Глава 9

Оля в некотором замешательстве остановилась рядом с лестницей, по которой спустилась, поскольку при её появлении незваные гости почему-то поджали губы и застыли с каменными лицами.

Девушка обратила внимание, что мужчины были одеты, как вельможи средневековья: удлиненные камзолы и брюки одинакового фасона приглушённых цветов из хорошей ткани; рубашки явно из тонкого материала, на жилетах богатая вышивка сложного узора; толстый кожаный пояс и шпага на боку; длинные волосы, забранные в хвост или косу, на голове берет с брошью.

Гостья с Земли быстро сообразила, что к ним заявились аристократы Эллии —такситумы, маги, о которых совсем недавно рассказывал Ник. И, скорее всего, судя по их крепким фигурам, широким плечам и оружию, которым они были обвешены, они являлись боевиками.

— Что за девица, Ник? — довольно резко спросил узколицый и темноглазый мужчина, более худощавый и субтильный, чем другие гости. Он не был ранен, держал спину ровно и имел властное выражение лица.

— Моя помощница, — сухо ответил Николас, не впечатленный тоном мужчины.

— Помощница? — переспросил тот подозрительно. — Хм... — задумчиво добавил.

Затем он и ещё один гость, который тоже не был ранен, сняли с себя оружие, аккуратно сложили его на столе и вернулись к магу, находившемуся без сознания, которого до этого они положили прямо на пол.

Мужчины подхватили бесчувственное тело: один взял за плечи, второй — под колени, и понесли мимо застывшей девушки, бросая на нее косые настороженные взгляды.

По тому, как они напряглись, Оля догадалась, что ноша была тяжелой, но это и не казалось удивительным, поскольку бесчувственное тело тоже принадлежало большому, крепкому и явно высокому мужчине.

— Отъелся Стен на харчах Дарвига, — насмешливо заметил один из «несунов», напрягаясь, — теперь пока его дотащим, сами сдохнем.

Услышав знакомое имя, Оля невольно вздрогнула.

«Дарвиг? Дед?»

Она обернулась и встретилась со встревоженным взглядом Николаса, который строго посмотрел на неё, взглядом приказывая молчать.

Девушка опустила глаза.

— Не сдохнешь, умник, — презрительно процедил второй, который до этого спрашивал у Ника, кто такая Оля. — Себя давно видел? Явно любишь хорошо пожрать.

— А ты себя? — процедил «умник», белобрысый и белокожий, очень крупный мужчина.

Оля с невольным любопытством посмотрела на его лицо: щеки, и правда, оказались зачётные, но улыбку она сдержала. Сам мужчина тоже был то ли толстым, то ли огромной грудой мышц.

— Прекратите! — гневно прорычал раненый, оставшийся с Николасом в комнате внизу. — Не время и не место выяснять отношения! Отнесите Стена куда следует, пока он не отдал богу душу!

Оля обернулась на обладателя приказного тона. Николас уже успел посадить его на стул и помог снять окровавленную рубашку.

Взгляд девушки скользнул по широким мускулистым плечам, одно из которых, судя по всему, серьезно пострадало.

Насквозь пронзено шпагой?

Поэтому и рука висела как плеть, которую он до этого бережно поддерживал. Рана была скрыта под уже запекшейся кровью.

— Девушка... твоя? — спросил раненый мужчина, хмуро разглядывая Олю. Темноволосый и темноглазый, с бледным и уставшим лицом, он её внимательно осматривал, будто ощупывая взглядом. — Ник, раньше ты не приводил сюда баб. Ты спятил? Ещё и фарутку!

— Эрик, я тебя звал, что ты замечания делаешь? — в ответ недовольно проворчал маг жизни. — Мой дом — кого хочу, того привожу. И я уже сказал, девушка — моя помощница, а не та, кем вы себе её представили.

Оля не услышала, что Николас ещё вполголоса добавил, но раненый вдруг бросил на неё еще один, более любопытный взгляд, который она поймала.

Раскосые тёмные глаза мужчины сразу стали холодными и настороженными, но уже не такими подозрительными.

Оля нерешительно замерла, чувствуя растерянность, не зная, как дальше себя вести, куда идти и что делать. Происходящее напоминало съемки исторического фильма о заговорщиках, а она чувствовала себя его героиней, пусть и не главной, только вот свою второстепенную роль в этом фильме она совершенно не знала. Режиссёр попался совершенно некомпетентный.

"На мыло тебя, Ники. На мыло," — мрачно подумала девушка, и тут же, словно Николас услышал её возмущённые мысли, он спокойно и строго произнёс:

— Оливия, проследи, пожалуйста, чтобы эти мужланы осторожно положили раненого на кровать, а то с них станется швырнуть его. Я подойду, как только окажу необходимую помощь Эрику.

"Оливия?" — девушка удивлённо вскинула бровь, потом поняла. «Оля», наверное, звучит непривычно для этого странного мира и Ник быстро придумал ей другое имя— эллийское.

— Сам ты мужлан, Ник! — недовольно запыхтел один из "несунов". Узколицый, с властным взглядом.

— А то я вас не знаю, — проворчал маг, словно старый дед.

Николас уже промыл рану Эрика и начал готовить ткань для перевязки, пропитывая ту заживляющим раствором. Все его действия были уверенными и чёткими — любо-дорого смотреть. И на раненого красавца тоже... можно было незаметно полюбоваться. Да на любого из неожиданных гостей. Мужчины здесь, в этом странном мире, все как на подбор.

Но девушка отвернулась и стала подниматься следом за «несунами». Она заметила, что один из них, тот, который узколицый и смуглый, старался нести бессознательное тело очень осторожно и бережно, а второй, крупный блондин, будто специально, то головой ударит раненого о стенку, то плечом о перила лестницы. Причем раненым плечом.

— Аккуратнее неси! — процедил тот, который нес более бережно. — Или я сам тебя сейчас башкой о стену тресну!

— Ничего с ним не случится, с твоим дружком, —насмешливо хмыкнул второй.

— Геллер, пользуешься тем, что Стен без сознания, а у меня руки заняты, а то бы не распускал поганый язык, — яростно процедил смуглолицый мужчина.

— Сейчас покажу, как пользуюсь, — сразу завёлся Геллер, испепеляя взглядом смуглого.

Они остановились на ступеньках и стали пререкаться, Оля же недоверчиво разглядывала их снизу. Взрослые мужчины, а ведут себя...

— Вы что, как две базарные бабы? — искренне возмутилась она. — Несите раненого в комнату, пока он не отдал богу душу в букве зю, в которую вы его скрутили.

На неё одновременно воззрились два изумленных мужских взгляда, в комнате внизу тоже наступила тишина.

— Ты кто такая вообще? — поцедил тот, кого звали Геллер. Светло-голубые глаза высокомерно уставились на девушку. — Что за буква зю? — недоуменно уточнил.

При более близком рассмотрении Оля поняла, что оба мужчины были молодыми парнями лет двадцати пяти, а "взрослость" им придавали усы и бородка.

— Слушайте Оливию, — недовольно проговорил Николас. — Иначе забудьте сюда дорогу. Она моя помощница и знает, что говорит. Отнесите Стена в комнату наверх, а то я сам скручу вас во что-нибудь!

— Я сейчас сам их прибью! — мрачно процедил Эрик, которому Ник оказывал первую помощь.

Мужчины, наконец, занесли бесчувственное тело в комнату, сравнительно осторожно положили его на кровать и, совершенно не стесняясь, стали разглядывать девушку.

Оля же подошла поближе к раненому, не обращая внимание на пристальные взгляды мужчин. Как там должна вести себя помощница мага жизни? Маг жизни — наверное, вроде врача? Значит, она вместо медсестры? Скорее всего.

Девушка заботливо и осторожно поправила голову гостя, бывшего без сознания, и по-настоящему обеспокоенно вгляделась в мужское лицо, прислушалась к дыханию: дышит или нет после такой долгой и жёсткой переноски? Дышит.

Бледное лицо, обескровленные губы, окровавленная одежда, прилипшая к телу в районе бедра и груди.

Бедняга.

Оля испытала искреннее волнение и беспокойство. И вдруг её осенило: между двумя ранеными явно состоялась дуэль! Как в книгах, которые она читала, и как в исторических фильмах, которые она смотрела с отцом... Хотя, может быть, она и ошибается.

— Что скажешь? — услышала она за спиной и обернулась.

— Не понимаю, — пожал плечами узколицый и смуглый, нагло рассматривая девушку с ног до головы. — Не в моем вкусе. Я брюнеточек люблю. И попышней. Может, правда, помощница?

— А мне нравится, — чуть ли не облизнулся блондин, щурясь от удовольствия. — Такая ладная и милая. Светлоглазая и светловолосая, как я люблю.

— Потом перехватишь, — насмешливо хмыкнул узколицый. — Когда Ник наиграется, — лениво добавил.

Тут до девушки дошло, что два иноземных мажора обсуждают её. Опустила взгляд, чтобы не выдать гнев.

Невоспитанные нахалы! Открыто обсуждать человека в его же присутствии? Гадать, помощница она или любовница?Перехватить, когда Ник наиграется? И это представители высшей касты?

Землянка поняла, что начинает злиться, но усилием воли взяла себя в руки: она не у себя в мире, должна стерпеть, потому что необходимо вести себя осторожнее, а то до деда не скоро доберётся.

Чтобы не вспылить и не видеть невеж, Оля вновь повернулась к раненому, осторожным нежным движением убрала слипшиеся волосы с высокого лба мужчины. На мгновение ей показалось, что тот слегка вздрогнул. Оля замерла в нерешительности. Наверное, показалось? Ведь раненый мужчина находился пока без сознания.

Оля вспомнила двух мажоров из своего мира, которые тоже, открыто и не стесняясь, обсуждали её фигурку на дискотеке. Тогда она не стала связываться, потому что была с подругой, а представителей золотой молодежи в клубе было человек восемь. То есть сначала не стала связываться, а потом, когда один из нахалов пристал к ней с недвусмысленным предложением и стал руки распускать, пришлось применить парочку приёмов самообороны и объяснить ошеломлённому парню, как нужно вести себя, если девушка понравилась. Правда, потом пришлось со всех ног убегать из клуба от разъярённых и пьяных в драбадан мажоров. Но за себя она отомстила.

Похоже, что самовлюбленные и наглые придурки одинаковые во всех мирах.

Оля аккуратно положила руки раненого мужчины вдоль тела, потому что грудь его тяжело вздымалась, а его руки мужчины зачем-то уложили на груди. Неожиданно один из аристократов обнял её за талию, развернув к себе.

— Нравлюсь? — прошептал на ухо огромный блондин.

От неожиданности изумлённая девушка замерла и потупила взгляд, чтобы не выдать себя. Первой реакцией было развернуться, резко ударить локтем в живот и освободиться. Но черт его знает, как в данной ситуации должна вести себя фарутка: может ли она наорать на аристократа, возмутиться, ударить его или должна сиять от радости, как медное блюдо?

Пока парень сильно руки не распускает, она потерпит. Да и блондин выглядел слишком крупным — кто знает, подействует ли на него удар, пусть и неожиданный?

«Где ты, Николас? — мысленно вздохнула Оля. — Раненый сейчас богу душу отдаст, а твоя подопечная подерётся с одним нахальным аристократом... »