Часть первая

Я открыла глаза и едва сдержала крик.

Прямо надо мной стояли двое. Да еще какие двое! Огромные жилистые парни с темной грубой кожей и(о, ужас!) клыками из-под верхней губы! Я даже не знала, можно ли их людьми-то назвать. Кто они?

У каждого из незваных гостей на шее висели ожерелья из костей, а в ушах были продеты небольшого диаметра кольца, вроде тех, что носит неформальная молодежь и называет их тоннелями. Из одежды двое имели только набедренные повязки из шкур, да нечто вроде меховых подтяжек на плечах. Фигуры у них были как у лихих бодибилдеров, а запах такой, что мама дорогая! Кроме всего прочего, у этой странной парочки имелись остроконечные уши, выглядывающие из-под угольно-черных волос.

Они смотрели на меня своими темно-коричневыми глазами и о чем-то негромко переговаривались на странном клокочущем языке.

Я же возлежала на куче сена и ощущала, как оно колется через одежду. Плохое сено, некачественное. Голова моя болела так, что я не могла и моргнуть, чтобы не причинить себе боль. Где я? Что со мной было? Почему эти двое так на меня пялятся? А кто они вообще?

— Глох трэтх? — спросил один, указывая на меня своей огромной ручищей.

— Чего? — простонала я, хватаясь за лоб.

— Трэхт атэр грррап! — заключил второй.

— Ребят, не понимаю я вас, говорите понятней, — добавила я и попыталась подняться.

— Аррээ! — закричал один из неизвестных и замахнулся на меня кулаком.

Глухой удар и я провалилась в темноту. Лишь чей-то грубый голос откуда-то сверху пророкотал:

— Трэхт алфэр, урно дэж.

Второе пробуждение было еще хуже первого. На этот раз я лежала на голой сырой земле и видела, как по стене скользит мутный луч луны.

Так, стоп! А где это я?

Опираясь на локти, я привстала. Моя роскошная юбка до колена была почти разодрана и превратилась в мини, от блузки остались тоже весьма смутные воспоминания. Хорошо, хоть бюстгальтер на месте. Дотронувшись до щеки, я ощутила боль и опухлость кожи. Похоже, меня здорово приложил тот темнокожий тип. Теперь, наверное, на поллица синяк будет.

Я осмотрелась. Непонятное помещение с грубо вылепленными стенами было ярко освещено луной, заглядывающей в узкое и длинное окошко под самым потолком. Где-то справа виделась решетка. Я в тюрьме?

Преодолевая боль во всем теле, я встала на ноги и подошла к решетке. От туфлей на ногах остались только воспоминания. За ненадобностью я выбросила их в угол.

— Эй, кто живой есть? — негромко проговорила я, взявшись руками за прутья решетки.

Из темного коридора не слышалось ни звука. В воздухе витал тяжелый запах сырости и пота. Я даже не заметила его вначале, но потом закашлялась, ощутив, как он лезет в горло и нос.

— Людиии! Есть кто-нибудь? — уже громче протянула я.

Где-то в темноте скрипнуло. Напрягла глаза и увидела, что напротив моей камеры есть еще одна. Об этом говорила решетка, смотрящая на мою.

— Кто здесь? — прошептала я. Стало страшно. Мало ли, что за существо может находиться ТАМ!

Послышались шаркающие шаги.

Я вгляделась в темноту и очертания решетки. Шаги были где-то возле нее. Через миг я поняла, отчего, а, вернее, от кого они исходят. Это так испугало меня, что я сделала неловкий шаг назад и упала на землю, больно ударившись копчиком.

— Таррэ! Таррэ! — зашептал старик, протягивая руку. Этот жест выглядел так, словно он хотел меня попросить не пугаться.

Я села и посмотрела на него. Небольшого роста, с длинной седой бородой, одет в жалкие лохмотья.

— Таррэ! — уже спокойнее проговорил он. — А кам ээл!

— Я не понимаю вас… — прошептала я.

Старик округлил глаза, да так сильно, что я даже увидела это в темноте. Он заломил руки и упал колени, схватившись за решетку.

— О эллин-ран! Даарэ дэй! — шепотом закричал он.

Я смотрела на него и не знала, что думать. То, что произошло со мной за последние сутки, можно было назвать сном. Кошмарным, жутким, нереальным сном.

Может, этот старик лишь часть этого кошмара? А, если нет? Вдруг, он сидит в этой камере давно и успел сойти с ума? Не зря же он падает передо мной на колени!

— Я вас все равно не понимаю, — сочувственно покачала я головой.

Старик вскинул на меня горящие глаза, отчего снова стало не по себе.

— Ты, эллин-ран, смеешь говорить на языке высших! Ты смеешь произносить эти слова!

— А что не так в моих словах? — я повела было бровью, но разбитое лицо отозвалось глухой болью и я пожалела об этом намерении.

— О, эллин-ран, не знаю, кто ты, но ты говоришь на языке дарритов, а они — высшие!

Ну что ж! Исчерпывающий ответ! Я ничего не поняла, но решила, что это не так уж и плохо. Раз я говорю на высшем языке, может, мне полагаются какие-нибудь привилегии? Например, меня выпустят из этой клетки?

— А вы тоже знаете этот язык? — спросила я у старика.

— Очень хорошо знаю, — ответил он, подкрепляя свои слова жестом. — Мой дед был дарритом. Я лишь язык ихний и знаю.

Так. Кое-что прояснилось. На русском здесь, оказывается, говорят лишь избранные, в число коих мне и удалось затесаться. Мой товарищ по несчастью утверждает, что я принадлежу к каким-то высшим. Стоп. Если я такая возвышенная, то почему те двое запихнули меня сюда?

— Скажите, а где мы находимся? — тихонько спрашиваю у старика.

Тот поднялся с колен, наскоро отряхнулся и вплотную припал к решетке.

— Мы на окраине Тхароэ, орочьем городе. Всех пойманных на границе их территорий они свозят сюда и держат до решения старейшины.

Я слушала его и прямо ощущала, как мое лицо приобретает удивленное выражение. Орочий город, подумать только! Я-то всю жизнь считала, что они только в фэнтезийных книгах и существуют, а оно вон как оказывается.

Чтобы прогнать налетевший и почему-то не желающий исчезать кошмар, ущипнула себя за руку. Вот, вот сейчас. Я открою глаза и окажусь в своей родной комнате, на своей кровати, под своим одеялом. На лице не будет никаких синяков, а юбка мирно висит в шкафу.

Щипок, еще один…

До боли зажмуриваюсь и резко распахиваю глаза. Ничего не изменилось. Вокруг меня все та же мрачная камера, я стою на голой земле. Холодной, кстати говоря, а напротив меня все тот же старик.

— Нет, — простонала я, закрывая лицо руками. — Почему все так?

— Не плачь, эллин-ран, — протянул ко мне свою сухую конечность старик. — Тебе нельзя. Если орки услышат, нас обоих убьют.

Перспектива была не из приятных. Я, напуганная таким исходом, как-то сразу взяла себя в руки и решила не реветь. Все равно слезами горю не поможешь. Надо найти способ выбраться отсюда. Знать бы только — как.

— Послушайте, — снова обратилась к старику. — Я не знаю, что это за место и никогда не видела никаких орков. Объясните мне все толком, прошу вас. Я ничего не понимаю и не помню, как оказалась здесь.

Старик изумленно посмотрел на меня, потом нервно погладил свою бороду и проговорил:

— Эллин-ран должны знать многое о своем мире. Они воюют с орками уже много столетий. Если ты не знаешь, кто они и где мы, то ты не можешь быть эллин-ран.

Старик прошелся по своей камере, взволнованно размахивая руками. Потом вдруг остановился и в упор посмотрел на меня.

— Но, ты говоришь на их языке, значит, ты одна из них. Нет, я ничего не понимаю!

Он схватился за голову и сел.

Замечательно! Единственный, кто хоть как-то мог прояснить мне ситуацию, зашел в тупик от своих же рассуждений.

Я зябко поежилась. Меня начинала пробирать мелкая дрожь. То ли от нервов, то ли от холода. За последние несколько часов со мной случилось такое, что я уже и не знала, как себя вести. Кричать и биться в истерике? Боюсь, на это не хватит сил. Игнорировать все окружающее и замкнуться в себе? На это тоже сил не хватит. Говорят, что в экстремальных ситуациях человек способен на многое. Уж не знаю, на что способна я, но сейчас у меня просто ноги подкашиваются от усталости, стресса и просто банального холода.

Я последовала примеру своего соседа по камере и села.

— Эй, уважаемый, а вы можете мне сказать поточнее, где я нахожусь?

Старик резко обернулся на меня и с отстраненным взглядом проговорил:

— В Ардхарре, государстве орков. Это в южной части Карлиэнии, за хребтом Паракорус.

Я широко открыла рот и выдохнула.

— Карлиэнии, — проговорила растерянно, — что это такое?

— Так называется наш континент, эллин-ран, — ответил мой собеседник с выражением, ну просто глубочайшего непонимания на лице. Мол, как это она не знает таких простых вещей.

Мне же в этот момент казалось, что я падаю в бездну. Карлиэния — название континента. На Земле нет ни единого места с таким названием. Мне в голову пришла шокирующая мысль…нет, не может даже быть такого. Это же…

— А что это за мир? — робко спросила я.

— Аларэй, — все с тем же удивлением повторил старик.

Я пожала плечами, словно ничего не произошло.

— Да, Аларэй…как я могла забыть? Мир называется Аларэй. Да! — бормотала я сама себе под нос, стараясь не вдумываться в истинный смысл слов. — А что? Бывает такое…наверное…

Я постаралась держать себя в руках и не разреветься в голос. Мысли проносились в голове с бешеной скоростью. Я! ПОПАЛА! В! ДРУГОЙ! МИР! Только бы с ума не сойти!

— Аларэй. Ну что ж, Аларэй, так Аларэй! Ладно… — пробормотала, укладываясь набок.

— Надо поспать, — снова сказала сама себе.

Спать на голой земле мне еще не приходилось. Даже в туристических походах у меня бывал спальный мешок или одеяло. Никогда не опускалась до такого состояния — грязная, в разодранной одежде, избитая, лежу на голой земле и еще попала в чужой мир. Сейчас лучше не буду думать, как все это случилось.

Я закрыла глаза со слабой надеждой, что когда проснусь, все будет по-старому. Без орков, их тюрем и стариков, называющих меня непривычным словом.

Утро встретило меня все той же камерой, угрюмым соседом напротив и солнечным лучом, светящим прямо в глаз. Я было потянулась, чтобы размять затекшие конечности — от холода во сне скрутилась калачиком — но тут же резко ойкнула и вскочила. Рукой зацепила разбитое лицо и оно отозвалось немилосердной болью.

— Уже проснулась, эллин-ран? — спросил старик, наблюдающий за мной из-за решетки.

— Да, — простонала я, поднимаясь. Ноги занемели и пришлось потратить усилия, чтобы встать.

В свете утра старик оказался еще более жалким, чем вчера. Кроме лохмотьев и потрепанной бороды я рассмотрела на его теле множество ссадин и едва заживших ран. Похоже, эти орки долго издевались над ним.

Я хотела задать ему вопрос, но меня прервали звуки, доносящиеся откуда-то снаружи. Долгий громкий барабанный бой сопровождался приказными криками. Словно кто-то командовал военным отрядом на непонятном мне языке. К тому же топот, раздающийся за стеной, и вибрирующая земля, под ногами подтверждали мою догадку.

— Что это? — спросила я, оглядываясь на старика.

— Это отряд из войска Граха, — спокойно прокомментировал он. — В последнее время они часто проходят тут.

— А разве здесь идет война?

— Похоже, ты совсем из дальних краев, раз не знаешь, — покачал головой старик.

— Вы не представляете, насколько дальних.

— Эльфы и орки воюют с Начала Времен, — пояснил он.

Я постаралась сохранить каменное лицо при упоминании эльфов. Спокойно, дорогая, спокойно. Ты в другом мир, а тут возможно все. Даже эльфы с орками. Да, так что тихо, успокойся.

Я сделала пару медленных кругов по камере, чтобы размяться и снова села, прислонившись к стене. Сил у меня сейчас не хватит даже на то, чтобы стоять самостоятельно, не говоря уж о «сломать ногой деревянную решетку и сбежать, попутно наваляв всем встречным оркам». Нет, такие подвиги оставлю Шварцнегеру и Джеки Чану. Я — девушка хрупкая и, как оказалось, очень-очень слабая. Тем более, что орки — как выяснилось из нашего весьма «теплого» знакомства — парни крепкие и опасные. Второй стычки с ними мой организм просто не выдержит.

Мой желудок отчаянно вопил о необходимости поесть. Его настойчивое урчание и боль где-то внутри говорили об этом как нельзя лучше. Но, по все видимости, о еде придется забыть. Орки что-то не спешат кормить своих пленников.

— Вы давно здесь? — спросила, посмотрев на старика. Может, разговор и новые сведения отвлекут меня от мыслей о голоде?

Мой собеседник почесал старческий лысеющий затылок и ответил:

— Да, почти восемь лун. Как на мое жилье эти нелюди напали, так и сижу здесь.

— А где вы жили?

Старик чуть усмехнулся щербатым ртом.

— Я обосновался близ Аркнота, в лесу. Был отшельником почти тридцать лет и никаких происшествий. Бывало, конечно, ходил в деревню, лечил тамошних жителей. И никто не смел тронуть меня, потому что знахарей запрещено обижать. А тут явились они…

Голос его был спокойным и умиротворенным, несмотря на все произошедшее. Похоже, жизнь в тишине и спокойствии сделала свое дело. Этот человек не озлобился и выглядел очень мирно.

— Как вас зовут? — надо же мне узнать хотя бы его имя.

— Ару, — грустно ответил старик. — И это мое истинное имя. Вряд ли его услышит кто-то еще, поэтому я назову его тебе, эллин-ран.

Я попыталась легонько улыбнуться, но лицо отозвалось болью и я передумала.

— А меня зовут…

— Нет, — вдруг старик выставил ладонь в ограждающем жесте. — Эллин-ран не могут называть свое настоящее имя. Его следует хранить в тайне от всех.

— Почему? — удивилась я.

— Потому что, доверяя человеку имя, ты даешь ему возможность навести злые чары. Помни это и не говори никому истинное имя.

Странно. Я никогда не слышала о таком. Но ведь это было там, у меня дома, в родном мире. А здесь-то все по-другому. Пожалуй, послушаю его.

— Можете называть меня Агата.

А что? Красивое имя и первое в голову пришло.

Старик чуть улыбнулся.

— Я рад, что встретил тебя, эллин-ран. Я давно не видел высших.

— А почему вы решили, что я — эта…эллин-ран?

Новое слово было каким-то неестественным и чужим. Произносилось с особым акцентом и из-за этого давалось трудновато.

— Оооо, — даже засмеялся старик. — Вас трудно не узнать. Каждый эллин-ран носит особую ауру. Ты словно светишься из-за нее.

— Никогда за собой не замечала, — пожала плечами в ответ я.

Ару стал серьезным.

— Ты очень странная, Агата. Как будто не из этого мира. Не знаешь ни правил, ни названий, совершенно ничего.

Я не ответила. А что тут скажешь? Похоже, все очевидно.

— Знаешь, — продолжил старик. — Чтобы выжить тебе придется забыть о прошлом и не говорить никому, кто ты есть на самом деле.

Его глаза проницательно смотрели на меня и словно читали насквозь.

— А вы знаете, кто я? — спросила осторожно.

— Догадываюсь, — кивнул Ару. — Но не буду говорить вслух. Иномирцы должны быть осторожны и им лучше скрывать тайну. Скажу лишь одно — к дарритам тебе надо.

— А где они находятся? — тут же спросила я, видя нежелание моего собеседника обсуждать этот деликатный вопрос.

— За Ясным лесом, в Эрнаиге, — кратко ответил Ару и отвернулся.

Послышался резкий удар и где-то в коридоре хлопнула дверь. Я вздрогнула и уставилась вперед. Ару тут же отполз в угол и сделал мне знак повторить тоже самое. Я притаилась у стены и слушала тяжелые шаги, которые неспешно направлялись к нам.

Я медленно поднимала глаза. Параллельно по моему телу поднималась волна мурашек.

Огромные, не иначе как пятидесятого размера, кожаные сапоги прятали не менее громадные ноги. Далее шли штаны из грубой ткани, пояс с каким-то кривым клинком и грязно-белая рубаха, чуть открывающая смуглую широкую грудь. Лицо орка было злым и надменным. Черные волосы собраны за спиной. Стоило ему только подойти к тесной камере, я ощутила сильный запах мускуса, вероятно, исходящего от пришедшего.

— Трэтх, — грубо проговорил он, указывая на меня. — Хрратп!

Я развела руками в извиняющемся жесте и, наверное, очень жалко улыбнулась. Сказать, что ничего не понимаю, не смогла — перехватило дыхание.

— Трэтх дэж, — злобно пророкотал орк и резко открыл решетку.

Я вскрикнула и подскочила, надеясь укрыться в углу. Он грубо схватил меня за руку и потащил прочь из клетки.

В тот же момент я закричала и попыталась оттолкнуть его. Орк с силой тряхнул меня, да так, что звездочки перед глазами замелькали. По его выражению лица стало ясно, что лучше бы мне приумолкнуть.

— Все-все, молчу, — покорно закивала я и притихла.

Орк довольно оскалился и нагло осмотрел меня.

— Трэтх алфэр… — протянул он, масляными глазами посмотрев на мои, перепачканные грязью, ноги. — Укэр лехрет…

Нет, только не это! Не хватало мне еще и домогательств. Этот тип вон точно только взглядом не ограничится, если что. Я даже сопротивления оказать не смогу.

Сжавшись в комок, я затравленно посмотрела на орка и попыталась изобразить котенка из «Шрека». Жалкое, конечно, вышло зрелище, но, может прокатит. Орк брезгливо покосился на меня и щелкнул языком. Потом все так же грубо и бесцеремонно потащил вперед по коридору.

Как только нелюдь открыл дверь наружу, мне в глаза ударил яркий свет. Он вытолкнул меня вперед. Я было рванулась, ощутив свободу от его лапищи, но тут же замерла.

На меня смотрели с десяток таких же чудищ, облаченных в какие-то доспехи с кусками шкур. Увидев меня, орки заулюлюкали и стали кидаться фразами на своем рокочущем языке. Они ходили вокруг меня, всматривались, тыкали пальцами, смеялись. Похоже, мое появление произвело фурор.

В этот момент мне было не то, что не по себе. Мне было СТРАШНО. Оказаться неизвестно где, неизвестно почему, среди грубых и, вероятно, очень злых орков, да еще и почти без одежды — это, мягко говоря, неприятно. И ведь неизвестно, зачем меня вытащили из камеры.

Я следила за насмешливым взглядом одного из орков. Он указывал на меня рукой и что-то громко говорил своему приятелю. Оба громко ржали.

Грубый толчок в спину. Я едва не падаю, чем вызываю общий взрыв гогота. Мой «провожатый» снова вцепился своей ручищей в мою тонкую конечность и потащил куда-то дальше. Толпа гогочущих осталась позади.

Я мельком оглянулась. Тюрьма представляет собой прямоугольный аналог хаты-мазанки с неровными углами и грубой дверью.

Вокруг меня разворачивается настоящий орочий город. Точнее, его окраина, как сказал Ару.

Небольшие домики, больше напоминающие хижины, дымящиеся трубы, беспорядочно рассаженные деревья. За домами виднеются небольшие загоны для скота. Видимо, в этом мире орки занимаются хозяйством. Улица, если это можно так назвать, очень широкая. Густая темно-красная пыль на дороге говорит о качестве местно почвы. Не очень-то приглядное место, надо сказать.

По улицам бегают орчата и степенно вышагивают орчихи. Мамочка моя! Да по сравнению с ними я просто пигалица тощая. Местные женщины или самки, уж не знаю, как правильно, обладают, ну очень внушительными размерами. И ростом, как говориться, вышли, и телом. Они ходят в свободных платьях-балахонах и множестве украшений. Только во лицом как-то не вышли. Черты очень грубые, словно топорной работы. Понятно теперь, почему на меня, тощую и бледную, так смотрят.

Мы с орком подходим к какому-то подобию площади. Почему я так решила? Да народу там толпится немерено, точнее, орков. Собрались, все увешанные шкурами, в украшениях, с татуировками, а запах в воздухе такой витает, словно поблизости расположилась довольно крупная ферма. В общем, шумно, страшно и дышать нечем.

Как только мы приблизились, толпа расступилась и создала широкий коридор. По всей видимости, это они так от меня отпрыгивали. Нет, я, конечно, по сравнению с ними даже сейчас идеал красоты, но орки явно не этого боятся. Во всех взглядах так и читается пренебрежение. Да такое сильное, что некоторые, кажется, едва сдерживаются, чтобы мне не в лицо не плюнуть. И чем я им так неугодила? Надо же! Всего день в другом мире, а уже такая неприязнь.

Посреди круга, образованного толпой стоял какой-то низкорослый, по местным понятиям, тип орочьей наружности, размалеванный цветными красками и в куче ожерелий. В руках он держал посох.

Завидев меня, орк ткнул пальцем и заорал.

— Трэтх!

Уж не знаю, почему они все так упорно называли меня этим неприятным словом, но, предположительно, оно означает или «человек», или «чужак». Ко мне, впрочем, подходит и то и то.

Мой конвоир подвел меня к нему и оставил, отойдя в сторону с поклоном.

Размалеванный, буду называть его, обошел вокруг дважды и остановился, глядя мне в глаза.

— Эллин — ран! — возопил он и воздел руки и посох заодно к небу.

По толпе прокатился ропот, потом кто-то выкрикнул непонятное мне слово и размалеванный вдруг оторвался от созерцания облаков.

— Кто ты, человечка? — с чудовищным акцентом спросил он, тыча в меня посохом.

Я даже удивленно охнула. Он знает мой язык! Чего ж тогда такую комедию ломал?

А остальные? От их пристальных взглядов у меня опять поползли мурашки.

— Кто ты? — снова повторил орк.

Что говорить, я не знала. Не скажу же я: «Здравствуйте, я — менеджер по закупкам…». Во всяком случае, именно эту речь я учила, прежде чем пойти на собеседование. Хотя, туда я все равно не попала, поэтому и стою перед толпой орков.

— Я эллин-ран, — уверенно проговорила услышанное от Ару слово. Раз он говорил, значит, я на это похожа. Вариантов-то других нет.

Орк воззрился на меня с глубоким непониманием.

— Даррит? — спросил он.

Я кивнула.

— За тебя дадут много золота, — алчно прошипел орк. — Вернуть ее в камеру!

Орк-конвоир ринулся было исполнять поручение, но тут случилось неожиданное. Над моей головой раздался резкий свист. Я оглянулась. Орк лежал на земле, сраженный стрелой.

Признаться честно, я никогда не считала себе трусихой, но от такого зрелища не смогла сдержаться и громко завизжала. Не каждый же день передо мной оркой стрелами убивают.

Послышались какие-то невразумительные крики. Орки кинулись врассыпную, похватались за клинки непонятной формы. Размалеванный закружился со своим посохом на месте и что-то запел.

Я, видя такое дело, решила бежать в сторону леса, виднеющегося за домами. Может, получиться укрыться там. Мой план был разрушен каким-то орком. Тот схватил меня и перекинул себе на спину. Я стала отчаянно лупить его кулаками, но результата это не дало. Он волок меня обратно в поселок.

Снова свист. Орк взвевел. Я стремительно ощущаю приближение земли. Больно падаю плашмя и вижу, что и этот конвоир сражен. Быстро встаю и оглядываюсь.

Похоже, на орков напали. И напали из леса. Вон какие-то всадники рубятся с ними на той самой «площади».

Один отделяется от толпы и галопом несется в мою сторону. я делаю слабую попытку сбежать, но снова падаю, споткнувшись о камень.

Его лошадь встает на дыбы прямо передо мной. Он протягивает мне руку.

— Давай сюда! Быстрее!

Я резко поднимаюсь и протягиваю ладонь.

Сколько мы мчались по лесу, неизвестно. Я с перепугу так вцепилась в своего спасителя, что, наверное, у него останутся синяки. Хотя, еще не известно, спас ли он меня. Может, наоборот, втянул в новую неприятность.

Наконец он перестает подстегивать коня и останавливается. Сначала спрыгивает сам, потом галантно подает руку мне. Я неведомым мне ранее образом оказываюсь на земле и впервые за время сумасшедшей поездки смотрю на своего спасителя.

Мамочки мои! А я и не знала, что такие бывают. Высокий молодой мужчина. Блондин с глубокими, чуть раскосыми глазами, резкими, но тонкими и правильными чертами лица. Кончики его волос чуть касаются плеч. Уши какой-то странной формы, чуть заостренные. Никогда таких не видела. Одет он по-средневековому. По-другому описать не смогу, увы, не знаю моды той эпохи. Из-за спины виднеются две рукояти клинков.

Мужчина чуть улыбнулся и посмотрел на меня.

— Жива?

— Д-да, — киваю я, все еще приходя в себя не столько от орочьей разборки, сколько от его вида. — Ты меня спас, наверное…

Он усмехнулся и покачал головой.

— Не спас, а украл.

— Как? — не поняла я.

— Очень просто. Мой отряд решил напасть на поселок. Но так, чтоб просто ограбить. А я вот решил самое ценное увезти.

— Это меня что ли?

И тут вдруг меня осеняет. Он говорит со мной на одном языке! Значит, он знает, кто я. Точнее, считает меня таковой. А я-то думала, что благородный рыцарь решил спасти несчастную девушку, наивная. Что же ему нужно?

— Я давно искал эллин-ран, — спокойно ответил он. — Только ты можешь мне помочь.

В его глазах мелькнула капля боли и отчаяния. Такой взгляд бывает у тех, кого, что называется, приперло.

— Но, как я могу тебе помочь?

Мужчина удивленно поднял свои идеальные брови. Как же ему идет этот жест!

— Ты — даррит, а вы можете многое.

— Да… — я хотела возразить и запнулась. — С чего ты взял?

— Орочий шаман кричал об этом на все селение.

Я непроизвольно кивнула и замолчала.

— Мне очень нужна твоя помощь, — проговорил блондин и посмотрел прямо в глаза.

Я чуть не растаяла. Ну разве можно отказать, когда просит такой мужчина?

— Чем я могу помочь? — сначала выслушаю, а потом разберусь, что делать.

Он ощутимо напрягся, что стало заметно по его лицу.

— Я позже тебе расскажу. Идем.

— Куда? — теперь моя очередь удивляться. — Здесь есть одно место, где можно укрыться, — он осмотрел меня с ног до головы и добавил: — и найти вещи.

— Да! — энергично кивнула. — Не помешает!

Он снова окинул меня откровенным взглядом, от которого мне стало немного не по себе.

— Что с лицом?

— Орки, — лишь ответила я.

— Твари, — процедил сквозь зубы он. — Если у них хватило ума тронуть эллин-ран…

Я не стала уточнять значении этого слова и лишь вздохнула, тем самым подтверждая всю тяжесть пережитого.

— А как зовут моего спасителя? — неожиданно для самой себя спросила я.

Мужчина даже вздрогнул. Видимо, он не собирался называть свое имя.

— Риэль, — произнес он и склонил голову.

Я кивнула и тоже представилась.

— Агата, — удивительно, но это имя нравится мне все больше.

Он удивленно посмотрел на меня и покачал головой.

— Это не истинное имя, — успокоила я Риэля, вспомнив инструкции Ару.

Кстати, бедный старик. Он ведь так и остался в той тюрьме. Как же жаль, что я не смогла ему помочь. От мысли о нем на глаза навернулись слезы. Очень-очень его жалко.

Мы шли по лесу молча. Я едва держалась на ногах от усталости и мысленно ругала все на свете, потому как лесная почва оказалась совсем непригодной для хождения босиком.

Риэль тоже не спешил начинать разговор. Он внимательно оглядывался по сторонам, прислушивался, пару раз останавливался и озирался вокруг, словно учуяв что-то.

Я смотрела на него и все пыталась разгадать, кто же он такой. Охотник? Преступник? Эльф? Человек? Кто может встретиться в этом мире, я не знала, вот и гадала, перебирая немногочисленные приходящие в голову варианты. Интересно, зачем ему нужен кто-то из дарритов? Впрочем, я даже не знаю, что это такое. Ару так и не объяснил мне толком, кто такие эти высшие и чем они заслужили такое почтение. Ясно только одно — раз меня считают таковой, то надо этим пользоваться, пока есть шанс.

Наконец, после долгого и бесплотного блуждания по лесу, мне стала видна цель нашего изнуряющего(для меня) путешествия. Посреди леса стоял небольшой домик, сложенный из каких-то необычных черных камней. Откуда они взялись в лесу, ума не приложу. Кстати, лес вполне себе обычный. Во всяком случае, ничего экзотического я тут не обнаружила.

— Здесь охотничий пункт, — кратко пояснил Риэль, обернувшись ко мне.

— Охотничий пункт? — переспросила, удивившись новой фразе.

— Да, — кивнул мужчина. — Местные уходят в лес на несколько дней, иногда недель, чтобы добыть мясо. Надо же им где-то укрываться в это время.

— Никогда бы не подумала. Орки не похожи на заправских охотников.

— При чем здесь орки? — удивленно и с некоторым подозрением посмотрел на меня Риэль. — Сюда приходят люди.

— Люди? — я даже взмахнула рукой, указывая туда, где, как мне казалось, находится орочий поселок. — А как же…Ладно.

Похоже, в местной географии, как и во всем остальном мне еще предстоит разобраться.

— Это приграничье. Здесь можно встретить кого угодно, — объяснил мой спутник и указал на домик. — Идем?

Я согласно кивнула и поковыляла вслед за ним. Кроме разбитого лица у меня теперь были еще исколотые и истоптанные ноги. все это дополнялось юбкой-ремешком и обрывком блузки. Красота — страшная сила, как говорится.

Риэль толкнул дверь и она со скрипом открылась. Я шагнула за порог и ахнула. Мои глазам предстало невиданное доселе зрелище. Небольшое помещение с неровными каменными стенами, очагом посредине и парой грубых лавок. В углу было нечто вроде чулана, занавешенное тряпкой.

— Побудь здесь, а я скоро вернусь, — бросил мне Риэль.

— Ты куда? — я испуганно дернулась, услышав это. Оставаться тут одной мне не хотелось.

— Нужно подстрелить что-нибудь на ужин.

После этих слов он быстренько исчез за дверью. Подстрелить на ужин? Отличная идея, остроухий ты мой! Я больше суток как ничего не ела. При мысли о жареном мясе желудок жалобно заурчал и сжался в комок. Ничего, скоро будет еда.

Я прошлась по домику и мысленно поругала местное население за экономию в строительстве. Нет, ну что им стоило положит дощатый пол? А тут опять земляной. Я подошла к подобию чулана и отдернула полог. Ух ты! А здесь есть чем поживиться! Нет, еды, увы, нет, а вот одежда. Спасибо охотникам! Я обнаружила пару рубашек и мужские штаны. Сойдет для такого случая. Бросив взгляд в угол чулана я едва не завизжала от восторга. Оттуда на меня призывно смотрели какие-то старые потертые сапоги. Теперь хоть будет в чем ходить.

Взяв в руки свои находки, сильно пропахшие сыростью, кстати, я опустилась на скамью. Она оказалась достаточно широкой, чтобы лечь. Как только моя голова коснулась жесткой деревянной поверхности, сон пришел незамедлительно.

Проснулась я от запаха еды. Открыла глаза. И увидела сидящего у очага Риэля. Он медленно поворачивал небольшой вертел и задумчиво смотрел на пламя.

Я привстала, отчего лавка громко скрипнула.

— Проснулась, Агата? — спросил он, переведя на меня свои необычные глаза.

— Да, — ответила я, разминая затекшую спину. — Тебе долго не было?

— Несколько часов. Здесь осталось мало дичи.

Я встала со скамьи и во весь рост потянулась. Мужчина смерил меня внимательным взглядом.

— Тебе надо вымыться и переодеться, Агата. Так ходить неприлично даже при мне.

— Я бы вымылась, если б знала, где, — бесхитростно пожала плечами.

— За домом источник, — спокойно ответил мужчина. — Иди прямо сейчас, пока не совсем стемнело.

Я послушно схватила новые вещи и пулей вылетела наружу. Вода! Какое же это, оказывается, счастье, иметь под рукой воду. Люди обычно не ценят такого богатства и не осознают, насколько она важна для нас.

Источник оказался прямо в зарослях за домом. Он негромко журчал и утекал веселым ручейком куда-то в чащу. Я склонилась к воде и стала жадно глотать ее ртом. Какая же чистая и вкусная! Из трубы в многоэтажке такая точно не течет. Утолив жажду, я принялась обмываться. Ну и что, что холодная, главное, вода!

Закончив с омовением, пошвыряла свои старые тряпки в кусты и натянула новоприобретенные. Не совсем мой размер, ну и ладно!

Риэль встретил меня с легкой улыбкой.

— Вот так лучше, — одобрительно кивнул он и вдруг спросил: — Почему ты не лечишь свое лицо?

— Нечем лечить, — честно ответила я.

Мужчина посмотрел на меня с запредельным удивлением.

— Ты же даррит. Им не нужны лекарства, чтобы лечиться. Вам достаточно лишь ваших сил, ведь так?

Он так пытливо и вопросительно смотрел на меня, что я не нашлась сделать ничего другого, как кивнуть.

— Да, так. Просто сил у меня сейчас почти нет, я очень устала.

Ну а что? Соврала, как могла. Скажи я ему, что не даррит и что вообще из другого мира, он ведь может и бросить меня здесь. А пока я ему нужна, у меня есть шанс на спасение.

— Понимаю, — на мое счастье согласился он. — Орки тебя замучили совсем. Отдохнешь, тогда и вылечишься. Садись есть.

Вот тут меня точно дважды звать не надо. Я прямо таки подскочила к очагу и присела. Риэль выложил мясо на деревянную дощечку и я стала торопливо есть его, обжигая пальцы.

— Что это такое? — спросила, проглотив первый кусок.

— Заяц, — выговорил Риэль, наблюдая, как я ем. Похоже, это его малость шокировало. — Тебя орки не кормили?

— Нет, — мотнула головой я.

— Тогда, ясно.

Мясо оказалось нежным и вкусным, пусть и совершенно несоленым. Сейчас оно казалось мне вкуснее любых явств из дорогущих ресторанов.

— Спасибо тебе огромное, Риэль, — сказала я, когда съела свою порцию. — И за мясо и за все остальное. Если бы не ты…

— Ты проведешь меня к дарритам? — вдруг оборвал мою вдохновенную речь мужчина.

Я даже замерла от неожиданности.

— Мне тоже нужно к ним и…

— И попросишь их помощи для меня?

Я просто не знала, что делать, и просто непонимающе развела руками. Риэль уловил это и тут же стал объяснять.

— Если ты не можешь плести заклинания сама, значит, мне смогут помочь другие, правильно?

— Д-да, — неуверенно кивнула я. — Другие помогут.

Конечно, помогут. Я-то и понятия не имею, как эти заклинания плести. О чем он вообще? Получается, что дарриты — некто вроде местных магов?

Риэль с сомнением посмотрел на меня.

— Зачем тебе к дарритам? — вдруг спросил он.

— Мне тоже нужна их помощь, — ответила я, ощущая, что моей тайне пришел конец. Слишком уж проницательный взгляд у него.

— Какая?

Я немного поерзала на месте, стараясь хоть как-то отдалить минуту мучительного признания и после глубокого вдоха проговорила:

— Понимаешь, Риэль, я не совсем даррит.

— Это я уже понял, — спокойно ответил мужчина.

— Но как? — растерялась я.

— Они никогда не теряют свои силы и не едят мясо.

По моей спине пробежал липкий холодок. Вот я и раскололась! Кто же такие эти дарриты? Вегетарианцы, которые творят чудеса? И почему этот старый Ару ничего не сказал мне?

— Я — не даррит и не знаю, почему ты считаешь меня таковой, — честно призналась я. — Я вообще не знаю, кто они такие. Старик, который сидел в тюрьме со мной сказал, что я эллин-ран, но он ошибся.

— Не ошибся. Ты — эллин-ран, я это ощущаю, но ты не даррит.

В моей голове все окончательно смешалось. Я шумно выдохнула и мотнула головой.

— Может, хоть ты скажешь мне, кто такие эти эллин-ран? — в моем голосе звучала мольба.

— Скажу, — улыбнулся Риэль. — Так в этом мире обращаются к магам. Если ты не знает этого, значит, ты — иномирянка.

Я просто опешила, услышав эти слова. Просто открыла рот и смотрела на него круглыми глазами.

— Не бойся, Агата, я тебе не причиню вреда. Жаль, конечно, что так ошибся, но ты была очень похожа на даррита. Жаль…

В голосе Риэля слышалось столько сожаления и грусти, что мне стало совестно, что я — не даррит. Захотелось обнять его и пожалеть.

— Риэль, я не знаю, почему ты спас меня, но я очень благодарна тебе за это. Поверь, если бы не ты, я бы не выжила. я не могу тебе помочь и не могу ничем отплатить.

Последнее я не договорила. Слезы так и наворачивались на глаза. Я просто отвернулась и закусила губу.

— Ложись спать, Агата, — коротко ответил Риэль. — Тебе нужно отдохнуть.

Он поднялся и вышел из домика. Я не решилась больше задавать ему вопросов и останавливать. Из-за меня он и так уже потерпел неудачу.

Утро пришло после череды кошмаров, вскакиваний во сне и постоянные подозрительных звуков, доносящихся из леса. Не знаю уж, что любители природы находят в ночевках под открытым небом и отказом от благ цивилизации, но лично я сейчас бы с удовольствием очутилась в этой самой цивилизации. И пусть защитники природы сто раз твердят о том, что создание мегаполисов портит окружающую среду, я очень хочу попасть именно в такой вот вредно-опасный город.

Я открыла глаза, поднялась и с громким хрустом в позвоночнике потянулась. Еще никогда это занятие не вызывало у меня такого восторга. Скажи мне кто пару дней назад, что потянуться во весь рост — великое удовольствие, не поверила бы.

Входная дверь открылась и на пороге оказался Риэль. Мужчина был мрачным. Видимо, новость о том, что я не даррит, как-то уж очень его огорчила.

— Уже проснулась? — спросил он.

— Да, а ты давно не спишь?

Он кинул на меня ледяной взгляд и проговорил:

— Я встал за час до рассвета. Мне нужно спать меньше, чем тебе.

— Почему? — совершенно невинно спросила я.

Риэль вздохнул и не ответил. Похоже, я начинаю его раздражать.

Он сел на пол и стал разжигать огонь в очаге.

— Сейчас перекусим и отправимся в путь, — почти приказал он.

— В путь? Куда мы едем?

— К дарритам, в Лайон-Лэй. С тобой я смогу туда попасть.

По его выражению лица было заметно, что он не слишком-то настроен разводить беседу о превратностях жизни в этом мире. Я благополучно замолчала, чтобы не провоцировать его. Мало ли, сейчас разозлится и бросит меня где-нибудь здесь, в страшном лесу одну. А я ведь не местная аборигенка, к суровым полевым условия не приспособлена. Да и вообще, девушка городская и довольна-таки беспомощная. Когда вернусь домой, обязательно напишу письмо в министерство образования с требованием ввести в школах предмет «Технология выживания в экстремальных условиях», а то мало ли как жизнь повернуться может.

Мы снова были в пути. На этот раз верхом. Я сидела, вцепившись в Риэля, и подбородком утыкалась в его плечо. Такое положение было не то чтобы неудобным, оно, скорее, было неловким. Усидеть-то я усижу, хоть, чувствую, зад будет болеть нещадно, а вот так крепко обнимать постороннего, хоть и очень красивого, мужчину как-то непривычно.

Мой спутник молчал. За пару часов пути мне лишь удалось выманить у него краткие сведения о его лошади. Оказалось эту вороную зверюгу зовут Дэриейльн, что на какой-то ветви местного эльфийского языка(да-да, в этом мире и такое есть) означает «быстрый как ветер». Мне лично это им я чем-то напомнило самого владельца коня. Сей факт был сразу же объяснен тем, что животные и люди имеет способность находить особую связь, нечто вроде полного взаимопонимания и именно это отражается в их именах. Кроме этого я ничего от своего попутчика не добилась, лишь пару вздохов и мрачное молчание.

Мы ехали по довольно-таки широкой лесной дороге. Куда и зачем — я не спрашивала. Думаю, в этом мире лишний раз лучше не светится со своей любознательностью.

Природа вокруг была — просто загляденье. Несмотря на всю мою любовь к урбанистическим пейзажам, я не могла не раскрыть рот от удивления, глядя на местную флору. Высоченные деревья с потрескавшейся, прожившей века, корой, устремлялись ввысь и своими верхушками закрывали небо. Густые папоротники и буйные кустарники усыпали листьями землю. В кронах весело пели свои незнакомые песни птицы. Пахло не обычной лесной сыростью и прелью, а чем-то сладковато-свежим и очень приятным.

— Вайлада цветет, — вдруг проговорил Риэль. — Чувствуешь запах?

— Угу, — кивнула я. — Так приятно пахнет.

— Да, сейчас как раз для нее сезон.

Раз уж мой спутник сам решил снизойти до меня и заговорить, грех упускать такой шанс.

— Риэль, скажи, куда мы направляемся?

— В ближайшее селение. Там купим тебе коня, переночуем и двинемся дальше.

Ответ был исчерпывающий и не требовал разъяснений, но мне прямо таки не сиделось спокойно. После нескольких суток жуткого стресса и последних часов молчания просто прорывало поговорить.

— Можно я спрошу тебя? — осторожно намекнула я.

— Смотря о чем, Агата.

Я набрала в грудь побольше воздуха и приготовилась на всякий случай покрепче вцепиться в мужчину, если тот надумает меня вдруг сбросить на землю. Мало ли как мой вопрос повлияет.

— Риэль, я мало что знаю в этом мире. Вот смотрю на тебя и не могу понять, ты — эльф?

Сидя к нему вплотную, я не ощутила никакой напряженности в его теле. Вопреки моим ожиданиям вопрос не оказался обидным. Скорее, наоборот. Риэля он даже рассмешил.

— Ты чудная, Агата! — ответил он. — Если бы я был эльфом, я бы не трясся в седле вместе с тобой в этом лесу. Я — всего лишь полукровка.

Ну а что? Эльфийский бастард. Что ж тут такого? Всякое бывает в жизни. Спокойно, Агата, постарайся принять еще одну правду этого мира с присущим тебе философским пофигизмом. Раз ты видишь все это, ощущаешь, значит, это не бред. Реальность иногда бывает страшнее и удивительнее самых извращенных кошмаров.

— Я просто никогда не видела таких, как ты, — попыталась оправдаться в его глазах я.

— Я так и понял. Ты и эльфов, наверное, не встречала?

— Нет, — покачала я головой. — Я ничего о них не знаю.

Риэль снова усмехнулся и подстегнул своего коня. Дэр весело заржал и пошел быстрее. От такого маневра я чуть было не свалилась с седла, но успела схватиться за Риэля.

— Возможно, тебе доведется побывать в их городах, — сказал Риэль. — Я и сам бывал там пару раз.

— Пару раз? — удивилась я. — А разве ты не должен жить среди своих?

Мужчина вздохнул.

— Для них я — чужой. Эльфы слишком горды, чтобы принимать такого как я. Для них чистота крови имеет очень важное значение. Они относятся презрительно ко всем остальным расам.

В его голосе я услышала явное сожаление и горечь. Почему-то сразу представились гордые неприступные эльфы с их снобистским восприятием мира. Даже стало как-то обидно за своего спутника. Никогда я не любила тех, кто ставит себя выше других, а теперь, наверное, вовсе возненавижу.

— Риэль, а как ты оказался в селении орков? — решила перевести тему разговора.

— Очень просто. Мой отряд был в лесу неподалеку. Накануне мы разбили там лагерь и остались на ночевку. Выставили караульных, как водится, и легли спать. А под утро к нам заявились гости — двое орков. Ребята решили нас ограбить и даже успели кое-что из оружия прихватить. Такого вытерпеть от них никто не смог, вот и решили отомстить.

Я слушала его и все больше терялась в догадках. Отряд? Лагерь вблизи селения орков? Нападение? Да кто же он такой?

— Я не совсем поняла, Риэль, — решила уточнить. — Ты из армии?

Мужчина засмеялся.

— Агата, какая же ты странная! Подумай, смог ли я покинуть бы армейский отряд?

— Ну, не знаю, — пожала плечами я. — У вас тут все как-то не так…

— Я из разбойничьего отряда. Мы промышляли тут вблизи границы, чтобы имперцы не смогли нас найти.

После этих слов мне почему-то сразу захотелось бежать куда подальше от этого полуэльфа. Я ничего не смогла ему ответить и лишь неопределенно хмыкнула, на всякий случай, ослабляя свою хватку.

— Да не бойся ты, — уловил он мое настроение. — Я тебя точно не трону. Ты для меня важный артефакт.

— Я — важный артефакт?

— Да, — спокойно ответил Риэль. — С тобой у меня есть шанс попасть к дарритам. Одного они бы и близко не подпустили, а так — я доставил эллин-ран и смею надеяться на вознаграждение.

Мне стало чуточку обидно. Выходит, избавилась от орочьего плена и тут же попала в лапы к разбойнику с темным происхождением, да еще и стремящемуся меня использовать. Из огня да в полымя, как говорится.

— Риэль, скажи честно, зачем я тебе? Какой помощи ты ищешь?

— А вот это уже не твоего ума дело, — жестко ответил он. — Тебе знать не обязательно. Ясно?

— Ага, — кивнула я и тихонечно добавила: — Можно еще маленький вопросик?

— Давай. Но, последний.

— Почему ты говоришь на моем языке?

— Мы говорим на разных языках, Агата. Просто ты — эллин-ран, хотя, немыслимо каким образом — а, значит, можешь понимать многие языки этого мира.

— Как это? — удивленно переспросила я.

— Ты можешь понимать тех, кто равен с тобой. Это все людские народы и темные эльфы.

— А бывают и такие?

— Бывают.

Я на миг задумалась. Выходит, в том, что я эллин-ран есть свои преимущества. Может быть, этот статус дает мне еще какие-нибудь приятные бонусы? Надо будет вплотную подойти к этому вопросу.

— А почему я не понимала языка орков?

— Орки — низшие создания по сравнению с тобой. Ни их, ни светлых эльфов ты не поймешь. Первые стоят на ступень ниже, а вторые глубоко прячут свои тайны, даже от дарритов.

Я понимающе закивала и решила прервать ликбез на сегодня. В голове и так уже теснились урывки новых знаний и надо было хоть немного переварить их, чтобы потом спокойно разложить по полочкам.

Деревня, которую я ожидала с огромным нетерпением, показалась часа через два. Она находилась прямо в лесу и представляла собой аккуратное скопление домиков, сложенных из бревен. Отличительной их чертой была необычная коническая крыша, сделанная из веток, листьев, каких-то трав. На боку каждой крыши дымились трубы. Каждый домик был огорожен крепким забором из кольев, за которым ютились хозяйственные строения.

Деревенька стояла чуть в стороне от лесной дороги и не была окружена никакими стенами. В моих представлениях, любое средневековое поселение было похоже на крепость, но, на практике, все было иначе. Риэль объяснил мне, что местные жители привыкли находиться под защитой леса и не опасаются даже разбойников. Кстати, те водят с ними дружбу и не совершают здесь свои грабежи. Им это просто невыгодно, потому как местные могут в любой момент сообщить имперцам, так часто заезжающим сюда и тогда разбойникам придется туго. Незнаю, о какой империи тут идет речь, но, похоже, государство довольно сильное, раз все так его боятся.

Мы въехали в селение под изумленные взгляды жителей. Они так смотрели на прилипшую к седлу и Риэлю меня, что даже стало неловко.

— Почему они так смотрят? — тихонько шепнула я.

— У них женщины не ездят верхом. Для них ты — диковинка.

Я угукнула и принялась рассматривать жителей в ответ. Ну, а что? Они, значит, смотрят во все глаза, а мне нельзя что ли?

Люди в этой деревне заслуживают отдельного описания. Внешне они ничем совершенно не отличаются от виденных мною в родном мире. Среди них так же есть рыжие, блондины, брюнеты, даже лысые. Черты их лиц тоже не вызывают никакого удивление — обычные человеческие. Вот в росте разница разительная. Кажется, здесь самые низкие женщины будут чуть выше меня. Я-то и в родном мире никогда дылдой не была, а тут уже тем более не доведется. Вон Риэль, тот с ними наравне.

А вот наряды у жителей необычные. Широкие свободные платья из простых грубых тканей у женщин и расшитые длинные рубахи у мужчин. Не разбираюсь я рукоделии, но, похоже, вышивка как раз говорит о статусе. Вон она какая разная у всех. Кажется, что на свой манер делалась. У женщин почти у всех волосы заплетены в сложные косы, а у некоторых голова покрыта платком. Наверное, из-за этого они так и смотрят на лохмато-нечесанную меня. Длинных волос у меня отродясь не было. Сейчас так вообще мой бедный светленький хвостик, едва касающийся лопаток, свалялся от грязи и уныло лежит на спине. А прибавить к этому еще и лицо разбитое, о котором я за новыми впечатлениями чуть подзабыла, так я вообще просто чудо-чудное для них.

Наконец мы остановились возле длинного бревенчатого здания. Риэль спрыгнул первым и протянул руки ко мне.

— Давай сниму, — предложил он.

— Может, я сама попробую? — робко спросила я.

— А сможешь?

Я легонько шевельнулась, норовя сползти с седла, и поняла, что не смогу.

— Нет, — только качнула головой.

Риэль ловко стащил меня с лошади и поставил на землю. Я оказалась скульптурой в форме буквы «зю». Пошевелиться не представлялось возможным. Занемело буквально все, а спина и поясница просто гудели. Со стоном я стала медленно разгибаться и почувствовала себя старым-престарым пнем, от которого отлетают куски коры. Во всяком случае, хруст был похож именно на это.

— Ну что? — усмехнулся полуэльф. — Идти сможешь?

Я сделала шаг, покачнувшись в сторону, и гордо задрав подбородок ответила, что смогу.

Риэль привязал своего коня и мы двинулись внутрь длинного дома. Чтобы попасть в него, мне пришлось преодолеть пять высоких ступенек. Наверное, эта лестница будет самой мучительной в моей жизни.

В помещении было светло. Стояло несколько грубо вытесанных столов, таких же лавок, в глубине зала было нечто, напоминающее барную стойку. Пахло жареным мясом и еще чем-то перебродившим. Я потянула носом, стараясь ухватить первый запах, поскольку второй был мне неинтересен.

— Что это за место? — спросила я.

— Постоялый двор. Здесь мы останемся на ночь.

Я осмотрелась еще раз. За столами сидело пятеро посетителей сего средневекового ресторана. Двое бородатых и, видимо, не слишком чистых, мужиков. За соседним столом спящий на своей руке. Еще один угрюмый старик и, в другом конце зала, парень с чем-то напоминающим гитару. Он бренькал на своем инструменте и издавал довольно-таки сносные звуки.

— Идем, — потянул меня за рукав Риэль.

Я тут же поправила на себе рубаху, поскольку от таких манипуляций она, будучи на пару размеров больше, так и норовила съехать с плеча.

Мы прошли к «барной стойке» и Риэль громко постучал по ней кулаком.

— Что ты делаешь? — опасливо спросила я.

— Зову хозяина.

— А так можно делать? Ты уже был здесь?

В его взгляде я явно прочитала: «когда же ты заткнешься!» и благоразумно замолчала.

Дверь, очевидно, ведущая в недра этого дома, открылась и на пороге показался высоченный мужик в длинным фартуке, с закатанными рукавами и густой окладистой бородой. Я даже инстинктивно отступила назад перед таким внушительным образом.

— А, Риэль, здорово! — подал он руку моему спутнику. — Давно тебя не видно было. Говорят, ты в банде Лихого промышлял?

— Здравствуй, Ахрид! Да было дело. А ты тут как? Посетители есть?

Мужик радостно развел руками.

— А чего ж им не быть? Дорога-то рядом. Маловато, правда, стало. А все из-за орков поганых. Опять войну со Светлыми затеяли. Но, жить можно, хватает.

Он посмотрел на стоящую рядом жалкую меня и спросил:

— Риэль, а это кто с тобой?

Его взгляд явно не выражал восторга от моей персоны.

— Это Агата, она — эллин-ран. Попала в плен к оркам, а я ее вытащил оттуда.

Ахрид бегло оценил меня с ног до головы, потом, видимо, пожалел, поскольку на его лице мелькнула гримаса искреннего сочувствия.

— Мое почтение, Агата, — чуть склонил головы он. — В моей таверне вы найдете кров и достойное вас угощение.

Я чуть не уронила челюсть на пол, услышав такие слова. Надо же! Оказывается, есть в этом мире адекватные люди. Не бьют, за решетку не бросают, еще и обещают накормить-напоить. После всего пережитого я искренне удивилась.

— Спасибо вам, Ахрид, — ответила с улыбкой. — Отдых и еда мне как раз не помешают.

На лице мужчины на миг мелькнуло удивление. Вроде бы я ничего особенного не сказала, а она так удивился. Надо же!

— Идем, сядем к столу, Агата, — развеял паузу Риэль. Он уволок меня в угол и почти насильно усадил на лавку.

— Аккуратнее, — хотела было напуститься на него я. Мое тело еще не отошло от избиения, а поездка в седле все только усугубила. Казалось, что каждая клеточка ноет и просто вопит о необходимости отдыха.

— Агата, ты что творишь? — серьезно спросил меня полуэльф.

— А что я творю?

Он скептически хмыкнули кивнул в сторону Ахрида.

— Этот человек считает тебя эллин-ран, он не знает, что ты — не даррит.

— И что? — искренне не понимала я.

— А то, что тебе нужно вести себя подобающе твоему званию. Никто не должен знать, кто ты на самом деле.

— Да почему? — почти вскричала я. Он отчитывал меня как школьницу. Куда такое годится?

— Не кричи, — прорычал Риэль. — Дарриты в большом почете и нам будет гораздо легче продолжить путь, если ты будешь играть свою роль. Ясно?

— И что я должна делать?

Мужчина довольно улыбнулся и посмотрела на меня.

— Для начала никого не благодари за то, что тебе предлагают. Эллин-ран привыкли к таким знакам внимания и от них не дождешься слов благодарности. Ясно? Ты должна вести себя как госпожа, а не как служанка.

Я кивнула, соглашаясь. На самом деле же думала совсем по-другому. может быть эти дарриты и высокомерные существа, но лично я считаю, что нет ничего зазорного в том, что я сказала хозяину этого заведения «спасибо». Не знаю, как заведено в этом мире, а моем такое зовется вежливостью.

— А ты уже бывал здесь раньше? — спросила я, снова оглядываясь по сторонам.

— Частенько, — ответил Риэль. — С Ахридом уже несколько лет знаком. Он меня всегда привечал здесь, когда я забирался в эти края.

— Мне кажется, он хороший человек.

— Ты права, Агата. Ахрид всегда помогал мне.

— Несмотря на то, что ты разбойник?

Риэль недоуменно посмотрел на меня и криво усмехнулся.

— Я — не разбойник. Я — охотник.

— А почему тогда…

— Потому, что мне некуда было деться. Еще вопросы будут?

Я отрицательно мотнула головой.

— Вот и хорошо, — облегченно вздохнул Риэль.

Я не стала больше ничего говорить, хотя вопросов в голове пребывало изрядно. Раз уж я попала в этом мир, значит, должна выяснить что здесь к чему. И не могу же я находиться рядом с незнакомым человеком. Хотя, Риэль несовсем человек, но ведь это дела не меняет! Полуэльфы тоже могут скрывать много чего, а одинокой девушке неизвестно где и неизвестно зачем, нужно хоть как-то ограждать себя от неприятностей.

За этими размышлениями я принялась шарить глазами по залу. Мое внимание привлек парень с «гитарой». Он так вдохновенно наигрывал свои песенки, что невольно захотелось прислушаться. Я не большой спец в музыке, но музицирует он вполне недурно. Во всяком случае, никакого раздражения не вызывает. Возможно, что это только у меня, потому как обитатели соседних столиков то и дело злобно зыркают в его сторону и что-то говорят. Похоже, костерят музыканта на все бока.

А вид у него самого настоящего менестреля из рыцарских романов. Голубые глаза, чуть вьющиеся светлые волосы до плеч, тонкие аристократические черты лица и плюс ко всему этому потертая куртка и, лежащая рядом на столе, широкополая шляпа. Смотришь на него и прямо видишь, как он, превозмогая зной и лютый мороз, бредет по пустынным землям со своей гитарой наперевес и дает концерты в каждой деревне, чтобы хоть как-то заработать себе на хлеб.

Эх, что-то я совсем в романтику ударилась. Сижу и бесстыдно пялюсь на незнакомца. Вон он уже и заметил меня и, кажется, даже улыбнулся. Из жалости, наверное. А как же еще? Станет ли он по другой причине улыбаться уставшей, истерзанной долгой дорогой, девушке с разбитым лицом улыбаться? Вот и я думаю, что нет.

— А вот и ужин! Здравствуй, Риэль!

К нашему столу подошла высокая дородная женщина с подносом и стала выставлять снедь на стол. Я ненароком приметила ее толстенную пшеничную косу и даже втайне позавидовала. Это ж надо такую роскошь иметь!

Когда она выставила тарелки на стол, ее внимание целиком обратилось на моего спутника. Она крепко обняла Риэля и стала расспрашивать, почему он так долго не появлялся.

— Это эллин-ран Агата, — наконец после бурных приветствий представил меня полуэльф. — Агата, это Нелида, жена Ахрида.

Я вежливо кивнула, сохраняя лицо. Все-таки вести себя надо подобающе дарритам, кем бы они ни были.

Женщина смерила меня жалостливым взглядом и всплеснула руками.

— Да что ж это с вами сделали? Вот орки окаянные! И посмели же руку поднять! Вам очень больно?

Я сокрушенно кивнула и сказала:

— Уже не сильно болит. Думаю, скоро заживет.

— Заживет-заживет, — согласилась Нелида. — Я вам еще снадобье специальное принесу, чтобы отек снять.

— Конечно, несите! — живо согласилась я. — Мне оно очень нужно!

Нелида улыбнулась и ушла.

— Ну что? Теперь я веду себя подобающе? — тут же спросила я у Риэля, наблюдающего за мной с миной надсмотрщика.

— Вполне, — кивнул он. — Ты ужинай, а я схожу в деревню, поищу коня. Никуда не уходи и ни во что не ввязывайся. Ясно?

— Ясно, — кивнула я. Его лицо четко говорило: «сопротивление бесполезно», но я все же попыталась: — А как же ты? Тебе с дороги, наверное, есть хочется?

— Не тревожься обо мне, — отрезал он и встал из-за стола. — Я скоро.

Риэль ушел и я осталась одна. Наскоро оглядевшись, я поняла, что бояться пока нечего и можно спокойно поесть. Уж не знаю, что это за блюда местной кухни, но пахнет потрясающе. В конце концов, не станут же хозяева травить своего друга и бесценную эллин-ран, пусть я таковой и не являюсь.

Я смело придвинула к себе тарелку с кусками жареного мяса и попробовала его. Мягкое, сочное, просто тает во рту. Потрясающе. А что у нас тут? Так это же картошка с овощами. Дальше следует пирог, кажется, с грибами, и что-то вроде сладких пирожков треугольной формы. Содержимое кувшина оказалось квасом. Что ж, если в этом мире так прекрасно готовят, тут, пожалуй, можно жить.

Я сидела наевшаяся и довольная. Риэль все никак не шел, и я не вставала из-за стола. Не хочу уходить без его ведома — еще подумает, что я сбежать решила.

Я налила себе еще одну кружку кваса и неспешно потягивала его. Пару раз хозяин и его жена выходили в зал и бросали в мою сторону тоскливые взгляды. От этого мне было слегка не по себе. Приятно конечно, когда о тебе заботятся и переживают, но не вздыхать же горестно при виде побитой меня!

Музыкант, все еще упражнявшийся в музицировании, вдруг прекратил свою игру к вящей радости остальных посетителей, количество которых ничуть не изменилось. Он решительно встал, подхватив свою шляпу, и направился прямиком ко мне.

— Мое почтение, эллин-ран, — склонил голову парень. Голос у него оказался приятным и бархатистым. — Позволите ли вы сесть рядом с вами?

— Садитесь, конечно, — не возражала я. А что? Вполне интересный для общения субъект. Я тут уже скучать начала.

Он сел напротив меня и улыбнулся.

— Меня зовут Ириан, я — менестрель.

Я улыбнулась в ответ, насколько это позволяло мое лицо.

— Агата, — учтиво представилась.

Ириан еще раз склонил голову. Прядь светлых волос упала ему на лоб и он картинно откинул ее назад.

— Вижу, ваш спутник оставил вас одну, — начал разговор музыкант.

— Он ушел по важному делу.

— Я рад этому. Иначе, мы бы, наверное, не смогли поговорить.

— А нам есть о чем?

Ириан снова улыбнулся и чуть виноватым тоном проговорил:

— Простите мне мою дерзость, но я всего пару раз говорил с дарритами и не знаю правил вашего этикета. Надеюсь, вы простите меня, если скажу что-то не так?

Я хмыкнула и промолчала. Он переживает, что видел дарритов всего пару раз! Я их вообще не видела никогда и ничего же! Никому это не мешает считать меня одной из них.

— Мой путь привел меня сюда, в эту глухую деревню приграничья, — продолжил Ириан. — Я пробыл здесь две недели и хочу вернуться назад в империю. Однако, времена сейчас неспокойные и путешествовать одному очень опасно. Не согласитесь ли вы и ваш спутник взять меня с собой, если нам по пути?

— Ну, честно говоря, я не знаю, — замялась я. — Мы держим путь в Лайон-Лэй и…

— Лайон-Лэй! — воскликнул Ириан. — Превосходно! Ваш путь как раз будет лежать через юго-восточную часть Эльмарисской империи. Нам по пути!

Я мысленно записала новое для себя название. Теперь я хотя бы знаю, какое название носит эта самая загадочная Империя.

— Раз уж нам по пути, — согласно кивнула я. — Значит, возьмем с собой. Думаю, мой спутник будет не против.

— Благодарю, эллин-ран Агата. Когда вы желаете отправиться в путь?

— Завтра утром, Ириан.

— Я буду готов к рассвету. А, если вы двинетесь в путь раньше, догоню вас. Без вас теперь никуда не уеду!

— Да-да, именно к рассвету! — подсказала я, вспоминая ранний подъем Риэля. Наверняка, с отъездом он тянуть не станет.

Мой полуэльфийский спутник не заставил себе ждать долго. Только-только Ириан отправился готовиться к отъезду, как в таверну вернулся Риэль. Он быстренько расправился с оставшейся порцией ужина и повел меня знакомиться с моим новым конем.

Животное мирно стояло в стойле небольшой конюшенки, расположенной за длинным зданием таверны. Я вошла туда и впервые в жизни ощутила характерный для этого места запах. Надо сказать, был он не самым приятным, но все же терпимым.

Мы прошли вдоль пустых стойл и остановились у предпоследнего. Я осторожно заглянула внутрь. Там, спокойно фыркая, стоял пегий жеребец с миролюбивым настроем в глазах.

— Ну, что стоишь? — легонько подтолкнул Риэль. — Иди, знакомься. Лошадь должна знать хозяина.

Он открыл стойло и буквально втолкнул меня туда. Я ничего не имею против лошадей, честно. Но все же слегка их побаиваюсь.

— Его зовут Медок, — отрекомендовал полуэльф.

Я даже усмехнулась.

— Почему так?

— Продавец сказал, что сладкое очень любит.

Я помедлила еще пару минут и сделала шаг к жеребцу. Медок отреагировал на мое появление поворотом головы и неодобрительным фырканьем.

— Тихо-тихо, не бойся, — говорила я, подходя к лошади. — Не бойся. Я и сама тебя боюсь.

Осторожно коснулась его холки. Конь резко повернул ко мне голову. Я даже отпрыгнула от неожиданности. Медок заглянул мне в глаза своими по-лошадинному глубокими очами и я поняла, что опасности он не представляет.

— Медок, хороший мой, — сказала я, поглаживая коня по голове. — Надеюсь, мы с тобой подружимся? Да?

Конь обнюхал мою руку и коротко заржал. Мог поспорить, это была взаимная любовь с первого взгляда.

— Ну что, познакомились? — усмехнулся Риэль, когда мы вышли из конюшни.

— Спасибо тебе, — поблагодарила я. — У меня никогда не было лошади.

— Оно и видно, — сказал полуэльф и зашагал обратно в таверну.

Ну ведь не мог же без ложки дегтя! Сама себя ни в коем случае не считаю белой и пушистой, но попутчик мне достался еще тот. Ох, и намучаюсь же я с ним.

— Риэль, подожди, мне надо тебе кое-что сказать, — решилась я рассказать ему о том, что завтра наша компания пополнится не только лошадью.

Известие о новом попутчике Риэль воспринял спокойно. Точнее, с каменным лицом. Кажется, именно с таким выражением лица хладнокровно убивают. Лично мне даже как-то не по себе стало от такого спокойствия. Я-то ожидала взрыва эмоций, неизвестных мне ругательств и еще невесть чего. А он просто стоит и слушает.

— Вот и все, — сказала я, завершая свой рассказ.

Риэль смерил меня ненавидящим взглядом и проговорил:

— Агата, зачем ты это сделала? Что тебе стоило сказать, что мы не берем попутчиков?

Я лишь пожала плечами, не найдя более подходящего объяснения:

— Но не могу же просто отшить человека!

— Ты — эллин-ран, ты можешь, — твердо заявил Риэль. — Ладно, будь так. Но теперь тебе придется играть свою роль до конца, чтобы он ничего не заподозрил.

Я со вздохом кивнула. Риэль тоже вздохнул, но его лицо в этот момент выражало не покорное согласие, как у меня, а «ничего ты так и не понимаешь, Агата».

— Ладно, идем, Ахрид покажет тебе комнату.

Я буквально застонала, увидев огромную бочку с горячей водой. За последние дни мне такое счастье только снилось. Как же здорово, что в этой таверне есть такая импровизированная ванная комната. Нет, честно слово! Здесь даже зеркало висит. Плохонькое, правда, очень уж кривит, а так — чистый восторг!

Я мигом сбросила с себя всю одежду и забралась в бочку. Ссадины немного пощипывало, но это ерунда. Наверное, еще никогда в жизни я не испытывала такого блаженства при купании. Даже непонятный неровный кусок, называемый местным мылом и пахнущий горькими травами, показался мне чудесным.

Выбравшись из воды, я насухо вытерлась и посмотрела в зеркало. Вот я почти превратилась в себя прежнюю. Чистая светлая кожа прямо радует глаз. А, главное, я вымыла голову! Теперь волосы избавились от грязи, стали легкими и привычно лежали на плечах.

Оказывается, внешность можно преобразить всего лишь несколькими штрихами. Моя-то, конечно, не так уж и запущена, чтобы требовать тонны косметики. Стройная девушка с приятными правильными чертами лица и светлыми волосами. Именно светлыми. Никакого намека на блондинистость! Мои волос от природы светло-русые, чем я и горжусь, поскольку смотрятся они ничуть не хуже всяких перегидрольных тонов.

Я порадовалась такой небольшой, но перемене в себе и мысленно пожелала, чтоб лицо зажило поскорее. Может, я и не эллин-ран, или, как там их называют, но силу мысли еще никто не отменял. В моем мире она считается довольно сильной штукой!

Я находилась в неизвестном месте.

Высокий потолок. Он был невероятно высоким. Кажется, чтобы прикоснуться к нему, нужно взлететь.

Узор на нем постоянно менялся. Перемещался, мерцал, расцветал яркими красками и снова угасал. Я стояла и смотрела, задрав вверх голову. Наверное, такое зрелище можно созерцать бесконечно. Глядя на него, можно забыть обо всем на свете.

— Нравится?

Чей это голос? Такой мягкий и спокойный?

Я повернула голову и увидела рядом с собой женщину. Она удивительно красива. Ее зрелое лицо чуть тронуто морщинами, яркие голубые глаза излучают добрый свет, длинные седые волосы аккуратными прядями спускаются до самого пола и лежат поверх длинного белого платья.

— Очень нравится, — ответила я.

Женщина улыбнулась и сделала шаг назад, словно стараясь рассмотреть меня получше.

Я, в свою очередь, удивленно смотрела на нее. Кто же она такая и почему я в этом странном месте? Я никогда прежде не была здесь. Этот большой светлый зал, эти величественные колонны, эти огромные окна. Все такое чужое и вместе с тем смутно знакомое. Словно я вернулась домой, но почему-то забыла, каким был мой дом.

— Меня зовут Нельраис, — проговорила женщина.

— А я…

— Не стоит. Я знаю. Тебя называют Агата. Пусть это и будет твоим именем.

— Как я оказалась здесь? — спросила я, озираясь по сторонам в стотысячный раз.

Нельраис улыбнулась.

— Я пригласила тебя в это место. Оно зовется Лаане.

Глаза женщины сверкнули чуть заметным огоньком, отчего мне стало не по себе.

— Не бойся, — уловила мое ощущение она. — Я не причиню тебе вреда.

— Но, кто вы? — робко выговорила я.

— Я такая же как и ты, одна из эллин-ран.

— Но, я не эллин-ран! — с некоторым раздражением повторила я уже надоевшую фразу. Почему мне никто так и не верит?

На лице собеседницы мелькнула усмешка и легкое удивление.

— Ты ошибаешься, Агата. Отныне — ты одна из нас.

— Из вас?

Нельраис не ответила. Она лишь резко подошла ко мне и заглянула в глаза. Я с удивлением отметила, что женщина выше меня почти на голову.

— Тебе предстоит долгий и опасный путь, Агата. Держись и не сдавайся. Я вижу, тебе нужна помощь. Твое лицо…

— Это орки, — лишь вставила я.

— Знаю, — мягко кивнула женщина. — Удачи, Агата!

Она едва ощутимо коснулась моей щек, и и я почувствовала резкий спазм в теле. Перед глазами все поплыло. Я закричала от боли и…

…и проснулась.

Дыхание было тяжелым, пульс учащенным. Я села на кровати и бегло осмотрелась. Темная комната. Я совершенно одна. У меня ничего не болит.

Так! Стоп! Еще пару часов назад я ощущала ломоту во всем теле, а лицо было опухшим. Я резко провела рукой по щеке.

Мамочки мои! Ни следа от ссадин и синяка. Словно и не было его. Никакой опухлости и боли. Все как рукой сняло. Точнее, сняла.

Спросонья часто бывает так, что мысли в голове путаются совершенно. Сидишь и не понимаешь, кто ты, где ты и что происходит. Может, мне просто снится, что я опять цела и невредима?

Чтобы проверить данный факт, я изо всех сил ущипнула себя за руку. Больно, однако! Теперь, наверное, на месте ущипа будет синяк.

Так, Агата, спокойно! Что? Я уже привыкаю к этому имени? Этот мир на меня точно плохо влияет. Если то, что сейчас не сон, значит, Нельраис мне приснилась.

Я еще раз неверяще коснулась своего лица. Это просто чудеса какие-то!

— Спасибо, — прошептала, обращаясь к неизвестной целительнице.

Утро вечера мудренее. Завтра встану и расскажу обо всем Риэлю. Он хоть и мрачный сноб, как его предки-эльфы, но, думаю, чем-то да поможет.

Утро началось уже привычным для меня образом. Как говорится, один раз — случайность, а два — закономерность.

Стук в дверь принадлежал не кому иному, как моему полуэльфийскому спутнику.

— Агата! Просыпайся, нам пора!

— Идууууу! — протянула я, неохотно сползая с кровати.

Какое же, оказывается, счастье спать в человеческих условиях. Без холодной земли, твердой лавки и колючей травы. Я быстренько оделась в свои новопозаимствованные в лесном домике(надеюсь, охотники не в обиде) шмотки и вышла в коридор.

Мой спутник уже поджидал меня там. Он стоял, уперевшись локтем в стену, и задумчиво поглядывал в окно.

— Риэль, — негромко позвала я. — Я готова.

Мужчина развернулся и замер.

— Что с тобой, Агата? — проговорил он, окидывая меня оценивающим

— Горячая вода творит чудеса, — улыбнулась я, гордо тряхнув своей светлой гривой.

— Но, разбитые лица она точно не исцеляет.

Я скромненько посмотрела в пол и заговорщески проговорила:

— А вот тут я должна тебе кое-что рассказать.

— Ты случайно не знаешь, кто это может быть? — спросила я, завершив свой рассказ.

Риэль пожал плечами и потер подбородок.

— Судя по тому, что она сделала с тобой, — он кивнул в мою сторону. — это одна из дарритов. Похоже, твоя знакомая достаточно сильна, раз может творить такие вещи. Больше ты ничего у нее не спросила?

— Не успела, — ответила я. — Она так быстро отправила меня обратно в реальность, что я даже не смогла ничего сказать. Даже не поблагодарила ее.

Полуэльф посмотрел на меня и едва заметно усмехнулся.

— Агата, почему ты считаешь, что все ждут твоей благодарности?

Я недоуменно посмотрела на него.

— С детства приучили, что за помощь надо говорить «спасибо».

— С самого детства? — иронично уточнил он.

— Ну да.

— В твоем мире так?

— Да, в моем мире так.

Мы словно говорили на разных языках. Это вроде разговора с иностранцем. Ты вроде бы знаешь его язык, говоришь на нем, а когда начинаешь общаться, ничего не выходит. Ты повторяешь одну и ту же фразу по несколько раз, пытаешься донести до собеседника ее смысл, но так и не можешь этого сделать. То ли кривое произношение мешает, то ли диалект не тот.

— Тебе придется ко многому привыкать в Аларэе, — серьезно добавил Риэль.

— Я уже поняла, — со вздохом согласилась.

— А как ты попала сюда?

Я задумалась. Действительно, а как я оказалась на том злосчастном стоге сена? Напряглась, постаралась вспомнить. Вот я иду по людной улице, спешу на собеседование, перехожу дорогу на зеленый и все. Дальше в памяти возникают только смуглые орочьи рожи. Что случилось потом и почему я оказалась здесь — неизвестно.

— Я не помню, — закусила губу я. — Честно. Сколько раз пыталась вспомнить — не могу.

Риэль сочувственно покачал головой.

— Думаю, дарриты тебе помогут. Помни, что ты — эллин-ран и одна из них. Идем, твой менестрель, наверное, заждался уже.

Мужчина двинулся было вперед, но я перехватила его за руку.

— Риэль, скажи мне хотя бы в двух словах, кто такие эти дарриты?

Наверное, в моем голосе была столь искренняя мольба, что он просто не мог не помочь в такой малости.

— Дарриты — высшие из человеческого рода. Они владеют магическим искусством от рождения и ведут уединенное существование. Их племя очень малочисленно. Если вдруг тебя кто-нибудь спросит об этом, говори, что не станешь опускаться до объяснений и что-то рассказывать, можешь даже обидеться на такое унизительное обращение. Помни, что дарриты очень горды и осознают свою значимость.

— Получается, они похожи на эльфов?

— Нет, — уверенно отрезал Риэль. — До эльфов им далеко, они просто люди.

Он снова решил уйти и быстро зашагал вперед. Я бегом направилась за ним.

— Спасибо, — проговорила с улыбкой, за что удостоилась лишь неодобрительного взгляда.

Наш, а, точнее, мой менестрель уже сидел за столом и от нетерпения притопывал ногой. Перед ним стояла небольшая сумка с пожитками, а за спиной виднелся уже знакомый мне инструмент.

Увидев нас, он сорвался с места и кинулся кланяться.

— С добрым утром, эллин-ран Агата! — радостно проговорил Ириан. — Сегодня вы выглядите божественно.

Его глаза выражали полное изумление. Казалось, он едва сдерживался, чтобы не задать какой-нибудь вопрос.

— Местное снадобье творит чудеса, — поспешила хоть как-то объяснить свое чудесное исцеление я. Что ни говори, а вчера я предстала перед менестрелем еще тем страшилищем.

Риэль смерил Ириана презрительным взглядом и молча застыл рядом со мной. Повисла пауза. Я, на миг растерявшись, все же вспомнила, что ее полагается прервать.

— Ириан, это мой проводник Риэль, знакомьтесь!

Менестрель с улыбкой протянул полуэльфу ладонь. Тот с видом крайнего отчуждения пожал ее и указал мне в сторону накрытого стола.

— Сейчас быстро позавтракаем и в путь.

Я согласно кивнула.

— Как здорово! — воскликнул Ириан. — А я как раз своего коня оседлал.

Риэль бросил на него еще один «добрый» взгляд и без комментариев двинулся к столу. Менестрелю только и осталось, что удивленно пожать плечами. М-да, похоже, поездочка у меня ожидается еще та!

Выехали мы буквально через полчаса. Лесная прохлада немного щипала кожу, а пение утренних пташек настраивало на спокойный лад. К этому моменту я, действительно, уже могла быть полностью спокойной. Известие о том, что передо мной новый мир, окончательно оформилось в моей голове и мягко улеглось на нужную полку. Я больше не изводила себя мыслями вроде: «Как же это возможно?», а начала думать о том «что же делать дальше и как вернуться домой». Честно говоря, я еще не знала этого мира и не могла судить о нем ни хорошо, ни плохо. Но завязнуть тут надолго мне как-то не улыбалось. Нет, я ничего не имею против фэнтези, честно слово, но не вокруг же тебя!

Риэль вывел под уздцы моего коня. Медок узнал во мне новую хозяйку и восторженно(если конечно, так можно сказать о лошади) фыркнул. По его умным спокойным глазам было видно, что сбрасывать меня с седла сегодня никто не собирается.

Ириан с готовностью вскочил на свою рыжую кобылу, которая била копытом от нетерпения, и со счастливой улыбкой посмотрел на меня.

— Я готов следовать за вами, эллин-ран Агата.

— Здорово, — кивнула я и с тоской посмотрела на Медка.

Конь явно недоумевал, почему это я не спешу сесть в седло. А я в свою очередь недоумевала, как это сделать. На лошади я каталась всего дважды в жизни, да и то в новом мире, вместе с Риэлем. По правде говоря, было страшновато.

— Не знаешь, что делать? — догадался полуэльф.

— Ага. Не поможешь?

Мужчина усмехнулся и под ошарашенным взглядом менестреля стал помогать мне сесть в седло.

— Ставь ногу в стремя. Теперь давай я тебя подсажу.

Он ловко подхватил меня под руки и буквально забросил в седло. Я и очнуться не успела, как уже сидела верхом.

— Думаю, ты скоро научишься. Иначе придется постоянно тебя подсаживать, — недовольно хмыкнул мой проводник.

Я смущенно пожала плечами и прикусила губу. Придется учиться конной выездке прямо на практике. Может, здесь и положено сажать в седло еще с младенчества, но я-то из других краев. Ничего, я же эллин-ран как никак, чего-нибудь придумаю!

Наш маленький кортеж двинулся в путь. Мы снова пересекли деревню под все те же недоуменные взгляды жителей. Наверное, вид вцепившейся в поводье и побледневшей от страха девушки, привлек к себе много внимания.

Риэль вел себе привычно-невозмутимо, а Ириан купался в лучах своей славы. Ему улыбались, желали счастливого пути и приглашали в гости. Наверное, это были его поклонники. Надо будет как-нибудь познакомиться с его творчеством. Благо, времени на это у меня будет предостаточно.

После двух часов пути я заметила, что лес редеет. Деревья росли не так густо и позволяли солнечному свету падать на землю. Уже ставший привычным запах вайлады стал понемногу рассеиваться. Я, так и не увидев этого растения воочию, успела расспросить о нем Риэля. Полуэльф рассказал, что вайлада — это густой дикорастущий кустарник. По весне он цветет ярко-розовыми красивыми цветами и источает сладковатый приятный запах. Позже цветение сменяется ягодами и вот тут-то хранится главный секрет этого представителя местной флоры. Листья, цветы, ветки и даже неспелые плоды вайлады совершенно безвредны и не представляют ни малейшей опасности для человека или животных, а вот стоит им поспеть, о чем говорит характерный бордовый окрас, ягоды становятся невероятно ядовитыми.

Путешествие наше проходило в молчании. Риэль оказался довольно молчаливым спутником и ничего не говорил, кроме деловых замечаний, вроде «держись в седле ровнее, а то свалишься» или «надо бы найти место для привала». Я была и не прочь поговорить и заодно позадавать ему свои бесконечные вопросы о новом мире, но сделать этого просто не могла из-за Ириана. Он-то не знает, кто я на самом деле, а так явно выдавать себя нельзя. Последний же и вовсе боялся сказать лишнее в присутствии почтенной эллин-ран. Так мы и ехали в полной тишине, слушая лишь звуки природы.

Наконец молчание прервалось не выдержал менестрель. Он начал насвистывать какую-то мелодию. Она то резко обрывалась, то начиналась сначала, то вовсе сменялась невнятным бормотанием.

— Ириан, что ты там напеваешь? — решилась спросить я, так незаметненько переходя на «ты». Ну а что, ехать-то еще долго, надо как-то начинать диалог.

Менестрель, обрадованный таким вниманием, сразу же растянулся в улыбке и ответил:

— Я сочиняю новую балладу, эллин-ран Агата. Красоты окружающей природы вдохновили меня.

— И о чем же она будет? — поинтересовалась я.

— О лесной нимфе и охотнике, — мечтательно прикрыл глаза менестрель. — Как только я закончу сочинять, сразу же запишу ее и спою вам.

— А ты не забудешь ее к тому времени? — засомневалась я.

— Нет, что вы! Я не забываю своих песен. Все вот здесь, — Ириан постучал пальцем по виску. — Дайте мне время и услышите новый шедевр!

Я не стала задавать дальнейших вопросов по поводу творений нашего менестреля. Он, обрадованный отсутствием отвлекающих моментов, целиком отдался вдохновению и с одухотворением стал что-то мурлыкать себе под нос.

Оставив Ириана позади, я поравнялась с Риэлем. Мужчина не удостоил мою сиятельную персону даже взглядом.

— Сколько мы будем в пути? — решила я спросить хоть что-то, чтобы завести беседу.

— Посмотрим, — ответил Риэль. — Думаю, недели две-три.

— Две-три? — вслух удивилась я. — Лайон — Лэй так далеко?

— Две-три недели — это если не будет никаких неприятностей.

— А они могут быть?

Полуэльф посмотрел на меня с таким выражением лица, что я тут же ощутила себя незначительной мелкой букашкой, посмевшей что-то возразить огромному и сильному человеку.

— Учитывая, что со мной ты, очень могут быть, — криво усмехнулся он.

Так, дерзим, значит? Между прочим, я — эллин-ран и тронуть меня решится не каждый. Впрочем, эти уговоры уже не действовали даже на меня саму. Я совершенно не верила в свою неприкосновенность, как и в то, что могу обойтись без приключений эти недели. Эх, скорей бы добраться до этих дарритов и вернуться к себе домой, в комфортабельную квартиру с телевизором и кондиционером. Я шумно вздохнула и принялась созерцать окружающие виды. Похоже, поговорить в такой компании не удастся.

А меж тем день клонился к вечеру. Лес, сошедший на нет, сменился полем, а мягкая подстилка дороги — сухой густой пылью степного пути.

Ириан уже устал и больше не напевал своих мотивов. Я клевала носом и время от времени утыкалась в гриву Медка. От целого дня в седле моя филейная часть нещадно болела, а позвоночник ломило с непривычки. Лошади тоже подустали. На их боках выступил обильный пот, испускающий специфический запах. В общем, все, кроме Риэля, жаждали привала. Полуэльф, как будто назло, был свеж как огурец и то и дело посмеивался над нами.

— Может, нам пора устроиться на ночевку? — спросила я, видя что таковой не предвидится.

— Рано, — лаконично ответил Риэль. — Еще нет звезд и мы можем продолжать путь. Скоро здесь будет деревня, где есть постоялый двор.

— А насколько скоро? — не унималась я. Если мне придется еще пару часов провести в седле, то я в конечном счете просто свалюсь с него.

— За поворотом.

Я вытянула шею и посмотрела на виднеющийся впереди поворот. Надеюсь, мы доберемся до него раньше, чем я кулем скачусь на землю. Правду говорят, что современному человеку было бы трудно жить жизнью его предков. Вот мой организм уже так натерпелся за эти дни, что почти на пределе. А ведь еще не известно, что будет впереди. Только бы ничего экстремального!

Деревня показалась быстрее, чем я думала. Уже подъезжая к повороту, я ощутила запах жилья. Раньше, видя такую фразу в книгах, я пыталась себе представить, какой же он, этот самый запах жилья. Но теперь я точно знала, чем пахнет это жилье. Дымом, прелью, навозом, печеным хлебом. И именно всем вместе. Эти запахи смешивались в целую палитру и были не разлучны, но вполне различимы во всей гамме.

Селение залегло на боку неглубокого но очень протяженного оврага, в который круто спускалась дорога. Группка таких же точно домиков, что я видела в лесу, опять же без намека на хоть какое-то крепостное ограждение. И это в приграничье-то! казалось бы, здесь люди должны особое внимание уделять безопасности. Очевидно, я еще не постигла загадочной логики этого мира.

— Как называется деревня? — поинтересовалась я.

— Овражище, — ответил Риэль.

— Оригинально, — хмыкнула в сторону селения. — Здесь остановимся?

— Думаю, да.

Я заискивающе посмотрела на своего проводника.

— Риэль, может, мы купим что-нибудь из вещей для меня? В этом я долго не смогу путешествовать — очень неудобно.

Он приподнял бровь и молчал.

— Ну, хоть обувь. Я уже все ноги растерла.

— У нас не так много денег, Агата.

— Так разве ж это проблема? — весело, словно воспрянув, воскликнул менестрель. — Я могу дать концерт в этой деревне и заработать.

В моей душе тут же появилась корыстная надежда. Если этот парень может зарабатывать своими песнями, то это очень кстати. Главное, чтоб его не закидывали тухлыми яйцами, или, чем тут обычно кидаются.

— Ты правда сможешь, Ириан?

Он часто закивал и ответил:

— Конечно. Смогу. Для вас эллин-ран Агата, я могу дать и не один концерт. Путешествовать с вами для меня честь.

Я в очередной раз поразилась выгодности своего мнимого звания. Ладно, уговорили, если так здорово быть этой эллин-ран, то, так и быть, побуду ею немного. Только вот взгляд Риэля какой-то недобрый стал. С чего бы это?

Овражище встретило нас вполне приветливо, ну, или даже очень приветливо. Для этого мира.

Никаких лютых стражников и просто селян с вилами из ближайшего дома не показалось, нет. Зато попалось кое-что поинтересней.

Въезжая в селение мы только удивились, почему это так никого из местных не видно.

— В прошлый мой приезд сюда селение было очень многолюдным, — заметил Ириан.

Риэль добавил к его комментарию лишь многозначительный взгляд. Я же успела заметить, что полуэльф положил ладонь на рукоять ножа, висящего на поясе.

Я, на всякий случай, скрестила пальцы на удачу. Что-то мне совсем не понравился жест попутчика.

Чем дальше мы продвигались вглубь селения, тем громче слышались шум и голоса. Казалось, что где-то неподалеку собралась толпа людей.

Риэль сделал нам знак остановиться и сам поступил так же.

— Что случилось? — спросила я.

Полуэльф прислушался и негромко ответил:

— Здесь какое-то волнение. Похоже, местные что-то затеяли.

— Так, может, нам стоит вернуться? — осторожно спросила я. — Ну, пока не поздно.

Риэль многозначительно промолчал. В очередной раз.

Кстати, как этот потомок эльфов сумел понять, что происходит? Шум и крики, для моего восприятия, совершенно неразличимы. Ну кричат и кричат, подумаешь. Вот в моем мире, где такое слышишь каждый день, выходя из дома, совершенно не хочется к чему-то прислушиваться. А, может, все эти суждения об острых слухе и зрении у эльфов(полуэльфов в данном случае) верны?

— Вам не стоит бояться, эллин-ран, — вступил в разговор Ириан. Все это время он опасливо поглядывал на Риэля из-за моей спины. — Вас не посмеют тронуть здесь. Местные очень уважают высших.

— Ну раз уважают, — нерешительно буркнула я. — Не можем же мы всю ночь провести в лесу и…

Полуэльф нахмурил брови(отчего, кстати говоря, стал только привлекательнее) и я мигом поняла все его мысли.

— Мы, как ваши спутники, тоже под защитой, — не унимался менестрель, — так что боятся нам нечего.

Мне стало даже как-то совестно за свою ложь под его доверчивым и наивным взглядом. Я же не даррит! Вдруг эти самые местные все поймут. И как они вообще различают, кто эллин-ран, а кто обычный человек? Старик Ару видел мою ауру якобы, но ведь он жил отшельником и вообще занимался целительством. А обычные люди, такие как Нелида и Ахрид, как они видят, кто я такая? Верят словам?

— Я бы все же поостерегся, — весомо заметил Риэль, видя мои метания.

— Но, мы даже не знаем, что там происходит! — возмутился Ириан. Менестреля явно тянуло на приключения.

— А, если это знание обойдется нам слишком дорого?

Он прав. Мой обман может раскрыться и тогда…Даже не хочу думать, что будет в таком случае. Вряд ли суровые местные нравы предусматривают пощаду к несчастным иномирцам, попавшим в беду и вынужденным скрываться.

Ириан, похоже, не собирался отступать. Ему не терпелось узнать, что же происходит в Овражище и, если вдруг случится повод, написать обо всем этом балладу. Например, о славной гибели эллин-ран Агаты.

— В конце концов, — четко и решительно заявил он прямо в лицо полуэльфу, — решать это эллин-ран Агате. Она ведь наша повелительница в пути.

Риэль сдавленно хмыкнул и, видимо, отпустил в мой адрес не одно крепкое словцо. Мысленно, конечно же.

— Ну что ж, — саркастически проговорил он, — решайте, госпожа.

Притворно склонив голову, он посмотрел мне в глаза.

Я растерянно покрутила головой.

Менестрель с готовность кивнул мне, выказывая согласие абсолютно на все. Риэль не выдал ни одной эмоции, только по его глазам я явно читала: «Только попробуй сказать что-то не то, Агата».

Что же мне делать? Уехать и спать в лесу? Или, остаться и попасть в какую-нибудь местную революцию? Первый вариант, конечно же, безопаснее. А вот второй интереснее. К тому же, имеет еще и вторую сторону — возможность переночевать в комфортных условиях.

Что же делать?

А тело-то так и ноет после очередного дня в седле. И ногу натерла. А устала так, что едва держусь.

Хватит сомневаться! Эллин-ран я или нет?

— Едем, — решительно заявила я, подстегивая Медка. Конь, казалось, того и ждал. Радостно фыркнув, затрусил вперед.

Крохотная деревенская площадь была заполнена народом. Все они шумели и гомонили, активно обсуждая что-то.

Не за что бы не подумала, что в Овражище проживает столько народу.

Некоторые, непоместившиеся в общей толпе, восседали на заборах, или крышах. Даже оттуда, из ну очень неудобной позы, они выкрикивали то и дело какие-то ругательства и свои соображения по поводу обсуждаемого вопроса.

— Что это может быть? — озадачился Ириан. Его менестрельский глаз горел любопытством.

— Похоже, местное судилище, — кратко осведомил полуэльф.

Я привстала в стременах, пытаясь разглядеть хоть что-то, однако, эта попытка не увенчалась успехом. Из-за большого количества людей я ничего не увидела. Разве что множество голов собравшихся.

— Сжечь ее! — истошно прокричал, казалось, над самым ухом, парнишка лет пятнадцати, плотно обхватывая вбитый в землю столб. Последний был слишком гладким и висящий на нем постоянно съезжал вниз. — Голову отрубить!

— И своим же в мешке отправить! — подхватил его «сосед» с ближайшего забора.

— А, лучше, живьем закопать!

— Да! Живьем!

— Утопить!

— Зарезать!

Версии того, как именно поступить с кем-то пока мне неизвестным, сыпались градом. Ох и кровожадные же людишки живут в этом самом Овражище. Еще не знаю, в чем дело, а почему-то уже жалко несчастную жертву.

— Риэль, о чем это они?

Полуэльф недовольно зыркнул на меня и склонился к, стоящей впереди, пышной селянке.

— Уважаемая, скажите, что здесь происходит?

Женщина обернулась на нас и буквально вытаращила глаза. Которые, кстати говоря, были маленькими поросячьими, но жутко злыми.

— А вы кто такие? — сразу же набросилась она. — Чужаки? Откуда пришли?

— Мы — путники, ищем здесь приют, — вступил в разговор Ириан.

Риэль промолчал и правильно сделал, а то подлил бы масла в огонь. С его-то эльфийским характером.

— Путники! — недовольно насупилась тетка. — Гоните-ка вы дальше, путники! А то пришли тут, разнюхивают! Еще и объясняйся вам!

— Вот видишь, Агата, — негромко проговорил Риэль. — Нам здесь не рады.

— Уже поняла, — фыркнула я.

Мужчина лишь снисходительно повел бровью.

— Кто такие? — к кричащей бабе присоединился коренастый мужик с вилами. — Чего надо?

— Да вот! Явились какие-то! — тут же оживилась она. — Спрашивают, что деется?

Мужик задумчиво почесал бороду свободной от вил рукой.

— Уж не шпионы ли лордовские? — задумчиво произнес он.

— Мы — не шпионы, — тут же заговорила я. — Позвольте, уважаемые. Мы приехали к вам после долгой дороги и ищем приют…

— Вон кое-кто уже тут приют искал, — хмыкнул мужик. — Эй, ребята!

Откуда не возьмись из толпы появилось несколько дюжих парней с различными орудиями сельского труда и направили эти самые орудия на нас. Я и моргнуть не успела, как мы очутились в окружении.

— Ну что, довольна? — мстительно прошипел Риэль.

Я опасливо оглянулась. Менестрель поежился и даже запихнул куда-то собственное красноречие. Полуэльф тоже не собирался исправлять положение. А между тем внимание толпы стало с поразительной скоростью переключаться с неизвестно кого на нас. Все больше крестьян вознамеривалось направить в нашу сторону свои вилы.

— Подождите, господа! — попыталась что-то проговорить я. — Вы не так нас поняли…

— Смотри-ка! — тыкнула пальцем уже знакомая баба. — А девка-то ихняя еще и говорит. У, шалашовка!

Она замахнулась в мою сторону своим массивным кулаком.

— Да! Разве ж приличная с двумя мужиками поедет! — донесся голос ее товарки.

— К старосте их! — завопил желающий сжечь со своего столба.

— Точно, к старосте! Заодно и этих осудим!

— Что значит «осудим»? — возмутилась я.

— Молчи, поганка! — заорали на меня.

— Как ты смеешь, немытая, так говорить с эллин-ран Агатой! — в голос закричал Ириан.

Его слова произвели поистине магическое впечатление. Над деревенской площадью повисла тишина. Все уставились на меня, а я ощутила, как пара сотен взглядов методично протирает на мне дыру.

— Эллин-ран….эллин-ран… — шепотом пронеслось над толпой.

— Так вы — эллин-ран? — чуть ли не заикаясь произнес мужик с вилами.

Я гордо выпрямилась и чуть приподняла лицо дабы посмотреть на него свысока. Риэль говорил, что дарриты очень заносчивы. Ну что ж, буду таковой. Не отправляться же на костер из-за собственной глупости!

— А ты что думал? — надменно проговорила в адрес селянина. — Или, по-твоему, со мной как с любой деревенской бабой можно обращаться? Глаза раскрой — кто перед тобой стоит!

Мужик, кажись, находился уже на грани обморока. Глаз у него нервно задергался, а вилы в руки задрожали.

— Эллин-ран, — пораженно прошептала скандальная баба, прикрывая рукой рот. — А я ж вас…

— А тебе вообще следует язык отрезать за подобное! — бросила в ее адрес я.

Злобно зыркнула по сторонам.

— Так что у вас тут происходит?

Когда мой взгляд коснулся парня, сидящего на столбе, тот медленно, но верно, сполз вниз и скрылся в толпе. Видимо, разгневанной эллин-ран испугался.

— Судилище у нас, госпожа, — первым «ожил» мужик с вилами. — Вот попалась нам орчанка. Письмо несла лордовым приспешникам. Мы ее поймали и теперь староста решает, что делать.

Я вопросительно подняла бровь.

Риэль выжидающе смотрел на меня, мол, сама влипла, сама и разбирайся.

— Что ж, проводите нас к старосте. Пусть обеспечит мне и моим спутникам ночлег, — повелела я.

Толпа мгновенно расступилась.

— И ты уже знаешь, какой приговор вынесешь? — спросил полуэльф.

Я непонимающе на него посмотрела.

— Какой еще приговор?

Мы ехали сквозь толпу селян к самому центру площади и негромко переговаривались под общий шепоток с разных сторон.

Ириан, заметив такое внимание, тут же расправил плечи, сдвинул назад свою шляпу и как бы невзначай поправил свою сумку с инструментом. Девушки в толпе тотчас приметили менестреля и стали бросать на него томные взгляды, забыв даже о сиятельной персоне эллин-ран. Певец же только пользовался этим и отвечал им улыбками, кивками и подмигиваниями.

— Дарриты, к коим эти люди причисляют тебя, — продолжил Риэль все с той же примесью мстительности в голосе, — считаются выше других человеческих народов. Так уж повелось, что, если на судилище попадает один из них, то судьба преступника ложится на его плечи. Эллин-ран решает, что же станет с ним дальше. Для подсудимого такое считается честью.

По моей спине пробежали мурашки. Как я могу вынести приговор? Я не знаю ни местных законов, ни преступника, ни его вины. Ровным счетом ничего. Да и никакой я не даррит. Это ведь неправильно!

Риэль, похоже, заметил изменившееся выражение моего лица.

— А я говорил, что не стоит ехать сюда, Агата. Ты сама выбрала путь.

— Но, я не знала…Почему ты раньше не сказал?

— При нем? — скосился полуэльф на менестреля.

— Он и сейчас с нами!

— Вряд ли он слушает. Смотри.

Я взглянула на Ириана. Тот ехал позади, и ему было явно не до нас.

— Риэль, что мне делать? — умоляюще спросила я.

Мужчина лишь слабо усмехнулся.

— Играть роль до конца.

Мы оказались в центре площади.

У колокола, вероятно служившего для сигналов тревоги и сбора, стоял высокий седой старик в поношенной рубахе и залатанных штанах и двое парней в кожаных доспехах.

Я посмотрела правее них и обомлела. У невысокого столба была привязана молодая орчиха. Ее тело, чуть прикрытое каким-то рваньем, казалось одним сплошным синяком. Запекшаяся на лице кровь только дополняла картину.

Риэль спешился и протянул мне руку, помогая оказаться на земле. Как только я выбралась из седла, он плотнее сжал мою ладонь и заглянул прямо в глаза.

— Ты — эллин-ран, помни, — прошептал полуэльф и чуть склонил голову, якобы в знак почтения.

Мои спутники находились за спиной. Я шагнула вперед и подошла к старосте.

— Что здесь происходит? — спросила, стараясь выглядеть как можно более беспристрастной.

Сама же так и дрожу. Смотреть на избитую орчиху больно. Недавно я так же щеголяла своими синяками. Правда, полученными от ее сородичей.

А еще страшно. Страшно стоять перед этой толпой и ждать, пока попросят принять решение. Страшно не сыграть свою роль.

Мне просто СТРАШНО.

Староста склонил голову, приложив руку к груди.

— Мое почтение, благородная госпожа эллин-ран, — скрипучим голосом проговорил он. — Я — староста Овражища, меня зовут Мелим.

Я непроизвольно выпрямила спину и скрестила руки на груди, принимая как можно более уверенную позу.

— Мы судим шпионку, пойманную в лесу нашими охотниками. Эта орчиха несла письмо от лорда Кирхана своим соплеменникам.

— Разве в этом есть вина? — спросила я.

Мелим вначале удивленно, а затем испуганно посмотрел на меня.

— Но, эллин-ран! Лорд Кирхан хочет захватить наши земли, а этих темнокожих тварей взял в союзники.

Тут я поняла, что прокололась. Я же должна знать обо всем, что здесь творится.

Положение спас Риэль.

— Эллин-ран Агата долгое время была в дальних землях и не знает о том, что происходит на окраинах Эльмарисской империи.

— А вам не стоит вовсе возражать ей! — вступился Ириан. — У эллин-ран есть и другие дела кроме того как вникать в ваши местные склоки.

Получилось убедительно.

Староста согласно закивал и густо покраснел.

Мне даже как-то неудобно стало. Вроде бы пожилой человек, уважаемый, а должен мне кланяться, пигалице молодой, да еще и иномирянке. Да еще и аферистке…

— Прошу прощения, — быстро проговорил он.

— Меня не интересуют ваши дела, — решительно и холодно проговорила я. — Вместе со своими спутниками я появилась здесь в поисках ночлега и ужина.

Мелим, похоже, выдохнул.

— Все, что прикажете, эллин-ран. Мы сейчас же вам все обеспечим. Макира, Далия!

Из толпы выступили две юные девушки. Они робко поклонились мне и стали поближе к Мелиму.

— Это мои младшие внучки. Они отведут вас в мой дом и во всем помогут.

Он быстро шикнул девушкам и те еще раз поклонились.

Я лишь едва заметно кивнула в знак одобрения.

— Окажет ли эллин-ран нам честь? — послышался чей-то выкрик из толпы.

— Требую суда! — вторил ей еще один.

Остальные молчали.

Мелим бегло осмотрел своих людей.

— Вы требуете немедленного суда?

— Требуем! — единогласно ответили люди.

Деревенский староста посмотрел на меня.

— Мы просим оказать вам честь, эллин-ран Агата. Решите участь этой преступницы.

Я презрительно поджала губы и, не говоря ни слова, сделала несколько шагов в сторону.

Оказавшись возле орчихи, я еще раз осмотрела ее, внутреннее содрогаясь от того количества ран и ссадин, которое обнаружила.

— Когда вы поймали ее?

— Сегодня днем.

Спрашивать, что с ней делали, было бесполезно. Да и не нужно — только навлекать подозрения.

Я смотрела на орчиху и думала — вот он, шанс отомстить. Ее сородичи причинили мне боль и теперь представился шанс вернуть долг. Но мести почему-то не хотелось.

Кто я такая, чтобы решать чью-то судьбу в чужом мире?

— Что вы хотели с ней сделать, Мелим?

— Казнить.

— А разве вы имеете на это право?

— Если вы окажете честь, мы предоставим это вам.

Тут из груди орчихи вырвался стон, и она подняла голову.

Я увидела ее глаза. Увидела и едва не отшатнулась. В них светилось столько ненависти и злобы, что я ощущала это на расстоянии. Она просто ненавидела все вокруг.

У меня застучало в висках. На глаза словно пала мутная пелена. Я видела перед собой плененную орчиху, окруженную темно-серым шлейфом злости. Да, именно так. Я не только ощущала, но и видела это.

Как? Каким образом? Не знаю…

Мне даже казалось, что я слышу ее мысли — обрывки гневных слов в мой адрес.

— Третх алфэр… — слабо прорычала она и уронила голову.

Она ненавидит меня за то, кто я есть. Она бы убила меня, поменяйся мы местами.

Ненависть. Без причины и без начала — вот самое страшное.

— Нет, — коротко ответила я. — Не стану марать руки орочьей кровью. Мелим, если ли рядом пограничный пост, или, армейский отряд?

— Как не быть? — развел руками староста. — Лигах в трех стоит крепость.

— Посадите ее под замок, а утром вели своим людям отвезти туда.

Орчиха снова подняла голову и посмотрела на меня такими же злыми, но теперь с примесью удивления, глазами.

— Как вы прикажете эллин-ран, — кивнул староста.

Он тут же стал отдавать приказания своим людям, а я вернулась к Риэлю и Ириану.

Менестрель восхищенно и гордо улыбался, а полуэльф молчал. Он ни сказал ни слова и не изменил выражения лица, но взглянув в его глаза, я поняла — он со мной согласен.

Макира и Далия проводили дорогих гостей, то бишь нас, к своему дому. Мелим еще остался разъяснить народу волю сиятельной эллин-ран Агаты(как звучит-то!) и заодно сделать все необходимое для отправки пленной орчихи в крепость.

Пока девушки шли впереди нас и заметно старались не приближаться — то ли я их так напугала, то ли просто сторонились чужаков — я вплотную подошла к Риэлю. Ириан в тот момент решился завести разговор с дочерьми старосты и совершенно не смотрел в нашу сторону.

— Риэль, можно задать тебе вопрос?

Полуэльф посмотрел на меня так, словно я должна ему целый мир.

— Я бы удивился, если бы у тебя их не осталось, — заметил он.

Я проигнорировала эту колкость.

— Ты знаешь, кто такой лорд Кирхан и почему эта орчиха несла письмо своим сородичам?

— Видишь ли, Агата, мы находимся в Приграничье, а эти земли всегда были спорными. Кирхан — один из совета лордов Эльмарисской империи. Его феод самый мелкий в государстве и примыкает как раз к этим местам. По законам Приграничье принадлежит его жителям, но Кирхана это не волнует. Он давно примеряется к этим местам.

— А орки ему зачем?

— Орки — наемная армия. Раз у Кирхана нет обширных земель, значит, войско совсем небольшое. С таким Приграничье не взять.

Я непонимающе помотала головой.

— Но, ведь здесь одни крестьяне. У них только вилы и рогатины!

Полуэльф насмешливо искривил губы.

— Зря ты так думаешь. Приграничье — это места глухие. Здесь кругом магия и маги. Сами дарриты когда-то жили здесь.

— Потом ушли?

— Ты поразительно быстро соображаешь, Агата! — усмехнулся полуэльф и добавил: — Знаешь, я думаю, лучше нам отложить этот разговор на более удобное время. Твой приятель может услышать.

— Он же занят, видишь, — я указала на Ириана, уже развеселившего девушек.

Риэль снова воспринял мои слова с укором.

— Агата, у него музыкальный слух. Он чует все, что вокруг происходит намного лучше тебя. Так что объясню тебе все потом.

— Потом, так потом, — согласилась я.

— И, кстати, веди себя как элли-ран.

— Я и так веду себя, как эллин-ран, — передразнила я полуэльфа.

— Не ведешь.

— Это еще почему?

Риэль многозначительно улыбнулся:

— Дарриты не едят мяса, смотрят сверху вниз, надменно говорят и не касаются полукровок.

Он опустил глаза, указывая на главный мой промах.

Я и сама, честно говоря, не ожидала. В своей попытке приблизиться к нему, дабы уменьшить утечку информации, я подошла слишком близко. И ладно бы просто подошла, так еще и вцепилась в него мертвой хваткой.

Если бы нас сейчас видели жители Овражища, они бы точно удивились тому, как холодная и надменная эллин-ран буквально повисла на руке полуэльфа и что-то горячо шепчет ему на ухо.

— Извини, — резко отпрянула я и постаралась как можно быстрее вернуться в прежний вид.

— И еще, они не извиняются перед низшими. Особенно, такими, как я. Дарриты за чистоту крови, поэтому можешь смело говорить, что я твой раб-телохранитель, связанный чарами повиновения. Для эллин-ран я гожусь только на это.

В его глазах мелькнула какая-то сдержанная боль, что-то давнее, но ничуть не забытое.

— Риэль…

— Хватит, Агата. Ты можешь сказать лишнее.

— Может, ты слишком строг к себе?

Он посмотрел на меня с какой-то безнадежностью и тоской.

— Ты слишком мало знаешь об этом мире, Агата. Слишком мало.

Он прав. Я совершенно ничего не знаю.

Дом старосты Мелима оказался просторным и уютным. Сложенный из бревен, он стоял на краю селения, окруженный высоким плотным забором и раскидистыми деревьями.

Как только мы подошли к крыльцу, оттуда вышла высокая статная женщина. Ее волосы, уложенные в косы, были подернуты сединой, а лицо еще хранило остатки былой красоты.

Увидев нас, женщина низко склонилась. В свете факела, висящего у вдоха, я приметила, что ее ленты частично растрепаны, а ворот платья съехал набок.

— Мое почтение, эллин-ран, — проговорила женщина с одышкой.

Только тут я поняла — она бегом бежала с площади, чтобы встретить редкую гостью на пороге дома. Такой знак внимания, конечно, приятен, но уж как-то слишком.

Я чуть заметно кивнула в ответ.

— Меня зовут Агария, — продолжила хозяйка. — Прошу вас в наш дом. Для нас это огромная честь предоставить кров для эллин-ран…

— Надеюсь, в вашем доме будет лучше, чем на постоялом дворе, — перебила я. — Можете звать меня Агата. Думаю, для моих спутников тоже найдется место?

— Конечно-конечно, — горячо закивала женщина. — Мы сделаем все, чтобы вам было удобно. Девочки, быстрее! Пропустите госпожу эллин-ран.

Девушки отпрянули в сторону, дабы освободить проход.

Я шагнула за порог, чувствуя одобрительный взгляд Риэля и укор собственной совести. Веду себя как прожженная стерва. Кошмар просто! Люди меня на порог пустили, ночлег предоставили, а я еще и носом кручу. Ну ладно, раз уж назвалась эллин-ран…

Дом встретил меня вкусными ароматами, от которых желудок заныл где-то внутри и яростно потребовал пищи. Я втянула воздух и едва сдержалась, чтобы не зажмуриться от удовольствия.

Мммм…Свежий хлеб, картошка, мясо…Так, стоп! Мясо же мне нельзя.

От этой мысли настроение вмиг сбежало куда-то вдаль. Я всегда очень любила мясо — и жареное, и вареное, и тушеное, и копченое. Только это было еще в родном мире, а здесь мне придется от него отказаться.

Я не стала задерживаться на этой мысли, чтобы не вспоминать все остальное, от чего отказалась, попав сюда. Это слишком печальный список. Лучше не вспоминать и не думать, как было решено раньше.

Бегло осмотревшись в комнате, к слову сказать, обставленной довольно приличной деревянной мебелью(ну, для этого мира, разумеется), я проговорила, даже не оглядываясь на хозяев:

— Мне нужно обмыться с дороги и поужинать.

— Как скажете, эллин-ран, — улыбнулась Агария. — Далия, проводи госпожу в купальню.

Девушка подошла ко мне и поклонилась.

— Идемте, эллин-ран Агата.

— Позаботьтесь о моих спутниках, — приказным тоном бросила я и кивком головы показала девушке, что готова следовать за ней.

У выхода в коридор я мельком оглянулась. Ириан восторженно улыбался, а Риэль с легкой усмешкой смотрел на меня. Видимо, опять подумал какую-то пакость.

Я совершенно ничего не знаю о том, какие дома строили в средневековье, ну, то есть в этом мире. А еще я не знаю, есть ли здесь канализация, система водоснабжения, ванна в конце концов. Но, теперь я точно знаю, что в доме старосты в селе Овражище в отдельной комнате стоит огромная бадья с горячей водой. Понятия не имею, как ее сюда набирают и как сливают, но после долгое дороги это самое оно.

Далия оказалась довольно разговорчивой и приятной девушкой. Она охотно помогла мне раздеться и предложила ароматное мыло с какими-то пахучими травками. Надеюсь, не галлюциногенными. Я, уже полностью войдя в роль почетной гостьи, набралась наглости и попросила у нее что-нибудь переодеться, не забывая упомянуть о гибели моего прежнего наряда.

Уточнять, как именно погиб мои вещи и почему я разгуливаю в мужском наряде, я не стала. Далия и так во все глаза смотрела на мое иномирское нижнее белье. Эти предметы чудом выжили во всех перипетиях и, похоже, очень шокировали мою новую знакомую.

— А я раньше никогда не встречала дарритов, — проговорила Далия, аккуратно расчесывая мне волосы.

— Теперь встретила, — коротко ответила я.

Далия вздохнула.

— В детстве мне много рассказывали о таких как вы. О вашем народе ходит много легенд. Я всегда представляла магов какими-то особыми, не такими, как остальные люди, другими и…Ой, я наверное много болтаю, — спохватилась она.

Я не обратила внимания и спросила:

— И что? Я не такая, как в твоих мечтах?

Далия судорожно сглотнула и побледнела.

— Простите меня, эллин-ран, — быстро проговорила она. — Я не хотела вас обидеть.

Я усмехнулась.

— Не тебе меня обижать, Далия.

Девушка подняла глаза.

— Так что, какой я тебе кажусь?

— Вы с виду как самая обычная женщина, — ответила она, возвращаясь к расчесыванию моих волос. — А вот спутники ваши странные очень.

— Чем же они странные?

— Вон тот, который менестрель, веселый такой, смешной, добрый, наверное. А второго я боюсь.

— Риэля? — в голос удивилась я.

Хотя, чего удивляться? Я и сама этого полуэльфа побаиваюсь немного.

— Да, боюсь я его. Мне с рождения говорили, что от полукровок добра не жди. А еще глаз у него нехороший. Опасный он, эллин-ран.

Я лишь чуть заметно повела плечом.

— Глаз нехороший?

— Да, — быстро кивнула Далия. — Такой только у темных магов и бывает. Ой, ну чего это я! Вам-то лучше знать!

Да уж! Мне лучше знать!

— Достаточно, — прервала я ее. — Пора идти.

Далия вскочила с места и тут же кинулась подавать мне платье.

Я уже чуть не забыла о своей роли холодной и неприступной госпожи и едва не завизжала от восторга. Мягкая ткань, приятная к телу, свободный силуэт, длинный рукав. Просто замечательно, чтобы отдохнуть. Жаль, в таком на лошади не поездишь.

Надев платье, я ощутила тепло и уют. Никаких неудобных рубах и грубых штанов.

Интересно, что Риэль подумает, когда меня увидит?

За ужином я старалась как можно меньше смотреть на мясо. А вот оно вовсю бесстыдно пялилось на меня. Но, это еще полбеды. Вон Риэль, тот вообще чуть ли не усмехался, забирая себе очередной кусок. Мерзавец!

Правда, жаловаться мне не на что — картофель с тушеной капустой и ягодный пирог тоже вышли на славу. Так что без ужина я не осталась.

Хозяева дома смотрели на меня с откровенным интересом, но вопросы задавать постеснялись. Правда, Мелим вежливо поинтересовался, все ли меня устраивает. Я, нацепив на лицо мрачную мину, сказала, что вполне.

Комната, которую мне отвели, оказалась просторной, чистой и с большой кроватью. Я, счастливая и довольная, собралась уснуть, как вдруг в дверь постучали.

Я тихо поднялась и на носочках подошла к двери.

Стук повторился.

— Эллин-ран Агата, вы спите? — в голосе Риэля так и слышалась едва сдерживаемая ирония. — Простите, что нарушаю ваш покой.

Я выдохнула. Ну, а что? Мало ли кто мог там оказаться.

— Что тебе нужно? — спросила я, открыв дверь.

Риэль стоял, оперевшись на дверной косяк рукой. Привычный костюм исчез, уступив место простой рубахе. Которая, надо сказать, здорово подчеркивала его фигуру и даже немного обнажала грудь. Я все-таки не ошиблась — мой спутник прекрасен, что бы там про него не говорили местные селянки.

— Я прошу прощения за свое вторжение, — громко проговорил Риэль, дабы продолжать наш спектакль, — мне нужно узнать, все ли с вами в порядке.

Он склонился ко мне и прошептал:

— Ты пустишь меня, или, мне продолжать пресмыкаться?

С меня тут же слетело очарование и восхищение. Я молча отошла в сторону, пропуская его.

— И зачем ты пришел?

Риэль по-хозяйски прошел в мою комнату и покрутил головой, осматриваясь.

— Неплохо ты тут устроилась, — обернулся и добавил: — И платье тебе идет.

Я не стала благодарить, или, улыбаться в ответ. Нечего с ним церемониться.

— А вы как устроились?

Полуэльф усмехнулся.

— Нам выделили тесную комнатку в нижнем уровне доме. Куда еще могут пристроить полукровку и бродячего певца.

— Разве здесь есть нижний уровень? — удивилась я.

— Этот дом — самый богатый в Овражище, поэтому есть.

Тусклый свет свечи придавал комнате какой-то особый загадочный вид. Еще бы приятную музыку добавить и прям интимная обстановка получится. Только вот настроение у нас обоих далеко не подходящее.

— Так зачем ты пришел?

Полуэльф чарующе улыбнулся.

— А разве у тебя нет вопросов? Я же обещал ответить на них.

По правде говоря, вопросов у меня куча, но вот обсуждать их сейчас я как-то не настроена. Мне бы поспать.

— И ты готов отвечать прямо сейчас?

Риэль подошел ко мне и чуть склонился. Я ощутила себя такой маленькой и незначительной. А от него, действительно, веет какой опасностью. Я начинаю ее ощущать.

Полуэльф откинула назад прядь еще влажных после купания волос и снова улыбнулся.

— Почему нет? — негромко проговорил он.

Он находился слишком близко от меня. Так, что я ощущала тепло его тела.

Мне стало не по себе и я невольно отступила назад. Нет, я совершенно не боюсь остаться в комнате с красивым мужчиной и мне ничуть не неприятно. Но здесь что-то не то.

Я еще раз взглянула на не Риэля и едва сдержала крик. От него исходил еле уловимый темный шлейф. Я увидела его также, как и пару часов назад на деревенской площади.

— Агата, что с тобой? — спросил мужчина. — Агата?

Он схватил меня за плечи. Я резко отпрянула назад.

В висках застучало. На глаза упала пелена. Я ощутила, как подкашиваются ноги.

Передо мной словно разверзалась невидимая пропасть. Она тянула меня, пыталась захватить в свою воронку. А у меня не было сил сопротивляться.

Риэль удержал меня от падения. Осторожно усадил на кровать.

— Агата, что случилось? — проговорил он.

Я ощутила, как его рука касается моей щеки, как он обнял меня.

— Не трогай, — отстранилась я.

— Успокойся, все хорошо, — прошептал он.

Я увидела его близко-близко, ощутила на губах дыхание.

— Агата…

Сказать хоть что-то против я не успела. Риэль прижал меня к себе и поцеловал.

— Не трогай меня!

Я оттолкнула его и отскочила в сторону.

Риэль непонимающе посмотрел на меня.

— В чем дело?

Понимая всю абсурдность своих слов, я все же проговорила:

— Вокруг тебя темнота…

Да уж! По такой причине я мужчинам еще не отказывала.

— Темнота? — переспросил полуэльф, непонимающе оглядываясь по сторонам.

Тут я поняла, что меня так насторожило в первый момент. Глаза! Какой-то затуманенный пустой взгляд.

— Да. Вокруг тебя. Я ее чувствую.

Риэль всмотрелся в мое лицо, а потом вдруг встрепенулся и схватил меня за руку.

— Расскажи мне, что ты видишь?

— Скажи мне! Что ты видишь, Агата?

Он до боли сжал мое запястье и с силой притянул к себе.

— Что ты видишь?

Я никак не могла избавиться от хватки Риэля.

Ладно, раз эти попытки ни к чему не приводят, стоит их прекратить.

Спокойно, Агата, спокойно! Тьфу ты! Опять называю себя новым именем!

Я замерла и отодвинулась назад, насколько это возможно. В голове все еще шумело, а мир словно переменил краски. Уже не видно прежнего освещения полутемной комнаты — все словно преобразилось.

Я словно смотрела в кривое зеркало. Казалось, что каждая деталь стала яснее, звуки громче, запахи сильнее, цвета ярче. А главное — я все еще видела странный темный шлейф вокруг Риэля. Он был неясным, размытым. Я не могла сказать, есть ли он на самом деле. Скорее, нет…

Но, я ведь чувствую. Ощущаю, как темнота, в которую погружен мой спутник вьется вокруг него в бешеной пляске. Как ее щупальца тянутся и ко мне, стараясь схватить за руку.

Мамочки мои! Да что же это такое? Я сошла с ума? Травы в ванной все же оказались галлюциногенными? Мне страшно.

— Ты весь словно в тумане, темном и прозрачном. Он окружает тебя, заковывает… Риэль, ты как будто обернут дымкой.

Я ощутила холодное колючее касание невидимой щупальцы к моей руке. Темнота коснулась меня и тут же отпрянула.

— Ты что-нибудь ощущаешь?

Риэль отпустил мою руку и опустил голову.

— Я как будто в тумане, — ответил он. — Вижу тебя и…Это заклятье.

— Заклятье? — спросила я, отходя в сторону. На всякий случай лучше держаться от него подальше, пока он не пришел в себя.

— Да, — рассеянно кивнул полуэльф. — Любовное. Кто-то подлил мне зелья.

— Но ты же наполовину эльф. Разве вы не ощущаете таких вещей? — удивилась я. Риэль сам как-то говорил мне о способности эльфов ощущать магию.

— Полукровки — нет. Поэтому нас и считают отверженными.

Я неловко пошатнулась и едва не упала. На всякий случай оперлась о стену. Новое видение мира давалось с трудом — ощущались слабость и головокружение. Передвигаться в таком состоянии я точно не смогу.

Комната стала огромный, наполненным новыми ощущениями миром.

Я резко оглянулась — громкий стук лапок муравья. Звучит, как гром.

Чья-то песня вдалеке. Могу поклясться, что ее поют на соседней улице.

Луч света — я зажмурилась. Это огонь свечи задрожал от порыва легкого ветерка. А для меня это не ветерок — это целый ураган.

Я вижу, я чувствую…

А еще эта темнота вокруг Риэля.

Я села, зажав уши руками. Закрыла глаза. Зажмурила до боли. Прижала колени к груди.

Я хочу не видеть и не слышать.

— Риэль, что со мной?

Полуэльф встал и подошел ко мне.

Я не видела его — закрыты глаза. Но я чувствую каждое движение, каждый жест. Даже с закрытыми глазами.

— Ты — эллин-ран, Агата. У тебя открылось магическое зрение.

— Как это прекратить?

Он коснулся ладонью моей щеки и ласково погладил.

— Просто прикажи себе и все.

Просто приказать?

Я глубоко вдохнула. Приказать себе. Самой себе. Я смогу.

— Хватит! — каким-то не своим гортанным голосом проговорила я. — Я хочу видеть прежний мир.

По телу прошлась легкая приятная дрожь.

Все стихло и затаилось — ни громких звуков, ни яркого света, ни странного темного тумана. Я стала прежней.

— Ты в порядке? — спросил Риэль, когда я открыла глаза.

— Да, — проговорила я.

— С тобой такое впервые?

Я кивнула.

— Дарриты рождаются с этим умением и могут им управлять.

— Может, я тоже могу?

Риэль подал мне руку и помог подняться.

— Агата, тебе уже удалось подчинить свои силы.

Я рассеянно покачала головой. Не понимаю, что со мной.

Ладно, подумаю об этом потом. Сейчас важно другое.

— Мы должный найти того, что налил тебе зелья, — напомнила я полуэльфу.

— Кажется, я знаю, кто.

— Идем.

Если бы кто-то еще совсем недавно сказал мне, что через несколько дней я буду идти по коридору дома деревенского старосты, находящегося в другом мире. На мне будет странное средневековое платье, а сама я буду изображать циничную магичку и, плюс ко всему, спасать своего попутчика от приворотного зелья, я бы рассмеялась этому человеку в лицо.

Но, тем не менее, все сбылось. Непостижимым неведомым образом все это уже случилось в моей жизни и никак не желало превращаться в простой сон.

Никогда не знаешь, где тебе повезет, как написано в одной книге.

Я на цыпочках подобралась к двери комнатушки и прислушалась. Магическое зрение решила от греха подальше не применять. Хотя усиленный слух мне бы не помешал. Ну да ладно! Нечего лишний раз экспериментировать, а то мало что случиться может.

Ириан, стоящий за моей спиной шумно дышал и это лишь мешало моим наблюдениям.

— Ну что там, эллин-ран Агата? — спросил менестрель.

— Ничего не слышно, — отмахнулась я.

— Вы думаете, она придет?

Я пожала плечами — откуда мне знать!

— Думаю, приготовление зелья не имело бы смысла, если бы эта незадачливая колдунья решилась не приходить к нему.

Менестрель понимающе угукнул и замолчал.

Говорить лишний раз не пытался даже он. Оно и понятно — в таком-то деле. Здесь ни малейшего шороха не должно быть. Если б я могла навешивать всякие магические щиты, куполы и прочее, я бы обязательно кинула парочку на нас — чтобы укрыться от обнаружения.

Так, стоп! Смотри, как ты заговорила, дорогая!

Подумать только — у меня открылся магический дар. Пускай с чужим миром я еще худо-бедно смирилась, но вот дар… Это уже слишком даже для меня.

Надо сказать, что я и в родном мире умела отличиться — с моим-то умением находить приключения это ничего не стоило. Достаточно только вспомнить все те дурацкие ситуацие, в которых мне частенько доводилось засветиться. Даже это самое попадание в Аларэй стало в ряд всех моих злоключений.

О попадании разговор вообще отдельный. Хоть убей, не могу ничего вспомнить. Очнулась среди орков и все тут. Хорошо хоть имя собственное помню.

Я мысленно повторила свое «ФИО» несколько раз. Помню. Все-таки помню. Но говорить никому не стану.

За дверью послышались шаги.

— Тихо! — шикнула я на менестреля, которому приспичило наступить на что-то хрустящее. И выбрал же момент!

Для большего веса своих слов я еще и толкнула Ириана локтем. В тесноте каморке промахнуться было очень сложно. Менестрель сдавлено ойкнул, но стоически выдержал столь дерзкий поступок эллин-ран.

За дверью послышался женский голос.

— Думаете, это она?

Я кивнула.

— Может, выйдем?

Я отрицательно качнула головой.

— Еще пару минут, Ириан. Нам нужны доказательства.

Парень покорно кивнул.

Я же еще сильнее напрягла слух. Все, что сейчас творится за дверью, чрезвычайно важно. Нужно найти виновную в привороте Риэля и узнать, зачем ей это понадобилось. Он-то, конечно, мужик красивый, видный, но полукровка. А здесь таких не жалуют.

Ириану вон все как с гуся вода — его-то никто приворожить не пытался. Хотя, по унылому виду менестреля было понятно, что он бы и непрочь пережить такое приключение.

За дверью послышался женский смех.

— Пора, — решительно проговорила я и толкнула дверь.

План поимки коварной колдуньи был до безобразия простым.

Риэль, охваченный действием зелья, должен сейчас томиться от неразделенной любви и жаждать встречи с собственно объектом оной. Кстати, как и когда он получил эту самую любовь, то есть выпил зелье, полуэльф так и не сумел вспомнить. Да и произойти это событие могло уже пару десятков раз — за ужином, после него, когда Мелим угостил дорогих гостей своим «прекраснейшим, крепким, особым» виликинским вином и уже после того, как нас проводили по комнатам, где стояли кувшины с водой.

Ириан, благодаря своей усталости, решил тут же лечь спать. А вот Риэль, благодаря эльфийской выдержке и особым биологическим часам, отойти ко сну не спешил. Он сходил проверить, как устроили наших лошадей и, вернувшись, сделал пару глотков из кувшина.

Первым вариантом расследования было применение моего магического взора. Я бы могла просто обойти дом и поискать еще один источник того самого темного шлейфа, который так перепугал меня примерно час назад. Однако, я наотрез отказалась от такой перспективы, конечно же предложенной полуэльфом, и предложила свою альтернативу.

Мы, я и Ириан, должны спрятаться в небольшом чуланчике, которым, к нашей великой удаче, была снабжена комната, и подождать, пока девица, жаждущая любви моего телохранителя, явится на свидание. В том, что она все же явится, я почему-то не сомневалась. Банальная женская интуиция, или, опять-таки магическое зрение, не знаю.

Итак, я услышала женский смех и невнятное мужское бормотание. Риэль, как мы уговорились, должен играть пылко-влюбленного. Надеюсь, с его спесью это выйдет правдоподобно. Главное, чтоб не переиграл. Не очень-то хочется застать его с кем-то в слишком интимный момент. Тем более, что совсем недавно он целовал меня и настроен был на продолжение.

Я не ревную. Не ревную…Точно не ревную.

Кстати, а почему это он пошел ко мне, испив любовного зелья? По идее, чары должны были привести его к той, что готовила его.

Ладно, Агата, после будешь с этим разбираться.

Я резко открыла дверь и шагнула в комнату. С непривычки свет ударил по глазам. Пришлось сделать усилие, чтобы не зажмуриться — не солидно это для даррита.

— Так вот кто решил заполучить моего раба, — громко и весьма картинно воскликнула я.

Остановилась посреди комнаты и приняла как можно более величественную позу. Скрестила руки на груди, вытянулась струной и чуть вздернула подбородок.

Картина, представшая моим глазам, как-то неприятно поразила, хотя именно такой я ее и представляла.

Девушка с иссиня-черными, струящимися до пояса, волосами крепко обнимала за шею моего спутника и что-то шептала на ухо. Она была обнажена, а рядом с ее ногами лежал только сброшенный халат. Риэль же при этом блаженно улыбался, а его руки так и шарили по ее талии и спускались ниже.

После моего торжественного появления девица обернулась и вскрикнула. Я без особого труда узнала в ней одну из дочерей Мелима. Во время ужина она почти не сидела с нами за столом, едва кивнув в знак приветствия, ушла. Поэтому я почти не обратила на нее внимания. Оказалось, зря.

Девица спряталась за спину полуэльфа и побледнела.

— Так-так, — злобно протянула я, делая шаг вперед. — Значит, ты решилась соблазнить моего раба? Кажется, тебя зовут Раина?

Девушка испуганно кивнула и быстро заговорила:

— Прошу вас, эллин-ран, пощадите меня! Я сделала это не просто так! Сохраните мне жизнь! Прошу! Я сумею все объяснить!

Я недоверчиво хмыкнула и подняла брови.

— Ну, попробуй. Так и быть, я выслушаю тебя, а потом решу, что делать дальше.

— Благодарю вас, эллин-ран Агата, — забормотала девушка, нагибаясь за халатом. — Благодарю…

Ириан, стоящий за моей спиной, словно заправский секьюрити, только усмехнулся. Видимо, чтобы не только напомнить о себе, но и показать свою значимость.

Раина завернулась в халат и, потупившись, замерла.

В комнате повисло хмурое молчание. Пару секунд я ожидала дальнейшей развязки, а потом поняла, что только самолично смогу ее приблизить. По взгляду Риэля, уже растерявшему весь любовный туман, было видно, что пока я все делаю правильно.

Представляю, что было бы, узнай эта Раина о том, что, на самом деле, парадом здесь командует он, а я лишь создаю видимость могущественной эллин-ран.

— Риэль, — властно проговорила я, — выйди и проверь, нет ли кого поблизости.

— Что вы собираетесь делать, эллин-ран? — встрепенулась Раина. — Прошу, не выдавайте меня отцу! Он не простит! Меня со свету в деревне сживут, если узнают!

Я лишь мельком взглянула на нее.

Бедная…На коварную соблазнительницу или стерву она не похожа. В глазах так и светится отчаяние. Словно она от безысходности пошла на такой шаг.

Я никогда не задумывалась о том, что такое интуиция, или, шестое чувство. Сейчас же я просто не могла ослушаться ее. Откуда-то пришло понимание большой ошибки, если я сейчас не пощажу эту девушку.

Раина выжидающе смотрела на меня.

— Риэль, посмотри, нет ли кого рядом, — повторила просьбу я. — Нам никто не должен помешать.

Полуэльф настороженно прищурился, словно показывая свое неодобрение, и вышел из комнаты.

— Эллин-ран Агата, не лучше ли позвать Мелима? — спросил Ириан откуда-то из-за спины.

— Это мне решать, — отрезала я. — Мне и только мне.

— Как скажете.

— Благодарю вас, госпожа… — выдохнула Раина. На ее лице сверкнули слезы. — Вы спасли мне жизнь…

— Сядь, — я указала на кровать.

Девушка судорожно кивнула и присела на краешек.

Я вольготно расположилась напротив, закинув ногу на ногу.

— Зачем ты опоила моего раба-полуэльфа? Ты думала, я не распознаю чары?

Раина склонила голову, не смея смотреть мне в глаза.

— Простите меня. Я надеялась, что вы не узнаете об этом до рассвета.

Я нахмурилась и выжидающе на нее посмотрела.

— Ну что же, Раина, рассказывай.

Девица нервно сглотнула, заправила за ухо темную прядь и исподлобья посмотрела на меня.

Дааа…А мне-то как удается такой спокойной быть, да еще и наводить ужас на свою собеседницу? Я мысленно вздохнула и сама себе удивилась. Ну, а, собственное, чем можно напугать человека, попавшего в другой мир? По-моему, самое безумное и невероятно уже произошло, так что удивляться нечему.

— Я жду, — строго заметила я.

Раина глубоко вздохнула и начала говорить. Так, словно нырнула в ледяную воду.

— Мой отец, Мелим, здешний староста, чтит все наши обычаи. Он ни на шаг не отступит от заветов предков. Даже ради своих детей.

— У вас есть свои обычаи? В Овражище? — я решила использовать такой шанс и хоть что-то новое узнать об этом мире.

Раина кивнула.

— Понимаю, эллин-ран, для вас это кажется глупостью. Но у нас, действительно, есть свои обычаи. Мы, жители Приграничья, свято чтим заветы предков и исполняем волю духов.

— И кто же вам передает волю духов?

— Наша ведунья, Златрика. Она-то и решила мою участь.

Девушка тяжело вздохнула и быстро смахнула слезу.

— Она предсказала отцу, что я не должна выходить замуж за Ниркана.

Раина всхлипнула.

— Ниркан попросил моей руки, а отец отказал ему после предсказания Златрики. Эта вредная старуха невзлюбила меня и решила отомстить.

— За что она тебя невзлюбила?

— Ее внук ухлестывал за мной, а я отказала. Говорю вам, эллин-ран, Златрика мне просто мстит. Она твердо знает, что отец верить в волю духов и шага не сделает без их веления.

Я задумалась.

— Тогда почему он не спросил у Златрики про плененную орчиху?

— Не успел, эллин-ран Агата. Вы появились раньше.

Нет, ну все ясно в этой истории. Обычная деревенская склока. Как говорится, ищите женщину.

— С этим понятно, — чуть усмехнулась я. — А мой полуэльф тебе зачем понадобился?

Раина перестала плакать и смущенно опустила глаза.

— Если бы я провела с ним ночь, отец прогнал бы меня из Овражища. Связь с полукровкой даже у нас считается позором. Тогда я сумела бы последовать за своим Нирканом — он решился уйти на службу в армию лорда Кирхана.

— А зелье ты как сумела приготовить?

— По рецепту из старой книги. Она у нас много лет в кладовой лежала.

Я искренне усмехнулась и встала с кровати.

— Эллин-ран! Куда вы? Не выдавайте меня отцу! Прошу! Пощадите! — Раина упала на колени, схватилась за подол моего платья.

Вот это да! Меня, честно говоря, взяла оторопь. Еще никто и никогда раньше вот так вот не падал передо мной и не молил о пощаде. Даже неудобно как-то стало.

— Златрика живет в Овражище? — невозмутимо спросила я.

— Нет, эллин-ран, — удивленно проговорила Раина. — Старуха поселилась на опушке леса, за селом. Она таится ото всех, скрывает свои темные делишки. Говорят, у нее не все чисто.

Я сделала вид, что не обращаю внимания на волнение девушки. На самом же деле, мне было ее очень жаль.

— Не говори никому ни слова о нашем разговоре и о том, что случилось сегодня, — приказным тоном проговорила я.

Легким движение отстранила от себя девушку и прошла к двери. Взявшись за ручку, оглянулась.

— И принеси мне ту старую книгу, из которой ты взяла рецепт зелья.

Стоило мне только выйти в коридор, на меня буквально налетел Риэль.

— Агата, все хорошо?

Я взглянула на полуэльфа — лихорадочный взволнованный взгляд, растрепанные волосы, вопрошающее выражение лица.

Из-за его плеча осторожно высунулся Ириан.

— Вы решили ее участь, эллин-ран Агата?

Я улыбнулась и молча кивнула.

— Ириан, иди, готовь коней.

Менестрель тут же кинулся исполнять поручение.

Риэль скрестил руки на груди и уже по-другому на меня взглянул.

— Ты что-то задумала, Агата?

— Задумала. А ты уже отошел от приворота?

Мужчина недовольно вздохнул.

— Лучше скажи сразу, что ты собираешься делать.

— Узнаешь, — загадочно бросила я.

Пусть мучается в догадках — вон как горячо сельских девиц обнимает.

— Агата, ты с ума сошла? — шепотом кричал Риэль.

Я равнодушно отвернулась в сторону и стала насвистывать себе под носу. Свистеть, причем очень прилично, я научилась еще в детстве. Помнится, спокойные девочковые игры меня не особо занимали, а в «казаки-разбойники» с мальчишками я гоняла с превеликим удовольствием. Никогда бы не подумала, что те навыки могут пригодится мне теперь.

— Агата, ты слушаешь меня? — обреченно спросил полуэльф.

— Слушаю, — следовал мой равнодушный ответ.

— Тогда какого гоблина мы едем туда?

Я посмотрела на него и невольно улыбнулась. Еще ни разу мне не доводилось видеть такого взвинченного и взволнованного. Куда только его холодность и спокойствие подевались? Хотя, возможно, это действие зелья Раины.

— Потому что я должна распутать эту историю.

По его лицу было видно, что такой ответ полуэльфа мало успокаивает.

— Я чувствую, что должна это сделать. Не знаю, как тебе объяснить. просто не смогу успокоиться, пока не решу все до конца.

— Ты хоть понимаешь, как рискуешь, Агата? Златрика — настоящая ведунья. У нее дар. Она запросто может раскрыть тебя.

Я отрицательно покачала головой.

— Риэль, я не передумаю.

Мужчина вздохнул и перестал меня уговаривать. Видимо понял, что справиться с эллин-ран, у которой только что открылся дар, вряд ли удастся.

Позади послышался стук копыт — Ириану наконец-то удалось справиться с лопнувшим ремнем на седле и он во всю прыть догонял нас.

Хозяева дома, разбуженные странными звуками на конюшне, вначале удивились тому, что их дорогая гостья Агата покидает дом среди ночи. Но Риэль, спасибо ему за это, быстренько объяснил, что эллин-ран просто обязана совершить какой-то жутко таинственный дарритский обряд и для этого ей необходимо удалиться подальше от чужих глаза. Мелим и его супруга приняли этот факт более, чем понимающе.

— Не нравится мне твоя затея, — прозвучал еще один упрек Риэля.

— А, если не нравится, можешь вернуться, — парировала я.

Ну как ему объяснить? Я и сама не понимаю, что со мной сегодня творится. Честно… будь моя воля я бы не за что не поехала в этот темный лес ночью искать какую-то полоумную старуху. Не могу объяснить почему, но внутренний голос упрямо вопит о необходимости распутать эту сельскую Санта-Барбару. Наверное, даже уснуть не смогу, если не решу все до конца.

Неужели так будет всегда? Если да, то бедные эти эллин-ран. Что-то я уже не вижу такого уж преимущества в том, чтобы быть местной элитой.

— Думаешь, я так легко брошу тебя здесь одну? — отозвался Риэль. — Зная тебя, можно ожидать чего угодно. А мне ты еще пригодишься, — он выразительно посмотрел на меня и добавил: — когда доберемся до настоящих дарритов.

Я лишь высокомерно повела бровью и отвернулась.

Мамочки мои! Меня вдруг осенило, что теперь я намного лучше вижу в темноте…

Лес, поросший на склонах оврага, окружал Овражище со всех сторон. Он виднелся темной полосой, будто опоясывающей селение, и угрожающе нависал над ним.

Домик, в котором жила ведунья, мы нашли без труда. Благодаря подробной инструкции Раины и врожденному умению Риэля находить верный путь(сам он говорит, что все эльфы так могут).

Небольшая избушка, сложенная из старых замшелых бревен, стояла посреди поляны, окруженной раскидистыми елками.

«Прямо как в сказке», — подумала я. Хотя…А где же я еще сейчас нахожусь?

Я выбралась из седла и прошлась вперед.

Идеальная тишина вокруг наводила какой-то смутный страх и казалась предвестницей чего-то опасного. Мне стало не по себе.

Я откинула дурные мысли куда подальше и решительнее направилась к домику. С ближайшего дерева слетела сова. Ее бесшумные крылья мелькнули прямо передо мной и я отпрянула назад, натыкаясь на Риэля. Тот лишь бегло осмотрелся вокруг и положил руку на клинок, перекочевавший на его пояс.

Ириан, стоящи позади, боязливо оглядывался по сторонам. Видимо, творческое воображение и вовсе загнало его в лапы страха.

Будь что будет! Я шагнула на крыльцо домика.

И тут же замерла. По спине поползла уже такая знакомая волна липкого страха.

Входная дверь медленно, с леденящим скрипом, открылась. Теплый воздух, хлынувший на нас, принес запах трав. А внутренне пространство домика показалось в мягком освещении лучины.

— Входите, госпожа, — донесся бодрый голос. — Я жду вас с вечера.

Ничего себе! Я вопросительно оглянулась на Риэля.

Риэль развел руками и укоризненно покачал головой, мол, влипла ты, Агата.

Ириан, стоящий рядом с ним, вздрогнул и икнул от неожиданности.

Я прошла внутрь домика.

Вся его нехитрая меблировка сводилась к узкой кровати, столу, шкафу со множеством полок, старому сундуку и паре лавок.

На одной из них сидела седовласая пожилая женщина. Зажженная лучина освещала травы, разложенные перед ней на столе. Ведунья неспешно перебирала их.

— Я рада видеть вас, эллин-ран, — приветливо проговорила она. — В наши края дарриты редко забредают.

Все еще находясь под впечатлением, я постаралась взять себя в руки.

— Ты — Златрика?

— Я, эллин-ран, я… — старуха исподлобья посмотрела на меня. — Да вы со спутниками садитесь. В ногах правды нет.

Я сделала высокомерную мину.

— Не нуждаюсь в приглашениях какой-то деревенской бабы.

Вальяжно села за стол напротив нее. Мои «телохранители» стали позади. Прям как настоящие секьюрити при своем олигархическом клиенте.

Златрика внимательно всмотрелась в из лица. Ее взгляд замер на Риэле, стоящем справа от меня.

— Полукровку, значит, себе в охрану. Чем он вам так приглянулся, эллин-ран?

— Не тебе об этом думать, старуха.

Златрика опустила глаза.

— Твоя правда, дарритка. Не мне, деревенской старухе в дела высших мешаться, — в ее голосе слышалась явная ирония. Ведунья не так проста, как кажется. — Позволь узнать, как зовут мою высокую гостью?

— Зови меня Агата, — ответила я.

Златрика склонила голову в полушутливом поклоне и снова спросила:

— И чем мой скромный дом заслужил такую честь принимать эллин-ран?

Я едва заметно изогнула губы в улыбке.

— О Раине, дочери старосты Мелима, пришла говорить. Что это ты напророчила ей, волей духов прикрываясь?

Златрика ехидно усмехнулась.

— Пожаловалась, значит, девчонка?

— Если бы она пожаловалась, я бы и внимания не обратила. У меня своих забот полно. Так еще и людские на себя брать?

— Так чего ж ты здесь, эллин-ран Агата? — удивилась Златрика.

— А того, что из-за твоего пророчества Раина чуть моего человека не сгубила.

Ведунья еще раз внимательно посмотрела на моих спутников, затем перевела взгляд на меня.

— Вели своим псам выйти за дверь. Не должно им наши разговоры слушать.

— Ты мне приказываешь?

— Я прошу, — осклабилась старуха.

Минуту поколебавшись, я обернулась и резко бросила.

— Выйдите!

— Но, эллин-ран Агата, — попытался возразить Ириан.

— Выйдите! — повторила я.

Риэль и Ириан вышли. Я же ощутила легкое касание к плечу справа. Знак поддержки от полуэльфа?

— Мудро, — кивнула Златрика, как только дверь за моими спутниками закрылась.

Я вопросительно на нее посмотрела.

Старуха опять усмехнулась. Ее темные глаза пронзительно сверлили меня. Она будто издевалась.

— Молода ты еще, эллин-ран, ох, как молода! Небось до совершеннолетия не дожила еще.

Здесь она права. По меркам дарритов я, действительно, несовершеннолетняя. Риэль говорил, что у них этот возраст наступает в двадцать пять лет.

Я не ответила на ее слова. Златрика уловила такой ход и продолжила.

— Напророчила я Раине, каюсь, напророчила. И волю духов нарушила, каюсь. А все ж почему? Из-за внука моего. Влюбился он в девку — просто жизни нет. Пришел, плачется, говорит, за другого та собралась. А я ж разве родной крови не помогу?

Я легонько кивнула ей.

— Понимаю тебя, Златрика. Ради своих старалась. Только вот Раина по-другому хочет. Ты уж не мешай ей. Скажи Мелиму, что духи заново решили.

Старуха улыбнулась, хитро сощурилась и взяла со стола веточку с розовыми цветочками. Сладкий запах, исходящий от нее сразу же ударил мне в нос. Я его узнала.

— Вайлада, — старуха поднесла веточку к лицу и втянула носом воздух, — весной пахнет, — она внимательно всмотрелась в мое лицо, — говоришь, Раина чуть твоего человека не погубила? Нееет… У нее бы не вышло. Не начертано ей.

От ее колючего взгляда мне становилось не по себе. Я ощущала четкое желание уйти, но не могла. Мне нужно ее дослушать, понять, когда я должна буду уйти.

Меж тем Златрика продолжила:

— Не смогла она и очаровать его. Чары ведь они всякие бывают. Раина их творить не умеет. После зелья спутника твоего к той потянуло, о ком и без чар думал. А погубить — нет…Польэльфа своего ты и сама погубишь, как время настанет…

Я вздрогнула.

— Что ты несешь, старуха?

— А что вижу, то и говорю, эллин-ран, — она улыбнулась и добавила. — Да ты не слушай меня. Сама ведь все знать должна. Не простая ведь. А с Раиной я решу все. Выйдет девка за кого хочет.

— И на том спасибо, — стараясь казаться спокойной проговорила я. — Прощай.

Ноги так и подкашивались. Почему-то слова Златрики неясной тревогой отозвались где-то внутри. Стало страшно.

— Прощай, эллин-ран Агата, — проговорила старуха, когда я была уже у двери. — Далек твой путь будет, ох, как далек! Смотри, вайлады берегись — она дурманит сильно…

Она говорила что-то еще, но я не стала слушать. Хватит на сегодня страшных пророчеств.

Кажется, хозяева дома, в котором меня угораздило остановиться, вздохнули с облегчением, как только моя сиятельная персона вскочила в седло. Мелим и его жена Агария стояли на крыльце и, приветливо улыбаясь, желали эллин-ран Агате счастливого пути. Хотя по их лицам явно читалось, что прощание с «дорогой» гостьей им только в радость.

— Легкой вам дороги, эллин-ран, — негромко проговорила Раина, только что вышедшая из дома.

Девушка низко склонила голову и благодарно мне улыбнулась.

Еще бы! Ее родители ведь так и не узнали о вчерашнем происшествии. Да я вообще, можно сказать, ее личное счастье устроила. Златрика, хоть и упертая старуха, но ослушаться эллин-ран вряд ли посмеет — все-таки в этом мире они в большом почете.

— Прощайте, — сдержанно проговорила я, едва кивнув.

Еще раз окинула взглядом все семейство старосты и дала коню шенкелей. Кстати, с этим самым конем, Медком, мы уже здорово сдружились. Нрав у жеребца оказался самый смирный, а шаг ровный. К тому же после того, как я пару раз покормила его сладостями, Медок и вовсе проникся ко мне нежными чувствами и мы оба остались вполне довольны друг другом.

Выезжая из Овражища, я на минутку остановилась, чтобы поправить потяжелевшую седельную сумку. Объемная книга — та самая, из которой горе-колдунья взяла рецепт зелья — теперь занимала свое законное место среди моих вещей. На обложке сего тома не было ни названия ни имени автора, как обычно бывает в моем мире. Только тяжелые металлические заклепки на корешке и по краям, и темное кожаная, потрескавшееся от времени, покрытие. Наскоро пролистав книгу, я успела заметить, что она полна заклинаний и древних рисунков. Ладно, потом ознакомлюсь более подробно.

Стоило нам только покинуть пределы селения и оказаться в приятной прохладе леса, как Ириан принялся за старое — стал негромко напевать себе под нос.

— Еще одна баллада, Ириан? — спросила я.

— Та же самая, эллин-ран Агата, — ответил менестрель. — Мурлыкаю себе под нос, чтобы не уснуть. Ночка-то вышла бессонная.

— Это уж точно, — кивнула в ответ.

Сомкнуть глаз мне удалось только на пару часов. А перед рассветом явился Риэль и с сонным видом объявил, что пора в путь. Мне, конечно, хотелось послать его куда подальше, но пришлось сдержаться.

Менестрель широко зевнул и принялся снова насвистывать себе под нос. Он так увлекся, что порядочно отстал от нас с полуэльфом.

Риэль полностью вернулся в прежнее равнодушно-холодное состояние и опять стал раздражающе-невозмутимым. Он лишь разок оглянулся на менестреля, чтобы убедить, что тот вместе с его песенками уже достаточно далеко. По виду мужчины было ясно, что разговоров ему точно не хочется. Да и мне, собственно говоря, не хотелось особо трепать языком.

Пророчество Златрики теперь будет занозой сидеть в моих мыслях. Конечно, не стоило бы верить словам полоумной старухи, но я почему-то не могу их забыть. Не просто же так она начала говорить о Риэле.

— Что ты взяла у Раины? — вдруг спросил полуэльф.

Я даже не посмотрела в его сторону.

— А с чего ты так решил?

— Агата, я похож на дурака? Я прекрасно все видел. Она что-то тебе передала.

И заметил же! А я так старалась скрыть от него книгу. Вот стану настоящей эллин-ран и буду ему глаза отводить, а то внимательный слишком.

— Агата, — позвал Риэль, видя, что я не настроена отвечать.

— Раина отдала мне книгу, из которой взяла рецепт зелья для тебя.

— И не только ее, как я погляжу.

Я гордо выпрямилась и одернула на себе куртку. Надо сказать, новый костюмчик был прямо по фигуре и не стеснял движений. Да и сапоги впору. Не то что те старые, грубые, ноги совсем не трут. И как бы осуждающе не смотрел Риэль — да, я воспользовалась своим званием эллин-ран. В конце-концов, мне же нужна была новая одежда, а у Раины как раз такой же размерчик.

— По-моему, неплохо сидит? — усмехнулась я.

Риэль все оглянулся на меня и пару мгновений внимательно изучал.

— Тебе идет.

Вот это да! Я чуть не выпала из седла, когда это услышала. Из уст Риэля эти слова звучали самой наивысшей похвалой, какой только можно от него дождаться.

— А книга тебе зачем? — тут же прервал он мои восторженные мысли.

— Учиться буду.

— Думаешь, там есть что-то ценное, кроме бытовой деревенской магии?

Я пожала плечами.

— Не знаю, буду разбираться. Любовное зелья ведь подействовало…

Полуэльф метнул в меня горящий взгляд.

— Не настолько сильно.

— Разве? — язвительно пропела я. — А ты так страстно обнимал ту девицу…

— Я играл свою роль.

— Только не говори, что тебе было неприятно. И вообще, — я решила не останавливаться на достигнутом и все же вывести его из равновесия, — Почему ты ко мне вчера пошел? Зелье ведь не я варила.

Риэль посмотрел на меня с какой-то злостью. Будто я сказала что-то такое, о чем должна была молчать, словно тайну его раскрыла.

— Под действием чар можно вытворить что угодно, — кратко ответил он.

Я удовлетворенно кивнула и больше не задавала вопросов на эту тему. Пусть пока так все и остается. Не стоит забивать голову — я же не навсегда в этом мире. Вот доберемся к дарритам, и те вернут меня домой.

— Риэль, куда мы едем сейчас?

— Сразу за Приграничьем есть небольшой городок Догран. Остановимся на денек, закупим припасы и в путь.

— Отлично. А когда мы там будем?

— Завтра к вечеру.

— Завтра? — удивленно воскликнула я.

— Да, — спокойно ответил мужчина. — Вечером найдем место для ночевки.

Земли Приграничья не отличались особым разнообразием. Крутые склоны холмов здесь перемежались с густыми лесами. Стоило путнику только выехать из одного леса, пересечь пару холмов, как дорога тут же уводила его под еще одну сень деревьев.

Риэль с его врожденной способностью находить верный путь ничуть не волновался и, казалось, даже рад был такому путешествию. Здесь полуэльф был словно в родной стихии.

Ириан, творческая душа, постоянно вдохновлялся то одним, то другим видом и ни минуты не терял, сочиняя все новые и новые песни. Как только они все умещались в его вихрастой голове, уму непостижимо.

И только я, светлейшая эллин-ран, постоянно оглядывалась по сторонам. Не то чтобы я не любила природу, нет. Просто за всю свою городскую жизнь оказывалась на этой самой природе всего несколько раз и так ненадолго, что все мне казалось чудным развлечением и праздником. А вот сейчас, когда я буквально жила в лесах — путешествовала, ночевала под открытым небом, спала на траве и пожухлых листьях — все эти пикники и вылазки за город совсем не радовали.

В общем, к концу дня, в течение которого мы, кстати, даже не останавливались на обед, я ощущала себя выжатым лимоном и хотела только одного — поесть и уснуть. И неважно где — на мягкой перине, или сухой листве. Главное, принять горизонтальное положение.

Риэль хоть и видел мое изнуренное лицо и непривычное молчание Ириана(парня тоже сморило, да еще как!), ничуть не спешил приблизить такой желанный отдых. Он упорно отвергал все варианты мест ночевки, которые мы предлагали.

— Эллин-ран Агата, может вы урезоните его и сами укажете место? Не слишком ли развязно этот полукровка себя ведет в вашем присутствии? — украдкой от Риэля шепнул мне менестрель.

Я лишь неуверенно пожала плечами.

— Риэль охраняет мой покой в пути, не будем ему мешать, — был мой ответ.

Нет, ну а что я еще скажу? Что второй раз в жизни ночую в лесу? Или что понятия не имею, как выбирать место для ночевки? Оно-то понятно, что в глазах Ириана я мудрая и просветленная дочь могущественных дарритов. Но так это ж только в его глазах. А в своих собственных? В своих я — слабая ничего не знающая иномирянка, которая до дрожи в коленях боится каждого шороха в этом темном, густом, страшном лесу.

Короче говоря, я в очередной раз положилась на чутье моего спутника и даже не задавала ему лишних вопросов. Видимо, именно это и вызывало у Риэля такую хитрую усмешку.

Наконец, место для ночлега было определено. Им стала уютная, но очень маленькая полянка, окруженная могучими старыми деревьями.

— Ты уверен, что нам нужно остановиться здесь? — спросила я у Риэля.

В ответ полуэльф только пожал плечами.

— Поверь, это лучшее место, Агата.

По его косому взгляду в сторону Ириана поняла, что объяснять сейчас все причины такого выбора он точно не станет. Ну, ничего, я еще сумею все выяснить.

Поляна была уютной, почти круглой. Старинные деревья стояли вокруг нее словно крепость. Даже удивительно, как они смогли вырасти, образовав почти идеально круглую форму? Еще ни разу в жизни мне не доводилось видеть подобного.

Я резко оглянулась. По спине пробежал холодок. Легкий, едва незаметный. Как будто чей-то колючий взгляд наблюдал за мной из темной глубины леса. А, обернувшись, я спугнула этого кого-то и он снова затаился в густой поросли.

Стало неуютно.

— Эллин-ран Агата, что с вами? — спросил Ириан, видя мое внезапное оцепенение.

— Мне кажется… — начала я и вдруг умолкла. Состояние тревоги ушло также резко, как и появилось. — Да нет, показалось.

— Что случилось, Агата? — спросил подошедший Риэль. — Видение?

— Нет. Мне просто показалось, что за нами кто-то наблюдает.

Полуэльф оглянулся по сторонам и покачал головой.

— Немудрено. В этих лесах обитают духи. Не удивительно, если кто-то из невидимых хранителей и наблюдает за нами, мы ведь непрошенные гости.

После его слов повисла тишина. Я оглянулась по сторонам, силясь увидеть незримых наблюдателей, но так и не смогла. Лес снова закрылся от меня и замолчал.

С ветки раскидистой ели слетела какая-то ночная птица. Она шумно взмахнула крыльями и прокричала неизвестное мне слово. Я неловко оступилась и под моей ногой хрустнула ветка. В тишине эти звуки прозвучали как гром.

Ириан, вероятно, поддавшийся впечатлению, громко сглотнул и тихонько предложил:

— Давайте скорее разведем костер.

— Тогда принеси хвороста, храбрец, — усмехнулся Риэль.

Менестрель покосился на него так, словно полуэльф только что подписал ему смертный приговор. Идти туда, в мрачную темноту леса было настоящим кошмаром для менестреля.

— Ладно, я сам схожу…

Когда костер был разведен, а припасы, взятые в дорогу, выложены, мы принялись ужинать. Все-таки пироги с капустой в Овражище готовят отменно. Я даже в родном мире никогда такой вкусноты не пробовала. А сыр так и вовсе не идет в сравнение с тем, что мы берем на полках супермаркета. Короче говоря, в этом мире со странным названием Аларэй есть свои преимушества — натуральные продукты, например.

Я подтянула к себе отстегнутую седельную сумку и достала книгу. И как только прежние хозяева могли не замечать ее уникальности? Разве можно хранить такое произведение искусства в кладовой?

Я провела пальцем по старинному, закрепленному металлическими скобами, переплету. Потрескавшаяся от времени кожа хранила следы небрежного обращения — царапины, след от круглого предмета, опаленные края. Настоящее кощунство вот так обращаться с книгами.

На первой странице тома было обращение автора к читателю. Удивительно, но я понимала все, что написано здесь. Никогда в жизни не сталкивалась с рунописью, а теперь вдруг читаю неизвестные знаки другого мира.

«Приветствую тебя, чародей.

Не важно, как именно сей том попал в твои руки. Важно лишь то, что теперь ты — его владелец. Будь чуток сердцем и жив умом, тогда книга заговорит с тобой. И помни: ты должен отпустить ее на волю, как только наступит время. Да прибудет с тобой благодать древнего мира!

Сентий Кирад»

Что могут значит эти странные слова?

«Будь чуток сердцем и жив умом, тогда книга заговорит с тобой» — это очень напоминает загадку или головоломку.

«…ты должен отпустить ее на волю…» — вот это удивляет меня особенно. Это что, местная разновидность буккроссинга? Глупости, конечно, думаю. Наверняка, автор, Сентий Кирад, имел в виду что-то особенное, до чего нужно додуматься.

Я быстренько пролистала книгу. Сотни рецептов зелий, тексты заклинаний, описания трав. Похоже, Сентий был весьма и весьма знающим магом и решил передать знания другим. И, наверное, он был тем еще шутником, раз заключил в эту книгу какую-то загадку.

И кому ее разгадывать как не мне? Уж во что-во что, а в свое редкостное везение я точно верю. Если что так сразу мне. Вот и с книгой этой так же.

Ириан покончил со своей порцией ужина и подсел ближе к костру. Он извлек из сумки свой дивный инструмент и стал набренькивать что-то. звуки на миг отвлекли меня от книги.

— Интересное чтение? — спросил Риэль.

Он расстелил одеяло и опустился рядом со мной.

Я пожала плечами, захлопывая том.

— Ничего особенного. Заклинания, зелья, магические символы.

Мужчина лукаво улыбнулся.

— Значит, для тебя это уже ничего особенного? Быстро же ты привыкаешь.

— А мне по-другому никак, — проговорила я и перевела глаза на Ириана.

Менестрель сидел по другую сторону костра и выглядел весьма эффектно в сиянии искр. Его лицо в этот момент было таким одухотворенным, что вряд ли он услышит наш разговор — Ириан где-то не с нами.

Риэль покрутил в руках ветку хвороста и бросил ее в огонь.

— Ты так и не рассказала, о чем говорила с той старой ведьмой.

— Она не сказала ничего нового, — спокойно соврала я. — Просто пообещала вернуть все на свои места.

— И ты ей поверила?

— А ты считаешь, мы должны вернуться и проверить?

Риэль усмехнулся.

— Острый язык у тебя, Агата.

— Какой есть.

Я посмотрела на него. Блики, отбрасываемые огнем, придавали Риэлю какой-то особый вид. Его эльфийские черты еще больше обнажались в вечернем полумраке. Казалось, что он стал тем, кем боится обернуться при свете дня. Даже светлый локон, отброшенный назад и открывающий заостренное ухо, говорил об этом.

В очередной раз я подумала, что совсем ничего не знаю о мужчине, который сидит рядом. И в очередной раз мне захотелось быть ближе к нему.

— Где твой дом, Риэль? — тихо спросила я.

Он обернулся и невидяще посмотрел на меня.

— Мой дом был далеко отсюда, за сотни лиг.

— Был?

— Был, — коротко ответил он.

Я вмиг ощутила его грусть. Не магическим зрением — просто по-человечески.

Какая же ты все-таки дура, Агата! Зачем ты спросила только?

Повисло молчание. Лишь струны Ириана пели свою негромкую песню.

— Почему здесь такой густой туман? — спросила я, оглянувшись по сторонам.

Риэль, казалось, вздохнул, услышав другой вопрос. Неловкость, повисшая между нами, развеялась.

— В лесах Приграничья всегда так, — ответил он. — Здесь туман скрывает то, что лучше не видеть. Стоит только солнцу скрыться за горизонт, он окутывает все вокруг.

Наш костер служил единственным источником света. Туман не смел касаться его своими щупальцами. Он вился вокруг нашей поляны, не подступая ближе, чем позволяли лучи света. Огонь оберегал нас.

— А ты разве боишься? — спросил Риэль и посмотрел на меня. Прямо в глаза.

Я чуть улыбнулась и покачала головой.

— Не боюсь.

Соврала.

Он опять отвернулся к огню.

Я видела его точеный профиль, слышала легкий вздох. Он о чем- то думает. О чем-то грустном и тягучем.

Прохладный ветерок чуть коснулся моей щеки. Я невольно поежилась.

— Ночами здесь холодает, — заметил Риэль. — Даже летом. А сейчас только середина весны.

— Быстрая же у вас весна, — усмехнулась я.

— Эльмарисская империя велика. Где-то еще лежит снег.

Риэль недовольно скосил глаза на Ириана.

Я уловила это.

— Ириан, — негромко позвала его.

— Да, эллин-ран!

— Что ты там играешь?

Менестрель расплылся в широкой улыбке.

— Мое новое творение — баллада об охотнике и лесной нимфе. Хотите услышать?

Риэль грозно свел брови, будто говоря: «только посмей согласиться, Агата». Да ну его!

— Конечно хочу!

Ириан сел поудобнее, провел настройку своего инструмента, быстренько осмотрев струны, и заиграл.

Я впервые услышала его голос — такой проникновенный и теплый. Каждое слово шло от сердца и трогало чужие сердца. Если я раньше я считала певцов своего мира талантами, я заблуждалась. Готова поручиться, что не одно существо во вселенной не может петь так, как этот белокурый парень в широкополой шляпе.

— Вам понравилось, эллин-ран Агата?

— Это было великолепно, Ириан, — улыбнулась я. — Никогда еще не слышала такой чудесной баллады.

Менестрель довольно улыбнулся и покраснел до самых ушей.

— Мне невероятно дорога ваша похвала, — чуть поклонился он.

После этого певец снова погрузился в свой творческий транс, опять наигрывая какую-то мелодию.

— Неплохо поет, оказывается, — коротко заметил Риэль.

Я повернулась к нему:

— Неужели искусство даже тебя не оставило равнодушным?

— Ну, раз уж оно сумело тронуть почтеннейшую эллин-ран! — развел руками полуэльф.

Вот наглец! Не может не подколоть!

— Ты не любишь дарритов?

— С чего ты взяла?

— Мне так кажется.

— Кажется, Агата, — он посмотрел на меня и добавил: — Впрочем, как знать. Ты ведь не одна из них.

На миг мы застыли.

Я, теряясь в собственном желании высказать ему все и сразу. Он в неизвестных мне раздумьях.

Наверное, нельзя так долго смотреть друг другу в глаза. Это может привести к необдуманным поступкам.

Мне сразу вспомнился тот странный поцелуй. Его синие глаза, дыхание на моей коже, руки, скользящие по талии…

Я резко отвернулась и, чтобы хоть как-то отвлечься, схватила ветку хвороста. Однако, та уже принадлежала не мне.

Ощутив руку Риэля, я отпрянула назад.

Он посмотрел на меня и коротко улыбнулся.

— Пора спать, Агата.

Легкий порыв ветра принес откуда-то из глубин леса дразнящий и сладко-дурманящий аромат вайлады.

Утренний лес оказался гораздо приветливее, чем вечерний. Зловещий туман, так обеспокоивший меня накануне, исчез, уступая место прозрачному легкой дымке рассветного марева. Сладкий аромат вайлады, так одурманивший меня вчера вечером, снова защекотал ноздри, стоило мне только вернуться в сознание.

Первое, что я ощутила, проснувшись, это холод. Я поежилась и раскрыла глаза. Одеяло коварно сползло с моей спины.

Мамочки мои! Что ж я делаю…

Мда, Агата… такого ты себе еще не позволяла.

Спросонья я даже не сразу поняла, что крепко обнимаю Риэля. А он, в свою очередь, ничуть не против и крепко сжимает мою ладонь.

Я немного приподнялась, стараясь не тревожить полуэльфа. Надо же! Какое у него спокойное и безмятежное лицо, когда он спит. Такое мирное, такое красивое.

Осторожно высвободив руку, я поправила одеяло, сползшее с его плеча. Безупречный контур его лица чуть подернулся рябью недовольства.

Я неслышно улыбнулась. Захотелось провести ладонью по его светлым шелковистым волосам, коснуться губами щеки, снова обнять. Как я только могла жить без этого все прошедшие дни.

Кажется, я все еще сплю…

Быстро поднялась, стряхивая с себя наваждение. Нельзя так, Агата! Тебе скоро в родной мир возвращаться. А там Риэлю не место. Не стоит заходить слишком далеко. Даже в мыслях.

Ириан спал неподалеку. Он любовно обнял свой инструмент и блаженно улыбался. Наверное, ему снились прекрасные нимфы, а сам он был в роли охотника, заплутавшего в лесу.

Я сладко потянулась, расправляя затекшие за ночь конечности, и решила немного пройтись. Риэль говорил, что неподалеку есть источник.

Ничего ведь не случится, если я отлучусь на полчасика. Пусть мои спутники поспят, а я пока прогуляюсь и, если повезет, умоюсь родниковой водой.

Я неторопливо шла мимо густых зарослей неведомых мне кустарников, огибала широкие валуны, опиралась рукой на вековые деревья.

Лес словно звал меня вперед, словно манил куда-то. Я не могла не повиноваться его зову. Слова невидимых духов слышались повсюду. Точнее, не слышались, а ощущались.

Среди пения птиц я различила легкое журчание воды. Источник находился где-то рядом.

Я прислушалась и направилась вслед за звуком.

Вдруг до меня долетели незнакомый шорох и легкий свист. Я оглянулась. Никого нет.

Наверное, показалось спросонья.

Стоило мне сделать еще шаг, как посторонние звуки повторились. Я замерла.

Неприятное ощущение чьего-то колючего взгляда нахлынуло на меня волной. Я ощущала, как кто-то пристально наблюдает за мной, внимательно и настороженно.

Он справа. Я чувствую, как неизвестный смотрит на меня справа.

Легкое мимолетное головокружение. Мир преобразился. Магический взор включился сам собой — я не сумела даже предвидеть его появление.

Я медленно повернула голову и увидела резкие карие глаза. Невысокий коренастый мужчина, одетый в странные шкуры наподобие орочьих нарядов, смотрел на меня из-за густой листвы кустарника. Он злобно щурился и крепко сжимал древко лука.

Я выпрямилась и полностью развернулась к нему.

Магический взор уже не казался наваждением. В моем сознании что-то изменилось. Прежней меня не стало — сейчас здесь стояла эллин-ран Агата. Настоящая и реальная.

— Выходи, — скомандовала я и едко улыбнулась.

Неизвестный наконец-то понял, что я его заметила. Лицо мужчины перекосилось от испуга и он поднял лук.

Я слышала, как зашелестела его шкура, когда он потянулся к колчану. Слышала, как запела тетива.

— Выходи, я приказываю.

Он понимает мои слова. Отчего-то я это знала.

Хруст веток. Странный человек появился напротив меня. Его глаза стали еще злее.

— Кто ты? — почему-то совершенно бесстрашно спросила я.

Человек не ответил. Он поднял лук и натянул тетиву. Он хочет меня убить.

Секунда. Миг. Я предвидела выстрел.

Подняла руку и резко ею взмахнула, словно отгоняя муху. Стрела поменяла траекторию и улетела куда-то в кустарник.

Растерянный мужчина вздрогнул и заозирался по сторонам.

— Эллин-ран… — в страхе прошептал он и пустился бежать.

Я видела только, как его шкуры замелькали среди листвы.

Риэль и Ириан внимательно выслушали мой рассказ об утреннем происшествии. Последний не уставал поражаться и восхищаться, а первый усмехаться и пренебрежительно на меня смотреть.

— Это был один из лесных жителей, — проговорил он, выслушав меня до конца. — Они обитают в лесах Приграничья с давних времен. Это их законное место.

— Дикари, — хмыкнул менестрель. — Я слышал, что они людоеды.

Полуэльф опять усмехнулся.

— Эти люди плохо говорят на всеобщем наречии, но себя называют «кодо». У них много диких обычаев. Иногда они, действительно, едят своих соплеменников. Во время каких-то обрядов.

— Они не опасны? — спросила я.

— Едва ли. Кодо редко покидают свои леса и оказываются на общей территории. Людей они боятся. Их племя очень малочисленно и они постоянно кочуют по здешним местам.

Я неверяще помотала головой.

— Тогда почему этот абориген хотел меня убить?

— Он боялся тебя, Агата. Кодо могут видеть ауру человека и он сразу распознал кто ты. Наверное, растерялся…

— Главное, что он ушел и, надеюсь, не вернется, — вставил Ириан. — Не хотелось бы встретить еще одного из дикарей.

— Вряд ли мы их увидим. Этот народ прячется от путников. Если бы не магический взор, Агата и не узнала бы о нем.

Если бы не магический взор… получается, эта странная способность видеть скрытое спасла мне жизнь? Я печально вздохнула и поднялась с земли.

— Хватит сидеть здесь, пока мы не встретили кого-то еще, — проговорила решительно. — Пора в путь.

— Да. Что-то мы совсем засиделись, — весело подхватил Ириан.

Риэль мрачно проследил за тем, как он удаляется к своей лошади, потом шагнул ко мне.

Я снова увидела его близко-близко. Полуэльф чуть склонился и тихо проговорил:

— Надеюсь, я не слишком беспокоил тебя во сне?

— Нет. С чего ты взял?

Он едва заметно улыбнулся.

— Если бы ты была настоящим дарритом, Агата, я не имел бы права даже подходить к тебе.

Я улыбнулась.

— Но ты же рядом.

Риэль сменил улыбку на холодно-равнодушное лицо.

— И это ошибка.

Я посмотрела ему вслед. Ни больше одной фразы, а сказал все, что хотел. Словно стену выстроил между нами.

Как так получилось, что я сумела вовремя «включить» свое магическое зрение — загадка. То ли оно появляется в момент опасности, то ли, когда мне захочется — не знаю.

Во всяком случае, мне нужно в этом разобраться. Как? Понятия не имею. Тут еще и Риэль со своими странными словами и синими глазами. Совершенно невозможно же думать!

Я покосилась на Ириана, который снова стал насвистывать очередную песенку, и подумала, что не зря он так раздражает полуэльфа. За несколько дней пути его творческие порывы немного поднадоели.

Сейчас бы сюда чашечку кофе с хрустящим круассаном. А то боюсь уснуть и упасть прямо с широкой спины Медка. Утренние поединки с дикарями, знаете ли, не особо бодрят. Да и магическое видение много сил отнимает. Только вот в Аларэй этот божественный напиток не завезли. Как же несчастен этот мир!

Я нежно потрепала шелковистую гриву коня. Медок довольно фыркнул в ответ.

— Потерпи, дружок, — шепнула я. — Мы все здесь очень устали. Скоро приедем в Догран.

— Говорят, там в это время проходит какой-то местный праздник, — услышал мои слова Ириан. — Кажется, день богини Маури.

Я хмыкнула. Совершенно ничего не знаю о местной мифологии.

— Одна из Светлых Сестер, покровительница целителей, — словно поясняя, проговорил Риэль. Спасибо ему. Понял, что я ни слова не понимаю в местных обычаях.

— Да-да, — закивал Ириан. — Я никогда не был на таком торжестве.

— И как его отмечают жители Приграничья? — спросила я.

Менестрель пожал плечами.

— Да ничего особенного. Сначала люди несут дары к статуе Маури, а потом идут отдыхать и развлекаться.

— Все как обычно, — пожала плечами.

Мне, конечно, хотелось узнать, что это за богиня и чем она заслуживает почести местного населения. Но спрашивать об этом пока не буду. Я же эллин-ран! По идее, должна знать все эти особенности.

Я растянулась на мягкой траве и с удовольствием потянулась. Наконец-то мы сделали привал! Путешествия верхов все еще были мне в новинку и я была рада любой возможности отдохнуть. Как ни странно, Риэль и Ириан с радостью поддержали мою идею. Первый не стал говорить о том, что мы опоздаем, а второй перестал насвистывать свои песенки.

Передохнуть я решила с пользой. Моя новоприобретенная книга оказалась на редкость интересным чтением. Прямо кладезь знаний о новом мире!

Я полистала объемистый том и в самом конце нашла пару страниц о местных божествах. Сентий Кирад, спасибо ему за это, кратко описал все верования Эльмарисской империи. Даже о шаманстве лесных жителей немного упомянул.

От всей этой информации у меня разыгралась мигрень. Если раньше я воспринимала новый мир как ровную дорогу и уютные постоялые дворы, не особо углубляясь в понимание его сущности. То теперь картинка приобрела объем и стала многомерной. От мысли о том, что меня, действительно, окружает чужой, враждебный и такой многоликий мир, по спине поползли уже знакомые мурашки. Я отогнала их точно также, как и тогда в орочьей тюрьме.

Не думать, Агата! Только не думать! От мыслей сходят с ума.

Как я узнала из книги, богиня Маури была третьей из пяти Светлых Сестер-Покровительниц. Их отец сотворил Аларэй, будучи еще молодым, и натворил множество ошибок. Мир, созданный им, оказался настолько не совершенным, что юный творец впал в уныние. Он долго размышлял и сумел понять все свои ошибки.

Творец захотел разрушить Аларэй и создать заново. Но, взглянув на мир, Творец нашел там своих созданий и пожалел их. Он отдал все созданное своим дочерям, чтобы те играли и учились на его ошибках.

Юные богини быстро росли. Они постоянно играли с миром и не боялись ошибок. В это время в Аларэе произошло множество бед. Войны, смерти, появление невероятных чудовищ — все это плоды игр юных богинь.

Сестры выросли и перестали играть. Теперь они знали все об Аларэе. Они привязались к миру и его обитателям. Им было жаль покидать их. Сестры стали решать, кто останется править в Аларэе и обратились за помощью к отцу. Творец подумал и дал им свой ответ: «Лаурин — старшая, ее грозный нрав станет оберегать воинов и магов. Рианор будет помогать в делах любовных и семейных, ибо красота ее не должна померкнуть от тяжелой работы. Эльгин станет руководить землями и лесами. Маури, самая тихая и жалостливая, станет исцелять. А Ниари вершить правосудие»

Вот, оказывается, во что верили жители Приграничья.

Я пролистала книгу и поняла, что кроме Сестер-Покровительниц в Эльмарисской империи еще очень много богов. Чтобы освоить все это, мне понадобилось бы много времени.

Благо, что я скоро вернусь домой. Добраться быстрей бы до дарритов.

Догран показался к закату, как и предрекал Риэль.

Ни менестрель, ни полуэльф ничуть не удивились, увидев город, вид на который открылся из-за холма. А вот я, никогда не видевшая настоящих крепостей, буквально открыла рот от удивления.

Моему взору представилась, пусть и поврежденная временем, но все еще величественная могучая каменная стена со смотровыми башнями. Подъемный мост связывал крепость с внешним миром, а ров, наполненный водой лишь наполовину, охранял. За стеной виделись башни скромного по размерам замка. Дома жителей виделись нам лишь разноцветными квадратиками крыш, да и то только с холма.

— Это и есть Догран? — спросила я, восхищенно улыбаясь.

— Первый город Эльмарисской империи, — коротко кивнул Риэль. — За ним — начинается людская территория.

Он странно посмотрел на меня и добавил:

— Приграничье позади, Агата. Теперь все будет по-другому.

Я нехотя подарила ему едва заметный кивок.

По-другому? Ясно, как именно. Великолепная эллин-ран и презренный полукровка — госпожа и раб. Отчего-то мне стало жаль покидать Приграничье. Я ощутила легкий укол боли. Не своей Риэля.

— Наконец-то мы попадем в настоящий город! — мечтательно улыбнулся Ириан. — Так надоели эти дикие места.

Я понимающе качнула головой и снова посмотрела на древние стены.

Все-таки этот мир великолепен.

Мост, ведущий в город, был опущен. Люди с повозками и верхом двигались в сторону стен, отстаивая длинную очередь.

Мы оказались в самом конце.

— Эх…Какого гоблина я жарюсь на этой паршивой телеге? — ругался бородатый мужик в холщовой рубахе, гордо восседающий на своей повозке, груженой мешками. — И дернула же тебя тьма ехать в гости!

— Значит, я виновата? — визгливо отозвалась его пышная супруга, сидящая на другом конце телеги. — А кто мне все уши прожужжал о пшенице? Кто жаловался, что не может продать ее? А? Не ты? Нет?

— Я хотел продать пшеницу, а не видеть твою тощую скандальную сестру!

— Это моя сестра скандальная? Да ты сам…Олух!

— Ты вся в сестру! Тьма меня дернула жениться на тебе!

Пару секунд женщина судорожно хватала ртом воздух.

— Да чтоб тебя дракон сожрал! Чтоб твою пшеницу гоблины съели! Сестра ему моя не нравится! Да ты сам хуже любого орка! Да чтоб лесные люди съели…

— А тебя даже они не съедят! Отравятся! Тобой и твоей сестрицей!

— Да чтоб тебе…

Чего еще желали друг другу столь эмоциональные супруги, я слушать не стала. Вернее, не смогла. Мимо нас промчалась повозка стражников, везущая железо для кузни. Грохот от нее стоял невыносимый и услышать что-то было просто невозможно.

— И долго нам еще тут ждать? — спросила я у своих спутников.

Менестрель пожал плечами.

— В прошлый раз я простоял до самого вечера, — ответил он. — Стражники просто так никого не пропускают — внимательно осматривают, проверяют документы.

— А, если у меня нет документов?

Ириан удивился так, что его шляпа поползла вверх.

— Я была в плену орков! — тут же нашлась в ответ. — Думаешь, они бы стали церемониться?

— Прошу прощения, эллин-ран. Я так глуп… — покраснел певец.

— То, что у Агаты нет именной грамоты — не беда, — перебил его Риэль. — Не станут же стражники так оскорблять даррита.

— Но, если им дан приказ, то они будут проверять всех.

Полуэльф метнул в сторону менестреля недобрый взгляд.

— Значит, обогнем Догран и двинемся дальше, — подвел черту он.

Я довольно ухмыльнулась. Все-таки Риэль на моей стороне. Пусть и ворчит, и хмурится, и сердится, а мысленно он все равно со мной.

Очередь продвигалась на удивление быстро. По словам моих спутников, час ожидания — это очень мало. Мне же, по опыту пробок урбанистического мира, это и вовсе показалось мелочью.

Скандальные супруги с их злосчастной пшеницей быстро успокоились при виде патруля стражников. Они забыли о своих препирательствах и проклятиях в адрес друг друга и целиком сосредоточились на вопросах капитана.

— Ваши имена? — бесстрастно спросил, закованный в доспехи, мужчина.

— Нед и Ритина Эйгран, господин капитан, — с неумелым реверансом ответила женщина.

— Цель приезда?

— Привезли продавать прошлогоднюю пшеницу и навестить родню.

Капитан недовольно скосился на телегу.

— Товар-то не гнилой?

— Помилуйте, капитан! Пшеница высшего сорта. Хранилась в амбаре. Зернышко к зернышку, — принялся объяснять Нед. — Хотите, проверьте. Не пожалеете! Товар прекрасный.

Капитан не ответил. Он бегло осмотрел их именные грамоты и отдал обратно.

— Проезжайте.

— Спасибо, господин капитан!

— Маури поможет вам, господин капитан!

Стражник отмахнулся от них будто от назойливых мух и обратил свой усталый взгляд на нас.

Я внимательно посмотрела на него. Средних лет мужчина. На висках проступает заметная седина. Усталые красные глаза после долгой трудной смены. Настроение, видимо, не самое радужное. Представляю, каково ему видеть очередных гостей города.

— Доброго вечера, капитан, — улыбнулась я, пытаясь казаться приветливой, хотя сама едва стояла на ногах.

— Доброго, — кивнул он. Несмотря на внешнее равнодушие, в его глазах промелькнул интерес. — Назовите свое имя, леди?

Я приняла уже привычный для себя надменно-холодный вид.

— Дарритам не пристало называть истинное имя, — проговорила спокойно.

Капитан изучающе осмотрел меня.

— Вы эллин-ран из народа дарритов?

— Да. Со мной мои спутники — телохранитель-полукровка Риэль и бродячий певец Ириан.

— Разве дарриты не брезгуют видеть подле себе полукровок?

— Из них выходят отличные воины. К тому, полуэльфы прекрасно ощущают верный путь, — я небрежно кивнула в сторону Риэля. — Он мой раб и находится под действием чар.

Капитан брезгливо поморщился. Казалось, его вот-вот стошнит от одного только вида моего спутника.

Я же была как на иголках. Ощущала не только свою обиду за Риэля, но и его напряжение, его злость, ненависть, обреченность и полную беспомощность. Бедный! Как же тяжело жить, зная, что все вокруг тебя презирают.

— Зачем вы едете в Догран, эллин-ран?

— Мы продвигаемся в Лайон-Лэй, к моим сородичам, капитан. Нам необходимо отдохнуть и пополнить запасы.

— Покажите мне ваши грамоты.

Я сохранила лицо и внешнюю невозмутимость.

— Вы смеете просить документы у меня?

— Простит мою дерзость, эллин-ран, но такова моя работа. Прошу вашу именную грамоту.

— Я не могу вам показать ее. Там мое истинное имя.

— Я не запоминаю имен приезжих, эллин-ран. На меня ежедневно накладывают заклятие забвения.

Да что же такое? Мысленно я вопила во все горло и металась, стараясь найти выход. Как же мне выкрутиться?

— Вы слишком много себе позволяете, капитан. Мои спутники покажут вам грамоты. Я — нет.

— Простите, эллин-ран, но я не могу вас пропустить.

— Помните, с кем говорите! — возмутился менестрель. — Перед вами даррит!

— А перед вами королевский стражник с приказом проверять всех въезжающих.

Ириан умолк.

Я беспомощно посмотрела на Риэля. Тот сохранял мрачное выражение лица. Не ему, полукровке, что-то решать и говорить.

— Дорогу лорду Идену! — послышался зычный крик.

Толпы людей, выстоившихся в очередь позади нас, мгновенно отхлынула в стороны, создавая широкий проход.

Я увидела группу всадников с флагами, изображающими голову волка, в хищном оскале, обнажающего клыки. Их латы ярко сияли даже в лучах заходящего солнца. На груди каждого был точь-в-точь такой же знак, как и на флагах, а за спинами развевались красные плащи. Один из них, тот, что ехал, впереди, имел на своем шлеме богатое навершие из красивых черно-серых перьев.

Я буквально оцепенела. Такого мне не доводилось видеть нигде и никогда! У меня даже не возникло мысли отойти в сторону, потому что я эллин-ран. Я не отходила потому, что просто-напросто пребывала в состоянии шока.

Всадники остановились у самых ворот. Прямо перед нами.

Тот, что ехал впереди, снял свой шлем. Темные волосы, красиво обрамляющие благородное лицо легонько колыхнулись от вечернего ветерка. Светлые глаза пронзительно посмотрели на меня и чуть сощурились.

— Мое почтение, милорд, — склонился капитан и его подручные.

— Что здесь происходит, Марвик? — быстро спросил всадник. — Почему эта леди на моем пути?

Он снова посмотрел на меня.

Клянусь, от этого взгляда у меня бежали мурашки.

— Я не могу пропустить эллин-ран по вашему приказу, милорд. У нее нет именной грамоты.

Всадник еще внимательнее смерил меня пытливым взглядом. Неожиданно он спешился и подошел ко мне.

— Так вы эллин-ран? Из дарритов.

Я собралась с силами и надела свою маску.

— Да, милорд. Ваш человек просит мою грамоту. Но мне нельзя открывать истинное имя, как вы понимаете.

Лорд Иден улыбнулся одними только кончиками губ.

— И как же мне обращаться к вам, если вы не называете имени?

— Меня зовут Агата, — ответила я.

Лорд протянул мне руку. Я подала ее, ожидая пожатия. И чуть не выдернула обратно, когда поняла, что он собирается ее поцеловать.

— Лаэр Иден к вашим услугам, леди Агата, — произнес он, заглядывая мне в глаза.

— Эллин-ран Агата, — поправила я.

Иден выше меня почти на две головы. Рядом с ним даже надменная дарритка, коей я должна выглядеть, будет казаться незначительной. Как я не старалась, все равно смотрела на него снизу вверх.

— Леди Агата, — настоял на своем лорд. Он обернулся к капитану и приказал: — Марвик, пропусти леди Агату и ее спутников. Вам есть, где остановиться?

— Нет, милорд.

Иден оглянулся на свой отряд и кивком подозвал одного из солдат.

— Скачи в замок, Артис. Вели поскорее приготовить комнаты в правом крыле. Леди Агата будет моей гостьей.

Артис стремительно взлетел на коня и кинулся исполнять приказ.

— Надеюсь, я не слишком оскорбил вас такой вольностью? — учтиво спросил лорд.

— Напротив, — постаралась как можно спокойнее ответить я. — Ваша вольность кстати. Мы очень устали в пути.

— Тогда я сделаю все, чтобы вы как следует отдохнули.

Он учтиво подал мне руку и помог забраться в седло.

Я ответила легкой улыбкой.

— Прошу вас следовать вместе со мной, леди Агата. Ваши спутники могут занять место в конце кортежа.

На миг мне стало неловко. Риэль и Ириан поплетутся в самом конце, как бедные родственники. Но, выбирать не приходится.

Я коротким кивком подтвердила приказ лорда. Риэль ответил мне мрачным и, как всегда, укоряющим взглядом. Ириана же это ничуть не смутило — он улыбался.

— Добро пожаловать в Догран, леди Агата, — чарующе улыбнулся лорд Иден.

Я не смогла сдержаться и улыбнулась в ответ.

В город я въехала уже не усталой путницей, а гостьей лорда Идена. Рядом с этим блистательным мужчиной.

Уж не знаю кем лучше быть — эллин-ран или лордом. Я вон даже в город войти не смогла, а Лаэру Идену стоит только на улицах появится, как народ сам в стороны расступается. Хотя, передо мной бы тоже расступались, имей я целый вооруженный отряд и флаги с собственным гербом. Что ни говори, а сильным мира сего в любом мире лучше живется. Недавно я сама себя таковой считала, оказалось, ошибаюсь.

Догран, в первый миг так поразивший своим величием, вызвал разочарование. Вместо каменной твердыни моим глазам предстал мрачный грязный, состоящий из множества улочек, городок. Дома плотно прижимались друг к другу, их окна были узкими и невысокими, с деревянными ставнями. В воздухе висели тяжелые пары нечистот.

Люди, встречавшиеся нам на пути, были такими же хмурыми, как и окружающая обстановка. Они покорно кланялись лорду, даже улыбались. Но, несмотря на это, я ощущала страх. Жители Дограна боялись своего господина. Чтобы определить это, мне даже не понадобилось магическое зрение. Однако, испуг не помешал им пристально рассматривать меня. Неизвестная девушка, заслужившая честь ехать рядом с лордом, наверняка была важной птицей. Кроме того, на знатную леди я не тянула. Одетая в мужские брюки, рубаху и куртку, с короткой косичкой вместо роскошной прически, да еще и сидящая в седле по-мужски. В общем, я привнесла в атмосферу города немного тайны.

— Вижу вам не по нраву Догран, леди Агата? — спросил лорд Иден, уловив мой взгляд.

— Я здесь впервые, лорд, и еще не могу оценить город.

Он улыбнулся и указал вперед.

— Сейчас мы проедем Нижние районы, а потом окажемся на центральной площади. Там сейчас проходит чествование богиня Маури. Надеюсь, вам понравится больше.

— А как в Догране чествуют богиню?

— Ничего особенного. Целители, которые поклоняются ей, просто ставят ее статую посреди площади и приносят дары.

Он усмехнулся и добавил:

— Люди еще верят в одну старую сказку.

— В какую же? — заинтересовалась я.

— Простолюдины говорят, что в этот вечер можно получить дар от Маури.

Я улыбнулась.

— И как можно получить этот дар?

— Просто найти. А разве эллин-ран нуждаются в дарах одной из Светлых Сестер?

— Эллин-ран принимают все, что дают им высшие силы. Никогда не знаешь, что принесет тебе удачу.

Лорд согласно кивнул.

— А вы мудро говорите, леди Агата.

— Благодарю.

Он окинул меня изучающим взглядом и добавил:

— Откуда вы родом? Неужели из самого Эрнаига?

Этот вопрос застал меня врасплох. Я ведь совершенно ничего не знаю об этом Эрнаиге. Соберись, Агата! Нельзя навлекать на себя подозрение.

— Я бы ответила вам, лорд Иден, но не могу говорить что-то истинное о себе.

— Понимаю, леди. Вы обязаны сохранять тайны ваших предков.

— Именно, — выдохнула я. Вот что значит — умный мужчина — сам знает, что ответит, да еще и подсказывает.

Лорд снова указал вперед, на ближайший поворот.

— А вот и наша главная площадь.

Я направила Медка к повороту.

Конь недовольно фыркнул от яркого света и новых запахов, хлынувших на нас. Я, честно говоря, и сама удивилась такой перемене.

Вместо мрачных переулков я увидела площадь, заполненную разношерстным народом, яркими огнями, музыкой, шумом, криками, ароматами еды.

Герольд лорда выехал вперед и протрубил сигнал. Народ притих.

— Дорогу лорду Идену! — зычно крикнул он.

Толпа расступилась, освобождая путь.

Я, в очередной раз, удивилась, как это им удалось так ловко убрать с дороги повозки, прилавки со сладостями, корзины с товаром.

Народ кланялся лорду. Идеен в ответ одаривал их благосклонными улыбками.

— Да здравствует лорд Иден! — крикнул кто-то из толпы.

— Да здравствует лорд! — подхватили остальные стройными голосами.

Я обернулась к своему спутнику.

— Похоже, народ любит вас.

— Думаете? Хотя, возможно.

Я вопросительно вздернула бровь.

— Они меня боятся. Видите ли, леди Агата, я установил в Догране строгие порядки. Без этого никак.

— Толпе нужны контроль и сильный лидер.

— И вы снова проявляете мудрость, — чарующе улыбнулся мужчина.

Я ощутила мурашки. Все-таки он потрясающе хорош. Не могу не смотреть на него. Просто тону в этих глазах…

В центре площади стояла высокая статуя богини. Маури выглядела как обычная женщина. Ее голова покрыта покрывалом, а вместо платья простая котта. В руках корзина с травами, на шее медальон треугольной формы. Черты лица далеки от идеала, а вот выражение… Легкая улыбка, идущая изнутри. Словно и не на статую смотришь. Никогда еще не встречала такой струящей доброты даже у реальных людей. У ног Маури были сложены дары — фрукты, цветы, травы, корзинки с мелкими монетами, плетеные бутылки вин.

Я натянула поводья Медка и на миг остановилась. Лорд сделал то же самое.

— Вам понравилась статуя? — с легкой иронией проговорил он.

На этот раз я даже не заметила его чарующей улыбки и симпатичной ямочки на щеке, которая все не давала мне покоя.

— Она словно живая, — лишь проговорила я.

— Да. В этом году целители постарались.

— То есть статуя каждый год новая?

— Да.

— А что же произойдет с этой?

— Она сгорит в полночь. Впрочем, леди Агата, если вам интересно, вы можете вместе со мной посетить церемонию. Я-то обязан это сделать.

— Было бы интересно, — согласилась я. — Благодарю.

Лорд довольно улыбнулся.

— Но это после. Сейчас прошу вас проследовать в мой замок.

Однажды мне довелось видеть средневековый замок. Пару лет назад я выиграла в лотерее поездку в Испанию. Всего семь дней на заморском курорте, прогулки по небольшому уютному городку, куча иноземных вкусностей, магнитики на холодильник для родных и включенная в путевку экскурсия.

Надо сказать, экскурсия вышла довольно мрачная. Некоторые из нашей группы не выдерживали и уходили, кого-то даже тошнило. А все потому что нас повели в замок-тюрьму, где несколько веков назад вела свою работу инквизиция.

Я никогда не жаловалась на слабые нервы, но в том жутком месте мне было не по себе. Почему-то казалось, что вокруг так и висит мрачный флер боли и страха, а замученные жертвы никуда не ушли и стоят здесь, за нашими спинам, вопрошая о помощи. Может, мое магическое зрение проснулось еще тогда? Не знаю. Только вот после той жуткой экскурсии я не слишком-то радужно представляла себе замок лорда Идена. Оказалось, зря. Если тут и были пыточные камеры, то я их не увидела и, хвала небесам, если не увижу.

Мы вошли в просторный зал, освещенный множеством свечей. За окном уже стемнело и свет луны, проблескивающей из-за облаков, проникал сквозь узоры витражей. В зале стоял длинный деревянный стол с такими же скамьями. Во главе стола я увидела трон. Небольшой, небогатый, но все трон.

— Прошу, леди Агата, — любезно указал лорд. — Это мой приемный зал. Прошу простить за скромность моей обители.

Я бегло огляделась.

— Не переживайте, лорд Иден. Я не обращаю внимания на такие детали.

… а еще не разбираюсь в местных замках. Ну, совершенно не разбираюсь. Хотя, роскошью здесь и не пахнет. Видимо, лорд Дограна не так уж и богат. А, впрочем, я же здешней моды не знаю, может, в этой Эльмарисской империи все так живут?

— Вам, леди Агата, нужно отдохнуть и переодеться к празднику. Вы ведь согласитесь меня сопровождать?

Лаэр в очередной раз улыбнулся так, что у меня подкосились ноги(хотя, кто знает, может, они от усталости подкашиваются?) и легко взял меня за руку.

— С радостью, лорд, — ответила я.

— Тогда служанки проводят вас в гостевые покои и помогут приготовиться.

Он властным жестом подозвал двух девушек в синих платьях, до того мирно стоящих в стороне с другими слугами.

— Пока вы моя гостья, они в вашем распоряжении.

— Благодарю вас, лорд Иден.

Я едва заметно кивнула и собралась уходить, как вдруг замерла.

Мамочки мои! Какая же я дура! Эгоистичная самолюбивая дура! Совершенно забыла о Риэле и Ириане.

— Милорд Иден, — обернулась я. — Мне бы хотелось, чтобы мои спутники тоже получили достойные покои и все, что нужно для отдыха.

— Не переживайте, леди Агата. Мои слуги о них позаботятся.

— Благодарю вас, — проговорила я и ушла вслед за служанками.

Как же, оказывается, хорошо я сыграла свою роль! Даже сама от себя не ожидала. Как истинная эллин-ран забыла о тех, кто ниже меня. А ведь Риэля и Ириана даже не пустили в приемный зал и они остались вместе с рыцарями из отряда лорда.

Надо бы вернуться, найти их. Хотя…я чувствовала такую усталость, что едва держалась на ногах. Вот отдохну, соберусь и на празднике уже найду Риэля и Ириана.

Обязательно.

Видеть себя в средневековом шелковом платье было непривычно. Как оказалось, мне очень идет.

Я повернулась перед зеркалом, чтобы еще раз убедиться в реальности видения. Нет, это не сон! Это лучше сна! В сто раз лучше.

Как же много потеряли женщины моего урбанизированного мира, когда отказались от платьев и юбок в пол в пользу брюк. Вот сейчас, глядя на себя, всю жизнь бегавшую в рваных джинсах, я поняла это как никогда ясно. Никакие деним и «варенка» не заменят того очарования и того шарма, который приносят женщине платья. Мягкий шелк, плавно ложащийся на кожу и облегающий фигуру, словно живой. Он струится блестящей рекой и играет яркими бликами. Сколько аристократизма, сколько грации и красоты в таком наряде. Сейчас меня бы точно не назвали одной из тех цветистых фраз, на которые так щедры ушлые соседки при виде меня с художественными дырками на коленях. Мдааа… Кстати, в этот мир я попала в довольно приличном наряде. Купила его страшно сказать за какую сумму — солидней хотела казаться при устройстве на работу — а вышло, что зря. Все равно орки разорвали. Зато теперь…

Я восхищенно выдохнула и снова повернулась вокруг собственной оси. Это темно-синее чудо превратило меня, худую-бледную, в высокородную эллин-ран с матовой кожей и гордой осанкой. О прическе я молчу. Не знаю, где лорд нашел этих служанок, но в моем мире девушки стали бы знамениты на весь мир. То, что они сотворили из моей косички, настоящий шедевр, не иначе.

— Госпожа, — услышала я и обернулась. Одна из девушек стояла в дверях. — Лорд Иден велел послать за вами.

— Я иду.

Снова окинула себя взглядом в зеркале.

Агата, ты великолепна, даже не смотря на усталость. Интересно, что скажет Риэль? Точнее, подумает. Что он скажет, я и так знаю — ничего.

Лорд Иден ждал меня внизу, в том самом приемном зале, куда не пустили моих спутников.

Стоило мне только выйти к нему, он тут же склонил голову.

— Вижу, долгая дорога ничуть не уменьшила вашего обаяния, леди Агата. Позвольте выразить вам свое восхищение.

Наши взгляды встретились и он, не опуская глаз, коснулся губами моей руки.

— Вы окажете мне честь и сопроводите меня на праздник?

Я невольно улыбнулась и едва заметно кивнула.

Честно говоря, сейчас больше всего мне хочется спать. Даже не спать, а СПАТЬ. После долгой утомительной дороги, вкусного ужина и купания, нет ничего лучше, как зарыться в мягкую перину, накрыться одеялом и уснуть. Но, я ведь хочу увидеть праздник и проявить благодарность к моего гостеприимному хозяину. Конечно, как даррит, я бы могла отказаться от выхода и царственным тоном сообщить, что слишком устала. Но, сдается мне, Лаэр Иден не такой человек, с которым следует спорить. Надо держать ухо востро. В конце-концов, надолго в этом Догране я не задержусь, а дипломатию еще никто не отменял.

— С удовольствием, — ответила я.

Лорд улыбнулся и почти ласково переместил мою ладонь на свою руку ниже локтя.

— Идемте же. Скоро начнется ритуал чествования Маури.

— А мои спутники? О них позаботились?

— Не волнуйтесь. С ними все в порядке. Скоро вы их увидите.

В сопровождении стражников мы направились на площадь Дограна. Похоже, лорд сильно печется о своей безопасности. Четверо, закованных в латы, рыцарей, не отставали от нас ни на шаг.

На площади творилось что-то невообразимое. Я не видела ничего подобного в своем мире. Никогда.

Статуя Маури была со всех сторон освещена разноцветными огнями. Магия это или что-то другое, не знаю. Хотя, технический прогресс этого мира еще не настолько шагнул вперед, чтобы обеспечить всю эту красоту другими способами.

Вокруг статуи был выложены замысловатые узоры из цветов. Я пригляделась внимательнее. Это древний магический узор. Откуда я это знаю? Просто знаю и все.

— Пройдемте туда, леди Агата, — лорд указал на две скамьи, прикрытые красным бархатом. — Там место для меня и моей свиты.

— А мои спутники? Я не вижу их.

Лорд Иден саркастично улыбнулся.

— Вы так печетесь об этих двоих. Я думал, дарриты не слишком ценят низших.

Я лишь качнула головой, словно подтверждая его слова.

— Вы правы. Эти двое, особенно полукровка, не представляют особой ценности для меня. Но они незаменимы в пути.

— Бард и воин?

— Бард и воин, — равнодушно подтвердила я.

Лаэр Иден не стал задавать дальнейших вопросов.

Я нехотя последовала за ним. Меня неясно тянуло к статуе Маури. Хотелось подойти к богине, коснуться ее, узнать что-то новое.

Как ни старалась, я не могла откинуть это ощущение. Со мной вообще происходят очень странные вещи, и избавить от них никак не получалось.

Я села рядом с лордом и быстренько окинула всех присутствующих в средневековой вип-ложе — несколько богато одетых дам, рыцари в красных плащах, многочисленные слуги. И нигде нет Ириана и Риэля.

Я забеспокоилась. Начала искать их в толпе простолюдинов.

Чей-то острый взгляд коснулся меня. Словно позвал.

Я оглянулась.

Риэль стоял позади на некотором расстоянии. Он легонько улыбнулся мне. Полуэльф был переодет из своих потертых вещей в темно-синий костюм. Этот цвет еще больше подчеркнул его эльфийские черты. Я будто увидела его в первый раз. Риэль словно благородный принц — никаких намеков на низкое происхождение и неправильную кровь.

Так, один нашелся. А где же Ириан?

Я пытливо посмотрела на Риэля, будто спросила. Он должен понять — в его крови есть частица древней магии. Взгляд оказался выразительным и полуэльф кивнул в сторону.

Я повернулась и увидела менестреля мило беседующего с миловидными горожанками. Девушки улыбались ему и смеялись. А Ириан, судя по всему, читал им стихи, потому как рьяно жестикулировал и даже привставал на носочки.

— Ну как? Вы нашли своих спутников? — спросил лорд.

Я кивнула.

— С ними все в порядке, как видите. Мои люди и я не посмеем причинить вреда эллин-ран и ее спутникам.

— А вот ваши придворные, похоже, не слишком благосклонны ко мне, — проговорила, скосившись на дам, шепчущихся и кивающих в мою сторону. Мужчины же лишь с интересом рассматривали меня.

— Они никогда не видели дарритов, леди Агата. Им любопытно и страшно. Впрочем, вы сами скоро сможете об этом спросить, когда я вас представлю.

Я не стала отвечать. Знакомиться с кем-то у меня не было ни малейшего желания. Тем более, я снова ощущаю невидимый шлейф какой-то сдержанной злости. Это пугало и заставляло волноваться. Если все эллин-ран живут с такими способностями, то туго им, наверное, приходится.

Тем временем на площади начиналась церемония чествования богини. Я ненароком взглянула на небо — полная луна стояла в зените. Удивительное совпадение.

Из толпы вышли семеро в зеленых плащах с капюшонами. Это целители, как сказали мне. Они подошли к странным узорам, выложенным у ног статуи, и остановились.

Один из целителей снял капюшон. Я увидела седовласую женщину. Она шагнула к статуе и положила к ее ногам какой-то свиток.

— Слуги твои с тобой, о, великая Маури! — громко прокричала женщина. — Прими наши дары и дай ответ!

Она вскринула руки и подняла голову.

Я обомлела, увидев ее глаза. Они были стеклянными и какими-то неживыми.

Целительница упала ниц и замерла. Над площадью повисла тишина.

— Что происходит? — шепотом спросила я.

— Они ждут ответа Маури, — охотно ответила одна из дам, средних лет, в ярко-алом платье.

— Богиня ответит?

— Она отвечает всегда.

Я снова обратилась к статуе. Богиня безмолствовала. Она будто нависла над павшей ниц служительницей и, казалось, внимательно рассматривает женщину. Та же не двигалась. Она словно на какое-то время застыла в своем трансе.

Внезапно меня охватил дикий страх. Я ощутила волну мурашек. Кажется, даже побледнела.

— С вами все в порядке, леди Агата? — спросил лорд.

— Да…кажется, — ответила я.

Незримая для других, перед моими глазами пронеслась вспышка. Я вздрогнула и едва удержалась на своем месте.

Мир вокруг меня снова преобразился. Я видела людей, их шлейфы, их настроения, их боль. Я видела служительницу, упавшую перед статуей, и, словно потерявшую себя — ее шлейф был прозрачным. Я видела всех, но я не видела саму себя. Меня будто не было в это картине.

Как? Почему? Такого не может быть…Меня здесь не было. Здесь была Агата.

Над статуей мелькнула тень. Я знала, что единственная вижу ее.

Тень превратилась в высокий женский силуэт. Она шагнула вперед, к служительнице, склонилась над ней и едва заметно улыбнулась. А потом растаяла. Так, будто и не было ее никогда.

Стоило ей исчезнуть, свиток, возложенный служительницей, ярко вспыхнул. По толпе пронесся радостный гул.

Женщина поднялась с земли и крикнула:

— Слава милостивой Маури!

Я невольно выдохнула и уже было решила, что все прошло. Как вдруг, меня кто-то позвал.

— Агата, — слышался мягкий ласковый голосок. — Агата, иди ко мне!

Я встала и оглянулась.

Откуда этот голос? Кто меня зовет? Я судорожно вертелась по сторонам, пытаясь найти неизвестного.

— Агата, я жду тебя…

Такой нежный голос, будто детский.

— Агата…

— Леди Агата, что с вами? — обеспокоился лорд.

Я не отвечала. Я искала голос.

Где-то в толпе я увидела глаза Риэля. В них — страх. Он боится за меня. Я знаю, чувствую.

— Агата, иди ко мне.

Снова.

Я не хочу идти! Не хочу! А вот Агата. Она пойдет. Агата — это вторая я, новая я.

Быстро замелькали дома. Я расталкивала людей и бежала вперед. Никого и ничего не видя. Преображенный мир стал ярче и был открыт. Я следовала его правилам.

— Агата, я жду…

Кажется, за мной гнались и меня пытались остановить. Но я не слушала. Не могла послушаться их.

Вдруг меня обдало волной холода. Я остановилась и поежилась.

Опустила глаза. На мощеной дороге лежал маленький бархатный мешочек. Склонилась и быстро подняла его.

Что было дальше — не помню. Мир снова исказился, подернулся темной пеленой и разбился на тысячи кусков.

Я ощутила дикую боль. Не смогла даже закричать.

Это уже было со мной. Да, точно. Когда я попала в Аларэй было так же…

Темнота. Мягкая и мирная темнота. Такая ласковая и спокойная.

Надеюсь, я очнусь дома…

Огромная белая степь. Ни конца ни края не видно.

Колючие снежинки беспощадно били по лицу. Жестокий ветер трепал полы моего легкого платья.

Я лежала на снегу, пыталась свернуться клубком, чтобы хоть как-то спастись от холода.

Где я? Почему здесь так холодно? Что со мной?

В моей руке был зажат какой-то предмет. Я с трудом разжала замерзшую ладонь — это черный бархатный мешочек.

Почему он со мной здесь?

Холод все больше сковывал меня. Он забирал последнюю возможность двигаться. Еще немного и я полностью покорюсь ему.

Нельзя лежать вот так вот неподвижно. Я должна встать, позвать на помощь.

Есть ли кто-нибудь в этой снежной пустыне?

Я оперлась локтями на холодную землю, присыпанную тонким слоем снега. Поземка так билась вокруг меня в сумасшедшем вихре. Летящие снежинки били в глаза. Я поднесла руку ко лбу, чтобы хоть как-то защититься от них, и всмотрелась в даль.

— Кто-нибудь… — я попыталась крикнуть и не смогла. С моих губ сорвался лишь слабый шепот. — Кто-нибудь…помогите…

Мне показалось, что метель на мгновение утихла. Она будто отступила, показывая мне путь.

Вдали виднелся силуэт башни. Белый и недвижимый.

Я медленно поднялась и побрела вперед, обхватив себя руками, сопротивляясь ветру, сжимая в кулаке бархатный мешочек.

Я шла долго, очень долго.

Башня, которая так манила меня, становилась все дальше.

Я делала шаг, надеясь, что остается всего десять. Делала еще шаг, а из становилось уже двадцать. Я не дойду…

Сколько бы я не приближалась, не дойду… меня не хотят видеть там. Я даже не знаю, кто они, обитатели этой цитадели. Но они знают меня. Знают и не хотят принимать.

Резкий свистящий порыв ветра сбил меня с ног.

Я упала на снег и беззвучно заплакала. Сил не осталось. От холода я уже не ощущала своего тела.

Неужели, у меня нет шансов?

Хотелось лечь, свернуться калачиком, замереть, собрав в себе последние остатки тепла. Попытаться согреться. Хотя, здесь это невозможно…

Я не знаю, где я. Это не Аларэй. Это что-то другое.

Я никогда не вернусь в свой родной мир. Никогда. Просто не смогу, не успею.

Я замерзаю. Мне страшно…Я не хочу умирать в этой снежной пустыне.

Усталость и холод сделали свое дело. Веки отяжелели и закрылись сами собой.

Темнота, спаси меня снова. Где ты, темнота?

Она не приходила. Только вой ветра и колючие снежинки. Где-то вверху бездонное мутно-белое небо. Оно беспощадно ко мне.

Я ощущаю лишь холод и снег, захватывающий меня в свой плен.

Темнота, теплая и уютная, где же ты?

Не знаю, сколько я находилась в таком состоянии. Время будто остановилось для меня и превратилось в один долгий мучительный миг.

Мое сознание не уходило. Оно было рядом, будто дремало внутри меня. Я была жива. Почему? Мне казалось, что я умираю, но я все еще жива.

Сознание шевельнулось, пробуждаясь от сна. Я открыла глаза. С трудом. На ресницах поселился тяжелый иней.

Я лежала под снегом. И мне было тепло. Холод отступил. Он ушел прочь, оставив меня здесь. Холод ушел.

Метель больше не выла над моим укрытием.

Я пошевелилась. Снег тут же надавил на меня своей массой и заставил снова припасть к земле.

Я сделала усилие и вырвалась из белого плена.

В вышине было все тоже белое небо. Метель утихла. Снег лежал белым покрывалом до самого горизонта.

Я выбралась из сугроба и ступила на твердый наст. Он не провалился.

Белая башня теперь стала ясно видна. Она ближе, почти рядом.

Не веря в свой успех, я решила дойти до нее.

Расстояние оказалось совсем небольшим. Удивительно. Через минуту я уже касалась рукой идеально-гладкого белого камня.

Здесь должен быть вход. Да, конечно! Я могу войти в эту башню.

Только вот что там?

Я подняла голову и увидела, что вершина башни теряется где-то в мутно-белых облаках. Так высоко, что даже страшно.

Нужной найти дверь.

Я стала обходить башню, осторожно держась за ее стену.

Я шла долго. Кажется, несколько кругов уже сделала. Но двери все нет. А мне нужно ее найти. Что бы ни таилось внутри белой башни, оно не заставит меня ждать следующей метели.

Я долго бродила вокруг цитадели. Двери нет. И, кажется, не было.

Бессильно опустившись на снег, закрыла лицо руками.

Мне страшно. Я хочу обратно. Домой. Или в Аларэй. Туда, где нет снега и холода, где нет этой башни и пугающей неизвестности.

Я — Агата. Или нет? Нет! Меня звали по-другому.

Я попыталась вслух произнести свое истинное имя и не смогла. Спазм сдавил горло.

Откашлявшись, попыталась снова. Не могу. Голоса нет.

— Агата, — тихо проговорила я и с ужасом осознала, что слышу себя.

Повторила еще раз. И еще. И еще.

Но я не Агата! Меня зовут по-другому.

Я решила еще раз повторить свое имя. Я видела его, знала, но не могла произнести. Оно терялось, уходило.

— Нет-нет-нет, — зашептала я, хватаясь за голову. — Я не могу забыть. Я не должна. Нет! Откройте мне! Откройте!

Больно ударила ладонями по безмолвным стенам.

— Нет! Я не Агата! Впустите меня! Впустите меня!

Там, за этой стеной есть вход в мой мир. Там. Я знаю это. Чувствую. Но не могу попасть туда.

— Впустите, — уже слабо прошептала я потрескавшимися губами. — Впустите…

Я упала лицом в снег и замерла.

— Тебе нет туда пути, — произнес строгий голос.

Я мгновенно подняла голову.

— Нельраис…

Женщина пристально разглядывала меня.

— Тебе нельзя входить в эту башню, — повторила она.

— Но, почему?

Она поправила воротник своего мехового плаща и сделала короткий шажок ко мне.

— Это врата в другие миры. Отныне они закрыты для тебя.

Я не сразу осознала весь ужас этих слов. Смысл приходил постепенно, скользкими щупальцами пробираясь по кожу, заставляя ее холодеть.

— Как это? Я не вернусь?

Она покачала головой.

— Никогда. Отныне ты принадлежишь Аларэю. Навсегда.

— Но, я не хочу…

— Ты сама решила так, Агата.

— Я не Агата!

— Ты сама так решила, Агата, — бесстрастно повторила она. — Приняв подарок богини, ты навеки связала себя с новым миром.

Она взглядом указала на бархатный мешочек, все еще висящий на моем указательном пальце. Я отбросила его с чувством отвращения.

— Зря, — произнесла Нельраис. — Ее дар поможет тебе. Он всегда будет с тобой, хочешь ты того, или нет.

— Я не хочу… — прошептала я.

— У тебя нет выбора, Агата.

— Я не Агата, — упрямо проговорила.

— Агата. Теперь это твое имя.

— Почему я не могу вернуться? Где я вообще?

Она загадочно улыбнулась.

— Это межмирье. Ты хотела попасть домой, вот и оказалась здесь. Но, ты тут ненадолго. Тебе пора в Аларэй.

— Я не хочу…

— Уже поздно чего-то хотеть, Агата.

Она развернулась ко мне спиной, затем вполоборота проговорила:

— Я буду ждать тебя в Лайон-Лэй.

— Вернись! — закричала я, увидев, как Нельраис тает в воздухе. — Стой!

Я побежала туда, где только что стояла чародейка.

Наст под моей ногой треснул. Упала.

— Вернись…

Я не стану подниматься. Не хочу. Незачем.

Темнота, ты снова со мной?

Мир больше не был искаженным. Он был мягким, теплым, уютным.

Я открыла глаза и увидела одну из служанок.

— Вы слышите меня, госпожа? — участливо спросила девушка, склонившись надо мной.

В руке что-то мешалось. Я привстала и увидела, что на моем пальце все еще висит бархатный мешочек.

— Нет, — прошептала я и упала на подушку.

Закрыла глаза. Заплакала.

Когда я открыла глаза в следующий раз, мир был искаженным. Но не от магического взора. Его черты стали размытыми и плывущими. Как будто я смотрела через мутное стекло.

Оторвавшись от подушки, я поняла, в чем дело.

— Ооох… — тяжело выдохнула.

— Агата? Агата, ты меня слышишь?

Знакомый голос звучал откуда-то издалека.

Я зажмурилась, ожидая, пока приступ головокружения пройдет. Затем снова открыла глаза.

Риэль склонился надо мной и пытливо заглядывал в лицо.

— Агата… — проговорил он. В голосе слышалась скрытая радость. — Я боялся, что ты не очнешься.

— Где я? — стало моим первым вопросом. — Я все еще здесь?

— Смотря что ты имеешь ввиду, — не без сарказма ответил полуэльф.

Все-таки у него просто ужасный характер. Невозможный.

А глаза — такие синие-синие…Или это у меня шок не прошел?

— Будь проклят весь Аларэй и ты вместе с ним! — застонала я, закрывая лицо руками.

Влажные от пота волосы налипли на лоб. Рубашка, в которую меня, видимо, переодели — хоть выжимай. Да что же это было со мной?

Я, осознав вдруг все, что твориться в этот миг, резко села.

— Риэль, скажи, что со мной было?

— Агата, успокойся, — произнес он, пытаясь уложить меня обратно. — Вряд ли тебе стоит двигаться.

— Нет! — я схватила его за запястье и плотно сжала. — Что со мной было?

Полуэльф покачал головой и аккуратно высвободил свою конечность из моей хватки.

— Ты вела себя как безумная. Сразу после церемонии Маури вскочила и побежала куда-то вглубь города. Позже я нашел тебя на глухой улице без сознания, — он исподлобья взглянул на меня и продолжил. — У тебя был сильный жар, ты бредила. Целительница не ручалась за твою жизнь.

— Целительница?

— Да. Глава местной общины. Ее зовут Лаурония. Та самая женщина, которая просила милости у богини. Это она сидела с тобой все эти дни.

— Дни? — почти выкрикнула я.

— Ты пролежала без сознания три дня, Агата, — развел руками Риэль. — Сегодня на рассвете служанки сообщили, что госпожа эллин-ран пришла в себя и стала биться в истерике. Лаурония принесла тебе снотворного. Вот и все.

Я опустила глаза и схватилась за голову. Значит, все мои видения — не сон. Значит, я навсегда заперта в этом треклятом Аларэе.

Нет. Не хочу.

— Знаешь, что самое интересное, Агата? — с невозмутимой жестокостью продолжал Риэль. — Все эти три дня ты не выпускала из рук этот мешочек.

Он указал на прикроватную тумбочку.

— Мы не смогли отобрать его даже у тебя спящей. Ты к нему будто приросла. Что там?

Я с ненавистью посмотрела на свое роковое приобретение. А ведь я даже не знаю, что внутри.

— Дар Маури. Я получила его и поплатилась за это.

Я взяла с тумбочки ненавистный мешочек и быстро развязала тесемку. На моей ладони оказался маленький кулон в форме капельки. Прозрачный и чистый как слеза. В другой раз я бы порадовалась такой необычной вещице, но сейчас…

— Риэль, ты знаешь, что это?

Он пожал плечами.

— Понятия не имею. А ты сама?

— Не знаю. Знаю только, что из-за этого, я навсегда останусь здесь, в этом паршивом мире!

— Я тебя не понимаю.

— Я сама ничего не понимаю…

Он подошел ко мне и присел на край кровати.

— Агата, с тобой что-то случилось?

Я очень-очень хотела удержаться, но не смогла.

В голос всхлипнула. Потом еще раз. И еще раз…

— Все эти дни я… — глубоко вдохнула, пытаясь договорить. — Я была…в межмирье. Там холодно, вечные снега. Я стучалась в белую башню, но мне не открыли. Они не пустили меня, Риэль! Не пустили обратно. В мой мир! А потом пришла Нельраис и сказала, что дар богини привязывает меня к Аларэю. Я никогда не вернусь домой…

Я отвернулась. Нельзя плакать. Нельзя! Нельзя, Агата!

Я мысленно осеклась. Мое имя! Я стала Агатой. А как меня звали раньше?

Несколько раз повторила про себя. Помню! Все еще помню!

Я облегченно выдохнула. И совершенно непоэтично шмыгнула носом.

Риэль молчал. Наверное, не знал, что со мной делать. Да я и сама, честно говоря, не знаю этого.

— Знаешь, Агата, ничего не происходит просто так и, если…

Я даже перестала плакать, видя такую вдруг возникшую человечность полуэльфа.

— Если ты оказалась в Аларэе, значит, тут ты нужней. Люди никогда не знают своего пути.

Мой путь… Какой он? Раньше я спешила к дарритам, чтобы вернуться домой. А сейчас? Что мне делать сейчас? Послушать Нельраис и все же приехать в Лайон-Лэй?

И служить этой надменно тетке с идеальной прической? Ну уж нет! Агата, или, как меня там зовут! Кем бы я не была, я не стану ничьей игрушкой. Я выберу свой путь. А вот каким он будет — посмотрим.

Я не успела додумать свою воинственную мысль, от которой кисти непроизвольно сжались в кулаки, потому как входная дверь открылась.

На пороге показалась целительница Лаурония.

Увидев меня, женщина просияла. Ее лицо озарилось улыбкой, а полы балахона взвились в резком поклоне.

— Госпожа Агата, как же я рада вас видеть живой и здоровой, — запричитала она. — Уж и не думала, что мое зелье вам поможет! Дайте-ка проверить, есть ли жар?

Она торопливо подскочила ко мне и положила руку на лоб.

— Стойте! А что это у вас в руке? Давно я не видела такой красоты, давно. Откуда у вас это чудо? Никак от ваших славных предков досталось?

— Это дар Маури, — смогла лишь выговорить я. Надо сказать, беглая речь Лауронии меня обескуражила. Тут бы со своим потоком информации управиться, а еще и она.

Женщина замерла в немом удивлении.

— Да как же? Не может быть… Эллин-ран Агата! Так вас же сама Светлая Сестра одарила…

— Я вижу, вы знаете, что это такое? — я не старалась изобразить гордую дарритку — само собой вышло.

— А как не знать? Знаю!

— Так расскажите мне! — требовательно заявила я.

Лаурония поохала еще пару минут, затем все же вернула своему лицу прежний серьезный вид. Я выжидающе смотрела на нее и терпеливо ждала, когда же целительница откроет мне тайну подарка Светлой Сестры.

— Ну? — не выдержала я. — Вы мне скажете, или нет?

Жрица Маури покосилась на Риэля.

— Пусть полукровка покинет комнату, — властно и вместе с тем презрительно проговорила она.

Я разозлилась. Свела брови и гордо вскинула подбородок. Ну точно превращаюсь в эллин-ран!

— Вы отдаете приказы моему человеку?

Лаурония отрицательно мотнула головой.

— Как можно, эллин-ран? — еще один косой взгляд в сторону полуэльфа. — Нельзя полукровкам такие вещи слышать. Пусть выйдет.

— Нет уж! Он — мой телохранитель и он останется.

— Бросьте, эллин-ран Агата, — вдруг произнес Риэль. По его лицу было видно, что наша перепалка уже здорово ему поднадоела. — Я знаю свое место.

С этими словами он вышел из комнаты.

Я недовольно посмотрела на жрицу.

— Ну что же, госпожа Лаурония, я слушаю вас.

Целительница осклабилась и мягко улыбнулась. В ее глазах застыла какая-то торжественность. Словно она готовилась целую речь произнести, а не ответить на мои вопросы.

— Маури, будучи самой кроткой и доброй из Светлых Сестер, не могла отвергать просьбы людей об исцелении. Она трудилась не покладая рук, желая помочь всем. Но не смогла. Просьб было слишком много. Юная богиня плакала от бессилия, видя как ее подопечные не в силах справиться с тяжкими болезнями. Она обратилась с просьбой к отцу, чтобы тот даровал ей чуть больше сил. Но Творец отказал дочери. «Не мешай Судьбе вершить свои права, — ответил он. — Даже тебе не обмануть ее». Маури впала в уныние. Больше всего она желала помочь людям, чтобы те не умирали от болезней, а доживали свой век до глубокой старости. Однако, коварная старуха Судьба, служившая правой рукой у ее отца, была хитрее. Она то и дело умудрялась выхватить у Маури ее подопечных, заверяя ее, что так нужно. Светлая Сестра отдала всю свою магию человеческим целителям, но и этого оказалось мало. Судьба и ее подручная Смерть все равно побеждали. Люди могли умирать во цвете лет и лечение их не спасало. Тогда Маури пошла на хитрость. Собрав на берегу Извечного моря три камня, он превратила их в талисманы. Первый — оберегал от скорой смерти, второй — защищал от заморских хворей, а третий — исполнял желания. Взяла Маури все три талисмана и сбросила их в Хрустальное зеркало мира. Да вот только не знала она, что Судьбе доверено было наблюдать за ней. Перехватить все три талисмана старуха не успела. Один прямо с ее руки соскользнул. Как раз тот, который желания исполняет. Сгубила его рука Судьбы. Отныне тому, кто найдет его, лишь одно самое заветное исполнить можно. А остальные талисманы Маури сама раздавать стала — раз в году и лишь избранным.

Лаурония взглянула на мой кулон.

— Ваша-то находка как раз третьим талисманом и будет, эллин-ран.

Я пораженно выдохнула и рассеянно кивнула.

Заветное желание… А мое желание было домой вернуться.

— Талисманы Маури большую силу имеют, — продолжила целительница. — Они человека крепко-накрепко к миру привязывают. Говорят, что тот, кому ее подарок достался, много лет проживет и не состарится, и болезни его обойдут. Так уж Светлая Сестра своих подопечных оберегла от бед. Что с вами, госпожа?

Я закрыла лицо руками и едва сдержалась, чтобы не разреветься.

Я своими же руками отрезала себе все пути домой. Теперь мне предстоит провести свой долгий, как выяснилось, век в чужом незнакомом мире, под чужим именем, с чужим званием. Даже остаться собой я не смогу.

Мое истинное имя начинает стираться из памяти. Я делаю усилия, чтобы сохранить хотя бы его. Отныне я другая.

Мне страшно…

— Все в порядке, Лаурония, — ответила я, поднимая глаза. Прошу вас, позовите слуг. Мне нужно привести себя в порядок и встать.

Целительница вскочила и со страхом посмотрела на меня.

— Вы еще так слабы, госпожа Агата. Вам лучше пару дней полежать.

Я холодно на нее взглянула.

— Позовите слуг, Лаурония.

Что ни говори, а путешествие в межмирье даром не прошло. Стоило мне только подняться с кровати, как я тут же села обратно. Голова закружилась, а ноги так и подогнулись.

Но эллин-ран не сдаются! Я пару минут подождала, пока с глаз спадет мутно-серая пелена и мир перестанет танцевать фокстрот, и снова встала. На этот раз легче. Правда вот предательская слабость во всем теле все еще напоминает о том, что со мной было. Ничего, все пройдет.

Зеркало, в которое я заглянула в комнате для омовений, показало мне ужасную картину. Мертвенно бледную худую девушку с темными кругами вокруг глаз, растрескавшимися губами и прилипшими ко лбу волосами. Наверное, так плохо я не выглядела еще никогда. Плюс ко всему этому лихорадочный блеск в глазах — просто красота!

Я вздохнула и залезла в ванну. Ну, или не в ванну — не знаю, как здесь это называется. А пора бы. Мир-то как-никак теперь родной. Чтоб его…

Я с грустью подумала о своей кошке Муське. Надеюсь, ее уже забрали из моей покинутой навеки квартиры, будут хорошо кормить и иногда гладить.

Мне уже никогда не вернуться туда. Не увидеть свою коллекцию фарфоровых слоников и не задернуть малиновые шторы на окне. Я больше не услышу ругань соседа за стеной и не почувствую запах бензина от ближайшей заправки прямо под окном. Бомж, живущий в подъезде, больше никогда не скажет мне в след своих мерзких шуточек, а продавец из хлебного ларька уже никогда не сможет обмануть меня на пару-тройку рублей.

Раньше я никогда не думала о таких мелочах. Я даже помыслить не могла, насколько важны и привычны они могут быть. Жаль… люди слишком поздно ценят утерянное.

Но даже эти неуловимые черты мегаполиса ничто в сравнении с главным. Я больше никогда не увижу своих близких. Никогда. Не увижу. Как же это страшно.

Наверное, по городу уже расклеили листовки с моей фотографией, а в полиции объявили розыск. Бедная моя мама! Надеюсь, что сестра поможет ей выдержать эту потерю.

Надеюсь, я смогу выдержать.

Разум прекрасно понимал мое горе. Он осмысленно и четко выдавал мне информацию о прошлом и даже осознавал горечь потери. А вот сердце…оно почему-то молчало. Я, наверное, должна сейчас рвать на себе волосы, в голос рыдать, биться головой о стены, а почему-то не могу. Мне даже плакать не хочется. Просто лежу и размышляю. Как будто все воспоминания и не мои вовсе. И не я в чужой мир попала. И не я никогда не вернусь домой. И я больше не я.

На мое место пришла Агата. Точка.

— Леди Агата, удивлен вашему появлению, — встал со своего места лорд Иден. — Лаурония сказала мне, что вы еще очень слабы. Вам не стоило подниматься.

Стоило мне только появиться в приемном зале, как все присутствующие, обратили свое внимание на мою болезненную персону. Нет, сейчас я конечно выгляжу куда лучше, но на люди выходить все же не стоило. Хотя, кто ж знал, что людей здесь так много?

— Благодарю за заботу, лорд, — кивнула я, быстро оглядывая присутствующих. — Но, я в порядке. Передайте Лауронии, что ее лечение мне больше не нужно.

— Как скажете, леди, — согласился он. — Позвольте представить вам моих советников.

Иден, одетый во все черное, жестом пригласил меня занять место рядом с ним. Я, стараясь держать марку, неспешно прошлась вперед, ловя себя на мысли, что не могу отвести глаз.

Когда моя дрожащая кисть оказалась в ладони лорда, мы встретились взглядами. Я ощутила, как подкашиваются колени. В очередной раз за сегодня. Но уже не от слабости.

— Господа, позвольте вам представить, мою гостью. Высокородную эллин-ран Агату.

Все десять мужчин, сидящих за длинным столом, почти синхронно встали и почтительно поклонились.

— Сэр Урво, моя правая рука, — указал Иден на мужчину среднего роста, сидящего ближе всех к нему.

— Мое почтение, леди, — рыцарь приложил руку к груди и чуть улыбнулся. В его глазах я увидела скрытое недоверие и прирожденную хитрость. Опасный человек — изворотливый и жестокий. Думаю, даже лорду Идену стоит опасаться его.

— Сэр Ритт, — представил следующего гостя.

Потом еще одного, еще и еще.

В каждом я замечала что-то особенное. Чтобы запомнить их всех, мне пришлось всмотреться в каждого. Магический взор вообще штука удивительная. Он позволяет чувствовать больше и знать больше. Наверное, я буду пользоваться им всегда. В прошлый раз моя беспечность обошлась слишком дорого. Теперь буду осмотрительнее. Тем более, что после межмирья мне стало удивительно легко «включать» и «выключать» свои способности.

После того, как знакомство было завершено, я заняла место рядом с лордом. Последнее было как нельзя кстати. Я даже мысленно вздохнула, ощутив под собой твердую опору.

— Милорд, — неожиданно произнес один из советников, самый молодой, еще совсем юнец. — Раз уж сегодня среди нас находиться светлейшая эллин-ран, не окажет ли она нам честь в решении вопроса?

Тут же в адрес юнца полетели косые недовольные взгляды, а я чуть ли не взвыла.

И как я только могла забыть! По традиции я же могу вершить правосудие! Только этого мне сейчас и не хватало. У них тут проблемы, а ты, Агата, разбирайся. А то ж тебе своих неприятностей мало. Может, Иден откажет ему в этой просьбе?

Недовольные взгляды тем временем сместились на меня. Представляю, что сейчас думают эти благородные рыцари. Что какая-то девка станет решать их вопросы, совать нос куда не следует и вообще — да кто она такая?

— Ваше слово, Агата, — вопросительно вздернул бровь лорд Иден. — Вы окажете нам честь?

Эх, отказаться бы сейчас!

— Да, милорд, согласно традиции, — и кто ж меня только за язык тянул-то, а?

Похоже, советникам лорда такая идея оказалась не по вкусу. Вон как тот хмурый старик воззрился на меня из-под своих кустистых бровей. А рыцарь с гербом ворона? Кажется, так бы и убил меня бедную-беззащитную.

— Я думаю, стоит поведать леди Агате о нашем деле, не так ли? — спросил лорд, совсем не заморачиваясь на мнении приближенных.

А что? Начальник всегда прав. Даже в этом мире. А, если начальник не прав, то — нет, не «см. пункт 1» — то голову с плеч, получается. С этим аргументом не поспоришь.

— Вы считаете, стоит беспокоить эллин-ран такими вещами? — ворчливо отозвался старик, оправляя свою хламиду. — Дарриты равнодушны к делам людей. Они плотно засели в Эрнаиге и ничто, происходящее за пределами Ясного леса, их не волнует.

— Почему же вы так говорите, господин? — спокойно, но холодно проговорила я. Не то чтобы испытываю пламенную любовь к дарритам, но все же я одна из них, как-никак.

Старик возмущенно посмотрел на меня.

— Веками ваши предки доверяли нам принятие важных решений. Значит, на то были причины.

— Они доверяли мудрейшим, а не молоденьким выскочкам.

Что? Как он меня назвал? Да я его… Да…

Я резко поднялась и ударила ладонью по столу.

— Вот как вы считаете? — я гордо выпрямилась. — Вы думаете, разбираться ваши проблемы мне в удовольствие? Это лишь традиция и я хотела ее выполнить. Но, — я обвела глазами присутствующих. Все, даже лорд Иден замерли в ожидании, — раз так, я не стану ничего говорить. Позвольте откляняться.

Я коротко кивнула и собралась уйти.

— Леди Агата, стойте! — будто скомандовал лорд. — Вы не можете уйти так просто.

— Могу. Я сама решаю, когда и куда мне стоит идти.

Его черты ожесточились, с них стерлась прежняя благожелательность.

— Я не позволю вам уйти.

— Вы не можете помешать мне. Я сейчас же покидаю ваш город.

Быстрей бы сбежать отсюда и оказаться как можно дальше. Ох и не нравится мне все это!

Я быстро шла к выходу из приемного зала, кожей ощущая неприязненные взгляды в спину. Оказывается, не все любят эллин-ран, а я то уже смирилась со своим привилегированным положением. Бежать тебе нужно, Агата, ох, бежать быстрее!

— Стража! — вдруг послышался голос лорда.

По моей спине прошлась волна холода. Рыцари, стоящие у дверей, скрестили копья.

Я резко замерла перед ними.

— Вы не покинете замок, леди Агата, — твердо проговорил Иден.

Я обернулась и постаралась не показывать, насколько мне страшно.

— Вы не смеете удерживать меня.

Лорд, окончательно сбросивший все свое прежнее очарование, лишь легонько махнул рукой.

Я беспомощно посмотрела по сторонам. Еще трое стражников направлялись прямо ко мне. В этот миг я пожалела, что так и не научилась применять свои магические способности.

— Взять ее! — скомандовал Иден.

Меня грубо схватили под руки и поволокли куда-то в темноту коридора. Даже вскрикнуть я не успела.