Глава 21

Оставив Лея отдыхать, я направилась к зданию будущего ресторана.

Судя по тому, что в доме по-прежнему было тихо, мужчины до сих пор возились там.

И действительно, несмотря на поздний час, внутри вовсю кипела работа.

Лиар стоял у дальней стены, магичил возле потемневшей от времени отделки. Тёмные пятна, въевшаяся грязь и многолетняя пыль исчезали прямо на глазах, оставляя после себя светлую очищенную поверхность. Неподалёку несколько брюнетов меняли прогнившие доски пола, а ещё двое вытаскивали наружу остатки строительного мусора.

А посреди всего этого хозяйства расхаживал Умник.

Причём выглядел он так, словно ремонт принадлежал лично ему.

— Нет, нет, если вы поставите её туда, потом придётся передвигать обратно, — сообщил он одному из мужчин. — Я уже мысленно всё расставил. Поверьте, лучше сразу сделать правильно.

— Тогда сам и таскай, — без особого энтузиазма предложил брюнет.

— Я отвечаю за интеллектуальную часть проекта, — с достоинством возразил Умник. — Каждый должен заниматься тем, что у него получается лучше всего.

Я дождалась, пока он закончит объяснять одному из брюнетов, что тот держит доску под неправильным углом, после чего поравнялась с мужем.

— Смотрю, ты времени зря не теряешь. Уже повысил себя до начальства.

Умник, заметив меня рядом, машинально поправил и без того гладкие волосы.

— Не повышал, — возразил он. — Просто никто больше не захотел брать на себя ответственность за принятие решений.

Я нарочито серьезно кивнула.

— Подозреваю, остальные просто не успели убежать.

— Такое тоже возможно, — великодушно признал он.

Впрочем, мои брюнеты, как и Лиар, выглядели на удивление довольными. Работа спорилась, шутки сыпались одна за другой, и никто, кажется, даже не думал жаловаться на поздний час.

А я вдруг вспомнила слова призрачной женщины.

— Умник, а женщины могут обладать в этом мире магией?

— Никогда не слышал о подобном, — немедленно отозвался муж.

В таком случае непонятно, что дама с характером имела в виду, говоря о магии у женщин.

С другой стороны, искать здравый смысл в словах той, кто совсем недавно жаловалась на покушение на свою девичью честь, было занятием довольно сомнительным…

От дальнейших размышлений меня отвлёк знакомый глуховатый голос:

— Старые плиты всё ещё работают. Пришлось с ними повозиться, но ужин готов, так что…

Каир появился из-за угла с большим блюдом в руках и оборвал себя на полуслове, заметив меня.

Тёмные глаза сразу вспыхнули каким-то светом, от которого у меня самой потеплело на душе.

Впрочем, длилось это недолго.

Уже через пару ударов сердца Каир вспомнил о блюде в своих руках и направился к столу, а остальные брюнеты принялись помогать ему выносить ужин из соседнего помещения.

Вскоре все расселись по местам, на этот раз без уговоров с моей стороны.

Каир поставил передо мной тарелку с ужином, следом кружку, потом ещё небольшую миску с соусом, которую зачем-то придвинул ближе, хотя я прекрасно могла дотянуться до неё сама.

Именно тогда я заметила, как его рука едва заметно изменила направление.

Будто он сперва собирался коснуться меня, так же естественно, как человек касается того, кто ему дорог. А потом вовремя вспомнил, что вокруг сидит ещё десяток человек, и вместо этого потянулся к ближайшей тарелке.

Значит, мне не показалось.

Недолго думая, я перехватила его руку и потянула к себе, вынуждая сесть рядом.

После чего повернулась к мужчине и невесомо коснулась его губ, успев ощутить уже знакомое тепло и вкус этого поцелуя.

Когда я отстранилась, за столом стояла такая тишина, что её, кажется, можно было потрогать руками.

Да и сам Каир, похоже, до конца не верил, что это действительно произошло.

Но я не собиралась удерживать наши отношения в тайне, не собиралась так его унижать.

— Если кому-то это кажется странным или неправильным, — я мило улыбнулась, выдерживая паузу, — привыкайте.

Лиар только медленно кивнул, словно нашел подтверждение своим мыслям, и спокойно потянулся за кружкой.

Зато брюнеты выглядели так, будто пол под ногами внезапно решил поменяться местами с потолком.

— Госпожа... — наконец выдавил один из моих кухонных. Рен, всегда особенно молчаливый и тихий, сейчас не мог сдержать чувств. — Но он ведь брюнет!

Я, конечно, могла бы многое на это ответить. И забавно округлить глаза по типу «не может быть». И начать перечислять достоинства Каира, которые шли вместе с его темным цветом волос.

Но ведь мои кухонные сейчас не о Каире говорили. Они говорили о себе.

— Знаешь, чем дольше я вас узнаю, тем меньше понимаю, почему вы сами произносите это таким тоном, — обратилась я ко всем и сразу.

Мужчины переглянулись.

— Вы правда считаете, что мы заслуживаем этого? — раздалось сбоку.

Сперва я решила, что речь идёт о женщине. И чуть было не махнула рукой со словами «даю добро встречаться с женщинами».

— Любви, — добавил Дарис.

Самый весёлый из моих кухонных, обычно не упускавший случая вставить шутку или поддеть кого-нибудь из товарищей, даже он смотрел так, словно от моего ответа зависело все.

— Даже не сомневаюсь, — твёрдо ответила я.

— Вы удивительная госпожа, — тепло произнёс один из моих брюнетов.

— Нам очень повезло с вами, — раздалось справа.

— Для нас честь работать на вас.

— И жить рядом с вами, — добавил кто-то ещё.

— И быть частью вашей семьи.

— Правда.

С каждым новым голосом мне становилось всё более не по себе.

Потому что никто из них не шутил.

Не преувеличивал.

Не пытался подольститься.

Мои брюнеты говорили это с такой искренностью, что хотелось немедленно спрятаться под стол.

Щёки предательски горели.

А рука Каира сжимала мою все крепче, словно подтверждая — я с ними, я с тобой.

Мой взгляд наткнулся на Умника.

Тот, в отличие от остальных, сохранял своё обычное невозмутимое выражение лица.

— А ты что думаешь по поводу Каира? — он ведь так ничего и не произнес, кто знает, быть может, он не желает делить свою жену с еще одним мужчиной?

Умник задумчиво посмотрел сначала на меня, потом на Каира.

— Я думаю, что он пересолил курицу.

— Что? — не понял кто-то.

— Курицу, — терпеливо уточнил Умник. — По моим подсчётам, содержание соли превышает оптимальное примерно на восемь процентов.

Эти слова разрядили торжественную обстановку быстрее, чем ведро воды — пожар.

Все мы дружно расхохотались, а сам Умник только недоумённо оглядел стол, явно не понимая, что именно сказал не так.

Остаток ужина прошёл в удивительно непринуждённой обстановке. Мы ели, смеялись, поднимали кружки за будущий ресторан и обсуждали, где что будет стоять после окончания ремонта.

А уже позже, когда ночь окончательно вступила в свои права, мне пришлось проявить настоящую строгость, чтобы отправить мужчин спать. Судя по всему, ремонт настолько захватил моих брюнетов, что они были готовы заниматься им до самого утра.

Так уж получилось, что из ресторана я вышла под руку с Лиаром.

Некоторое время мы просто шли рядом по освещённой дорожке. За спиной ещё слышались голоса моих брюнетов, которые, кажется, продолжали обсуждать ремонт даже по пути к своим комнатам.

— Прости, — сказала я мужу.

Лиар удивлённо покосился на меня.

— За что?

Я тихо вздохнула.

— За то, что мы так и не успели толком познакомиться. Я ведь, если помнишь, обещала, что ты сможешь узнать меня получше. А вместо этого всё время происходит то одно, то другое.

В полутьме мелькнула лёгкая улыбка.

— Мне кажется, мы ещё успеваем.

— Правда? — я покосилась на него в ответ. — И когда именно?

— Сейчас, например, — с присущим ему спокойствием ответил Лиар. — По-моему, у нас как раз есть время для свидания по дороге домой.

Я невольно рассмеялась.

— Звучит довольно скромно для свидания.

— Мы можем идти медленнее, — совершенно серьёзно предложил он.

После этого возвращаться домой самым коротким путём как-то само собой расхотелось.

Мы свернули с дорожки, сделали круг вокруг внутреннего двора, потом ещё один. Разговор незаметно перескакивал с одной темы на другую. Я рассказывала о каких-то мелочах из своей прошлой жизни, Лиар задавал вопросы, иногда отвечал на мои, и постепенно расстояние до дома становилось всё больше похоже на условность.

В какой-то момент Лиар даже предложил сделать крюк вокруг небольшого озера.

Лично я была уверена, что это пруд.

В крайнем случае большая лужа.

Но спорить с человеком, который уже минут десять уверенно называл его озером, оказалось удивительно весело.

Наше свидание продлилось прямиком до спальни. Вернее, даже до кровати.

Остановившись возле неё, я чуть прищурилась, глядя на супруга.

— Так, на всякий случай предупреждаю, — сообщила я, для пущей убедительности сложив руки на груди. — С мужчинами на первом свидании я не сплю.

В светлых глазах мелькнул смех.

— Хорошо, — неожиданно легко согласился муж.

После чего совершенно спокойно стянул через голову рубашку, избавился от брюк и с таким невозмутимым видом направился к кровати, словно только что не услышал ни единого слова.

Я даже рот приоткрыла от подобной наглости.

— Лиар!

Но вместо ответа мой блондин вдруг шагнул обратно ко мне, легко подхватил на руки и прежде, чем я успела придумать новую угрозу, вместе со мной рухнул на кровать.

Одеяло тут же оказалось сверху.

Лиар подоткнул его со всех сторон с таким старанием, словно упаковывал особенно ценный груз.

А после этого еще и довольно кивнул, оценивая результат.

Я возмущённо высунулась из своего одеяльного кокона.

— По-моему, ты неправильно понял смысл моих слов.

— Нет, — возразил он, устраивая меня у себя под боком. — Всё правильно.

— Правда?

— Конечно. Тебе нельзя спать с мужчиной на первом свидании.

— Именно.

— Поэтому спать буду я, а ты будешь охранять.

С этими словами Лиар притянул меня ближе, коснулся губами виска и окончательно устроил в своих объятиях.

Спорить после этого почему-то совершенно расхотелось.

Я только улыбнулась, закрывая глаза.

Удивительно, сколько всего успело произойти за один день.

Даже на свидание успела сходить.

Я сладко зевнула.

Эх, только бы завтра не забыть про…

На этом месте усталость окончательно взяла своё, и выяснилось, что с мужчинами на первом свидании я всё-таки сплю. По крайней мере, если речь идёт о собственном муже.