Глава 24

Потрясённый голос Рэма Корвина проник в сознание землянки будто издалека:

— Ник... девушка?

— Ты идиот? — резкий и злой ответ Артура Рэдвига отдался болью в висках. — Сам ты баба!

— Я? — возмущённо зашипел Рэм. — Да ты посмотри на него... То есть... на неё... Боги! Смотри! Ник — девица!

— На что смотреть? — недовольно проворчал Арчи. — Э-э... что это?! — недоверчиво выдохнул будущий гвардеец.

Наступила тишина.

Оля вздохнула, хотела открыть глаза, но не смогла — на веки словно кто-то кирпичи положил.

— Это признак того, что он... хм... точно не мужчина, — голос Лукаса прозвучал глухо и напряжённо.

И снова тишина.

Оля уже очнулась, но пока не понимала, что парни говорили о ней. Девушка пыталась понять, почему ей так плохо. Тело ломило так сильно, словно по ней танк проехал, голова раскалывалась от боли, а в висках болезненно выстреливало.

— По-моему, это... перевязанная эластичным бинтом женская грудь, — медленно выговаривая слова пробормотал Артур.

— А почему у него... у неё... такое странное лицо? — сквозь зубы процедил Рэм.

— Нежное, ты хочешь сказать? — нервно хмыкнул Артур. — Потому что женское.

— Оно... женское? — голос Рэма прозвучал очень озадаченно.

— Ну, если у Ника есть ... э-ммм... такая грудь, то, наверное, вполне... может быть и... женское лицо, — безэмоционально ответил Лукас.

— Как такое возможно? — возмущённо зашипел Рэм. — Недавно было другое лицо — мужское!

— С амулетом иллюзий и не такое бывает, — голос Артура стал задумчивым. — А она... хорошенькая... и грудь тоже... ничего.

— Придурок! Перестань пялиться туда, куда не следует! — гневно процедил Лукас.

Наконец Оля с трудом распахнула глаза, но тут же сощурилась от яркого света. В комнате оказалось неожиданно светло, а над собой девушка увидела три очень знакомых лица. Хмурых и с кучей вопросов во взглядах.

— Вы идиоты? — хрипло прошептала землянка. — Вы хотели меня убить? — пробормотала и замерла, вдруг поняв, о чём парни сейчас переговаривались. До этого в голове у Оли как будто то гудело, то шумело, и девушка не могла сосредоточиться на словах друзей.

Это же они о ней говорят...

«О Боже! Амулет! Где он?»

Девушка хотела проверить, находится ли амулет иллюзий на месте, но слабость не позволила поднять даже руку. Оля настороженно посмотрела на парней.

— Ник, ты девушка? — зелёные глаза Артура Рэдвига впились в её лицо.

Как они поняли? Что произошло? Неужели, спасая жизнь, она потеряла амулет иллюзий?!

Взгляд девушки испуганно заметался с одного склоненного лица на другое, перекинулся на каменные стены и снова вернулся к хмурым лицам парней.

Оля молчала, собираясь с мыслями, обдумывая ситуацию.

— Я снял с твоей шеи вот этот кулон, чтобы обработать раны, — Лукас показал невзрачный кулончик на цепочке, подаренный ей Николасом Червингом. Амулет иллюзий.

Сам парень хмуро и очень-очень внимательно разглядывал её.

— Цепочкой я поранил её тебе, когда... — Лукас тяжело вздохнул, поморщился и закончил: — душил. Как только я снял этот кулон, ты стал другим, — голос юноши снизился до таинственного шёпота.

— Странным, — вставил Рэм.

— Рэм, ты кретин? — хмуро процедил Арчи. — Он — девушка, а не странный. Все это время на ней был амулет иллюзий, который менял женский облик на мужской.

Рэм насупился.

— Ты кто такая? — голос Артура стал резким и холодным.

— Конь в пальто, — мрачно ответила Оля, напряжённо думая, что же ей сказать? Правду? Часть правды? Или полностью соврать?

— Шпионка? — нахмурился Рэм.

Оля выразительно закатила глаза. Сил оставалось только на это.

— Магия рода Дарвигов признала меня в семейном храме! — глухим голосом напомнила она и заметила, как фигуры парней чуть расслабились. Они, что же, действительно думали, что она диверсантка?!

Неожиданно девушка вспомнила, как эти... приличных слов не нашлось... проткнули шпагами маленьких шукш.

— Шукши... — голос Оли сорвался. — Они живы? — она затаила дыхание.

«Пусть они будут живы! Пожалуйста!» — мысленно взмолилась.

— Пока да, — мрачно ответил Артур, во взгляде которого теперь читалась вина. Он был одним из тех, кто ранил лесных малышей. — Но, похоже, что они умирают.

Оля хотела вскочить, побежать к маленьким друзьям, но с досадой поняла, что не сможет это сделать: сил не было даже пальчиком пошевелить.

— Принесите их сюда и положите рядом со мной. Желательно на грудь, — дрожащим голосом потребовала она.

— Сначала ты нам всё расскажешь, — холодно заявил Лукас Дарвиг. — Кто ты всё-таки такая? Почему носила амулет иллюзий и выдавала себя за моего брата — Николаса Дарвига.

Остальные его двое друзей согласно кивнули, с ожиданием уставившись на неё.

— Я — твоя старшая сестра Оливия Дарвиг. Мне девятнадцать лет, — нехотя призналась Оля изумленному парню. — Амулет надела, потому что знала о паршивом характере деда и хотела с ним подружиться в облике парня. Идея оказалась неудачной, но превращаться обратно в девушку здесь, в поместье деда, мне расхотелось. Пока вам хватит информации. Принесите шукш, иначе они умрут! — сквозь зубы гневно процедила девушка. — Я не знаю, откуда я это знаю, но вы должны принести их прямо сейчас. Иначе станет поздно. Обещаю, что потом отвечу на все вопросы.

Парни многозначительно переглянулись, посмотрели в сторону окна. Именно на подоконнике лежали два маленьких бездыханных защитника... А остальные шукши, поникшие и притихшие, сидели рядом с малышами на подоконнике и под ним.

— Хорошо, принесём! — согласно кивнул Артур Рэдвиг. Как всегда, именно он принимал решения в троице друзей. — Сначала попытаемся спасти мелких, защищающих девчонок, которые выдают себя за парней.

Остальные двое парней нервно хмыкнули.

Лукас и Рэм принесли раненых малышей и осторожно положили на грудь девушке, с огромным интересом уставившись на неё.

— Заодно и грудь прикрыли, — неловко пошутил Лукас, а Оля поняла, что ночная пижамная рубашка расстегнута на груди чуть ли не до пупка, и поэтому перевязанная бинтом грудь стала видна всем.

— Мы хотели привести тебя в чувство, — словно в оправдание произнёс Артур Рэдвиг, отводя взгляд.

Девушка прикрыла глаза, постаралась не нервничать, успокоиться и сосредоточиться, заглянула внутрь себя. Постаралась вспомнить всё, что читала о своей магии.

Ступор и паника. И больше ничего.

Ее раскрыли трое мальчишек, которые теперь не отстанут, пока она всё не расскажет. На груди лежали два малыша, и она не знала, что ей делать.

Но она же каким-то шестым чувством поняла, что шукши должны оказаться рядом... Как же теперь понять, что нужно делать дальше?

Пушистики лежали на ней, не шевелясь. Дышали еле слышно и тяжело.

«Ну же! Магия нернессов отзывайся! Ведь ты уже проснулась!»

Оля сосредоточилась. Расслабилась. В груди чуть-чуть запекло, но теперь больно не было. Прямо в центре, где солнечное сплетение, слегка стала зудеть точка, размером, наверное, с игольное ушко.

Оля замерла и постаралась ещё больше расслабиться. Она обязана понять, что может сделать для маленьких друзей, чтобы спасти их.

Иномирянка чувствовала, как точка с игольное ушко медленно, но верно увеличивается, не причиняя боли или вреда. Ей казалось, что от точки будто отходят горячие лучики света.

Ощутила, как медленно, капля за каплей, стали возвращаться силы. Теперь она уже могла поднять руки и нежно обнять маленькие тельца.

«Маленькие мои... самые смелые... самые замечательные... ну давайте... помогайте мне бороться за вашу жизнь...»

— Ее ладони светятся зелёным, — в восторге зашептал кто-то из парней. Похоже, что Рэм.

— Кожа тоже сияет, — еле слышно прошептал Рэдвиг. — И становится прозрачной.

Словно издалека Оля услышала прекрасное женское пение на непонятном языке. Она вздрогнула от неожиданности и удивления. Незнакомая девушка пела тихо, грустно и немного заунывно, но голос, на удивление, оказался красивым и чистым.

А потом Оля с изумлением поняла, что это она поёт. На незнакомом языке, отчего-то понимая, что эту песню нужно петь здесь и сейчас для раненых шукш.

— Магия нернессов, — восхищённо прошептал один из друзей. — Вы тоже это видите?!

— Видим.

Оля же впала в транс, не в силах прервать пение и открыть глаза. На мгновение почувствовала панику, но лишь на короткий момент, а потом полностью доверилась той силе, которая медленно наполняла от кончиков пальцев до самого сердца, руководя её действиями.

Перед мысленным взором стали проноситься странные картины. Мужчины и женщины в венках из веток водят хоровод вокруг огня, который необычного светло-зелёного цвета. Они протягивают к нему руки, пламя лижет кожу, но им не больно. Глаза мужчин и женщин ярко и счастливо светятся, они начинают петь ту песню, которую Оля именно сейчас пела.

Потом из круга поющих отделяется молоденькая девушка, тоненькая и хрупкая, с длинными темными до пят волосами, и идёт к огню. Девушка становится в центр зелёного пламени и медленно оборачивается. У неё необыкновенные лучистые глаза цвета нежной молодой зелени.

Простоволосая, в венке, в длинном белом платье простого покроя она пристально смотрит ей в глаза и поёт. Все громче и громче, все чище и чище. Оля вдруг совершенно отчётливо и с уверенностью понимает, что эта девушка — она сама.

Девушка в венке разводит руки в стороны и несколько раз резко соединяет их, плотно придавливая ладони друг к другу. Потом она прекращает пение и быстро-быстро начинает шептать заклинания на древнем эллийском языке.

В этот момент маленькие тельца, лежащие на груди, вздрогнули и слегка зашевелились, а Оля поняла, что вновь теряет сознание.

Огромные зелёные глаза девушки-нернессы из странного видения стали медленно увеличиваться до размера комнаты, наполняя ее мягким зелёным светом, пока перед мысленным взором землянки не остались только глаза.

Голова иномирянки закружилась, а мимо сознания с огромной скоростью стали проноситься многочисленные лица тех, кто танцевал вокруг магического огня.

Отстранённо Оля поняла, что знает по именам всех магов, танцующих вокруг него. Все они нернессы и давно ушли за Грань.

— Наконец-то! — прозвучал в голове землянки нежный певучий женский голос. — Мы заждались тебя!