Глава 12. О чувствах и последствиях

Ярослава

Я проснулась с ощущением полной уверенности, что это не моя кровать и открыла глаза. Солнечные зайчики приветливо прыгали по княжеской кровати, а один, самый отважный, расположился на щеке у Радомира.

– Доброе утро, – прошептала и прикоснулась к его руке, лежащей поверх одеяла.

– Доброе, – он тут же открыл свои глаза и повернулся в мою сторону, – я ждал, когда ты проснешься.

– Дождался?

– Похоже, что да, – утвердительно усмехнулся мой зверь и, просунув свою руку под мою шею, прижал меня к себе. Поёрзав, я удобно устроилась у него на плече и произнесла:

– Хорошо-то как, – протянула и улыбнулась, подозревая, что мой зверь в данный момент отвечает мне полной взаимностью, чувствует то же, что и я.

– Сейчас будет еще лучше, – пообещал с хитринкой в глазах довольный оборотень, немедленно засунув свободную руку под мягкое одеяло. Пальцы мужчины только коснулись моей груди, как я непроизвольно застонала, откликаясь на его ласку. Одновременно воспроизводя в голове всё то, что произошло между нами ночью…

К гостям мы вышли ровно через два часа. Радомир не отпускал моей руки, а мне и не хотелось. Сегодня на мне было одето голубое платье с шелковым белым поясом на талии и отделкой из белого кружева на коротких рукавах и по глубокому вырезу на груди. Князь оделся в светло – серые тона, что вообще-то было созвучно с моими оттенками.

Пока мы направлялись в зал, Ярополк попался нам навстречу со своими приехавшими братьями, но дочки с ними почему-то не было. Мальчишки шумно с нами поздоровались и прошли мимо, но только стоило удалиться подальше, как веселый топот множества ног раздался по коридорам.

Гости сидели за столами, продолжая своё пиршество, у некоторых их них явно читались на лице следы похмелья, но муж над ними легко пошутил и только.

Властислав подошел к нам поздороваться, перебросился с отцом парой фраз о происшедшем на территории замка и его окрестностях за ночь . Затем и уселся за стол на свое место, которое было, в принципе не так далеко от нашего с мужем.

Глазами я поискала Марфу с Ксюшей и не нашла. Мы уселись на свои места, я попросила слугу принести мне горячего чая со смородинными листочками, мой муж предпочел легкое вино. Я беспокоилась и, увидев вошедшего в зал Росляра, собралась подойти к нему, но князь опередил меня.

– Рос, – позвал своего охранника муж и взглядом указал на меня.

– Скоро придут, – отозвался оборотень, вздохнув.

– Что? – губами спросила, не поняв этого жеста мужчины.

– Они сами скоро придут, и всё спросишь, – на ухо шепнул мне муж, подвигая тарелку с отрезанным горячим окороком ко мне. Мужчины, а особенно оборотни предпочитали весьма плотно питаться, что в прочем-то и хорошо при их образе жизни и постоянных затратах энергии. А ещё зима, во время которой приходится довольно часто находиться на улице, порой передвигаясь в лесах. Поел сыто и думай о делах, это правильно.

Я просто кивнула, взялась за нож и вилку и приступила к завтраку, вдруг осознав, что за ночь – то я в принципе проголодалась как никогда. Да и ведь было с чего..

– Ты так забавно краснеешь, – шепнул мне снова Радомир, одарив ласковой улыбкой.

– Перестань, – я легко пнула его под столом, потому что мне казалось, будто бы каждый кошак в этом зале с хитринкой посматривал в мою сторону. Ну, а его братцы вместе с Андрием и со своими семьями, тем более.

– Не бери в голову, – просто заявил мой муж, – это они просто радуются за нас.

– Радуются, это хорошо, – отозвалась я и положила вилку с ножом. В зал вошли Марфуша с Ксюшей. На дочке было надето красивое длинное платье в цветочек, а в волосы вплетена искусственная роза, выполненная из лоскуточков атласной ткани.

– Мам! – чуть громче обычного произнесла девочка и, обходя всех, быстро направилась в нашу сторону. Она, конечно, пыталась сдерживаться и я это видела, но ребёнок есть ребёнок, и в мои объятия она просто бросилась. – Мамочка!

– Доброе утро, милая, – произнесла, понимая, что очень соскучилась за эту ночь. – Как спалось? – спросила, а сама нашла взглядом Марфу, которая уже усаживалась рядом со своим мужем. Я улыбнулась подруге и снова переключилась на своё маленькое сокровище.

– Хорошо спала, – вздохнула девочка, посматривая на князя, а потом бросила куда-то обиженный взгляд. Но возможно, мне показалось.

– Посидишь с нами? – предложил Радомир, приглашая Ксюшу присесть рядом с ним. Вопросительно посмотрев на меня, дочка тут же оказалась посередине между нами и мой зверь не нашел ничего лучше, как ласково прижать её к себе. Приятное тепло снова окатило меня, и до чего же было хорошо на них посмотреть. Я оглянулась, чтобы позвать к нам Ярика, но он со своими друзьями по-прежнему отсутствовал. Возможно, показывал братьям свою “пиратскую” вместе с морскими сокровищами или под руководством Важана мальчишки занимались в тренировочном зале.

– Ты завтракала? – спросила на всякий случай, зная, что от Марфы голодным еще никто не уходил. Росляр, он просто не мог нахвалиться кулинарными способностями своей жены. Мне до неё как до Тарсмании ползком, никогда не сравниться, пусть за последние годы и пришлось обучиться несложным и ходовым рецептам. Вот ватрушки – это точно не моё.

– Да. Мы с Росом ели кашу, запивали молоком, – поделилась с нами Ксения и, по-прежнему прижимаясь спиной к Радомиру, попросила, – а можно мне найти Ярика?

– Крен, – тихо произнес мой князь, направив свой взгляд на одного из присутствующих воинов, – проводи и проследи.

– Будет сделано, – отозвался большой и кряжистый оборотень, который всем своим видом внушал страх даже одном взгляде на него. Но при всём этом этот мужчина был весьма корректен и вежлив со мной и с Ксюшей, поэтому мы – то его точно не боялись. Крупная ладонь раскрылась перед девочкой, и она в неё без слов вложила в неё свою ручонку.

Родственники мужа и на второй день свадьбы оказались не менее приветливыми. Но спустя время князь, извинившись, куда-то отошел вместе с ними, а я сразу пошла к Марфуше, чтобы узнать, как у них дела.

– Леди? – окликнул меня Властислав, когда я проходила мимо. Старший княжич сидел не один, а рядом с прибывшими родственниками его возраста, но в данный момент его внимание переключилось на меня. При моём приближении Видар вышел из-за стола, покинув братьев, и направился мне навстречу.

– Да? – улыбнулась и снова поймала себя на мысли, что хочется взъерошить волосы этому парню, так похожему на своего отца.

– Мы скоро поедем прокатиться до озера и обратно и если можно, то я могу взять с собой Ксюшу.

– А Ярополк? – переспросила, уже задумавшись. Все знают, что дети Радомира очень хорошо приняли девочку и подружились между собой. Но сегодня Ксюша выглядела как – то задумчиво, несмотря на внешне обычное поведение.

– Он в курсе и согласен. Мы все берем младших братьев с собой. А после обеда гости уедут. Ну, так что? – медовые глаза не отрывали своего взгляда от меня.

– Даже и не знаю, честное слово. Давай, как только вы начнете собираться, я скажу своё решение. У меня просто есть сомнения, не заболела ли она. А там посмотрим по её самочувствию.

– Заболела? – нахмурился Властислав, а помолчав несколько секунд и что-то обдумав, согласился, – да, пожалуй, так и сделаем. Я буду ждать вашего решения.

– Договорились, – я улыбнулась и пошла дальше к Марфе, которая в данный момент сидела одна, так как её муж тоже куда-то отошел. Росляр вообще частенько даже в замке не упускал из вида моего мужа, скорее всего именно так он понимал выполнение своих обязанностей.

– Барынька, уж как я рада – то! – произнесла моя подруга, открыто улыбаясь мне.

– Я и сама рада. Марфуш, как Ксюша у вас спала? Не мешала?

– Да что вы! – заулыбалась молодая женщина, – мой – то кругами вокруг девочки ходил, всё в игры играл. Даже и по кровати разрешил скакать.

– Но, надеюсь, ты…. – начала было я, считая, что это лишнее – до такой степени баловать маленькую гостью.

– Я их обоих осадила, так и есть, – рассмеялась Марфа, позволив себе прервать меня. – Но и Рос понимает, просто ему с детьми нравится возиться, все о своих мечтает, – протянула последние слова подруга. – Да и барынька печальная пришла, вот и не нашел лучше, как развеселить этим. Я, конечно, на ночь сказку, как полагается, ей рассказала и Рос, как оказалось их тоже много знает.

– Ты думаешь, что Ксюша меня ревнует? – расстроено произнесла я, не замечая до этого ничего такого. Мне казалось, что между ними хорошие отношения. Радомир старался понять и принять девочку всей своей душой, а малышка отвечала ему взаимностью.

– Мне кажется, что не ревнует. Возможно, устала. Мы отсюда вышли вместе, настроение у неё было хорошим. Потом прошли в вашу комнату, как и договорились, одели Ксюшеньку. Затем нам встретился Властислав с служанкой, княжич пожелал Ксюше спокойной ночи и всё. Мальчишки, конечно, бегали по коридорам, звали её с собой, но мы отправились домой.

– Понятно, – произнесла, а сама в этот момент ничего не понимала, и списала все на волнение.

Всё-таки у дочки совершенно другой режим, а тут такое. Почему-то не давала покоя мысль о Властиславе и какой-то девушке, но тут же я выкинула её из головы. Он мужчина, ему нужна женщина. И если та согласна, то кто станет им мешать? Правда Ксюша очень привязалась к нему со всей своей детской непосредственностью, но ведь она ещё ребенок. Она гораздо больше неразлучна с Яриком, который, похоже, в ней души не чает, впрочем, как и старший княжич.

Мой муж, едва появился в зале, нахмурился, вероятно, не увидев меня на прежнем месте, лишь пустые стулья были перед его взглядом. Но потом, как только заметил меня, всё изменилось. Князь улыбнулся и быстрым шагом направился к нам.

– Вот ты где, – от командного голоса супруга не осталось и следа. Или я уже была готова распознавать в каждом его слове разные интонации.

– Тут, – подтвердила и улыбнулась. Какой же он у меня…не красивый, нет. Подобное слово как – то не подходит этому оборотню. И пусть я видела, как женщины оборачиваются Радомиру вслед, но красота лишнее качество для противоположного пола, это чисто моё мнение. Мой зверь скорее мужественный, с правильными чертами лица и тренированным телосложением.

К вечеру гости разъехались, а свадебные хлопоты закончились. С роднёй мужа мне нечего было делить, и расстались мы так же мирно, как и во время застолья. А времени узнать друг друга лучше у нас будет предостаточно. А те гости, которые остались, отправились отдыхать, только неугомонные мальчишки собирались ещё прокатиться на лошадях. У этих второе и третье дыхание открывается в любое время дня и ночи.

Проследив взглядом, как управляющий Осип уверенно отдает указания слугам и, окинув взглядом по опустевшему залу с пустующими столами, а я направилась в свою комнату, чтобы сменить платье, но муж схватил меня за руку:

– Ты куда?

– К себе, то есть переодеться, – быстро исправилась я.

– Понял, – немного нахмурился он, – но” к себе” теперь будет у меня, то есть у нас.

– А я ведь и не возражаю, – счастливо рассмеялась я, положа руки на широкую грудь мужа, – только займемся этим завтра, сегодня у меня другая проблема.

– Что? – внимательный взгляд был прикован ко мне.

– Ксюша. Не пойму что с ней , приболела или нет.

– Доктора позовем, Яра, не переживай! Сама знаешь ,как он быстро на ноги ставит! – усмехнулся мой зверь и, ухватив меня за руку, быстро буквально потащил меня к себе.

– К чему такая спешка? – спросила, только успевая переставлять ноги.

– Узнаешь, – весело отозвался мой муж, успев потрепать по голове пробежавшего мимо племянника, за которым уже гналась ватага детей. Я хотела посторониться, но завидев дочь, ухватила её за руку.

– Ксюш! – окрикнула я её.

– Мам, ну они же сейчас убегут! – попыталась вырваться из моей хватки девочка, не отрывая взгляда от пятерых мальчишек. Волосы прилипли к её вискам, а на щеках горел румянец. Я прислонилась губами ко лбу, но ничего подозрительного, намекающего на болезнь девочки не обнаружила. Ксения выглядела вполне обычно.

– Стоять! – гаркнул оборотень вслед запыхавшейся ребятне и те, как это не было странным, остановились, – куда спешим?

– За Серым, – тут же отозвался Ярик, – он водит. А мы догоняем.

– Тогда понятно, а то я уж думал, что от пожара бежите, – улыбнулся князь, разглядывая осмелевших мальчишек. – Ну, кто поедет после обеда кататься?

– Я! И я! – отозвались дети.

– А тебя с собой звал Властислав, – шепнула я Ксюше, и румянец ещё гуще покрыл её щёчки, – поедешь с ними?

– Поеду! – обрадовалась девочка и весело подпрыгнула, что послужило командой к новым бегам. – Ура!

Дети умчались, а мой муж и не думал бросать свою затею. Он снова ухватил меня за руку, не отпустив переодеться, и повёл, как оказалось, в свой кабинет.

– Моей княгине, – произнёс довольный Радомир, извлекая из письменного стола небольшую бархатную коробочку синего цвета.

Я приняла подарок, с интересом повертела и нажала на замочек. Крышечка медленно распахнулась и я едва не раскрыла рот от удивления. Мой браслет, обсыпанный бриллиантами, который я отдала за полученный паспорт, сверкал, словно только и ждал, когда вернётся к своей хозяйке.

– Откуда? – произнесла, осторожно вынимая и надевая его на руку. Бриллианты заиграли на солнце и я, полюбовавшись, повернулась к мужу, – как тебе это удалось?

– Ты ведь рассказала, что за ускорение оформления паспорта пришлось платить, вот я и произвел обратный обмен.

– В смысле? Ты вернул им мой паспорт? – недоуменно переспросила, замечая, что князь опять довольно принюхивается. – Но откуда ты узнал, кто это был?

– Яра, – довольный котище сложил руки на груди, – я знаю того, кто занимается подобным и что за “спасибо” парой монет в этом случае не отделаешься. А твоя ситуация, надо сказать, была непростой, так что и расплатилась ты по – королевски.

– А как ты с ними расплатился?

– Это мои заботы, милая, – мурлыкнул самодовольный оборотень мне на ухо, разворачивая меня к себе спиной. – А твоя – носить эти безделушки и радоваться, что у тебя такой замечательный муж.

– А я рада, – совершенно серьезно произнесла, прижавшись головой к его плечу. – Мне даже страшно от одной мысли, что я могла бы тебя никогда не встретить.

– Ну, в Осинки я рано или поздно приехал бы, – совершенно серьезно заявил князь, – так как сама знаешь, наши они теперь, а значит, я должен иногда делать объезд своих земель. А вот если бы на тебя кто-нибудь в городе положил глаз и ты решила бы, что можно за него выйти замуж..Убил бы!

– Кого? – нарочито испуганно произнесла я, попытавшись вырваться из его рук, но напрасно. Муж удерживал меня крепко.

– Его, конечно. А если бы ты еще кого себе нашла – и его тоже.

– Ну, нет! Я не переходящее полковое знамя! – заявила, одновременно разворачиваясь. Но стоило только посмотреть мужу в глаза, как буквально задохнулась от той нежности и любви, что была предназначена только для меня.

– Ты моя, Ярослава, запомни это! – прохрипел мой ревнивый зверь, увлекая меня на небольшой диван, который мы с ним опробовали в наш самый первый раз. – Убью каждого, – шептал он, спуская с моих плеч рукава платья, – кто просто посмеет к тебе приблизиться, разорву на месте.

– Люблю тебя, – отозвалась, отбросив бархатную коробочку в сторону. Зачем её держать, когда есть муж, когда его умелые ласки доставляют такое удовольствие, когда его губы шепчут только моё имя!

Хорошо, что предусмотрительный оборотень запер дверь, потому что всё повторилось снова. И разбросанная одежда и стоны, которые не я, не он не смогли удержать. К сожалению, совсем новое купленное кружевное белье после этой страсти оказалось непригодным (кто-то порвал его от нетерпения), но это всё мелочи. Похоже, чей-то кабинет скоро станет местом для совместных удовольствий, а не рутины, но муж не возражает, значит и я ничего не имею не против.

Свой подарок любимому я подарила чуть позднее. Ножны мужа были истертые, но добротные, вероятно, поэтому он никак не мог с ними расстаться. А, может быть это привычка к вещам, кто знает. В любом случае я как – то карандашом на листе обвела форму ножен, а после заказала их у скорняка. Заказ был готов через два дня и ждал положенного срока в моей прежней комнате.

Как и всякий мужчина, князь очень любит оружие и все, что связано с ним, а потому оказалось, что с подарком я угадала.

***

Спустя некоторое время я отправилась в бывшую свою комнату, чтобы лично захватить оттуда ценные для меня вещи. Но по пути мне попался старший княжич, который, как раз спешил справиться на счет самочувствия Ксении.

– Леди, – позвал меня Властислав и немного смутился, вероятно, из-за обращения, которое он использовал сейчас относительно меня.

– Ты можешь меня звать, как тебе удобнее, – подбодрила я княжича, наблюдая за Радомиром, удаляющимся к себе в кабинет с каким – то воином. К мужу постоянно кто-то приезжал, уезжал, и не всегда эти вести были хорошими. Вот и сейчас сосредоточенное лицо князя отвлекло от разговора с Властиславом, но я взяла себя в руки.

– Спасибо, – кивнул княжич, – что с Ксюшей?

В этот момент детвора во главе с Ксенией показалась в конце коридора, и я рассмеялась:

– Похоже, что все в порядке. И, кажется ,она очень хочет с вами поехать.

– Это хорошо, – усмехнулся мне в ответ довольный оборотень, наблюдая за детьми, – и зачем им скакать на конях? Когда такой топот и от детских ног.

Собрав всех своих братьев и младших детей, княжич уехал с ними к озеру.

Вернулась Ксюшка счастливая и радостная, как и разрумяненный Ярополк. Властислав почти сразу ушел куда-то, но я отметила его довольное лицо, а ещё успела заметить и ту заботу, с которой он помогал девочке снять её пальто, отстранив от этого дела слуг!

***

День клонился к вечеру, дети давно улеглись, уставшие от праздника и прогулок на свежем воздухе, а последние гости разъехались. И вот я теперь точно вздохнула спокойно. Всё прошло как надо и это очень радовало меня. Ксюша, как ни странно, довольно хорошо отнеслась к своей новой комнате, которая располагалась в том же крыле, что комнаты мальчишек и наша с князем. Девочка, которая еще недавно радовалась собственной кроватке, теперь была просто счастлива, что у неё собственная комнатка с игрушками, со столиком и зеркальцем. А еще тут отдельный туалет и ванная комната. Это ли не мечта для каждого человека? Мальчишки подарили ей по новой игрушке, чем неимоверно растрогали неизбалованную подобными вещами девочку. Плюшевую рысь от Властислава и глиняную копилку от Ярика она поставила на самое видное место.

У княжеского крыла всегда была приставлена охрана в ночное время, так что переживать из-за того, что кто-то попадет к нам, не стоило.

***

Прошло несколько дней, полных забот для меня. Я занималась изучением уклада жизни оборотней . И редкий день не обходился без узнавания чего-то нового .А ещё и занятия с детьми, их – то никто и не собирался отменять. Всё свободное время я посвящала семье, самообразованию и знакомилась с особенностями жизни замка. Управляющий посвящал меня в хозяйственные дела, а еще с огромным удовольствием я посещала княжескую библиотеку.

Я знала, что Радомир давно потерял родителей(об этом он мне рассказывал) , а родных братьев и сестер не имел, что и было записано так же в семейных книгах. В планах на самое ближайшее время передо мной стояло изучение если не семейного древа Видаров, то хотя бы возможного ознакомления с близкими предками мужа или наиболее выдающимися из них. Для меня это не просто нудная хронология, а действительно интересные вещи. Я и раньше интересовалась подобными бумагами у папы, а тут появилась возможность изучить такой богатый материал!

Как – то снова приехал гонец и, кажется, привёз не очень хорошие вести. Мой муж временами стал задумчив и на все мои расспросы отшучивался.

– Что-то случилось?

– Не переживай, родная, это рутина, – отвечал Радомир, привлекая меня к себе и, наверное таким образом пытаясь отвлечь моё внимание от вопроса. Можно сказать, что я “купилась” на его нежность и ласки, и признаюсь, этому проявлению чувств мужа была очень рада.

Однажды, в конце марта, ко мне пришла расстроенная Марфуша и протянула измятое письмо, подписанное немного корявым подчерком, однако отправитель проживал в Осинках, я это почувствовала сразу.

– Марфуша, что-то случилось? – произнесла я, усаживая девушку в просторной гостиной. С трудом мне приходилось уговаривать её присесть на мягкие княжеские диваны и резные стулья. Девушка с детства знала своё место и к другому обращению князя и княжичей привыкала с трудом. Но я её вполне понимала, поэтому не видела смысла обижаться, однако упорно уговаривала то заглянуть к Ксюше, то попить чай со мной в столовой.

– Барынька, – вздохнула подруга, – Олёнка приболела, даже не знаю что делать.

– Что ей нужно, знаешь? Лекарства, продукты? – сразу предложила я, прикидывая, что еще можно послать Лисовым, а главное кого отправить с этим поручением.

Ну, конечно же Росляра, заодно и родню новую навестит. Мне кажется, оборотень даже рад, что теперь у него своя собственная семья и множество родственников. Тому, у кого с детства были родители, трудно понять круглую сироту, каким был Рос.

– Она просит, чтобы я сама приехала помочь, – Марфа попросила меня ознакомиться с письмом, которое я тут же открыла и принялась читать вслух

“Дорогие наши Марфуша и Росляр, пишет вам дядька Степан.

Как ваши дела? Как складывается молодая жизнь?

Марфа, слушаешься ли ты мужа и подчиняешься ли ему, как должна поступать каждая благочестивая супруга? Племянница наша дорогая, зная твой нрав, извини, но мы с женой в этом сомневаемся, однако надеемся на ваше терпение и уважение друг к другу, без них нет смысла и жить рядом.

А пишем мы тебе не от безделья, а по нужде. Марфуша, милая, приезжай и помоги нам, пожалуйста. Болели мы недавно сильно, всей семьей. И трудно сказать, кому из нас пришлось хуже. Сейчас слабость у всех неимоверная, но и с этим бы мы справились. Беда в том, что вдобавок подвернула ногу Олёна, лежит и с болью встаёт. И пусть без температуры, а сил у неё нет подняться. Я и сам воды с трудом приношу, по полчаса с одним ведром мучаюсь. Доктор наш тоже ели ходит до больных с палочкой, дай Бог ему за доброту его крепкого здоровья. И так вся наша деревня полегла от какой-то простудной заразы, чтобы ей вовек не касаться честных людей.

Марфуша приезжай, родимая, хотя бы на недельку. И этого, думаю, вполне будет достаточно. Но только если ты в тягости, тогда не смей и думать об этом, справлюсь сам! Доктор сказал, что заразы не осталось, опасности нет, а вот проклятое бессилье замучило нас, как никогда. Степан и домочадцы”.

– А ты не в тягости? – с надеждой переспросила я, внимательно рассматривая свою подругу.

Марфуша в последнее время очень изменилась. Похорошела и просто расцвела. Я думаю это от семейной жизни и от нежной и трогательной любви к мужу, которая девушку просто переполняла. Мысль о беременности подруги у меня тоже была, но не на первом месте. У неё появился свой дом, свой любимый муж, именно этому я приписывала преобразование Марфуши.

– Нет, барынька, – вздохнула подруга, – но, надеюсь, это всё-таки скоро случится.

– Непременно случится, вы с мужем – то всего ничего живёте, – попыталась я успокоить девушку. – Не у каждого с первого раза случается, сама знаешь.

– Знаю, – согласилась Марфа, – и надеюсь подарить мужу деток. А вы, барынька? – пытливо спросила подруга, склонив голову на бок, – вы хотите ещё деток?

– Конечно, хочу, – произнесла я и покраснела. Этим утром, проснувшись в объятиях Радомира и положив руку на живот, думала, представляла, как там, внутри, зарождается новая жизнь. – Но что ты надумала? Поедешь в Осинки?

– Поеду, барыня. И Рос не против, только он меня отвезет, говорит сам все на месте посмотрит и проверит.

– Когда отправляешься?

– Думаю, завтра с самого утра. Сегодня пирогов мужу напеку и щей наварю. Чтобы без меня не голодал.

– Это правильно, а я схожу в лавку куплю детям и Олёнке со Степаном обновок. Скоро весна, а у них только зимнее.

– А может быть, вместе пройдёмся, барынька моя?

– Куда это вы пойдёте? – раздался нежный голосок Ксюши. Она в последнее время перестала громко топать, глядя на княжичей. Ходила еле слышно, так что даже мальчишки называли её поступь кошачьей. Мягкие домашние туфли весьма способствовали этому достижению, а ещё и то несравнимое удовольствие, которое Ксения испытывала от этой специфической похвалы.

– Надо по лавкам пройтись. Марфуша поедет в Осинки, братцам Лисам подарки пошлём, – объясняла я дочке в то время, пока она залазила на мои колени.

– И я хочу к Лисам! Марфушенька, а меня, возьми, пожалуйста! Я ведь по Лисам так соскучилась!

– Да я бы, барынька моя милая, взяла, вы мне никогда не в тягость. Да ведь мама не пустит.

– Почему? – нахмурилась девочка, сдвинув брови, совсем как Ярик, когда сердился.

– Лисовы только что болели, не надо, милая. Вдруг и ты подхватишь заразу, – это была не единственная причина. Вторая – это мне было неудобно перед Марфушей. Ей и без Ксюши хватит четырех человек обхаживать, итак времени не будет, чтобы ещё и за девочкой присматривать.

– А Марфа? Она не боится заболеть?

– Марфуша взрослая.

– А взрослые тоже болеют! – авторитетно заявила дочка, – а кто будет Марфе помогать? Некому.

– Ксюш, разговор закончен, – объявила я и погладила дочку по спинке. Всё-таки это не сравнимое ни с чем удовольствие, держать собственного ребенка на коленях, видеть, как он постигает азы жизни, делает открытия, задает кучку вопросов, порой весьма неуместных и не всегда удобных. – Марфуша будет очень занята , в другой раз поедешь. Как потеплеет, так и соберешься.

– Только вот неудобно мне, – продолжила подруга, – день рождения у вас скоро, а я уезжаю. Очень помочь хотела.

– Пустое, – отмахнулась я, – никаких застолий не будет, а на прочее есть и повара. А ты как вернёшься, так отметим вместе с тобой. Тортик свой для меня испечешь.

– Уж непременно испеку, будьте уверенны! – улыбнулась успокоенная моими уверениями подруга.

На другой день ранним утром она уехала вместе с мужем в Осинки, а к вечеру Росляр вернулся. Когда Рос зашел в кабинет, Радомир показывал мне новую карту наших владений.

– Ну как там? – спросила я охранника мужа. – Как они себя чувствуют?

– Лучше, чем когда Степан писал письмо! – усмехнулся оборотень, потирая свой подбородок. – Оказывается, оно неделю к нам шло. Человек, что привез его, сам заболел, а потому вовремя передать и не смог. Так что Олёна встаёт потихоньку, а дети даже скачут.

– Вот и хорошо, – порадовалась я, собираясь оставить мужчин. У них свои разговоры, ни к чему мне во всё лезть.

– Леди, – снова обратился ко мне Рос в тот момент, когда мои пальцы коснулись отполированной ручки двери.

– Да? – я обернулась, ожидая продолжения.

– Я через два дня снова поеду туда, если князь разрешит, – произнёс охранник и, получив в знак подтверждения кивок моего мужа, продолжил, – Марфуша сказала, что можно и маленькую леди привозить. Лисы очень ждут, – при упоминании последних, Росляр улыбнулся. – Хотя бы на недельку или немногим дольше, потом я их навещу опять и привезу маленькую леди домой.

– Хорошо, я подумаю, – кивнула и вышла, плотно прикрыв за собой дверь.

Ксюша, едва узнала, что Рос может взять её с собой в Осинки на радостях распрыгалась, рассказала об этом княжичам. И если Ярик нахмурился и попросил как-нибудь его взять с собой, что мы ему и пообещали, то Властислав как раз уезжал на очередную охоту с друзьями, поэтому поцеловав девочку в румяные щечки, ускакал, махнув рукой на прощанье.

Дочка чувствовала себя виноватой, что уедет, а я останусь без нее в день своего рождения, но я успокоила девочку тем, что как только они вернутся вместе с Марфой, так сразу и поздравят.

Погода на улице была совершенно непонятной. Наша свадьба проходила ранней весной, и если легкий морозец тогда еще сохранялся, то теперь сани явно были лишними. Весна вступала в свои права. Яркое, но нежаркое весеннее солнце делало своё дело, земля постепенно освобождалась от ледяного плена. Всё звонче и громче пели птицы, согретые ласковыми лучами, а дорога, подмороженная утром, к вечеру превращалась в грязную кашу. Вокруг замка и на прилегающих к нему сёлах и деревеньках, основные дороги были выложено булыжником, что весьма упрощало передвижение в любую погоду. Но так как Осинки только недавно были присоединены к владениям моего князя, так и дорога не везде была хорошей. Впрочем, опытного наездника Росляра это нисколько не волновало. Он ловко посадил Счастливую Ксению впереди себя, развернулся, они помахали нам и уехали, подгоняемые легким весенним ветерком.

– Не грусти, родная, – прошептал мой муж, обнимая меня со спины и прижимая к себе. Вот уже целый час я смотрела в ту сторону, куда уехали Ксюша и Рос и не находила себе места. Мне было тоскливо, словно частичка меня исчезла на неопределенное время. – Она ведь вернется, ты знаешь.

– Знаю, – я прижалась к нему, закрыла глаза, – а мы можем туда сами съездить? – почти пять лет жизни в Осинках меня очень привязали к этим людям и, честно говоря, хотелось с ними вновь повидаться.

– Не в этот раз, прости, – произнёс оборотень, слегка кусая меня за мочку уха, а затем, осторожно прихватывая зубами шею, спускался всё ниже и ниже…

Платье соскользнуло к моим ногам, но на этот раз никакого белья под ним не было. Не захотела надевать, как оказалось мужу это очень понравилось. Резкий вдох мужа показал, что он остался весьма доволен моей проделкой.

– Скоро твой кабинет превратится во вторую спальню! – усмехнулась, помогая мужу развязать завязки на горловине его тонкой рубашки.

– Похоже, так и есть, – согласился мой зверь, укладывая меня спиной на мягкий ворсистый ковёр около камина, – но мне это очень нравится! – прошептал муж . В этот момент я вскрикнула, ощутив внутри себя его пальцы. – Кричи, стони! – просил он и приказывал одновременно, в то же время, посасывая то одну, то вторую мою грудь. А я стонала не по заказу, оно получалось само.

Через какое-то время мы поменялись местами, и уже я оказалась сидящей сверху и с наслаждением двигалась, замечая, как вздрагивают ресницы мужа, стоило только мне опуститься. Отблеск огня из камина играл на светлых волосах оборотня, отражался в его медовых глазах…. Я была счастлива с ним, не понимая, как вообще могла существовать без своего зверя.

– Люблю тебя, мой князь, – прошептала, понимая, что близка к желанной разрядке.

– Так и должно быть, – вторил он мне, порыкивая от удовольствия.

***

Поздним вечером мы вдвоём с Ярополком почитали вслух, а затем он отправился спать. Взъерошив непослушные волосы мальчика, и поцеловав его на ночь, я ощутила прилив нежности и порадовалась, что он есть на свете. Такой непоседливый и вместе с тем очень ласковый, одновременно старающийся казаться независимым.

Ярополк давно уснул, утомленный активными дневными занятиями , а мы с мужем молча сидели в нашей спальне, не отрывая взглядов от разожженного огня в камине. Радомир положил свою голову мне на колени, а я осторожно перебирала тяжелые пряди, наслаждаясь этой возможностью прикоснуться к нему.

– Яра, мне через два дня нужно уехать, ненадолго, – внимательно произнёс он, перехватив мою руку и прижав ладонь к своим губам. – Я уехал бы раньше, но завтра твой день рождения, а его хочу провести с тобой.

– Куда уедешь? – спросила, а в груди что-то защемило. В последнее время муж часто хмурился, иногда подобные взгляды ловила на себе. На упоминание о дне рождения не обратила внимание. Двадцать шесть не та дата, чтобы прыгать от восторга.

– Мне пора объезжать владения. Не все сразу, конечно, часть из них. Узнать у старост, жителей, что и как в деревнях с порядком и суд вершить, если потребуется. Всё как обычно, ты не волнуйся.

– Это надолго?

– Может быть на неделю, наверное, – в его интонации звучало раскаяние. Внезапно Радомир подскочил, обнял меня, прижал к себе, зашептал горячо в ухо, – Ярослава, я не хочу с тобой расставаться! Ты не представляешь, чего мне это стоит!

– И я не хочу, – повторила за ним, – но ведь ты вернешься!

– Как только смогу! – уверил муж меня, не отводя своего задумчивого взгляда. – Даже не сомневайся в этом.

– Возвращайся.

День рождения пролетел в одно мгновение. Ярик подарил перевод прекрасных стихов из Тарсмании и я прослезилась от нежности к мальчику, выбравшему такие трогательные строки. Властислав к этому дню вернулся с охоты. Он заранее приобрел тонкую белую шаль для меня, и это было так приятно! Я растрогалась и перецеловала княжичей, вновь про себя повторяя, что мне с ними очень повезло.

Муж, так же, не переставая меня баловать, подарил витой браслет на руку с подвеской – маленькой рысью. Этот подарок я сразу надела на руку, решив больше никогда не снимать.

А ночью мы снова любили друг друга, словно это произошло в самый первый раз, словно мой любимый князь уезжает не на неделю, а на год.