Глава 33 Влад

Смотрю на Лену, которая готова выбежать и забрать Ромку под свое крыло. Реакция объяснима. Она мать. Но свои эмоции, Лена, сейчас нужно попридержать, если ты не хочешь совсем сына потерять.

Лена смотрит на меня с ужасом. Хочет что-то крикнуть мне или просто произнести губами. Но я лишь отрицательно качаю головой. Не сейчас, Лена. Не сейчас.

Она не знает, что Рома возобновил тренировки, чему способствовало полное обследование в клинике Валерия Григорьевича. Благодаря его заключению, директор спортшколы позволил продолжить заниматься. Естественно, под мою ответственность. Как нам показалось, директор понял, что все это идет в обход матери. Понял и поддержал. Мужик справедливый, мудрый. Даже жалко расставаться с ним.

Жаль будет расставаться и с Людмилой Ильиничной. Моей бывшей/будущей/несостоявшейся тещей. Женщина и правда мудрая. Прикрывала нас с Ромкой, как могла, пока мы с ним по выходным пахали здесь в зале, а затем шли ко мне ночевать. Только лишь по этому у Ромки есть все права заявить о себе вновь, как о спортсмене. Не нужно сейчас все портить. Свое последнее дело в этом городе я тебе, Лена, не дам сорвать.

Я уже принял решение, что сразу после этих соревнований уезжаю в Москву. Буду заниматься своей школой, о которой мы ранее с другом вели разговоры. Сейчас же все переговоры проходят серьезно и решительно. Здесь мне делать нечего.

Единственное, на что я решился, так это на переговоры с Леной после соревнований. Если Ромка победит, я хочу его забрать в Москву. У него реальные шансы стать чемпионом. А здесь тренеров для него нет. Чернышев, может, и грамотный, но после случившегося Ромка вряд ли согласится с ним сотрудничать. А менять вид спорта не стоит.

Начинается борьба. Ромка держится молодцом. Он хорошо усвоил урок. Несколько месяцев без движения навсегда прочно засели в его голову. Поэтому Сашу Сухова укладывает на лопатки быстро и с легкостью.

Все время я посматриваю на Лену. Она впервые сидит так близко. Она впервые смотрит борьбу полностью. Своими глазами. А не через призму камеры телефона.

Кажется, сегодня они оба перебарывают себя.

Рома говорил мне вчера, что из-за постоянных тренировок у него нет времени и сил общаться с матерью. В результате их отношения стали совсем сложными. А еще Рома пожаловался, что боится соревнований. Боится выйти на татами. Встретиться с противником лицом к лицу. Но он сильный и все сможет.

И он смог!

Финальный бой начинается. Противник: Илья Нелидов. Впрочем, это происходит часто. Но сейчас даже зал пришел в оцепенение. Все знают историю Ромы и Ильи. Все знают, что Рома вернулся в большой спорт после серьезной травмы. Поэтому всем интересно, чем же закончится их схватка.

Лена еще больше напряглась. Но сидит. Сидит и взгляда не сводит с сына. Кажется, он ее не замечает. Это хорошо. Иначе парень еще сильнее разволнуется. А он очень сильно переживает. Хоть и виду не подает.

Борьба с Нелидовым долгая. Я наблюдаю за Ромой. Чернышев за Ильей. Это наша личная схватка с тренером. Даже директор вспотел.

После долгого противостояния Рома кладет Илью на лопатки. Зал заходится в истерике. Здесь аплодисменты, крики, овации, свист. Возвращение Ромки в спорт красивое. Чемпионское.

Смотрю на Лену. Вижу ее мельком, поскольку перед ней стоит толпа и громко аплодирует. Вижу, что плачет. Просто утирает слезы. Тяжело на это смотреть. Но в то же время радостно. Она переборола себя. Она дала шанс сыну.

После церемонии награждения уходим с Ромкой из зала. Он так и не заметил присутствия матери. Расстаемся с ним возле тренерской. Парень уходит в раздевалку, а я решаю, что же делать дальше. С Леной все же нужно переговорить на счет будущего ее сына. Ему пятнадцать. У него все впереди. И возможности упускать нельзя.

Слышу тихие шаги. Кто-то вошел в тренерскую. Нетрудно догадаться кто.

Оборачиваюсь.

Лена. Вся в слезах.

- Он победил, - шепчет она, не в силах контролировать свои эмоции. Еще чуть и у нее начнется настоящая истерика.

- Ты тоже сегодня победила.

Говорим тихо, смотрим друг другу в глаза. Каждый из нас не решается сделать первый шаг. В буквальном смысле.

Так. Все. Я мужчина. И не могу больше видеть этих слез.

В один шаг преодолеваю расстояние и просто прижимаю свою королеву к себе. Прижимаю крепко, чтобы не убежала. Положил на ее макушку подбородок и просто слушаю ее рыдания.

Лена впервые дает волю эмоциям. Она плачет практически навзрыд. Не говорю ей слов утешения. Не мешаю ей. Пусть поплачет.

- Спасибо тебе, - слышу сквозь вопли ее «заикающиеся» слова.

- Молчи. Хоть сейчас помолчи.

Не говори ничего, Лена. Язык твой – враг твой. Лучше плачь. Так я знаю точно, что у тебя в душе творится.

- Нет! – практически выкрикивает. – Я должна тебе многое сказать. Прости меня. Я дура. Я просто дура!

Поглаживаю ее по затылку рукой, стараясь успокоить.

- Согласен. Ты просто дура.

- Дура.., - всхлипывает Лена без истерики.

- Ничего страшного. Дур тоже любят, - произношу после непродолжительной паузы, когда она немного затихает.

Чувствую себя большим и злобным дядькой. С маленьким ребенком на руках, которого нужно отчитать за провинность.

- Таких, как я, нельзя любить, - Лена пытается отстраниться, но я только крепче вжимаю ее в свою грудь.

- Правильно. Таких нужно сразу забирать. И учить уму разуму. Будешь учиться?

Лена все же отстраняется и смотрит на меня зареванными глазами.

- А как же Рита?..

- Нет никакой Риты. И не было.

Она в смятении. Нежно целую ее в лоб и прижимаю опять к груди, обхватив рукой затылок.

Больше никогда не отпущу.

- Тогда я точно дура, - словно окончательный выносит себе вердикт.

- Ага, - вздыхаю я. – Но будем умнеть?

Лена кивает молча головой, которая находится в моей руке.

- И в Москву поедем? – начинаю я сразу воплощать свой план в действие.

Немного неуверенно, но Лена все же кивает:

- Я все равно без работы осталась.

- Вот и чудно. И Арсеньевой станешь?

Моя королева вновь отлепилась от меня. В глазах недоумение, а у меня сейчас сердце выскочит от ее ответа. Не так я себе представлял предложение руки и сердца. Но колени и кольца на фоне играющего оркестра на крыше дома и под Луной бывают, наверное, только в фильмах. В жизни все куда прозаичнее.

- Стану, - из глаз Лены опять текут слезы.

- Вот и умница, - обхватываю ее лицо ладонями и целую ее в нос, просто выдыхая про себя. – И Ромка станет Арсеньевым?

- Не знаю… Здесь нужно спрашивать у Ромы.

- Я согласен! – слышим громкий возглас Ромы, который стоит в дверях.

Лена по инерции пытается от меня отскочить, но моя реакция быстрее. Я только еще крепче прижимаю ее к себе, обнимая за плечи.

- А подслушивать нехорошо, - делаю парню замечание с улыбкой.

- А я не подслушивал. Я только последнюю фразу услышал, - Рома, оправдываясь, поднимает руки, будто сдается.

- Тогда мы все вместе начинаем готовиться к переезду, - заключаю я на правах главы нашей семьи.

- Йохоу! – Ромка подпрыгивает от радости.

Чувствую, что Лена совсем успокоилась. Наклоняю к ней голову и вижу, что моя королева улыбается. На сердце становится спокойно.

- Идем в пиццерию! – неожиданно предлагаю я. – Только у меня условие! Сегодня вы говорите обо мне гадости.

Лена отстраняется и смотрит на меня с удивлением. Рома задумчиво почесал голову:

- Ну, пап, храпишь ты, конечно, как бульдозер!

- И причмокиваешь во сне, - внезапно включается в игру Лена.

- Я?! – от неожиданности я даже забыл принцип игры.

Лена с Ромой только смеются надо мной. Мне тоже становится смешно. Я уже предвкушаю, что же такое еще про меня придумает сын. Фантазия у него отменная.

Ромка выходит из тренерской. А Лена немного задерживает меня.

- Ты и правда причмокиваешь во сне, - шепчет мне в ухо. – Но я все равно тебя люблю.