Глава 25

— Только не говори, что теперь тебе придется дать пощечину мне, — мрачно пошутила я.

Лей не ответил — просто шагнул ко мне, сокращая расстояние между нами и без предупреждения накрыл мои губы своими.

Целовал он дерзко и напористо — точно так же, как и сам был, как мужчина, беззастенчиво орудуя языком у меня во рту.

Пальцы зарылись в мои волосы, запрокидывая голову, открывая меня для поцелуя глубже, а вторая рука сжала меня за ягодицы, притягивая к себе. Я вцепилась в его рубашку — потому что иначе упала бы — и просто тонула в этом поцелуе, в его руках, в жаре его губ, не в силах ни думать, ни дышать, ни сопротивляться.

Когда он отпустил меня, я стояла и хватала ртом воздух.

— На карточке было написано «страстный поцелуй», — и только слегка севший голос выдавал, что он не так спокоен, как хочет казаться. — Я лишь выполнял задание.

Организатор хохотнул.

— Ну, с заданием оба мужа справились. А раз так…

Он протянул мне бумажки, на этот раз подрагивающими пальцами тянула уже я. И в этом был весь Лей — выбить из-под ног опору и насмешливо наблюдать за мной.

— Магическое представление в капсуле, — прочитала я вслух.

До начала ближайшего представления оставалось ещё немного времени, и это оказалось весьма кстати.

После поцелуя мысли всё ещё путались самым неприличным образом, так что мы еще немного побродили по фестивалю, успели попробовать что-то у одного из лотков и послушать музыкантов, прежде чем направиться к капсулам.

Лей открыл люк, пропуская меня вперёд, и мы забрались внутрь.

Снаружи остался гул фестиваля — музыка, смех, чьи-то далёкие голоса. Но стоило Лиару закрыть люк, как всё исчезло. Внутри было чисто, герметично, а весь пол устилал толстый матрас — просторный, застеленный серой тканью с едва заметным серебристым отливом. Стены мерцали приглушённым магическим светом в ожидании представления.

Мы устроились втроем. Я посередине, между ними двумя. Спереди — Лиар, его плечо под моей щекой, запах чистого мыла и тёплой кожи. Сзади пристроился Лей, положив ногу мне на бедро. Экран загорелся — сначала рассыпчатым звёздным небом, потом самим представлением, которое сменялось словно калейдоскоп.

Лиар инстинктивно начал гладить меня — пальцы скользили по моим волосам, перебирали пряди, касались виска. Легко, убаюкивающе.

Лей, не отставая от моего второго мужа тоже опустился вниз. Ладонями он принялся массировать ступни — перебирая пальцы ног, поглаживая подъём, надавливая большими пальцами на пятки.

Я прикрыла глаза. Это было так правильно — лежать в кольце двух мужчин, чувствовать, как тает напряжение в каждой клетке, как тело становится тягучим и податливым.

Я разомлела, словно в полудреме.

А потом между нами тремя что-то неуловимо изменилось. Постепенно прикосновения мужчин становились настойчивее, дыхание всех троих участилось, а я поймала себя на том, что сама едва ли не выгибаюсь на встречу их рукам.

Лиар запустил ладонь глубже — от волос к шее, к плечам, накрыл грудь, пропустил между пальцев напряженный сосок.

И одновременно с тем я почувствовала, как пальцы Лея задирают подол платья. Он развёл мои бёдра в стороны — и тут же его голос, насмешливый, чуть хрипловатый, раздался откуда-то снизу:

— Так, а это, кажется, у нас задание со страстным поцелуем? Надо бы закончить.

Но не успела я даже хмыкнуть в ответ — как Лиар взял моё лицо в ладони и поцеловал.

Чувственно, глубоко. Не давая опомниться, не позволяя отстраниться. Его губы накрыли мои, язык скользнул внутрь — требовательно, сплетаясь с моим, проникая всё глубже, пока я не потерялась в его вкусе, в его дыхании, в том, как его пальцы сжимали мой подбородок, удерживая.

А в следующую секунду горячее, влажное прикосновение обожгло меня уже между ног.

Лей провёл языком по складкам — широко, неторопливо, явно смакуя.

Я дёрнулась, застонала Лиару прямо в рот, но муж не отпустил меня — продолжил целовать, глотая мои звуки, пока вторая пара губ творила что-то невообразимое где-то внизу. Лей обвёл клитор кончиком языка, легонько втянул его губами, и я почувствовала, как по телу растекается густое, тягучее тепло. Он лизал меня, и каждое движение было уверенным, точным — он явно знал, что делает. От возбуждения между ног стало мокро, так что я слышала влажные звуки, пока его язык скользил всё глубже, проникая внутрь.

Не переставая работать языком, Лей что-то промычал, и вибрация прошла прямо через клитор — я застонала, выгибая спину.

А потом он оторвался, одним движением развернул меня, ставя на четвереньки — мокрую, разгорячённую, сбитую с толку. Юбка платья задралась до талии. Я упёрлась ладонями в матрас и подняла голову — и увидела лицо Лиара. Сейчас, в приглушённом свете экрана, оно выглядело иначе. Тёмные глаза, расширенные зрачки, влажные губы, на которых ещё оставался вкус моего поцелуя. Веснушки на его щеках в этом свете казались почти неуместными — слишком нежными для такого голодного и жадного взгляда, которым он меня сейчас пожирал.

Он расстегнул брюки — ткань скользнула по бёдрам, и он встал на колени. Его член — ровный, аккуратный, с мягкой головкой — оказался прямо перед моими губами. Я приоткрыла рот, и он вошёл, позволяя мне самой задавать глубину. Я взяла его, обвела языком головку, втянула щёки — и услышала, как Лиар зашипел сквозь зубы, подаваясь мне бедрами навстречу:

— Да, вот так, моя госпожа…

С другой стороны звякнула пряжка ремня Лея.

— Наша госпожа, — исправил его Лей, пристраиваясь ко мне сзади.

Член моего второго мужа упёрся во влажные складки. Уже растянутые его языком, они легко раздвинулись, пуская его внутрь.

Одним резким толчком он вошел в меня до упора так, что я вскрикнула.

Лей все набирал темп, его бёдра хлопали по моим ягодицам, его пальцы впились в мои бёдра, и каждый его толчок заставлял меня подаваться вперёд, насаживаясь ртом на Лиара глубже. Мои руки подкашивались, но я держалась — вцепившись в матрас, принимая их обоих.

Мокрая ткань платья сбилась где-то на поясе, и каждое трение отдавалось внизу живота томительным нетерпением.

Всё собралось в одну точку. Только я. Только они. Только мы.

— Я сейчас… — выдохнула я, оторвавшись от Лиара, но Лей не сбавил темпа, а наоборот — ускорился.

— Давай, — рыкнул он сзади. — Вместе.

И мы кончили. Все трое, одновременно.

Сначала я с протяжным стоном — остро, до кругов перед глазами, до белых вспышек, взрывающихся под веками, как рассыпавшийся салют.

Потом Лиар — я почувствовала, как его член дёрнулся на моём языке, запульсировал, и горячая, терпкая, солоноватая струя стрельнула мой рот.

И сразу за ним с рваным выдохом разрядился Лей в последнем толчке. Он замер, изливаясь внутрь меня, заполняя своим семенем.

Утомленные, мы лежали втроем, взявшись за руки и пытались отдышаться. Лиар, который был моей тихой гаванью с нашей первой встречи, и Лей — своенравный, дерзкий, мой.

А над нашими головами расцветал магический фейерверк, рассыпая по куполу капсулы тысячи разноцветных искр.