмахнулась и, быстро набросав две строчки приглашения на пустой карточке, опустила ее в озеро. Картонный прямоугольник не утонул, а будто растворился в зеленой мути.

— Как думаешь? Долго ждать ответа?

— Вряд ли… Волк — вожак общины. Он все, что связано с источником, воспринимает примерно так же, как ты звуки. А у них явно что-то серьезное случилось. Я тебе говорил.

— Ты опять про Лиса? — скривилась я. — Нет там ничего серьезного. Я сама слышала, как он ругал Серого за то, что тот мне комплиментов не говорил и вообще не попытался со мной «подружиться».

— И что плохого в том, чтобы подружиться?

— Ничего. Только не в том контексте, в котором это было сказано, — отрезала я. — Так «дружить» меня ни с кем не тянет!

Рос промолчал, и я присела на край бассейна. Уходить отсюда мне почему-то не хотелось. Было что-то успокаивающее в медленном мерцании Струн. А покой — это то, чего мне постоянно не хватало в этом бюро ритуальных услуг, хозяйкой которого я так неожиданно стала.

— Могли бы и ответить, когда их ждать, что ли… проворчала я.

— Ответа из озера тебе точно не дождаться, — отозвался Рос. — Они сейчас каждую крупицу силы экономить будут. А ждать… Да возьми и посмотри, где Волк сейчас. Готов спорить, едет сюда.

— Опять твоя теория глобальной катастрофы? — фыркнула я.

Но идея парня мне понравилась. Просто так ждать, не зная, как долго, меня всегда раздражало.

Я повела ладонью над зеленой мутью.

— Мне тоже можно? — улыбнулся оборотень.

— Конечно. Мне скрывать нечего, — пожала плечами я, незаметно покосившись на бывшего кота.

Но едва Рос решил, что я на него больше не смотрю, как улыбка исчезла, сменившись обеспокоенной гримасой.

Темные глубины светлели, тени принимали осмысленные очертания, и несколько секунд спустя над Струнным громыхнул неприятно знакомый спокойный голос:

— …никогда. В конечном счете вы согласитесь, что это наилучший выход…

Я с досадой мотнула головой, соображая, как умудрилась перепутать и вместо оборотня призвать отражение ненавистного Аррея. Озеро снова потемнело.

— Кто это был?

— Аррей, — буркнула я и еще раз повела рукой над озером. — Помнишь его?

— …детей. Так что больше церемониться с вами я не намерен, — опять послышался голос вампира, и я, выругавшись, отвернулась от воды.

— Да что за черт?! Сбоит, блин, местное телевидение.

— Так ты посмотри, — напряженно отозвался Рос. — Может, они вместе?

— Не уверена, что, встретившись, они стали бы разговаривать, — фыркнула я. — Скорей уж вцепились бы друг другу в глотки.

— И все же… — настаивал парень.

Я пожала плечами и в третий раз уставилась в озеро, тщательно рисуя в памяти образ хамоватого Волка. Но снова заговорил Аррей:

— Надеюсь, теперь вы усвоите, что грубость я не приемлю.

Глубины Струнного наполнились красками, и я опять чуть не потеряла концентрацию. Вода изобразила тот самый каменный мешок, в котором не так давно сидела я.

— Это еще что? — пробормотал Рос, пока я молча таращилась на представление.

Нет. Я и в самом деле в кои-то веки ничего не перепутала. Волк был в наличии. А вместе с ним и Бер, которого я видела всего один раз в конторе мнимых юристов, и даже противный Лис. Вот только находились они не в машине или, на худой конец, в той самой конторе, а сидели на каменном полу, и руки и ноги их «украшали» массивные цепи. Причем у гиганта-медведя по скуле стекала кровь.

Мало того. Прямо перед оборотнями стоял Аррей и вытирал белоснежным платком навершие тяжелой трости.

— Итак, повторюсь, — продолжил вампир, брезгливо бросив платок на пол. — Разногласия между нашими общинами меня не устраивают. И пока они имеют место, вы погостите у меня. Соглашайтесь. Нет смысла тратить и мое и ваше время. Дети, чьи бы они ни были, это всегда дети, не так ли? На мой взгляд, торг неуместен.

— Скорее я порву тебя на кусочки! — рявкнул Волк, рванувшись вперед.

Не замеченный мной ранее ошейник врезался в мощную шею, толстая цепь натянулась, и оборотня отбросило назад.

Аррей даже не шелохнулся.

— Из нас двоих это скорее могу сделать я, — спокойно уронил он.

— Попробуй, — вскинул голову оборотень.

— Храбрец? — приподнял бровь вампир. — Так даже интереснее. За себя вы не боитесь. А за них? — Он мотнул подбородком в сторону рыжего. — Хотите посмотреть, насколько умеют терпеть боль они?

— Урод! — выплюнул Лис.

Этот вперед не рвался, но красивое лицо искажала такая смесь ярости и ненависти, что я вздрогнула. На плечи мне легла рука Роса, и я благодарно прижалась к его теплому боку.

— Все зависит от точки зрения, — пожал плечами Аррей. — Вы тоже не вызываете у меня эстетический восторг. Но мы отклонились от темы. Напоминаю: дети, обязательства, адреса. Посидите, подумайте. Я скоро вернусь.

Часть стены сдвинулась в сторону, открыв проход, и вампир величаво удалился, сопровождаемый тройным проклятием.

Какое-то время в каменном мешке царила тишина.

— Зря мы сюда приперлись, — выдохнул наконец Бер, зло утирая заливавшую глаз кровь.

— А у нас был выбор? — буркнул Волк. — Надо было оставить детей у этого ублюдка?! Одна надежда, что Снейк…

— Ты в это веришь? — с сарказмом усмехнулся Лис. — Он единственный, кого тут нет. Не заметил? Не догадываешься — почему?

— Ключ… — начал было Бер, но его перебил уже сам Волк:

— Она сказала: «Решение принято!»

— А я все еще думаю, что нас просто не поняли, — задумчиво проговорил рыжий, глядя в пол. — Если бы она позволила мне…

— Я дерьмовый вожак, — врезал кулаком в стену Волк, в кровь расшибая костяшки. — Имея ее покровительство, проклятый вампир будет творить все, что захочет. Дети на воспитании у кровососов, а мы хлопаем ушами, как тупые ослы.

— Не грызи себя. Мы сделали, что могли.

— Но этого недостаточно!

Звякнув цепями, он откинулся на каменную кладку и прикрыл глаза.

Побледнев от ярости, я взмахнула рукой над Струнным озером, стирая призрачную картинку.

— Они что, с ума посходили?!

— Вампиры? — приподнял брови Русь. — Они никогда и не были нормальными.

— Оборотни! — рявкнула я, вывернувшись из-под его руки. — Опять за старое взялись, спасители хреновы?!

— Сень, подожди. — Парень поспешно запрыгнул на бортик бассейна, загораживая от меня Струны. — Еще ничего не понятно!

— Что тут непонятного?! Я просила никого больше от вампиров не спасать?! Особенно их собственных детей!

— А ты уверена, что речь шла о таких детях?

— «Оставить детей у этого ублюдка», «дети на воспитании у кровососов», — процитировала я, вперив в парня злой взгляд. — Тебе напомнить, под каким девизом некогда «спасли» меня?! И, кстати, если тебе интересно, то я бы предпочла жить с мамой, будь она хоть сто раз вампиром, а не в детдоме!

— Сенечка, пожалуйста! — взмолился Рос. — Не руби сплеча. Надо сначала разобраться!

— Именно этим я и собираюсь заняться, — фыркнула я. — И слезь оттуда. Не буду я Струны трогать. Хватит, потрогала уже.

С заметным облегчением на лице парень спрыгнул на пол.

— И что ты собираешься делать?

— Потребовать, чтобы оборотни сменили вожака, и надеяться, что новый будет поумнее, — холодно уронила я. — У меня, как выяснилось, есть такое право. Это, конечно, сожжет уйму энергии. Но выбора-то нет…

— Есть, — упрямо мотнул головой Рос.

— Да?

— Да. Я пойду туда и выясню, что происходит.

— К Аррею?! — перепугалась я.

— Нет. К братьям.

— Каким братьям? — опешила я. — Тебя там не было триста лет! Они давным-давно покойники.

— Я помню, — мрачно уронил Рос.

— Извини…

— Ничего. Я имел в виду названых братьев. Мы все — братья здесь. Только, пожалуйста, Сень. — Он посмотрел на меня каким-то отчаянным взглядом. — Я расскажу тебе правду! Клянусь. Прикажешь, если захочешь. Если они виноваты, я тебе больше слова не скажу. Но, пожалуйста, пока я не вернусь, не делай ничего. Прошу!

— Ладно… — кивнула я. Первый гнев уже прошел, и мне и самой двойственность ситуации показалась странной. Ошибиться в очередной раз не хотелось. — Только ты уж там поосторожнее.

— Я могу выйти?

— Что? А! Да, конечно! Ты можешь выйти, когда тебе захочется.

Рос молча кивнул и выскочил на лестницу. Несколько секунд я еще слышала быстрые шаги босых ног, а потом стихли и они. Только тут я спохватилась, что у него не было ни денег, ни даже обуви, и бросилась следом. Куда там… Только и успела увидеть, как он исчезает в тумане Врат.

Я присела на каменную ступень у двери и задумалась. Между мной и Росом происходило что-то странное. Я чувствовала его присутствие в особняке и в любой момент могла навскидку сказать, где он и что делает. Он занимал львиную долю моих мыслей, и я порой ловила себя на том, что путаю, какие разговоры я вела с Васькой, а какие с Росом. Учитывая, что с Росом в действительности мы почти не общались, уже одно это было по меньшей мере странно.

И вот сейчас, когда оборотня тут не было, я могла себе признаться: бывший кот, ныне рысь Рос, обретал надо мной все большую власть. И, судя по всему, прекрасно это понимал. Он встал между мной и Струнами. Другой вопрос, что я и сама не собиралась их трогать, но Рос об этом не знал. Он потребовал ничего не предпринимать, и я легко дала обещание. В конце концов, сейчас я, вместо того чтобы разбираться с хаосом в двух общинах, сидела и думала о нем.

Но самое главное, я ни разу ничего ему не приказала, даже банально говорить правду. А если и случалось ляпнуть нечто похожее на приказ, тут же смущалась и просила прощения. Почему так происходило? Дело в пресловутой любви, которую я при всем желании никак не могла в себе рассмотреть? Или я до сих пор видела в нем вредного, но честного Ваську? Своего Ваську? Но ведь оборотень ясно дал понять, кто для него «свои». И на защиту этих «своих» встал моментально, не опасаясь, что я последую завету прабабки и прикажу ему шагнуть в озеро.

Что со мной? Я так наелась за последнее время лжи и фальши, что они мерещатся мне на каждом шагу? Или я уже близка к тому, чтобы превратиться в подобие Мавры, исполнявшей любую прихоть оборотней?

Я встряхнула головой и резко встала.

Паранойя обострилась? Или предусмотрительность? Где бы найти такое средство, чтобы заморозить все чувства и делать только так, как должно?!

Рядом тихо щелкнули челюсти, и скелет склонился в поклоне, приглашая меня следовать за ним.

— Что? Ужинать пора?

Костя мотнул головой.

— Карточки?

И снова отрицательное покачивание черепушки. Плюнув на попытки разобраться, я просто пошла за ним в дом. И тут же почувствовала это. Меня снова ждали гости. Только на этот раз в других Вратах. Тех, которые запирали Серые тропы. Я вздохнула, кивнула Косте и пошла вниз. Пусть я не мечтала стать директором бюро ритуальных услуг, его клиенты в этом не виноваты. Даже если они уже умерли.

Клиент на этот раз оказался необычным. Точнее, обычным… серым камнем. Мне пришлось несколько раз обойти сферу по кругу, прежде чем я заметила намек на движение и убедилась, что это действительно новый путешественник, а не глупая шутка какого-нибудь призрачного мальчишки.

О камнеедах я не знала ровным счетом ничего, кроме самого факта существования их небольшой общины на Земле.

«Никаких поспешных решений, — проворчала я себе под нос и развернулась к выходу. — Сначала разобраться, кто они вообще такие».

Проходя мимо Струнного озера, я немного замедлила шаг. Меня раздирало желание узнать, как там Рос. Но, вспомнив свои недавние размышления, я отвесила себе мысленный подзатыльник и поплелась к лестнице: еще не хватало, чтобы странное отношение к бывшему коту начало влиять и на работу с другими расами.

Камнееду удалось занять меня на ближайшие два дня. Я прерывалась только на сон и еду, а остальное время сидела в библиотеке, пытаясь разобраться, что он вообще такое. Но ничего внятного, кроме того что камнеед питается камнями, перерабатывая их в каменный уголь, я так и не нашла. И то это сомнительное «откровение» досталось мне ценой тонны перелопаченных книг.

На Роса я позволила себе посмотреть всего один раз. Он где-то сидел и болтал с каким-то незнакомцем-тенью о ценах на мед. Зубами я поскрипела, но все же решила дать ему еще один день.

Любоваться Волком и его приспешниками не хотелось совершенно, но совесть вцепилась в меня как клещ, и пришлось последовать ее настоятельному совету. Впрочем, ничего интересного я не увидела, а не услышала так вообще ничего. Волк, как и раньше, сидел на полу. Медведь ковырял толстые звенья своих кандалов. А на единственном тонком матрасе на животе спал Лис. Впрочем, спал или нет, я не знала, потому что Волк своей тушей перекрывал угол обзора, а настраиваться именно на смазливого подхалима у меня не было ни малейшего желания, и даже совести в конце концов пришлось с этим смириться.