Глава 25

В воздухе еще звучали стоны и предсмертные хрипы. Одни раненые просили пощады, другие проклинали, но Ингвара это не трогало.

Тяжело вздрагивая, он пытался унять бушующую в венах ярость. Зверь жаждал битвы! Но драться было уже не с кем.

– Вождь!

Крик одного из оборотней заставил оторваться от созерцания огромного поля, сплошь усеянного трупами кочевников.

Ингвар тяжело взглянул на бежавшего к нему оборотня и слегка оскалил клыки.

Мужчина благоразумно остановился на внушительном расстоянии.

– Мы нашли их боевую ставку! – прохрипел, склоняя голову.

Отличная новость! Ингвар глухо рявкнул, отпуская воина, и потер занемевшее от боли плечо.

Наконечник стрелы почти вышел. Его тело избавлялось от инородного предмета, но очень медленно – лапа до сих пор не работала, как надо.

Но это не помешает осмотреть трофеи.

А их было много…

Перешагивая через тела, Ингвар направился в сторону, куда удалился оборотень.

Часть кочевников успела сбежать, прихватив с собой столько золота, сколько смогла, но основные дороги перекрыты оборотнями, так что далеко не убегут.

Через некоторое время перед носом замаячили перевернутые повозки.

– Гарем хана тоже тут, – сообщил один из воинов. – Что будем делать?

Правильнее было бы избавиться. Женщины кочевников не слишком отличаются от мужчин – грубые и дикие, они порой заменяли своих мужей в седлах, не уступая им яростью.

И все же… Он не мог. Оборотни ценили волчиц. Женщины двуликих могли становиться вожаками, имели право голоса и могли требовать свободы, если муж с ними дурно обращался.

Уважение к самке, вынашивающей дитя, прививалось с детства. А теперь ему предлагалось убить безоружных.

Ингвар тряхнул головой и зарычал. Подумает об этом позже!

Сейчас его интересовала добыча.

Протиснувшись между перевёрнутыми возами, он пошёл прямиком к грубо сделанному шатру.

Никакой красоты или хотя бы изящества – степному народу плевать на радость глаз, кочевники ценили практичность. Это осложняло бой – сразу и не скажешь, где командование, а где шатры воинов.

Но теперь это неважно.

Содрав полог, Ингвар забрался внутрь и повел носом.

Трупы уже начинали гнить. Еще день – и ткани пропитаются вонью насквозь. Надо убрать. А вот запах дерева гораздо интереснее… Где-то тут тайник.

Поиски не заняли слишком много времени. Неаккуратно вырытый схрон нашелся под завалами. Несколько небольших ларцов тут же были подняты и раскрыты.

– Вур-р-р… – Ингвар даже голос подал от удовольствия.

Этим можно будет купить десять Советов!

Он, конечно, ожидал добычи, но такой… Огненные рубины! И какие! Каждый камень с крупный лесной орех, а то и больше. Видно, Хан возил казну с собой… Что оборотням только на руку.

Огненные рубины – почти такие же редкие камни, как льдистый кристалл. Их добывали в Восточных пустынях, рядом с пылающими разломами. Только песчаные ведьмы – дочери от союза демона и человеческой женщины – могли выдержать жар, клубившийся между раскаленных скал. Огненные Духи или шайтаны – так их называли на Востоке – милостиво делились богатствами с этими прекрасными и непокорными, как пламя, женщинами. Обычно ведьмы входили под своды раскаленных скал совсем маленькими – в пять весен, дабы получить свое приданное. И Духи Огня награждали ведьм соразмерно силе, горевшей в их сердцах. Но горе тому, кто захочет очаровать восточную красавицу из корысти.

Ингвар аккуратно и со всем уважением взял черно-алый камушек.

Он мог обжечь почти так же сильно, как уголь. Но запястье окутало блаженное тепло. Духи чувствовали его звериную суть и уважали ее.

– Эти камни послужат благому делу, – прохрипел, меняя облик на человеческий. – Они обогреют дальние селения и защитят травниц. А еще послужат украшением наиболее достойным Лордам.

Рубин слегка нагрелся и опять остыл.

Суть этого камня – пылать даже в ледяных водах. А оружие, инкрустированное рубином демона, превратит маленькую рану в опасную язву.

Ингвар осторожно положил камень обратно в ларец.

А потом подошел к одному из тел и подхватил богато украшенный меч. Оружие и головы будут его трофеем.

– Готовьте снежного ястреба, – повернулся к оборотням. – Мы возвращаемся в Северные земли.

***

Жители столицы приветствовали оборотней криками и свистом. Под ноги мужчинам и – о, какой пассаж! – женщинам летели цветы, ленты и зерна пшеницы. Каждый хотел коснуться героев. Даэлия позаботилась, чтобы глашатаи рассказывали о подвигах не только людей, но и оборотней. Северные земли должны знать, кому они обязаны. Да люди и сами это понимали.

Без оборотней потерь было бы намного больше. Например, все Северные земли. Но самое приятное – Лорды тоже это знали.

Может, поэтому и закрывали глаза на интересное положение своей правительницы.

Под ребра ощутимо пихнули, да так, что она сдавленно охнула.

– Всевышний, – зашипел Хьюберт, разглядывая вздувшийся на ее животе бугор. – Ниока ни за что не согласиться рожать…

Даэлия плотнее сжала губы, чтобы не улыбнуться.

Она успела познакомиться с девушкой, похитившей сердце принца Империи Руф- Имн. Надо сказать, выглядела фрейлина эффектно.

Каштановые локоны, лицо фарфоровой куколки и тело элитной куртизанки. Немудрено, что Хьюберт потерял голову. А вместе с ней и сердце.

Что устраивало и Даэлию, и Ингвара.

«– Мне ненавистна сама мысль, что этот щенок будет считаться твоим мужем, – рычал ее возлюбленный, когда Даэлия без сил валялась на кровати, утомленная жаркой близостью. – Придется терпеть его рядом! Но… рожать будешь только от меня!»

Даэлия с улыбкой положила руку на живот. Ее приказ был исполнен более чем хорошо. И под венец с Хьюбертом она шла уже беременной. Лорды об этом не знали, но наверняка догадывались. И молчали.

Возможно, потому что положение Северных земель зависело от лояльности оборотней, а может, смирились с мыслью, что их Госпожа не потерпит рядом «подходящего» кандидата. Так же, как однажды Владыка Северных земель пошел наперекор традициям и взял в жены обычную травницу.

Все, что Даэлия смогла – это найти шаткий компромисс.

Замужество с Хьюбертом для отвода глаз неплохо сработало. Об отцовстве тоже никто не распускал лишних слухов. Даже дряхлеющий правитель Империи Руф-Имн успокоился и перестал требовать от сына наследников.

В общем, все были довольны.

Кроме Ингвара.

Даэлия тихонько прикусила губу, разглядывая шедшего во главе отряда оборотня. Он делал вид, что не заинтересован в происходящем, особенно в Госпоже Северных земель. Но метка пульсировала обжигающим теплом, от которого немели кончики пальцев.

Еще бы… Восемь месяцев вдали друг от друга.

Каждый раз она с замиранием сердца ждала снежного ястреба. А, разворачивая письмо, едва оставаясь в сознании из-за страха. Оборотни ведь не бессмертны. Пусть их раны заживают быстро, но шальная стрела могла оборвать дыхание любого из двуликих.

Первый натиск воины едва сдержали. Кочевников было так много, что не было видно земли. Если бы не оборотни, от воинов Северных земель не осталось бы ничего, а разрушающей силы поток хлынул через горы дальше.

Но ее войскам удалось сделать невозможное.

Командиры наперебой рассыпались хвалебными речами о смелости и ярости двуликих. Каждый стоил тысяч солдат. А уж их неутомимость на поле боя была выше всяких похвал.

Да, оборотни очень выносливы. Она знала.

– Скоро уже встретишься со своим милым, – не удержался от ехидной реплики Хьюберт. – Не пыхти так.

В иное время Даэлия ответила бы резкостью, но за время, проведенное вместе, они с Хьюбертом успели прийти к… нет, не дружбе. Скорее это было подобие взаимоуважения. Оба извлекали из союза выгоду, а о плотском влечении речи не шло.

– Мне бы стоило промолчать, Госпожа, но скажу: думала, сердце по кускам собирать буду. А теперь успокоилась. Надо так.

Фаворитка Хьюберта очень осторожно подбирала слова, но в янтарных глазах пылал огонь. Возможно, девушка и в самом деле любила Хьюберта, а может, не хотела лишиться такого поклонника – Даэлии было все равно.

Главное, что Ниока не представляла угрозы. Соглядатаи исправно доносили о примерном поведении фаворитки. Она никуда не лезла, в дворцовых склоках не участвовала. А ночью – об этом знала лишь Даэлия – приходила в покои Хьюберта и оставалась там до утра.

– Все, кажется, последние, – вздохнула, разглядывая воинов, замыкавших шествие. – Духи! Я не переживу торжественного обеда.

Хьюберт лишь фыркнул:

– Куда же ты денешься? Похоже, у нашего дорогого Ингвара важные новости. Ауч! – притворно скривился, когда Даэлия тихонько толкнула принца в бок. – Вообще-то я должен ревновать.

– Ах, принц, вашу ревность вполне бы остудили льдистые кристаллы, что поступают в казну Империи.

Никто не говорил, что Хьюберт будет с ней заодно исключительно из благородства.

Как и отец, он имел неплохую деловую хватку. Впрочем, Даэлия старалась не уступать «мужу». Торговля между странами быстро росла. Фрукты, лен и хлопок, что в изобилии произрастали на тучных землях Империи, широким потоком хлынули в Северные земли. А богатая железом горная руда, металлы и льдистый кристалл отбывали в обратном направлении.

Император был весьма рад. И наверняка бы часто гостил в Северных землях, но его здоровье стремительно ухудшалось. Хьюберт – очень поздний ребенок и единственный сын – должен был скоро занять престол. И вот тогда в фальшивом браке не будет нужды.

Опираясь на предложенный локоть, Даэлия шла в зал Совета.

Там все было готово к приему гостей. Сегодня в столице праздник.

Лорды уже ждали. А вместе с ним и оборотни.

Сердце мучительно трепыхнулась, но ни взглядом, ни движением Госпожа Северных земель не показала, что ее интересует широкоплечий красивый альфа в богатом плаще. Но, Духи, как же хотелось позволить себе больше, чем мимолетный взгляд!

Она так скучала! Каждый день в разлуке – словно невыносимая пытка. Иногда казалось, что она не закончится. Что вечность придется засыпать в холодной постели. И только дочка давала сил жить и ждать.

Устроившись на троне, Госпожа Северных земель милостиво кивнула.

– Я рада приветствовать двуликих под сводами дворца сно… – запнулась, почувствовав внизу живота болезненное давление, – снова, – кашлянула, чтобы хоть как-то скрыть накатившую панику.

Нет! Только не сейчас!

Но по изменившемуся лицу Ингвара Даэлия поняла – да, именно сейчас. Дочь захотела повидаться с отцом.

– А я рад принести под своды зала Совета дары, – чуть поспешнее, чем надо заявил оборотень. – Покажите, – кивнул стоявшим за спиной мужчинам.

И как же Даэлия была рада, когда Лорды, позабыв о приличиях, наперебой потянулись к оказавшимся на столе сундукам. Огненные рубины сковали их внимание, позволив ей бросить пару дежурных фраз, а потом медленно подняться.

Но едва она встала, по ногам хлынуло теплое, пропитывая тонкое платье. О, Духи!

– Дорогая, ты, верно, замерзла, – тут же среагировал Хьюберт, – возьми.

И на ее плечи упал тяжелы черный плащ. Ох, как чудесно!

– Спасибо, – процедила сквозь зубы.

Живот окаменел, а в пояснице разгоралась тянущая боль.

– Идите, Госпожа, – тихонько отозвался Юстиан. Он сидел ближе всех и понял, что происходит. – Отец ребенка скоро придет.

И взгляну на оборотня.

Та-а-ак… Наивно было полагать, что этот Лорд не сложит два плюс два. Но сейчас на это плевать.

Хель тенью оказалась рядом и помогла сойти со ступеней и выбраться к боковому коридору.

– Я все организую, Госпожа, не волнуйтесь, – затараторила, сжимая ее локоть. – Ох, сама вся трясусь…

В последнее время Хель была особенно нервной. Дерек осаждал свою пару по всем фронтам. Слал подарки, нежно выл под окнами, пугая Совет, и при любом удобном случае стремился остаться наедине. Кажется, волчица начинала потихоньку сдавать.

Даэлия не лезла – разберутся. Хель – не маленькая девочка, и сейчас…

– О, Духи! – застонала, хватаясь за живот.

Служанки, стоявшие неподалеку, испуганно охнули и тут же исчезли. Прекрасно! Сейчас весть о начавшихся родах облетит дворец быстрее пожара в засуху.

– Давайте, Госпожа, еще немного, – нарочно бодро отозвалась Хель.

И как же она ошибалась…

***

– В следующий раз рожать… будешь ты.

Тихие, словно шелест ветра, слова могли бы заставить улыбнуться, но его сладкая девочка выглядела совершенно измученной.

Ингвар осторожно сжал хрупкие плечи и поцеловал Даэлию в макушку.

– Как скажешь, родная.

Девушка глубоко вздохнула и крепче прижала к себе сверток.

Там, в белоснежной пене кружев, сопела самая чудесная награда – его дочь. Ингвар не мог оторвать взгляда от крохотного личика, казавшегося таким… таким…

Нет, у него не было слов! Сердце сделалось невозможно огромным и не хотело помещаться в груди.

– Совет будет в восторге, – прошептала госпожа его сердца. – Два ларца огненных рубинов и наследница трона. Достойное завершение победы над кочевниками.

– Однажды я хотел бы привести вас в Стаю. Оборотни признают свою королеву. Им не важна чистота крови.

Но любимая лишь вздохнула.

– Зато людям важна… Пока что.

В ее голосе звякнула сталь. Ингвар даже не скрывал улыбку.

Да, пока им придется играть навязанные роли. Но время идет и даже камни не могут устоять перед его мощью. Однажды все изменится, ну а пока…

– Люблю вас, – заурчал, прижимая своих девочек крепче.

И ответом ему стало полное тепла:

– Мы тебя тоже.